Вопрос на засыпку

Утро среды я встретил неожиданно бодро. Хорошее настроение не портила даже туманно-слякотная погода за окнами. По такому поводу даже выпросил у бабушки возможность приготовить яичницу на завтрак самому. Казалось бы, что же такого? Но мне очень уж захотелось. По привычке ещё из старой жизни хотел покрошить немного хлеба, но леди Стивенсон была резко против небольшого количества сухариков. У женщины вообще лицо было довольно хмурое, в противовес мне. Постарался не придавать особого значения, захочет – скажет ведь, верно? В утренней тишине было хорошо слышно всё происходящее вокруг: лёгкий свист чайника, лай редких собак на соседней улице, шум колёс проезжающих автомобилей, стук посуды и тихое дыхание двух людей, сидящих за маленьким круглым столом. Отчётливо и мерно билось сердце, такт в такт повторяя тиканье старинных настенных часов. Волшебство момента, казалось, могло длиться ещё бесконечно долго, но всё сущее имеет свой конец… Особенно быстро он наступает в такие моменты, когда сознание начинает ощущать… связь? связанность всего со всем в мироздании. Что там говорил по этому поводу идущий к реке? Очень занятно у него получилось. - Сэм. Обращение леди Стивенсон внезапно вытащило меня из простраций, при этом несколько оглушив и сильно дезориентировав. Стеклянный взгляд начал обретать некоторую осмысленность, мир вокруг, остановившийся на мгновение, продолжил своё бессмысленное движение. - Сэм, посуда и школа ждут тебя, просыпайся. Кивнув на это, как болванчик, продолжил утренние процедуры. Сегодня, как и обычно, вышел из дома чуть-чуть (или уже нет?) заранее, но в голове крутилась вчерашняя встреча около пекарни на углу улицы и очень хотел новой встречи с Катей и Машей. М… Кейт и Мэри, всё-таки, будущие британские леди. В любом случае, даже столь неоднозначная погода не смогла поколебать мою решимость дождаться открытия заведения. Подходя к нужному зданию, обратил внимание, что тут уже набралось небольшая очередь из школьников постарше, из средней школы, а также двух взрослых. Пять человек терпеливо стояли в ожидании открытия. Сестричек среди них не было. Встал шестым. Так хоть не зря ждать буду. Школьники тихо болтали между собой, я особо не вслушивался. Минут через пятнадцать, когда мне уже стало относительно зябко стоять на одном месте, а очередь разрослась до десяти человек, из здания вышел уже знакомый мне продавец и начал поднимать жалюзи, здороваясь со взрослыми и некоторыми ребятами помладше – постоянные клиенты. Очередь слегка оживилась. Когда на витрину начали выкладывать свежую выпечку – так и вовсе начался весёлый гомон. Люди двигались довольно быстро – почти все заранее знали, чего и сколько они будут брать. Я тоже решил сильно не задерживаться и просто повторил вчерашний заказ. Девчонок за это время так и не появилось. Времени запас у меня ещё немного был, так что решил для себя, что подожду их ещё минут пять, а потом надо будет поспешить в школу. Джефферсон после вчерашнего разноса ещё некоторое время будет смотреть на мои мелкие косяки сквозь пальцы, но зачем давать ей лишний повод? Ожидание затягивалось, казалось, я даже немного задремал. Сёстры не пришли. Не повезло, будем считать, что они не каждый день посещают пекарню. Ускорив шаг, двинулся в сторону школы. Заходя на территорию школы, встретил своего знакомого Боба, вид которого был слегка помянем. Кто-то, очевидно, совершенно не выспался, а потому обратил на меня внимание лишь тогда, когда мы поравнялись и им какое-то время шёл рядом. - М… Э? - Очень познавательно, Боб. Тебе тоже доброго утра. - Ага… После чего парень зевнул и обратил внимание на сжимаемый в моих руках пакет с пирожками. И жадно сглотнул. - Чего, тоже не успел позавтракать? - Почему ты так решил? Это на обед. - Да ладно тебе, не помню, чтобы ты столько съедал. - Это не только мне, Боб. - О, так ты поделишься? - Может быть. Посмотрим. Настроение у друга поползло вверх. Мы как раз начали подходить к своим шкафчикам, где храним свою обувь. - Ты чего такой хмурый? Какие-то проблемы? - Да нет… Не знаю, да! В общем, дома трудности. Но всё хорошо, правда! На этих словах его ботинки громко шлёпнулись, а парень виновато подёрнул плечами. - Расскажешь, если что, когда будешь готов или захочешь. Роб виновато улыбнулся и кивнул. - Пошли давай. Сегодня напряжённый день. Классный час, опять же. Будем читать слова. - Точно! Ты же теперь Чеширский Кот. Об этом весь класс знает. - В этой школе вообще бывают хоть какие-нибудь секреты? - Конечно! Про нашу с тобой задумку у мистера Штерна – пока ещё никто посторонний… - Да-да! – тоном Горина выразил своё мнение по этому вопросу. - Я же серьёзно. - Да, эта информация очень секретна. - А я о чём. Трепаться со школьниками младшего школьного возраста, разменивая третий десяток лет, иногда довольно утомительно. Думаю, что в глазах моих нынешних ровесников моя фигура тоже довольно странная. Стараюсь об этом думать как можно меньше, чтобы не скатиться в депрессию. Два урока прошли довольно буднично, ничего нового для себя не узнал. Ну… почти ничего. Повторение перед контрольными, чтоб их… Заработал пару личных баллов на ответах. Приятная мелочь. Не зря леди Стивенсон тут вчера шухер навела. Кажется, никогда ранее не упоминал про нашу школьную столовую. Кормёжка всегда была сносной и не особо разнообразной. Но не запрещается приносить что-то с собой, чем большинство и пользуется, таская сэндвичи, бутерброды и прочую сдобу. Подойдя к своему столу и взяв миску овсянки со стаканом чая, начал оглядывать немаленькое помещение в поисках знакомых лиц. Пару раз кто-то дёрнул за рукав, отчего чай чуть не разлился на недавно выглаженную форму. - Сэм! Кого ты там ищешь? Где сядем? - Бля… Роберт, какого лешего? Этот чай едва не познакомился