Вопрос на засыпку

Минут пять собирал мозги в кучу. Сказались общая утомлённость от школьного дня и эффект неожиданности – с импровизацией у меня, откровенно говоря, не очень. Мимо пару раз проходили старшеклассники, что-то возбуждённо обсуждая. Один из них случайно задел сумкой, не заметив. - Извини? – звонкий девчачий голос окончательно выдернул меня из раздумий. - А? Не, ничего, - чуть заторможенно повертел головой из стороны в сторону. Возле меня остановилась незнакомая девочка, которая с интересом начала меня разглядывать. - Мари, чего ты там копошишься? – отреагировала её подружка, успевшая спуститься вниз на одну площадку. - Меня зовут Мари, я из класса 4-1. А это моя подруга Кейт, мы одноклассницы. Ты чего здесь стоишь один? Как тебя зовут? –так и лучится энтузиазмом, улыбается и поправляет чёлку. Она ничего, вырастет настоящей красавицей, полагаю. Прямые волосы аккуратно убраны в косу, которая была недавно заново переплетена. Карие глаза, с огоньком внутри, аккуратный прямой и белозубая улыбка. Уши только слегка оттопырены, напоминая о страшном русском звере Чебурашке. Но с возрастом этот недостаток пройдёт, я точно знаю. Молчание затягивалось. - Отстань от глупого малька; видишь, он тебя даже не понимает? - Тише, Кейт, он чем-то расстроен. Не бойся, мы не обидим! - Ва… Сэм. Сэм Уайт, класс 3-1. Задумался просто. И забыл дорогу до класса литературы у миссис Джефферсон, - небольшой обман. Но вдруг и правда проводят? И интуиция говорила, что девочки они хорошие. Хоть и такие разные. - Давай, мы тебя проводим! Кейт, не дуйся! Это же совсем недалеко. - Ты слишком добрая, Мари, - она тяжело вздохнула. Тут только я обратил внимание на поразительное внешнее сходство двух моих новых знакомых. Они заметили мой заинтересованный взгляд и, переглянувшись, улыбнулись друг другу. - Да, мы близнецы. Но не стой столбом, - кивнул и взял в руки рюкзак, который стоял под ногами. - Ты дрался?! Так ты хулиган! Стой, сестра. Это же… Я только сейчас вспомнила, откуда мне эта фамилия знакома, - Мари остановилась, в ответ на столь эмоциональную отповедь. После чего посмотрела в направлении взгляда Кейт – на сбитые до крови костяшки на кулаках. - Это он и хулиган Уильямс из их параллели в апреле устроили потасовку в парке. Помнишь? - Но он не похож на хулигана… - девочка враз стала какой-то расстроенной. – Ты правда с кем-то подрался? - Здесь было бы шумно, а моя одежда – в значительной степени испорчена. Наш общий знакомый Уильямс за последние полгода с кем только не дрался. Удивительно, что ты запомнила мою фамилию. - Но никто до этого не вызывал его на эту вашу… Когда один на один мальчишки дерутся? Ты его спровоцировал. Идём, Мари. Незачем нам общаться со всякими хулиганами и драчунами. Он ещё наверняка и прогуливает. Расскажем о нём миссис Стингер. - Это кто такую чушь сказал? Они вчетвером меня подловили, я потом с трещинами в рёбрах в больницу загремел, - тоже посмотрел себе на руки. Дурацкая ситуация. Ещё миссис Саллем заставила понервничать. Не буду им ничего доказывать, меня пока другие дела ждут. - И вообще. Хотели стучать – идите и стучите. Я пошёл. - Кейт, стой! Сэм, подожди, ты же не туда идёшь, надо вниз! – Мари, казалось, ещё сильнее расстроилась и не могла понять, как правильно поступить. - Вот и настучим, можешь не волноваться. Вы, хулиганы, по другому не понимаете. Идём, сестра, - на это заявление не смог удержаться и хмыкнул, после продолжил свой путь в сторону коридора, чтобы спуститься потом по другой лестнице. - Надо ему помочь, он заблудился. Может он и дрался с кем-то в апреле, но ведь все мальчишки дерутся! Такие они уж, ничего с этим не поделать, - девочка всё-таки пришла к какому-то решению, сделала выводы в своей голове, довольно мудрые для её возраста, после чего догнала меня и взяла за руки. Я слегка поморщился – раны от сбитой кожи ещё, разумеется, не зажили. - Ой, извини! Пошли, пошли! Нам в другую сторону! – взяв меня несколько осторожней, новая знакомая повела