Наррация нашей любви

Он откладывает телефон с сообщением Вики на стол, устало рассматривая узоры на деревянной поверхности, пока слышит, как в душе перестает литься вода. Высветившийся на экране набор букв мало волновал, да и в целом, находившийся сейчас с ним в одной квартире человек не позволял погружаться в этот быстрый и нескончаемый поток стресса и паники. Наверное, снова еще одна тайная суперспособность. Он слышит шипение неподалеку, и поднимая резко голову, видит, как кофе начинает стремительно пытаться выбраться из турки. — Арс, — громко протягивает он несколько испуганным голосом и вскакивает с дивана, направляясь к плите. — Арс, — мужчина пародирует этот слегка сломавшийся в секунду неожиданности голосок и посмеивается, заходя на кухню и обгоняя парня, выключает плиту. Антон останавливается по середине, наблюдая за оголенной спиной, полотенцем, что висело на шее и мокрыми волосами, которые мужчина протирает, посте того как ставит кофе на деревянную подставку. — Сегодня ты пьешь чай, кстати. — Почему? — все еще не покидая своего места, спрашивает он, отрываясь от происходящих ранее наблюдений, переключая рассеянный взгляд на пол. — Потому что вредно, ты и так ходишь беспокойный какой-то, лучше пока без кофе, — Арсений переливает напиток в кружку, забирая со столешницы завтрак, который парень сделал до его прихода. — Я? — Антон притупляет взгляд, не зная, как отвертеться от подобных замечаний. — Не я же, даже сегодня всю ночь вертелся и дергался, — недовольно подмечает он, доставая из шкафчика рассыпной зеленый чай. Таких деталей парень не помнил, хотя это вполне логично, и в общем он понимал причины такого типа поведения, но заботило его совершенно другое, а именно то, что Арсений проглядывает те трещинки, о которых не желательно было знать. Антон быстро преодолевает турникеты, шустро заходя в раздевалку и думая над утренним разговором с мужчиной, весьма неудачно, мало того, что парень врет, так еще и делает это до ужаса коряво. Хотя так происходит только в случае с Арсением, ведь лгать и при этом одновременно смотреть в эти голубые глаза человека, которого, кажется, любишь просто до мурашек по коже, очень трудно, хотя бы из-за того, что он такого не заслуживает. — Привет, — громко протягивает Эд, в его привычной манере подлетев сзади и заключив парня в объятья, отчего тот резко дергается, слегка вскрикнув. — Я так сдохну когда-нибудь, — разворачиваясь и обнимая друга в ответ, отвечает он. — Я откачаю, — парень разворачивается, укладывая руку на плечо Антона, и направляется к висевшему неподалеку расписанию. — У вас физра первая, чего ты приперся? — Я с Арсением Сергеевичем приехал, — надо же, теперь ему было непривычно так называть мужчину. — Точно, вы же теперь вместе, ахуеть, поздравляю, — Эд смотрит по сторонам, в целях обнаружить в толпе Миру, но, видимо, та не собиралась торопиться на первую пару. — Вон твой, кстати, стоит у вахты, — Антон поворачивает голову, сразу недовольно хмуря брови и прожигая взглядом счастливо улыбающуюся Викторию Андреевну, что стояла рядом с преподавателем, пока Арсений этот взгляд не ловит, так что он сразу отворачивается обратно к стенду с расписанием. — У нее лицо сейчас треснет, блять, — раздраженно бурчит он, на что Эд смеется, сразу понимая суть подобных возмущений. — Так что там с конкурсом? — они направляются в сторону лестницы. — Прошло неплохо, четвертое место, я даже не ожидал, что в пятерку первую попаду. — Ахуеть, молодец, поздравляю, — он прощается с другом, направляясь в раздевалку и встречая там счастливую физиономию Димы, который что-то разглядывал на экране своего телефона. — Здарова, Мира не пришла? — поинтересовался он, усаживаясь рядом и доставая из кармана недавно купленную