с моими вещами! Не дёргайся так резко в столовой! - Ты как матушка прямо говоришь… - сказал после небольшой паузы мой одноклассник, а я наконец нашёл двух сестричек, которых искал глазами всё это время. - Угу, я нашёл нам отличное место! Пошли! - Ты куда? Я с тобой, подожди! Мари и Кейт только прятали свои сумки под лавки, когда мы подошли к их столу, а я бесцеремонно уселся за чужой стол и поставил свой поднос. Вообще, конечно, так не принято, но вряд ли меня будет сейчас кто-то выгонять. Это слишком мелко, да и в глазах «старшаков» мы со Стоуном малышня. И не важно, что там разницы год, в этом возрасте даже год – это очень существенно. Зарабатываю пару косых взглядов, куда же без этого, да и всё. Неуверенный в себе и моей новой затее, но не желающий давать заднюю Боб неловко плюхнулся рядом и осторожно заозирался по сторонам. Девочки, казалось, ни на что не обращали внимания, сосредоточившись на обсуждении какого-то теста по истории Великобритании. Какое-то время сохранялась данная забавная ситуация, пока в один прекрасный момент Мари не съездила мне локтем по солнечному сплетению. - … говорю тебе, сестра, что Ланкастеры так и не… Ой, извини! - … - … Э?? - Доброго дня, Мари. Кейт, рад тебя видеть. - Привет! - А, это ты, хулиган. Даже не поздоровался. - Вы с сестрой были так увлечены обсуждением, что я посчитал невежливым встревать в разговор. - Эти сказочки можешь оставить для моей сестры. - Кейт! Почему ты такая колючая сегодня? – Мари была в лёгком недоумении. Казалось, девочка всё ещё находилась в замешательстве от внезапной встречи. Над столом возникла небольшая неловкая пауза. - Пользуясь случаем, представлю своего друга и одноклассника – неповторимого Роберта Стоуна, любителя и знатока людей икс, - тихо размазывающий овсянку по тарелке приятель слегка вздрогнул, но собрался с силами и посмотрел в глаза соседкам по лавке. - Милая девочка с ничего не понимающим видом – Мари Доу, а хмурая и острая на язык – её сестра Кейт. - Приятно познакомиться, Роберт! Можно я буду называть тебя Бобом? - Нашёл время для знакомства… - М… Да, мне тоже приятно! Можно Бобом, мисс Доу. - Мы с сестрой старше всего на год. Так что зови меня Мари. - Правильно, Роберт, мисс Доу. - Я думаю, что наша Кейт такая вредная сегодня, потому что не успела купить сегодня свой любимый пирожок. Правильно, Мари? - Эх… Мы совсем немножечко проспали, а потому не успели в ту пекаренку. - Но, кажется, у меня есть решение этой небольшой проблемы, - жестом фокусника достаю из рюкзака из-под лавки бумажный пакет с пирожками, которые были куплены утром. Завистливые взгляды ребят, ставшие случайными свидетелями этой небольшой сценки, буквально обожгли, но в целом не так много людей обратили внимание. Необычное чувство эмпатии, не помню за собой такого раньше. Девочки тоже не остались равнодушными: - Ох, Сэм! Ты зачем нас с сестрой балуешь? Нам неудобно! – Мари зачастила, бросая взгляды на сдобу. - Не думай, что мы с тобой друзья, хулиган! – сестра посмотрела на меня очень строго. Но глазки-то так и бегали. Пора подсекать: - Прости, Боб, на нас двоих не взял ничего. Но завтра мы будем обедать вместе и у всех будет свой пирожок. - И завтра? Что? - Что? - От тебя не отвяжешься, да? – Кейт деланно возмутилась, а остальные ребята были слегка в непонимании. Торжественно вручил каждой из сестёр по булочке. - Но как же, мы же друзья, правда? – голос Мари прервал установившуюся в какой-то момент тишину и три пары глаз уставились сначала на меня, а потом начали играть в гляделки между собой. - Да-да, Кейт. Не смотри на меня так. Я же хулиган? Если сам Уильямс будет обижать, то я тоже его обижу. Кушай пирожок. И ты, Мари. А вообще наш Боб славный малый, он ещё не рассказывал про свои любимые комиксы? Девочки начали задумчиво жевать, а Боб, слегка стушевавшись, начал рассказывать про людей икс, про то, что мультики с ними он очень ждёт и так далее. Оседлав своего любимого конька, парень стал вообще поувереннее в себе и диалог наладился. Мальчик нашёл себе благодарного слушателя в лице Мари. Что удивительно, одноклассники девочек почти никак не реагировали на внезапно обнаглевшую «малышню», усевшуюся за чужой стол и подняв довольно много шума вокруг себя. И это в славившейся своими традициями Великобритании? Что-то будет. Но эта мысль протекла где-то по задворкам сознания, не оставив и следа. Пообедав, наша компания двинулась на выход из столовой. Проявил галантность и поухаживал за колючкой Кейт, подавая пример Бобу. Мне не сложно, я, вообще-то, ужасно взрослый, но вот моему однокласснику пора бы переставать трястись, когда он имеет дело с представительницами прекрасного пола. - История… Не очень люблю эту историю! Странные фамилии, непонятные даты и события, которые почему-то считаются важными. Бред! - Не так громко, Боб! Знать историю довольно важно. Чтобы извлекать из неё хоть какие-то уроки и не вставать на одни и те же грабли снова и снова. Или хотя бы попытаться это делать. А у вас что? Математика? Проводить? - Да, Сэм, математика. Было бы замечательно! Поднимаясь по лестнице, наткнулись на банду Уильямса, который мерзко улыбнулся, выразительно глядя на моих друзей. Уже друзей, получается? Изобразил на лице вопросительное выражение, прошёл мимо, сделав вид, что мне всё нипочём. Не будет же он, в самом деле, устраивать пакости девочкам или Бобу? А с ним самим я сочтусь на последнем концерте. Долго и нудно? Зато репутация этого придурка пробьёт последнее днище. Ну и сопутствующий урон… Обиженная девочка-подросток с мамочкой любовницей директора школы? Хех, пусть рулятся. С чего взял, что любовница? Так леди Стивенсон обмолвилась как-то. Пусть и весьма завуалировано, ребёнок бы ничего не понял. Страсти – мордасти в одном отдельно взятом учебном заведении.