меня назад. Её сестра протяжно вздохнула. - Добрая сестрица, теперь и всяким драчунам помогать будет, - буркнула Кейт, когда мы с Мари до неё дошли, после чего увязалась за нами. Так мы и пошли гуськом. Втроём. - Хулиган, да хулиган. Кто тебе вообще такое сказал, - не остался в долгу у сварливой сестры. - Сколько у тебя личных баллов, только честно? – моё лицо помрачнело, что не скрылось от девочки позади. Зачем давить на больное-то? Так на море хотелось… Последний раз был в двенадцать, то есть пятнадцать лет назад. Вы ещё столько и не прожили. - Судя по лицу, не очень! О чём я и говорила: учишься неважно, сейчас кулаки в крови, в апреле дрался с Уильямсом. А ты, сестра, мне не верила! – торжествующе улыбнулась девочка. - Я ничего не ответил, ещё, вообще-то. Триста семнадцать у меня баллов, - стёр улыбку этой упёртой и вредной Кейт. Но особой радости мне это всё равно не добавило. Мари внезапно остановилась, от чего мы все втроём чуть не распластались в коридоре. - Ты чего? – спросил у девочки. - Вот видишь, сестра! Он хорошо учится, даже очень хорошо. У нас с тобой всего по двести девяносто. - Да врёт он. Наверное, - буркнули из-за спины. – Как и все мальчишки. - Кейт! - Он передёрнулся, когда я его про баллы спросила. Он точно врёт. - До драки у меня было почти четыреста. Из-за Уильямса на сотню опрокинули. - Молчу-молчу. Но я всё равно считаю, что ты хулиган и врунишка. - Думай, как хочешь. Дальше я сам дойду. - Ни в коем случае! Мы проводим. Опять потеряешься ещё… - я смирился, ничего плохого всё равного с этого не произойдёт, так что пусть. Наша процессия тронулась вновь в путь. Какое-то время в коридоре была тишина, разгоняемая только лишь нашим глухим топотом ног. - Тебе сюда! – Мари постучала в дверь и сама заглянула внутрь. Весь класс уже давно собрался внутри и тихо о чём-то перешёптывался. Обернулись на стук почти все. Меня и девочку начали заинтересованно изучать. Неловкая пауза затягивалась, учительница была явно сбита с толку. - Миссис Джефферсон? Я пройду? – решился наконец нарушить молчание. - Сэм! Ох, что-то задумалась… Проходи, мальчик, проходи! Мы тебя заждались. Присаживайся рядом с мистером Стоуном! Мы как раз обсуждали… - пухленькая женщина среднего, по меркам Великобритании, роста начала свой длинный монолог. Улыбнувшись женщине, махнул рукой на прощанье близняшкам, на что Мари счастливо улыбнулась, а Кейт сделала вид, что она вообще тут не при делах. Аккуратно прикрыв дверь, девочки ушли по своим делам. Мне предстояло найти своего товарища, который, впрочем, и не прятался. Последняя парта ряда возле двери, самая Камчатка. Хороших ролей на спектакле нам не видать. Стараясь не светить костяшками пальцев, дошёл и уселся за парту к Бобу. - Ты чего так долго? Классуха нам скоро мозги всем вынесет за важность прилежного поведения и опрятного внешнего вида. Ещё чуть-чуть и можно было на стену лезть! - Воу-воу, будь тише, парниша. Ты чего такой громкий? – на секунду показалось, что нас слушает весь класс. На деле никто даже и не дёрнулся. Все внимательно слушали учительницу. Или старательно делали вид, что крайне заинтересованы. - Да ты мне тут не рассказывай. Мы сидим в Нортамберленде, так ещё и ей до лампочки: пока не поднимется откровенный гул… Ты прямо как в первый раз! - Да будь тише ты! – шикнул на этого неугомонного. Скучно ему, видите ли. Вот и бесится. Так-то уроки литературы проходят в целом достаточно интересно. Миссис Джефферсон умеет заинтересовать и заставить задуматься. Но школа «Три моста» - общеобразовательное учреждение для всех. Так что про «задуматься» я слегка приукрасил, школьники-ровесники на таких заданиях строят башенки из карандашей или играются бантиками. А ещё наш классный руководитель очень мягкий: когда начинается шум, она теряется, потом начинает снимать всем подряд баллы. Параллельный класс с Уильямсом даже однажды довёл женщину до истерики. Но никаких серьёзных штрафных санкций последнему за это не было. Отчасти из-за этого