одноразку. Друг отрицательно качает головой, затем повернувшись, удивленно изгибает бровь. — Ты чего светишься так? — спрашивает парень, делая затяжку, пока к нему разворачивают экран мобильного, на котором была одна из его фотографий из Инстаграмма с комментарием от некой Кати. — Это с выступления? — друг положительно кивает. — С каких пор ты эти дуделки сосешь? — С тех самых, когда вонь сигарет стала мешать моим отношениям, — трагично повествует он. — Верная жена и послушная домохозяйка, — заканчивает друг, принимаясь расшнуровывать обувь. Антон сидит за партой, крутя в руках ручку и слушая споры друзей, пока Дима все сильнее разворачивается всем корпусом к девушке, видимо, чтобы весь его вид был убедительнее, иногда поглядывая на Арсения Сергеевича, что в свою очередь пытался в куче файлов найти нужную презентацию, ведь совсем забыл куда именно сохранил ее вчера вечером. Парень достает телефон, печатая сообщение Лизе. Вы 11:13 Слушай, а у меня есть возможность к тебе устроиться на работу? Пришло то самое совершеннолетие и, как он и обещал себе, требовалось заняться поисками работы, хотя это в большей степени бы для того, чтобы в кои-то веки не рассчитывать на деньги Вики, по крайней мере потому, что брать их у нее на себя было чувством не из приятных. — Шастун, задержись у меня, — слегка строгим голосом говорит Арсений Сергеевич, когда по коридорам раздается звонок, от чего парень замечает улыбку Миры, что сразу расплылась на довольном лице, кажется, ее это радовало не меньше самого Антона. — Арсений Сергеевич, что случилось? У меня плохо написан тест? Знайте, я готов исправить любыми способами! — саркастично начинает парень, опершись на слот преподавателя, когда тот закрывает за последним студентом дверь, направляясь назад и закатывая комично глаза. — Нет, я запер тебя здесь на всю перемену, чтобы ты не бегал курить, — он улыбается, неторопливо обхватывая талию парня руками и сцепляя пальцы в замок. — Мне сегодня Виктория Андреевна про вашу группу рассказывала, ты у нас, оказывается, подтянул оценки по предметам Паши. — Она из-за этого тебе во все лицо утром улыбалась? — щуря глаза, лукаво поизносит он, обнимая мужчину за шею, на что тот смеется. — Ты меня ревнуешь? — удивленно спрашивает преподаватель с заискивающим выражением лица. — Я? К ней? Не смеши, — парень качает головой, бегло отводя взгляд к доске. — Ну может слегка, — бурчит он себе под нос, мужчина улыбается, слегка качая головой и наблюдая за недовольно поджатыми губами, затем мягко целует, укладывая голову на плечо Антона. — Может сегодня в парк сходим, который на окраине? — спрашивает он, выбрав это место потому, что знакомых лиц там не было вероятности встретить. — Ну или куда захочешь, если ты свободен, конечно. — Давай, — едва слышно отвечает мужчина. Антон чувствует жужжание телефона в кармане и достает тот, замечая входящий звонок от Лизы. — Не против, если я отвечу? — Нет, конечно, — придвигаясь ближе, говорит он, парень принимает звонок, неосознанно перемещая свободную руку на голову мужчины и слегка поглаживая волосы, зарываясь в них пальцами. — Антох, извини, занята была, не могла ответить, в общем, поговорила я с нашим, говорит, что можешь завтра прийти, обсудить все, но ты не волнуйся, у нас большим набором сотрудников и не пахнет, вчера вообще я одна горбатилась, потому что Кирилл, баран, не делал ничего почти, короче, думаю, возьмут тебя или же впихнут на место бариста, потому что он уже на Авито хотел искать работников, — выговорив все на одном дыхании, заканчивает она. — Хорошо, спасибо большое. — Да не за что, я прям рада, что такие люди будут мои рабочие дни скрашивать, — довольно произносит девушка, делая небольшую паузу. — Ты в шараге? — Где ж еще. — Эд