***

Остаток учебного дня прошёл без эксцессов. Даже Джин Уотерс в этот раз особо не парила мне мозги, когда мы лоб в лоб встретились перед классным часом на перемене. К слову, о самом этом часе: мне нужны мои слова. Парниша, который ранее должен был исполнять роль Чеширского кота почему-то не взял бумаги с собой. Пришлось решать вопрос с Джефферсон лично, пока все рассаживались. Не удивительно, что я снова оказался на Камчатке, вместе со своим старым знакомым. - Дети! С сегодняшнего дня наши репетиции будут проходить на сцене, в актовом зале. Будем репетировать по несколько сцен за один раз. Все, кто не участвует в сцене – молча сидят в зрительном зале и не мешают остальным. Всех самых шумных и непоседливых, - на нас с Бобом очень красноречиво посмотрели. – ждёт наказание в виде лишения личных баллов, а если и этого им покажется мало, то таких ожидает встреча с завучем! А теперь тихо встаём, берём свои вещи и встаём в колонну по двое. Времени рассиживаться у нас тут нет! Вопреки всему сказанному ранее грозной учительницей литературы, класс радостно зашумел, зашептался, аккуратно поглядывая отвлёкшуюся на старосту Джефферсон. - Как думаешь, долго она нам будет ещё припоминать тот случай? – Боб шепнул мне тихо на ухо, когда мы уже стояли в хвосте импровизированной колонны. Выдать всем красные галстучки и по два флажка в начало и конец состава – не дать, не взять – октябрята, переходящие улицу. - Привыкай, до конца года – точно не забудет, - мы медленно тронулись на первый этаж. - Отстой, Сэм. У неё и так самые скучные уроки, а уж если она постоянно будет на нас смотреть – можно же вообще повеситься. - Не парься, Боб. Нас у Джефферсон целый класс. Делай умный вид и занимайся своими делами. Кивай иногда для приличия, когда она задаёт риторические вопросы. - Скажешь тоже, я – да с умным видом. Это втройне подозрительно! - Уайт! Стоун! О чём я говорила буквально несколько минут назад? Дамочка явно имеет теперь на меня и мою бабушку зуб, а отрываться будет понятно на ком. Мелочная она. Ещё и баллов сняла. Хотя мне уже откровенно побоку на эти баллы: в минус уйти будет довольно сложно. Но это в этом учебном году. Всё же хотелось бы попасть в среднюю школу, которая находилась бы непосредственно в Лондоне. Старый школьный галстук, все дела. Главное получить, а затем и реализовать такие возможности. Какая бы высшая сущность меня не закинула, если это её деятельность конечно, то никаких инструкций сверху мне не дали. Вроде и попаданец, а всё как-то… Обыденно? Впрочем, меня всё устраивает. Пусть превозмогают всякие Обычные Японские Школьники и прочие моралисты и борцы за всё хорошее против всего плохого. Так что мне нужно самореализовываться. Нет, я худею с этой нашей учительницы литературы – привела нас к актовому и оставили. Пошла за ключами. А сразу взять, м? Или старосту отправить? Ладно, она не маленькая, разберётся. Разумеется, класс расшумелся. Мы с Бобом тоже поучаствовали – мы на плохо счету, баллы точно снимут, так пусть хоть за дело. Да – да, кто остался ещё без десятки? О чём и речь. - Рассаживайтесь на лавки и не шумите! Мисс Винду, мистер Солт, ребята из массовки – прошу на сцену. - Она забыла про Сару, - обратился ко мне неугомонный Боб. Как же, забыла. Штрафанули на баллы нашу одноклассницу по фамилии Миррор. Болтушка, любит сплетни, но сама по себе не вредная, весёлая и жизнерадостная. У Джефферсон паршивое настроение – вот она и выплёскивает его так, как умеет. Чувствую, дальше седьмой – восьмой сцены мы сегодня не уедем. От скуки оглядываю взглядом помещение: мы тут собирались в прошлый раз на Рождественский концерт и с тех пор тут убрали всякого рода зимние украшения, от чего зал приобрел сугубо утилитарный вид. Восемь линий лавок, по две штуки на ряд. Самые первые места – составляют кресла – для особых гостей. Не шибко удобные. По меркам 21 века – однозначно. Перед всем этим суровым великолепием находится сцена. Небольшой высоты помост: сантиметров сорок – пятьдесят, площадью примерно метров двенадцать на десять. С правого, для зрителя, края сцены, вплотную к стене стояло новенькое пианино. По углам сцены – достаточно современные на данный момент колонки – с меня ростом. Не иначе, школа сдаёт периодически зал под танцы или что-то в этом роде, но я не уверен. Под потолком закреплена светомузыка, над сценой – крепление для занавеса, по какой-то причине без самого занавеса. В химчистке? В то время, как мои одноклассники и одноклассницы занимали места впереди, я оттащил своего подельника Боба на последний ряд, где растянул ноги на лавки предыдущего ряда и с комфортом расположился. Забавно, что моя соседка по парте на математике, что шла ранее впереди, стояла первое время в нерешительности, но, когда мы расселись, решительно двинулась в мою сторону. Я удивлённо поднял глаза на неё. - Чего так смотришь? Подвинься давай лучше, Уайт, - сказала мне девочка. Но как-то не слишком уверенно. Что же, мне не сложно. - Присаживайся, Джин. Боб, ты уже придумал, чем займёшься? Я очень не уверен, что мы сегодня дойдём до второго действия, - подвинулся и спросил Боба о его планах. - Э…, - парень виновато глянул в сторону присаживающейся рядом одноклассницы. - Очень познавательно и информативно. - Порисую что-нибудь, думаю. - Догадываюсь, что ты там рисуешь. Но ладно. Я тогда почитаю пока. - А что ты будешь читать? – подала голос Уотерс. - С какой целью интересуешься? – сузил глаза и выразительно, с подозрением, глянул на нашу новую спутницу. - Да… Я просто… Э… - Гёте, «Фауст», - вытащил книжку в обложке из рюкзака, показал девочке название. После чего достал слова, чтобы одним глазом поглядывать на сцену и не пропустить свой выход. Мой персонаж впервые появляется в пятой сцене. Это будет достаточно скоро. Должно