случая, отчасти, в апреле меня так жёстко просадило по личным баллам. Классная решила тупо не вписываться, пустив дело на самотёк. Обидно. - Ты чего так долго? Что за девочка? Никогда её раньше не видел. С ней тоже за руки держался? И чего от тебя хотела Саллем? – экак его понесло. С другой стороны – всё равно сейчас идёт вялая муштра, эффект от которой тонет в многообразии воды и словоблудия. - В кружок свой звала, по математике. Очень настоятельно. - Так ты у нас Ботан, да? - Странно, что для тебя это всё ещё новость. - Так ты теперь будешь туда ходить? – подначка была благополучно проигнорирована. А нет, показалось. Боба начал разрывать не дюжий энтузиазм. - Куда я теперь денусь с подводной лодки? Буду ходить. Да и интересно это мне в целом. Примерно наполовину от твоей увлечённости «Людьми Икс». - Я от Гарри со второй парты слышал, что в этот твой кружок ходит Салли Мимроу, или Очкастая Губошлёпка. - Боб, что за третьесортные сплетни ты собираешь? И почему именно Губошлёпка? - У неё верхняя губа как будто треснула. И ещё она вечно что-то мямлит в своих дурацких квадратных очках. Гарри как-то сравнил её рот с мартышечьей задницей, прикинь?- обычный буллинг в детской среде. Бессмысленный и беспощадный. Стоун зашёлся в беззвучном смехе, явно довольный от своих слов и воспоминаний. - Подумаешь, заячья губа и плохое зрение. Это, типо, смешно и остроумно? – спросил я у соседа по парте чуть злее, чем хотел. Не очень люблю всеобщую травлю. Точнее, на дух её не переношу. - А ты чего впрягаешься за неё? Ты и с ней знаком лично? – мальчик слегка опешил от моей нетипичной реакции. - Не знаю, но буду очень рад, если мы не будем поднимать эту тему. Мне не нравится, когда одни люди издеваются над другими. Особенно, когда это происходит на почве того, что изменить нельзя. Не люблю и не признаю издевательств, - смотрю в глаза своему соседу по парте и кладу руку ему на плечо. - Ладно… ладно, друг, я понял! Что ты вообще на меня взъелся? Гарри, вон, каждый день над кем-нибудь подшучивает, ты ему ничего не говоришь… - Гарри Крайт со второй парты и не является моим другом. - То есть, только твои друзья не могут говорить всё то, что они захотят? - Тебе когда-нибудь говорили, что у тебя очень изощрённая логика? Мыслишь в верном направлении, но вывод уехал куда-то влево. - Да-да, конечно. А что за девчонка с тобой в класс входила? – этот диалог начал меня уже сильно утомлял. Его запас энергии, да куда-нибудь в полезное русло. Прикрыл глаза и слегка потёр их. - А тебе какая разница-то? Ты её не знаешь, знакомиться не будешь. - Вот ещё! Это только ты по выходным за руки с ними держишься. - Не только по выходным, но ещё по вторникам и четвергам, с часу до двух. Ты, конечно, не девочка, но можешь тоже занять очередь, - я слегка ухмыльнулся. Когда же он успокоится уже? - Да пошёл ты! А сегодня, получается, не держался? - Сегодня, наверное, вторник? Или, может быть, четверг? - Да я же серьёзно! - Я сама серьёзность. - То есть ты правда держишься с ними за руки только по вторникам и четвергам? - Тебя заело что ли? - Ты так и не ответил, как её зовут? – кажется, мы начали привлекать к себе совершенно ненужное внимание. На нас бросили пару заинтересованных взглядов с соседних парт, кое-кто даже к нам обернулся. - Чего ты прикопался? Мари и Кейт из класса 4-1. Случайно в коридоре встретились. - Так их ещё и двое? Ты реально сумасшедший, чувак! И как так вышло, что они тебя проводили? - Да никак, отстань. - Не отстану! Так что, ну, расскажи! – Боб начал говорить вслух, мои намёки на то, чтобы снизить громкость – вообще не реагировал. - Нет. Будь тише и успокойся. - Тебя жалко, да? Мы же друзья, сам сказал. Расскажи! - Мистер Стоун, мистер Уайт! Как это понимать? – строгий, но крайне нервный голос учительницы литературы всё-таки достигает разума Боба, который с небольшой задержкой после меня вскакивает из-за парты. Зла не хватает, ведь предупреждал его, чтобы был тише. - Я глубоко возмущена вашим поведением, молодые