Каллизиум

Подъездная дверь недовольно громыхнула, выпуская Макса на встречу морозному воздуху, который тут же впился в разгоряченные щеки мелкими зубами. Практически выбежав из тесного плена подъездных стен, парень нервно поежился, замерев около припаркованной машины. Ощущение чужого взгляда сверлило затылок, с каждым шагом становясь все сильнее. Желтый фонарь недружелюбно моргнул и погас, с тихим хлопком погружая знакомый двор в темноту. Казалось будто все вокруг давно вымерло, отдав некогда живой мир на растерзание…кому? Что-то плотное, маслянистое, вновь скользнуло на самой границе видимости, заставив Макса резко обернуться. Сердце пропустило удар, а затем бухнуло в грудную клетку с удвоенной силой, оглушая грохотом зашумевшей в ушах крови. «Кто боится темноты в двадцать четыре года?». Паническая мысль вовсе не придала уверенности. Парень с трудом сглотнул тягучую слюну, до рези в глазах рассматривая кромешную темноту. Ни фонаря, ни одного полуночного окошка, только декабрьская ночь и неизвестно зачем покинувший свою безопасную норку путник. «Ты слышишь…», прошелестело где-то за спиной. Призрачное дыхание коснулось уха, заставляя внутренности сжаться болезненным спазмом. Послышался легкий хруст, как будто тонкое стекло треснуло от чудовищного давления.  — Это просто нервы…просто нервы, — пробормотал Макс, шаря непослушными ладонями по карманам. Собственный голос прозвучал слишком глухо, как будто сквозь толстый слой пыли, лишь усилив чувство гнетущего одиночества. Тьма сгустилась, утопив все вокруг в вязком безмолвии. Лишь подвывание ветра, да душераздирающий скрип одиноких качелей на детской площадке позволяли хоть как-то цепляться за реальность. Окоченевшие пальцы наконец нашарили пластиковый прямоугольник, рванув телефон из кармана. Экран ярко вспыхнул, но не успев толком резануть по глазам, начал гаснуть, растворяясь в зеленой взвеси. «Макс…слышишь… Макс!», снова прошелестело где-то рядом. Да нет, не рядом, прямо в голове. Мертвенный голос лизнул сознание, не оставляя сомнений в своей реальности. Парень медленно обернулся, обреченно приподняв руку. Слабого света телефона только и хватило на то, чтобы очертить фигуру, куда более плотную чем окружающий мрак, а затем аппарат отключился. Оно приближалось, медленно, развязно, похрустывая свежим снегом. Спешить было некуда, жертва давно потеряла способность сопротивляться, безвольной тушкой ожидая своей участи. «Ты что, не слышишь?». Нужно было бежать, напасть в ответ или громко крикнуть, хоть как-то обозначить борьбу, но мышцы предательски одеревенели. Нечто, скрывающееся во тьме заскользило над землей, готовясь к последнему прыжку. «Я что, сейчас умру?», мысль заставила встрепенуться и Макс бросился навстречу приближающимся шагам. Заледеневшие пальцы, сложенные в кулак, обожгло чем-то теплым.  — Ты че, придурок?! — раздался вдруг крик. Макс коротко рыкнул, отпрыгнул в сторону, готовый отбиваться, но перед глазами снова заплясали пиксели, рассыпаясь зеленоватым вихрем. Парень болезненно моргнул, потер лицо, а затем снова взглянул вокруг. Живая тьма растворилась без следа, уступая давлению электрических ламп. Как будто никогда и не было вымершего пустыря, перепачканного изумрудной пылью. Макс обнаружил себя стоящим посреди детской площадки, все еще сжимающим в руках разрядившийся телефон. Рядом переминались с ноги на ногу двое знакомых ребят, один из которых зажимал разбитый нос.  — Нормально, не? — прогундосил Серега, злобно косясь на своего обидчика.  — Черт, да я…я не знаю, сорян, — пробормотал в ответ Макс, пытаясь прийти в себя.  — Ты как смог так подкрасться к нам? — мрачно спросил Андрей. Зачерпнув горсть снега, он слепил комочек и протянул побитому другу, не выпуская Макса из поля зрения. Он старался выглядеть непринужденно, но все равно как будто сторонился парня, пристально следя за его движениями.  — В смысле подкрасться? — переспросил Макс. Он не без труда разжал скрюченные пальцы, пытаясь вернуть им чувствительность горячим дыханием. Бессмысленное занятие не давало результата, но позволяло сосредоточиться на чем-то кроме жутких видений, секунду назад заставивших его наброситься на человека.  — В прямом. Минуты две уже орем тебе. Смотрим, стоишь как истукан, в стену пялишься. Говорю Серому, давай подойдем, а ты шаг под фонарь сделал и как будто пропал. Мы орали, орали, пошли поближе посмотреть, а ты как черт на ровном месте из воздуха выпрыгнул…  — Шиноби психованный, — перебил приятеля Серега, сплюнув кровавую слюну под ноги. — Че я тебе сделал?! Хотели, блин, в бар позвать…пошел ты нахрен! Он яростно отшвырнул снежок и принялся ощупывать нос на предмет перелома.