было бы быть, если бы у Джефферсон было нормальное настроение. Но плющить она нас начала совершенно не считаясь с тем, что тут семи-восьмилетки. От одноклассников Уильямса, тех самых близнецов Робертсон, узнал как-то, что в университете наша учительница литературы возглавила кружок, то есть, клуб, конечно, сценического искусства. У них мама училась с Джефферсон примерно в одно время. - М… Мы его не проходили. И на следующий год его тоже вроде не должно быть. - А мне нравится, - хотя русский перевод мне помнится не таким зубодробительным. - Ты странный, Сэм. - А ты грубишь и обзываешься. - Не обижайся, пожалуйста. - Джин, чего ты хочешь? Мы с Бобом сюда пришли посидеть в тишине: я почитать, он – порисовать. А ты, - я ткнул в неё закладку. – нарушаешь эту идиллию. Девочка какое-то время собиралась с мыслями. После чего выпалила: - Хочу с тобой, то есть, с вами, - она быстро перевела взгляд на моего соседа. – дружить. Я скептически поднял бровь и демонстративно уставился в книгу. Уже восемь лет эта девочка, дочь народа Израилева, уже сейчас была крайне расчётлива и не глупа. - Мама была очень впечатлена моими успехами на пробных SAT. У меня проблемы с математикой. - Причём здесь я и Боб? - Мы могли бы помогать друг другу. Ты мне – с математикой, я тебе – с той же литературой или историей. У тебя по ним обычно C и B, а у меня обычно А, - что правда, то правда. Историей нас грузили крепко и основательно. Начиная с Ублюдка Вилли (я попал на него первого сентября восемьдесят шестого) и заканчивая текущей темой – мятежником Генрихом IV. Мы учим всё: кто на ком женат, кто кому брат, кому сват, какими землями владеют самые крупные лендлорды на тот момент. Политическая ситуация, что было построено. Бриты ОЧЕНЬ ГОРДЯТСЯ своей историей и, видимо, выращивают таких же патриотов. Или пытаются. В моём случае или ничего не светит, моё взросление и воспитание, с основами жизненных принципов и ценностей в меня заколачивали совсем другие люди, на совсем другой земле. И свою, в плане, историю России знаю не в пример лучше, чем сейчас английскую. И про то, кто, кому и как помогает, начиная с Павла, Крымской войны, вскармливания боевого японского хомячка и всей политики двадцатого века, на самом деле, и того раньше – становится просто очевидно. Главный спонсор революций. Патриотом Великобритании мне, скорее всего, никогда не стать, отчего процесс изучения и заучивания дат их истории проходил очень туго. Вроде и понимаю, что знать «друзей» надо в лицо. Да и так карты легли, что я, вроде как, англичанин. Но на уровне подсознания меня ломает, я делаю домашку и пишу эссе по жизни монархов островов на отвали или без должного пиетета. За что получал заслуженные тройки. Иногда четвёрки. Потому что если писать в этих эссе то, что я думаю обо всех этих хозяевах жизни – то… Ладно, я не хочу это делать, я взрослый человек и надо просто это признать. Предложение интересное. Однако, есть нюанс. Отрываю глаза от книжки Гёте и перевожу взгляд на девочку. - Интересное предложение. - Так ты согласен? Ты уже сделал новое дз? – на ходу подмётки рвёт. Игнорирую. - Но у меня уже есть опыт договорённостей с тобой, Джин. Так что я склонен отказаться. Хотя у моего друга Боба может быть своё мнение на этот счёт, - Боб удивлённо оторвал голову от своего рисунка и посмотрел на нас. - Но это было всего один раз! Я честно-честно буду выполнять свою часть договора! Я пожал плечами, снова утыкаясь в книгу, набивая себе сцену. — Это нужно в первую очередь тебе. Во-вторых, доверия к твоему «честно-честно» у меня немного. Я просил тебя разбудить меня в случае чего, а ты меня кинула. А это залёт, согласись. На пару минут наш ряд накрыла какая-то неуютная тишина, которая буквально кожей ощущалась. Наконец, придя к какому-то решению, девочка выдавила из себя: - Что ты хочешь? Отрываю глаза от книги. - Авансовое эссе по истории и литературе. До конца года проводим обмен один к двум: я тебе помощь на проверочных и контрольных по математике, а также решаю тебе домашние работы по ней же в тот же день, что их и задали. Объём помощи при решении работ в классе не должен превосходить трёх пятых от объёма всей работы. Согласись, будет очень странно, если ты внезапно будешь решать всё правильно, в том числе и по новым темам. Нашу лавочку быстро прикроют, а в случае нашей рассадки я умываю руки и говорю об этом заранее: будешь получать только домашки. За это я получаю от тебя, как ранее уже сказал, эссе по литературе и истории. Они должны быть достаточно уникальными, и я хочу получать их как минимум за день до сдачи. Если меня всё устроит, и ты не попытаешься меня кинуть, то пересмотрим в следующем учебном году наше соглашение в твою пользу. Нас снова накрыла тишина, только в этот раз я не переводил взгляд в книгу, а смотрел глаза в глаза, ожидая ответа. Миссис Джефферсон за это время только-только организовала наш класс и началась репетиция первой сцены. - Я…Я согласна, - наконец ответила Уотерс. Хотя звучало как-то даже двусмысленно. Но мы мелкие, нам можно. Какое-то время посидели втроём, но явственно чувствовалось, что Джин чувствует себя не в своей тарелке и хочет побыстрее вернуться в свою компанию подружек. К началу репетиции второго действия она ушла, а мы с Бобом занялись своими делами. Продолжили читать и рисовать. Парень почти никак не отреагировал на такого рода жульничество, которое свершилось прямо у него под носом. Но я уверен, что Стоун – правильный пацан и стучать не будет. Зачем ему это? У него и так из друзей только я. А ещё у меня влиятельная бабушка. Да и сам я вроде нормальный. Нормальный же, да? До пятой сцены мы пердячим паром добрались за час. Нашу теряющуюся в сложных ситуациях Джефферсон было просто не узнать. Она как будто оказалась в своей стихии. Действия