люди! Это просто немыслимо! Буквально несколько минут назад я обращала внимание на недопустимость подобного поведения! А от Вас, мистер Уайт, было бы просто невозможно ожидать подобного! Вы, вместе с мистером Стоуном, позволили себе такое… такое! А как же моральный облик класса? – женщину вновь куда-то понесло. Стою, глаза долу. А что ещё делать? Сейчас надо просто молча согласиться со всем, или словесный понос вообще до конца урока не закончится. Малолетний придурок, конечно, чувствует себя слегка виноватым, поглядывает изредка на меня, но ведь можно же быть внимательнее! Семилетки… - Рассчитываю, что это было в первый и последний раз! Снимаю с каждого из вас по пять личных баллов! - Извините, мэм. Так точно, больше не повторится! – отмираю почти сразу же. Даже глаза начали слегка слипаться. Протёр их. - Так то… - начал было мой сосед по парте, но был перебит миссис Джефферсон, голос которой был уже совсем на грани истерики. - Мистер Уайт! Вы снова с кем-то устроили драку? Отвечайте! Что с ней, серьёзно. Нет, я, конечно, осознаю, что в Великобритании примерно в это время происходили выступления школьников и студентов. Но надо же понимать, что это были отнюдь не малышня из началки. И этот голос, переходящий в визг. Какие-то из мыслей отобразились на моём лице, вдобавок к моей фоновой растерянности, что учительница продолжила. - Не стоит делать вид, что Вы не понимаете, о чём речь! Снимаю с Вас ещё десять баллов, а теперь отправляйтесь к мистеру Брауну! – она выразительно посмотрела мне на руки, всем своим видом демонстрирую недовольство и крайнюю степень неодобрения. На меня снова пялился почти весь класс, рядом осторожно плюхнулся на стул Боб. Непонимающе перевожу взгляд на руки. Сука. Долбанный росомахофил привлёк ко мне очередное ненужное внимание. - А ещё я буду ждать миссис Стивенсон. Ваше поведение уже выходит за рамки. Подойдёте и заберёте «приглашение» после классного часа. А теперь поторопитесь, мистер Уайт! Тихо матерясь про себя на двух языках, поминая добрыми словами Боба и миссис Джефферсон, покинул помещение. В спину мне смотрело двадцать с лишним пар глаз… Стоит ли говорить, что после того, как перед самым началом распределения ролей в спектакле я был отправлен к медицинскому работнику, нормальной роли одному известному вам парню совершенно не светило? Что же… Обработав перекисью мои костяшки и не задав ни одного вопроса, мистер Браун меня назад, после чего продолжил читать какой-то медицинский журнал. Очередной появление в классе не вызвало никаких вопросов, ребята весело шумели, обсуждая свои роли. Я посмотрел на своё место со Стоуном, там лежала небольшая распечатка, на которой был напечатан сценарий. Такая же лежала на каждой парте. - Мистер Уайт, не стойте столбом! Мистер Стоун расскажет Вам про распределение ролей, - обратилась ко мне учительница. Повернув в её сторону взгляд, заметил, что на доске рукой миссис Джефферсон в столбик были выписаны все крупные роли, а рядом с ними через тире – имя и фамилия моего одноклассника. Так, например, Червонную Королеву должна будет сыграть моя «хорошая знакомая» Джин Уотерс, саму Алису сыграет очень общительная пай-девочка Стейси Винду. Там был внушительный список, но наших с Бобом фамилий, ожидаемо, там не было. Хотя на мой скромный взгляд, приятель мог отлично сыграть Грифона. А сам я хотел бы сыграть… да Шляпника хотя бы! Он безумен, как и я… - Да, мэм, - ответ прозвучал довольно вяло. Буду играть роль «еврейского мужа», раз так неудачно и невовремя попался на пару с Бобом. Медленно прошёл на своё место и сел. На меня особо так никто и не обратил внимания. Хорошо. Я недобро, а затем и вопросительно посмотрел на Роберта. Тот весь сжался, а потом слегка заикаясь ответил: - Прости, Сэм. Ты ведь говорил мне быть тише. Глупо как – то получилось. - Это безусловно хорошо, что ты вспомнил мои предупреждения. Но поезд уже ушёл. Какие «чудесные» роли нам с тобой достались? - Я буду играть роль Пятёрки. Ты будешь