повторялись и отрабатывались как заведённые – по восемь-десять раз на сцену. Моё участие в репетиции прошло примерно в аналогичном ключе. В какой-то момент даже втянулся. Работа с профессионалом – она такая. Время прошло почти незаметно. Часов в пять вечера нас отпустили с напутствием повторять слова и не забыть про новое домашнее задание по литературе. В общем, обычное ворчание преподавателя. - Чем займёшься сегодня, Сэм? – спрашивает около шкафчиков мой кореш Боб. - Надо слова учить. Ты же видел мою гору текста? - Да, только у Стейси слов побольше твоих будет. - Алиса, что же ты хотел. - Ага… Поправляю свою рубашку и закрываю шкафчик. Какого же маленького я сейчас роста, ужас. Ладно, это всё временно, еще лет шесть – семь и буду как раньше. Может, даже, чуток повыше. Вдруг повезёт, а? Поворачиваюсь к Бобу, который всё ещё копошился и о чём-то задумался. - Ты что-то хотел? Погулять? Парень слегка вздрогнул, покидая мир своих мыслей. - Да, пошли посмотрим на железную дорогу. От отца слышал, там сегодня будут проезжать несколько составов товарняка. Вдруг среди них будут разрисованные граффити? У лондонских крутые рисунки получаются. Я даже знаю парочку тегов, видел раньше. - Хм… - были планы дочитать Фауста уже сегодня, но дело-то не горит. – Почему нет? Пошли. Но сначала нужно зайти домой и предупредить леди Стивенсон, - было бы проще позвонить. Если бы в восемьдесят седьмом были мобильные телефоны, которые бы таскали школьники. Они весят столько, что о них лучше и не говорить: в общем это большая редкость и хватит рефлексировать о прошлом. - А почему ты свою бабушку зовёшь леди Стивенсон? Она тебе не родная? Или это у военных так принято? – мой друг, казалось, не один день набирался храбрости, чтобы спросить об этом. Устами младенца глаголит истина, но мы ему об этом сообщать, конечно же, не будем. Бабуля, которая столько со мной возится: и книжки, и гитару нашла у знакомых, и со школой проблемы решает периодически, и одеждой хорошей снабжает. Даже поучает иногда. В общем, стала мне как родная, но взрослое сознание всё равно так просто на помойку не выбросишь, ассимилируюсь не очень быстро. И получается, что такую почтенную и уважаемую женщину называть «бабушкой» пока довольно непросто, но я честно пытаюсь. Надо как-то съехать с темы. - Военных. Но не армейских, а флотских. Это тебе не солдафоны, заруби себе на носу. Ты же помнишь, чей флот, - в своё время был, хех. – самый мощный, сильный и могучий? О да, сбить с толку, осуществив наезд – рабочая и старая как мир схема. - То-то же, - и гордо поднимаю нос. – И да, можешь считать данную странность особенностями воспитания. Ведь всё начинается с уважения старших. Понимаешь о чём я? Боб слегка сжался. Не привык он ещё общаться на личные темы с другими людьми, и со мной, в частности. - Понял! Но ты не подумай, просто необычно, вот и спросил. - Расслабься и собирайся уже быстрее, а? И вообще, думаю, что во всяких старых семьях и у потомственных военных что-то такое же наверняка есть. Мы же в Англии! Традиции на традициях и традициями погоняют. - Что ты так про старушку Англию-то, а? - Наша Алиса из страны Чудес тоже обращается к своему отцу как мистер Винду, сам слышал. Хоть и считаю, что это уже перебор. - А он тоже военный? - Да, слышал от Робертсон, которая Джейн, они вместе на кружокпо фотографии ходят. Он служит в Королевских ВВС, лётчиком. - А что такое крю-жок? - Имел в виду клуб. Не обращай внимания. Помолчали. Каждый задумался о своём. Вокруг нас природа входила в свой летний период. Переменчивая погода Туманного Альбиона подарила передышку в череде дождей. Двенадцать лет до рождения меня в той реальности. А в этой реальности будет этот другой я? Каково это будет, увидеть самого себя? Кстати, сейчас ведь в кинотеатрах довольно популярна космическая тематика: «Звёздный путь», «Звёздные войны», «Чужие» в том году вышли. Точно, уже или вышел, или скоро выйдет знаменитый отечественный «Кин-дза-дза». Но хрен ты где в Кроули найдёшь шедевр советского кинематографа. Холодная война всё ещё где-то витает в воздухе и незримо присутствует. - Боб, насколько я помню, тебе очень нравится супергероика, правильно? – спросил у парнишки, когда мы встали на светофоре. - М… Да, но ведь ты и так это знаешь. Зачем тогда спрашиваешь? - Просто интересно, что ты думаешь про космические путешествия, исследования всяких там туманностей Андромеды и прочей подобной научной фантастики. Она же сейчас популярна. Человек побывал в открытом космосе, побывал на поверхности Луны. Разве это все не захватывающе? Светофор сменил свой сигнал на зелёный. - Космос, да? Ну… Мне нравится сага про Звёздные Войны. Джедаи крутые ребята, да? Со световыми мечами. У нас таких нет… А наш космос? У Англии ведь нет такого ничего. Это США и коммунисты где-то там, - он неопределённо ткнул пальцем в небо. – покоряют что-то. Но у коми всё хуже, это-то точно, так и им и надо. Я знаю, у старших спрашивал! - А причём здесь старушка Англия? Росомаха, сколько я знаю, вроде тоже не является, ммм… подданным нашей королевы? - Нет. Но сами по себе супергерои не привязаны к какой-либо стране. Может и у нас как-нибудь окажутся? - Так уж прямо не привязан? Но проездом, может быть, и будут. Кто же их знает? Вместе с джедаями и ситхами. - А ты что думаешь про космос? Когда я смотрю кино про него, меня одолевает какая-то грусть. - Мне просто нравится. Читал кое-что. Думаю, если люди хотят жить среди звёзд, им следует задумываться об этом уже сейчас. - Иногда ты говоришь, как мой отец. А что читал? Может мне тоже понравится. Свят-свят, какой отец? - Разное всякое. Немного от Булычёва, Брэдберри, Хайнлайна. Запомнилось немного из Стругацких. - Коми? - Причём тут коми. Отличная социальная фантастика с запоминающимися персонажами и непростыми вопросами. Никаких тебе избранных и особых людей. Всё как у всех. Или почти всё так. - Ты самый настоящий красный, Сэм, можешь не оправдываться, - лыбится, маленький засранец. - Лимона бы тебе, слишком рожа довольная. Я с тобой за звёзды, ты мне за русофобию. - И что такое русофобия? - Когда одну половину своих проблем ты отказываешься признавать, а во второй ищешь происки злобных русских, которые есть и пить не могут, лишь бы испортить тебе жизнь. - И чем же они тогда занимаются? - Я почём знаю? - Но откуда-то же ты знаешь про эту твою русофобию и ихних писателей про космос. - Слушай, - смотрю Бобу прямо в глаза, – одной из причин, по которой Британская Империя ушла на покой – вовсе не злобные русские, у которых своих внутренних проблем столько, что у твоего Росомахи за всю написанную и ненаписанную историю комиксов. Проблемы расслоения общества, бойцы ИРА, нарастающие студенческие забастовки и социальная напряжённость – это всё то, чего мы, - слово «мы» далось мне непросто, но я почти не скривился. – добились абсолютно самостоятельно. И если через много лет, когда ты станешь самостоятельным мужиком, который честно или не очень зарабатывает фунты на свою жизнь, будешь винить в своих проблемах неизвестных зелёных, красных или чёрных человечков, то я в тебе очень сильно разочаруюсь. Наступила немного неловкая тишина. Мальчишка отвёл глаза и о чём-то своём, а я вновь посмотрел в постепенно затягивающееся облаками небо. - Не буду я никого винить. Но всё равно я тебя не понимаю. Откуда ты столько знаешь? - Во многих знаниях – многие печали, - уклончиво ответил, поправляя рюкзак. – А перевод Булычёва поищи где-нибудь, хорошие книжки. - Угу… - Пошли, задерживается наш поезд. - Ты иди, а я посмотрю. - Как знаешь, Боб, как знаешь. Зря я так разболтался, наверное. А может быть и нет. Ладно, в любом случае, парень он нормальный, может быть, такие простые мысли, озвученные от другого человека, достигнут его разума. Завтра будет ещё один непростой денёк: маткружок и общение с преподом по труду. Моральную поддержку мелкому подозрительному засранцу следует. И решить вопрос с Джефферсон. Прогул классного часа с репетицией можно закрыть, рассказав ей наизусть свои слова. Этим и стоит заняться в первую очередь. Домой не спешил, погода позволяла. Потому, наверное, встретил идущего домой Билла и Тома. Но они увлечённо обсуждали какие-то свои дела, так что сделал вид, что их не узнал и слегка замедлился. Леди Стивенсон отсутствовала дома, но оставила записку на столе о том, что еда в холодильнике и она сама скоро будет. За ужином посетила мысль о том, что вот уже год спустя, почти вжившись в роль британского мальчишки, не чувствую себя «аборигеном», ощущая себя всё ещё Васькой Котовым. Тем же раздолбаистым молодым человеком, который, в целом, ладит с детьми, и скучает по Камскому берегу. Думаю, что это отчасти связано с тем, что уровень решаемых задач сильно упал, в сравнении с опытом двадцати шестилетнего молодого человека. От того и столько времени для рефлексии. А лучший способ от неё избавиться, который я знаю, это заняться каким-нибудь делом, чтобы мозг был загружен и не трепал нервы. Лёгкий тычок в плечо разбудил меня прямо в кресле-качалке в гостиной. На коленях бумажка со словами на английском, тускло горящий торшер в углу комнаты, ночная улица за окном. Моргнул пару раз и более осмысленным взглядом посмотрел на бабушку. - Чем ты таким занимался, что за задремал, внучок? Лицо серьёзное, а глаза улыбаются. Повезло мне всё-таки. Повезло. Молча передаю из рук в руки свои слова и поднимаюсь на ноги. Пора бы и честь знать. Спать следует в уютной кроватке на втором этаже. Да-да, пора отдыхать. - Слова? Рада видеть, рада видеть. Но засиживаться так в кресле не стоит. Ступай. Кивнул и забрал листочки назад. Бабушка погладила мою макушку, на что я лишь слегка улыбнулся. Иногда хорошо быть и маленьким. Четверг начался… В коматозном состоянии. Вроде и выспался, а всё равно до школы добрался в виде сомнамбулы. В ларёк за выпечкой не заходил. Забыл. Но для себя придумал сложное оправдание в виде того, что надо экономить и нечего друзей приучать к тому, что один я всех угощаю. Отмазка так себе, я знаю. Никто у шкафчиков меня не встречал. Кажется, за полчаса до первого урока приходят не так много ребят. Класс был закрыт. Учитель тоже ещё не пришёл. Достал уже изрядно надоевший текст и вновь вчитался в строчки. В целом, ничего именно учить уже не требовалось … Но некоторые отдельные слова время от времени выпадали из памяти, добавляя некоторый оттенок раздражительности моему утреннему настроению. - К чёрту эту хрень… Снова убираю бумажки в рюкзачок, после чего, прислонившись к стене, начинаю дремать. Уроки прошли неплохо. К труду, я уже относительно проснулся и был готов был помочь Бобу с реализацией его небольшой мечты. На самом занятии мы делали какую-то простенькую аппликацию на растительную тематику. Мистер Штерн и не такое может. После звонка мы с Бобом слегка задержались и подошли к что-то записывающему в журнал преподавателю. - Мистер Штерн, сэр! Можно обратиться? Крепкий мужчина лет сорока, среднего роста. Лысый, словно бильярдный шар и очками на цепочке – создавал впечатление интеллигентного рокера в повседневной жизни. Образ заканчивала крупная челюсть и рабочий халат синего цвета. Лёгкий запах сигарет всегда сопровождал этого человека. Он не спеша отпил свой остывший кофе – явно быстрорастворимый, и поднял на нас глаза. Я слегка подтолкнул товарища вперёд и тот, слегка заикаясь, начал выкладывать свои мысли. Учитель, не перебивая слушал, смотря внимательно в глаза Бобу, от чего тот, казалось, только больше тушуется. В конце концов парень достал из рюкзака свой рисунок и положил на стол. Мистер