Семёркой. У нас есть несколько слов во время Крокета, а также в последних сценах. Ещё будем на суде давать какие-то показания. В общем, не особо важные роли… - Ещё бы, меня ведь тут не было, чтобы вовремя подсуетиться. В медпункте был занят ерундой. - Ты хотел другую роль? Или какую-то конкретную? - Да, бабушка очень настаивала. Мне это тоже интересно. Вечером меня ждёт незабываемый разговор. - Жаль, что так получилось. Прости ещё раз. А кем бы ты всё-таки хотел быть? - В смысле? Человеком, конечно. Чтобы с большой буквы. - О чём ты? Какой ещё такой Человек? Я про роль в спектакле. - Э…, - меня внезапно перебили. - Дети! Немного тишины! Проведём первую вычитку. Учительница начала наводить тишину, угрожая баллами и давя на совесть. В конце концов, дело сдвинулось с мёртвой точки. За сегодня мы успели два раза полностью прочитать весь сценарий от и до. Миссис Джефферсон осталась довольна нашими талантами в выразительном чтении. После чего все обладатели «маленьких» ролей начали выписывать свои слова, вместе с участками текста чуть раньше и чуть позже. Во всяком случае так сделал я сам, а до остальных нет дела. Робу тоже посоветовал. - Зато учить надо не так много. И переписывать, кстати, тоже, - оптимистически сообщил слегка отошедший сосед. - У кого много слов, того больше запомнят. А ещё им просто вернут наши распечатки, ты же слышал, - для наглядности взял пачку бумаги и потряс её перед его лицом, спуская с небес на землю. Некоторая степень расстроенности где-то всё ещё была на задворках мыслей. Но в целом, в действительности, всё не так уж и страшно. Разве что только роль… Не «шестёрка», было бы совсем обидно - я бы отказался, и то хлеб, тьфу. Следующий классный час был назначен на среду. Всех обязали выучить первые несколько своих фраз, после чего отпустили. Под весёлый гомон толпы довольных одноклассников попытался незаметно выскользнуть из класса и я. Надежда умирает последней. - Мистер Уайт, не забудьте взять «приглашение» для леди Стивенсон и передать его. Ей наверняка будет приятно узнать, что её внук стал хулиганом, который витает в облаках на занятиях. Будьте добры! - Да, мэм, - как-то кисло ответил я и взял небольшую бумажку. - Свободны, мистер Уайт. Вы меня сильно разочаровали, —сказал преподаватель, после чего села в своё учительское кресло и достала стопку тетрадей с чьими-то домашними работами. - До свидания, мэм, - в голове крутилось лишь некоторое сожаление по поводу того, что про мою скромную персону за несколько часов репетиции так не забыли. Душнила и моралистка. Да хрен с ней. Разворачиваюсь и покидаю помещение. Около выхода меня дожидается Боб, который чувствовал себя явно не в своей тарелке, но твёрдо решивший остаться и дождаться. Приятно. Небольшой диалог ни о чём, в продолжение нашей старой темы про супергероев. Честно говоря, его горящие глаза по поводу всех этих комиксов и недюжий энтузиазм могли бы даже мёртвого заставить проникнуться важностью историй. Но теперь к нашим обычным обсуждениям о Росомахе, его неподражаемости и крутости, добавились обсуждения про «как», «из чего» и «когда» Стоун начнёт делать свою фигурку. Это было и правда довольно интересно. Профессор Штерн бывал в школе не каждый день. В частности, по понедельникам его не было. Едва отговорил своего приятеля подойти к нему «сегодня-завтра», а в четверг после планового занятия, когда это было бы наиболее уместно. Мне же завтра надо будет с леди Стивенсон предстать пред светлы очи мадам Джефферсон. Я не смогу обрисовать технологу суть того, что мы (в первую очередь Боб) хотим, а стеснительный парнишка или скатится к детальному описанию всего и вся, или наоборот, пары слов не свяжет. В общем, страховать молодого надо на всякий случай. Понятное дело, вслух об этом ничего сказано не было, заострял внимание на других мелочах, мол, подумай, обрисуй на словах, что ты хочешь, подготовь какое-нибудь изображение. Попрощались возле парка, того самого, злополучного, после чего разошлись по домам.