Штерн посмотрел на картинку, всё также молча отпил из кружки, после чего негромка сказал. - Ребята, я всё понимаю. Весьма похвальное желание сделать что-то своими руками. Но есть небольшие «но», - товарищ мой слегка поник на такие слова. – Как вы понимаете, в этом учебном году нам осталось учиться чуть больше месяца. Вот это, - на этих словах он взял в руки лист с зарисовкой и несильно ударил внешней стороной ладони по нему. -помимо того, что стоит доработать до некоторого чертежа, на который, кстати, тоже потребуется время, мы потратим никак не меньше пары месяцев. Я предлагаю следующее. Мистер Стоун, подходите ко мне в субботу после занятий, я найду вам место, мы с вами более подробно обсудим детали того, что нам потребуется. После чего я прикину бюджет на наш небольшой проект, который, если вы, конечно, возьмётесь за него, можно будет засчитать как годовой. Вы обсудите с родственниками, готовы ли они в следующем учебном году поддержать начинание в финансовом плане, и, если всё сложится, подходите уже в первых числах сентября, мы приступим. Вас устраивает такой план действий? - Да, конечно, сэр. - Тогда не смею вас больше задерживать, молодые люди, вас ждёт следующее занятие. - До свидания, сэр! – сказали мы одновременно с моим другом и спешно покинули кабинет. - Вроде всё хорошо прошло. Как-то больно уж ты уныло выглядишь. - Только в следующем году начнём. - Но проф прав, тут времени совсем чутка осталось. А у него в июне время всякой отчётности, тут к гадалке не ходи. Так что выше нос. Приходи к нему в субботу. И начинай думать, как убеждать родственников будешь. - А, это ерунда. Отец точно одобрит. - Видишь? Всё вполне себе отлично. - Да-да, ты прав, - товарищ слегка вздохнул. Мы неспешно побрели на следующий урок.

* * *

На занятие кружка я пришёл за десять минут до начала. Преподавательницы ещё не было на месте, но несколько незнакомых мне старшеклассников, в том числе одного парня в очках лет четырнадцати на вид, я не знал. Сел посерединке, но с учётом количества людей – на условно заднюю парту и начал молча вытаскивать письменные принадлежности. Ребята мазнули по мне взглядом и продолжили обсуждать какие-то свои новости и сплетни. От нечего делать начал рисовать карандашиком в тетради кубик Рубика, но за отсутствием цвета, на гранях вписывал в зависимости от цвета заглавные и строчные буквы Ъ, Ы и Ь. Мне показалось это довольно забавным. За время ожидания набросал даже небольшую тень на некой абстрактной поверхности. Баловство, в общем. За это время людей в классе чуть добавилось, пришли знаменитая Салли Мимроу с близнецами Робертсами. Последние мне улыбнулись и помахали руками в приветствии. Важно им кивнул, приятные в общении ребята. Все расселись. Внезапно хлопнула дверь и в класс ворвалась миссис Саллем. Дети и подростки как один повскакивали со своих мест с дружным приветствием. - Да-да, дети, всем здравствуйте, присаживайтесь. Женщина добралась до своего рабочего места, положила в стол тетрадь, которую несла с собой, после чего вытащила из тумбочки какую-то папку и оглядела с прищуром аудиторию. - Так, одиннадцать… Саймон, где Лукас? Тот самый парень в очках встал и что-то промямлил про свою неосведомлённость в указанном вопросе. Хотя по его виду даже я понял, что брешет. - Ясно. Сегодня к нашему славному клубу по моему приглашению присоединился ещё один участник. Мистер Уайт, прошу, встаньте. Поднялся, посмотрел вокруг. - Молодое дарование обучается в нашей школе, из класса 3 – 1. Возможно, вы были ранее знакомы. Присаживайтесь. Для младших классов проведём разбор задач на чётность, со старшим поколением повторим остатки, - на этих словах она прошла с папкой и выдала на каждую парту, кроме моей, по листочку. - Так как сегодня у нас повтор уже пройденных тем, то приступайте. Через пятнадцать минут мисс Робертс и мистер Долтон пойдут к доске, рассказывать решение первых задач. А для Вас, мистер Уайт, у меня подготовлен листочек с задачами, чтобы провести некоторый срез. Так сказать, вступительная олимпиада, - она мило улыбнулась и выдала мне листочек. Мне выдали листок. И я увидел список задачек. 1. Винни-Пуху на завтрак дали полную тарелку каши. Он съел половину и положил в тарелку еще столько же мёда. Затем съел треть содержимого (каши с медом) и дополнил тарелку мёдом. Потом съел четверть содержимого и снова дополнил тарелку мёдом, после чего с аппетитом всё съел. Чего в итоге Винни-Пух съел больше: мёда или каши? 2. Каждый кандидат в мэры – либо рыцарь, всегда говорящий правду, либо лжец, который всегда лжёт. Каждому из семерых кандидатов задали вопрос: «Кого среди кандидатов больше: рыцарей или лжецов?» Кандидаты A, Б, В ответили: «Лжецов». А что ответил кандидат Г? (Каждый из кандидатов точно знает, кем являются остальные шестеро.) 3. В коробке лежат 5 мандаринов. Известно, что любые три из них весят в сумме больше 300 г, но меньше 600 г. Докажите, что найдётся мандарин, весящий от 100 до 200 г. Веса мандаринов не обязательно целые. 4. По кругу в произвольном порядке расставили десять чисел от 1 до 10. Докажите, что найдутся четыре подряд стоящих числа, сумма которых не меньше, чем 22. 