***

Бабушка была явно не в духе. Решил дождаться ужина, после которого обычно большинство людей так или иначе приходили в более благодушное состояние духа. Остаток дня пытался наиграть «Детство» Юры Шатунова, а также остальные уже известные мне песни. Домашних заданий особо не было, так что сидел и пел про себя стараясь отрешиться от всего, мысленно готовясь к не самому приятному в своей жизни разговору. Просто играл и играл. Ужин прошёл в тишине, мы не обронили ни слова. Когда последнее печенье было съедено собрался с духом и передал бумажку с «приглашением». Не ожидая ничего хорошего, встал мыть посуду. Сейчас начнут отчитывать семилетнего британца за его «поведение», тьфу. - И ты действительно дрался? – на меня строго посмотрели. - Нет, мэм, - началось. - Покажи руки. Ты мне лжёшь? – взгляд похолодел ещё на несколько градусов. - Я не лгу, мэм. Бил стену. Никто не видел, стена же не жаловалась ни на кого? - А стену зачем бил? – меня всё также строго рассматривали. Чувствовал себя как микроскопом. - Сбрасывал нервное напряжение после разговора с миссис Саллем. - Вот как. А тут написано, что ты был уличён в очередной драке. Хочешь сказать, что миссис Джефферсон пишет неправду? А с миссис Саллем что? - Миссис Джефферсон увидела только разбитые кулаки, больше она ничего не видела и не знает. Да и если бы это реально была бы драка, я бы провёл её не на территории школы, мэм. Моя классная руководительница была бы последней, кто бы вообще о ней узнал, - несколько обиженно ответил я. – А что касается миссис Саллем, то я был в ультимативной форме записан в кружок математики. Я в целом не против, но не думаю, что в такого рода делах следовало прибегать к угрозам. Мне, безусловно, хотелось поехать на море, и в следующем году тоже буду стараться, но обещать наказывать по поводу и без – это как-то слишком. - Какие умные слова используешь, мальчишка, - леди Стивенсон неопределённо хмыкнула и о чём-то задумалась. А моя тушка продолжала стоять напротив, делая вид, что её очень уж интересует небольшой чайный сервиз на верхней полке серванта. - Оставим тебя на неделю без сладкого. Чтобы научился «сбрасывать напряжение» способом умнее. Саллем связывалась со мной ещё когда ты был в коме, так что про кружок – для меня не новость. Рассчитываю, что ты не подведёшь и оправдаешь наши с ней ожидания. Теперь перейдём к следующей теме, - я оживился и перевёл взгляд от кофейной чашки на бабушку. – Что по спектаклю? - Меня отправили из класса перед распределением ролей. Я буду играть Семёрку, - на меня посмотрели с некоторым недоумением. – Карта, Семёрка. - Хм… Забавно, забавно… - тут она улыбнулась лишь уголками рта. – А какого рода «угрозы» собиралась применить к тебе миссис Саллем? Как вступление в кружок коррелирует с твоей неудавшейся поездкой на море? - Снимала бы баллы на проверочных и контрольных по любому поводу, тоже самое касалось бы любой урочной и внеурочной деятельности. У преподавателей множество инструментов для влияния на своих учеников. - Хахаха! – бабушка прямо рассмеялась. - Ох, видел бы ты свою мордашку, - меня потрепали по голове. – Роза, конечно, и правда внушает уважение, но до такой мелочной мести она бы точно не опустилась. Опытный педагог просто хитрым образом взяла тебя «на слабо». Учись, внук! На слабо, да? Может быть, может быть. Но очень уж это сурово в тот момент это звучало. Отсмеявшись, леди Стивенсон вновь ко мне обратилась: - И сколько времени на подумать ты себе выпросил? Или не выпросил? – на втором вопросе тон был значительно строже. - Мне дали срок до среды. Но вообще думал соглашаться уже завтра. - Хорошо, хорошо, - бабушка, задумавшись, постучала пальцами по обеденному столу, и, ни к кому конкретно не обращаясь, что-то прошептала себе под нос. После небольшого непродолжительного молчания ко мне вновь обратились: - Я подумаю, что тут можно поделать. Завтра после занятий подойдёшь к своей классной. Посмотрим, что она такого интересного расскажет и о чём хочет поговорить. Ты же, сколько вижу, не отрицаешь что шумел во время репетиции, в результате чего и остался без хорошей роли? – она выразительно посмотрела на кулаки, после чего продолжила. – Мда, подумать только, мой внук будет играть Семёрку. Обхохочешься, и правда. С этой, - она сказала себе под нос что-то, вероятно, непечатное, потому что я ничего не услышал. – Джефферсон. А теперь иди спать. Не дай Бог, ты будешь не в кровати, когда я приду проверять. Ах, да. Попался на глупости – будешь наказан… сладостями. Никаких конфет, печенья и прочего до конца следующей недели. - Да, мэм. Развернулся и пошёл наверх. Лишили сладкого? Фигня всё это, переживу. Осталось разобраться с парой неприятных моментов завтра. Максимум, что мне могут сделать в школе – поставить внеочередное дежурство, лишить пары десятков баллов (ещё раз) и погрозить пальчиком. Хрень – вот что это. Напугали ежа голой задницей. Всяких пай-девочек, вроде Джин Уотерс, пугайте подобным. Хотя она та ещё оторва… Нагоняй от бабушки прошёл относительно спокойно и почти без неудобных вопросов. Засыпал я уже в более-менее хорошем расположении духа.