5. Дракон запер в пещере шестерых мудрецов и сказал: «У меня есть семь колпаков семи цветов радуги. Завтра утром я завяжу вам глаза и надену на каждого по колпаку, а один колпак спрячу. Затем сниму повязки, и вы сможете увидеть колпаки на головах у других, но общаться я вам уже не позволю. После этого все одновременно напишут каждый на своей бумажке цвет спрятанного колпака, и сдадут бумажки мне. Если угадают хотя бы трое, всех отпущу. Если меньше – съем». Как мудрецам заранее договориться действовать, чтобы спастись. - Решайте столько, сколько успеете, мистер Уайт. У Вас есть полтора часа на решение, после чего мы обсудим получившиеся результаты. Она ушла к своему столу, а я, в свои двадцать семь и высшим образованием остался обтекать, потому как быстро решение к последним двум задачам просто так не хотело придумываться и навскидку я его не видел. Миссис Саллем в это время достала какую-то книгу, а старшеклассники весело посмотрели в мою сторону. Как я и ожидал, первые три задачи решились в первые двадцать минут из отведённого времени, после чего сразу же их оформил на чистовик. За это время у доски как раз успели отстреляться Джейн и тот самый Лукас, который врать не умеет. Ещё двадцать минут ушло на четвёртую: с самого начала было ясно, что нужно будет идти от противного, но долго не получалось зацепить суть того, что мы подсчитываем. Тупо записав десять неравенств из всевозможных четвёрок и получив что двести двадцать меньше двухсот двадцати. Такое противоречие мне показалось плохим доказательством. Однако помыкавшись, попытавшись как-то получить нужный результат, повыписывав числа по кругу так и так, и, закономерно, ничего не получив, заметил, что около десятки «слева» и «справа» находятся две тройки, сумма в каждой из которых не должна превосходить одиннадцать. Обратив на эту мелочь внимание, почти сразу добрался до искомого противоречия с третьей тройкой, сумма в которой просто по умолчанию должна быть как минимум двадцать два. Оформил предпоследнюю задачу, после чего начал мозговой штурм пятой, да так с ней и просидел до конца занятия. Озарение до меня снизошло буквально в тот момент, когда миссис Саллем похвалила близнецов Робертс за их довольно неплохое понимание задач по теме чётности и нечётности, за пару минут до конца занятия. Когда хлопнула дверь и около меня встала преподавательница, выразительно хмыкнув, я заканчивал проверять озарившую меня мысль. - Итак, мистер Уайт. Каковы Ваши успехи? Давайте посмотрим, посмотрим. - Я успел оформить четыре задачки. Решение по пятой есть, но я его не успел оформить. - Что же, что же. Хм… Недурно, мистер Уайт. Недурно… - несколько минут она читала мои мысли, время от времени кивая самой себе. - Что же, по оформленным задачам вопросов никаких нет. Может быть, расскажете что-то по последней, как Вы утверждаете, решение было найдено? - Да, считаю, что найдено. Женщина забрала мой чистовик и о чём-то задумавшись добралась до своего места. Снова кивнув своим мыслям, посмотрела мне в глаза и сказала: - Рассказывайте. - Я рассудил следующим образом. Присвоим каждому цвету его номер. Тогда каждый мудрец будет знать каких двух цветов нет. Сложит номера этих двух цветов. Если получится чётное число - напишет в бумажке тот цвет, чей номер больше. Нечётный - напишет тот цвет, чей номер меньше. Эту мысль можно проверить, но тут надо расписывать частные случаи, которые на слух будут… Не очень понятны. Миссис Саллем кивнула в сторону доски. - Прошу. Вышел к доске и в колонку написал числа от одного до семи, после каждого проставив двоеточие. После чего напротив единички написал числа два, четыре и шесть, двойки – три, пять и семь, и далее по смыслу. - Предположим, что дракон спрятал колпак, которому мы дали первый номер, тогда мудрецы, у которых на голове надет колпаки с цветами, имеющими номера два, четыре и шесть угадают, и напишут на бумажке именно цвет того головного убора, который был спрятан. Потому что сумма будет нечётной, а по введённому правилу, они напишут то, что меньше. С остальными по схожей логике. Небольшая пауза. - Действительно, это так. Молодец, что обратил внимание на тему сегодняшнего занятия, - она загадочно улыбнулась. - А если мы изменим правило, и если в на чётную сумму мудрецы будут писать цвет с меньшим номером, получится ли мудрецам выжить? - Да, правило симметрично по этому признаку. - Молодец, решил все задачи. В таком случае, рассчитываю, что уже в следующем году ты будешь наравне со всеми участвовать в JMC. Там задачи попроще в целом, конечно, но просто так на продвинутый уровень выходить считается дурным тоном. - Я понимаю, мэм. - Тогда не задерживаю, жду на следующем занятии. Листочек с задачами оставь себе. - Так точно, мэм. Собрал шмотки и пошёл в туалет. Довольно сильно устал, как ни крути. Полтора часа сидел над задачами, шея и спина затекли. С другой стороны, мне понравилось, и всё равно, если однажды мой уровень смекалки и решения нестандартных задач упрётся в потолок того, что я раньше умел. Надо же расти над собой. В таком настроении и я дошёл до шкафчиков с одеждой и обувью: уставшем и слегка приподнятом. Но открыв дверь, и выбравшись на улицу, добавились нотки удивления. На лавочке, сидели и болтали о какой-то ерунде мои старые знакомые Стоун и сёстры Доу. Что они тут делают? У Роберта никаких факультативов точно нет. Он меня, получается ждал? А сёстры тут причём? - О, Сэм, привет! – Мари, заметив меня, встала и подбежала поближе. – А мы тут тебя ждём! Роберт сказал, что ты был в клубе у миссис Саллем. - Он хулиган, какой клуб миссис Саллем, наверняка с кем-то в карты играл или дрался. Признавайся, давай. Почему мы тебя так долго ждём? - Привет Мари, Боб. Твоё неверие ранит меня в самое сердце, Кейт. Я тоже рад тебя видеть. Да, был в клубе. Устал и чувствую себя выжатым лимоном. А вы чего меня ждёте? - Сестра хочет посмотреть на те самые лондонские поезда с граффити. Но мистер Стоун сильно стесняется, и без тебя никуда не идёт. Родители сегодня будут не раньше половины восьмого, так что идти сейчас домой нет никакого смысла, ключей у нас нет. Ждём только тебя. - Да, сестра верно говорит… - А ты Боб, что скажешь? Чего молчишь? - Э… - Стоун сидел, как воды в рот набрал, засмущали мальчика. – Д-д-да. В-в-вот... - Всё понятно, - я вздохнул. – Идёмте. - Раскомандовался, хулиган. - Сестра! Кажется, бабушка приглашала их в гости, да?