***

Утро встретило Кроули мелким моросящим дождём. Долго не хотелось вылазить из кровати. Хорошо, что был небольшой запас по времени. Задумавшись о смысле бытия, сам не заметил, как вновь погрузился в дрёму. Бабушка такой заход не оценила… Вместо завтрака – два бутерброда, вместо утреннего душа – едва успел зубы почистить. С заспанными глазами, а так же, как мне тогда казалось, неряшливым видом, шлёпал под зонтиком в быстром темпе в столь нелюбимое многими школьниками учебное заведение. Обычно выходивший всегда чуть заранее, с удивлением стал свидетелем небольшой сценки с открытием пекарни на углу одной из улиц. В заведение уже выстраивалась небольшая очередь из ровесников и молодых людей постарше. Среди покупателей удалось выцепить взглядом знакомую заколку в виде котика и хвост прямых тёмных волос. Почувствовав направленный на себя взгляд, девочка обернулась, а я увидел хмурое лицо Кейт. - Хулиган. Вчерашний, - огорошила старшеклассница. Но как-то без огонька, после чего сладко зевнула, чем чуть было не заразила меня. - И тебе счастья, здоровья и успехов в личной жизни! – бодро отрапортовал я, но кто тут кого обманывает. Глаза знакомой – так вообще стали размером по два рубля. - Ой, вот не надо тут… - не этих словах ребята, стоявшие сзади в очереди начали громко возмущаться, что какой-то ноунейм влез без очереди. Классика, что тут сказать. - Она мне занимала, просто забыла предупредить, - и обезоруживающе улыбаюсь всем этим хмурым мордам, после чего демонстративно пошарился в карманах в поисках мелочи. Школьники, универа и армии не видевшие, что с них взять, салаги… Шум спустя какое-то время стих до неодобрительного гула, который был по ту сторону сознания и не воспринимался, как угроза. Люди продолжали возмущаться между собой, бросая на нас грозный вид. - И что это было? – флегматично осматриваясь, спросила Кейт, не особо возмущаясь моим самоуправством. - Действительно, что же это могло быть… - очередь сдвинулась на одного человека. - Не знал, что такая прилежная, воспитанная и приличная девочка как ты, будет опаздывать на первый урок ради сдобы. - А сам-то, м? И вообще, я с хулиганами не разговариваю, - моя сонливость начинала отступать, на смену ей приходили бодрость и желание побезобразничать. - Да. Скажу твоей сестре, что ты меня сегодня угостила пирожками, а ей совсем ничего не оставила, не смогла удержаться. На меня грозно зыркнули и в нашем небольшом диалоге наметилась небольшая пауза. Меня сверлили взглядом, а я с преувеличенной заинтересованностью рассматривал ассортимент. После пары минут молчания, очередь всё – таки добралась и до нас. Улыбчивый булочник уточнил у девочки, что она желает. - Мне пирожок с картошкой, сэр, - мужчина взял бумажный пакет и сложил в него требуемое. - С вас шиллинг, мисс, - занятая гляделками «старшеклассница», забыла подготовить наличность. Мой выход. - Извините, сэр. Моя подруга Кейт, видимо, забыла дома деньги. Разрешите мне! – на меня уважительно посмотрели, а я выложил три шиллинга. - Можно ещё два таких же пирожка. - Ты что творишь, хулиган! – на меня шикнула девочка, пока булочник отошёл за добавкой к заказу. - Ого, мисс, а как же ваше «не разговариваю с хулиганами»? – так же шёпотом ответил, после чего взял бумажный пакет. - Доброе утро, молодой человек! – обратился булочник к следующему покупателю, а мы с девочкой двинулись в сторону школы. Я вытащил себе тёплый пирожок, а остальной пакет отдал девочке. - Не думай, что я тебе что-то должна, - Кейт надулась, как хомячок, но пакет взяла. Непроизвольно улыбнулся. - Один – сестре. Спрошу у неё сегодня! – мы шли каждый под своим зонтиком, обходя лужи, морщась от дисперсной взвеси, что норовила попасть в глаза. - В знак благодарности за вчера, - продолжил, несмотря на отсутствие какой-либо реакции. Дождик продолжал накрапывать, создавая непередаваемую атмосферу, когда хочется укрыться одеялом, когда на улице не вторник, а суббота, когда ты продолжаешь досматривать свой десятый сон поздним утром. Кейт жевала свой пирожок, время от времени поглядывая на меня. - Чего? – в какой-то момент я не выдержал. - Чего-чего… - моя знакомая буркнула что-то ещё себе под нос, и что в общем дождя вокруг, а также из-за звуков проехавшего мимо автомобиля не было мной услышано. – Спасибо. На это оставалось только улыбнуться и кивнуть. Спустя несколько минут добрались до парка, а дальше и до школы, где попрощавшись как вежливые люди, разошлись по своим занятиям. День прошёл достаточно спокойно, я бы даже сказал, умиротворительно. Никаких контрольных, неожиданных происшествий, спектаклей: даже Боб не особо зверствовал со своей идеей-фикс – сделать себе фигурку. Общались больше на религиозные темы, где Сэмуэль Уайт больше выступал в роли слушателя. Заходил к миссис Саллем. В смысле, оставался после урока, чтобы подтвердить своё участие в «клубе». На меня многозначительно посмотрели, после чего великодушно отпустили с миром. Интересная женщина, но держаться вне клуба буду от неё подальше. Пока. Надо же как-то легализовывать свои «умения», верно? Там и будет всё ОК. Проводятся собрания нашего, теперь уже, клуба по чётным дням недели, включая субботу. Так что суббота становится условно учебной. Сегодня разрешили не приходить, но я бы всё равно не пришёл: вызов бабушке к классруку, я обязан быть с ней, чтобы песочили при родственниках. Такие правила. Не знаю, чего ожидала миссис Джефферсон, но бабушка разнесла, собрала и снова разобрала её с ледяным спокойствием. Между прочим вспомнила про отсутствие наказания для хулиганов их параллельного класса, напомнила, что знавала матушку учительницы, вскользь упомянула про знакомых из адмиралтейства, бывших сослуживцев её покойного мужа, указала на мой табель успеваемости и поинтересовалась, а с чего это мистер Уайт будет играть роль «семёрки», рассматривать это как намёк со стороны школы? В общем, я сидел просто в ауте, что уж говорить про преподавательницу, которая, кажется, вовсе забыла, зачем, собственно, и устраивалась эта встреча. Мотаю на ус! Дело дошло до того, что выяснилось, что Гарри Крайт, играющий роль Чеширского Кота, скорее всего на вторую половину июня уедет с родителями на Майорку и выступать скорее всего не сможет. День удался, и я с улыбкой до ушей шёл уже за руку с бабушкой в сторону выхода из школы, когда меня окликнула Мари. - Сэм! Спасибо за вкусный пирожок! Мне Кейт всё рассказала! Сколько мы тебе должны? – и немного наклонила голову, чтобы заглянуть в моё лицо как бы сверху вниз. – Ой, извините! Девочка заметила бабушку и почувствовала себя несколько неловко. - Меня зовут Мари. Мари Доу из четвёртого класса, мэм! - Здравствуйте, мисс Доу, - леди Стивенсон загадочно улыбнулась. - Мари, вы с сестрой мне вчера помогли, так что всё хорошо. Я просто угостил вас в ответ. - Нет, так не честно. Мы завтра тебя тоже тогда угостим. Ну всё, я побежала! До завтра, Сэм! До свидания, мэм! – развернулась и быстро-быстро убежала. Я посмотрел на бабушку, а та вновь загадочно улыбнулась и сказала: - Интересные у тебя знакомые. Пусть как-нибудь заходят к нам на ланч, - интересный поворот. Очень удивлён, а потому стараюсь удержать лицо. Но ничего из этого скорее всего не вышло и выгляжу я как дурак. - Всё-всё, не делай такое удивлённое лицо. Идём. И что это вот сейчас было?