тебе уже сказал про четвертое место? — Да, молодец, конечно. — Этот молодец, правда, мне спать ночью не дает, ебется со своим пианино, ну я все равно за него рада, — со всем имеющим энтузиазмом продолжает она, пока Антон поджимает губы, надеясь на то, что Арсений Сергеевич сейчас или потерял на время слух, или перестал понимать русский язык. — Ты в выходные придешь, занятой ты наш? — Приду, не волнуйся, — торопливо произносит он, уже жалея о том, что взял трубку при преподавателе и намереваясь закончить диалог, но Лиза, кажется, слишком истосковалась по их общению. — Ну хорошо тогда, правда, ты теперь у нас приличная женушка, дилдо в подарок не актуален, и мы его Димке отдали, — парень, слегка прокашлявшись, жмурит глаза, чувствуя, как стыд сейчас пронесся огромной волной по его организму, в то время как Арсений слабо усмехнулся, пытаясь сдержать смех. — То-то я смотрю, он весь день счастливый ходит. — Дима? А если серьезно, что там? — Я тебе рассказывал про девчонок, которые выступали на концерте, где Дима был в роли главного альфача, и одна из них вроде фотку ему прокомментировала, но написать он ссыт. — Мое ж солнышко, будем ему в субботу личную жизнь строить, — она делает небольшую паузу, чем-то шурша на фоне, затем еще пару минут рассказывает обо всем, что случилось недавно, наконец, решив закончить диалог. — Так, ладно, давай, я тут за Иркой пришла в школу, не забудь завтра прийти. — Не забуду, привет ей передавай. — Передам самый пламенный! — радостно заканчивает она, вешая трубку. Мужчина поднимает взгляд, и в саркастичном осуждении качает головой. — А зачем женушке вдруг работа понадобилась? — спрашивает он, на что парень лишь пожимает плечами, пока Арсений продолжает использовать свое рентгеновское зрение для визуализации чувств, внимательно изучая юношу. — Шоколадки покупать, — он застывает с натянутой и глупой улыбкой, приподнимая брови. — Я серьезно, если тебе что-то нужно, то попроси у меня, — убедительно продолжает он, но договорить мужчине не дают. — Хорошо, мне нужен поцелуй, — Антон шустро запрыгивает на стол, притягивая преподавателя к себе и обхватывая его талию ногами, нежно целует. — Шастун, — слегка строго протягивает он, ожидая продолжения диалога и хоть поневоле, но предотвращение последующих действия в стенах колледжа, но его губы снова накрывают поцелуем, теперь уже более напористо, так, что мужчина, задевая какую-то стопку листов, перемещает руки на бедра парня, слегка сжимая их и с каждым движением губ все требовательнее углубляя поцелуй. Антон перебирает темные волосы пальцами, опуская другую руку все ниже, скользя по бархатной шее, далее к античным плечам и отмечая жадно все изгибы фигуры до мелочей, пока его не останавливают, беря за запястье и перемещая руку на стол, когда ладонь парня скользит уже ниже ремня. — Так все, стеснительный ты мой, — отстраняясь, с придыханием говорит мужчина, облизывая пунцовые губы. — Мы все еще в колледже, и у меня сейчас пара. — Дверь же закрыта, — чуть наклоняя голову вбок, он неожиданно вздрагивает, когда за ручку той самой закрытой двери кто-то дергает. Арсений показательно поджимает губы, наглядно показывая подтверждение своим словам и направляясь к двери, торопливо ведет головой в сторону, указывая парню слезть со стола. — Чего ты тут запираешься? — слышится знакомый голос, когда преподаватель приоткрывает дверь. — У моих сейчас проверочная будет, можешь иногда заглядывать к ним, чтобы не разнесли кабинет, просто, — Павел Алексеевич заходит внутрь, останавливаясь на месте и сразу меняясь в лице, понижает тон голоса еще до того, как закончит фразу, пока историк закрывает дверь обратно. — На меня первый курс повесили с олимпиадой, — он хмурит брови, перемещая взгляд на коллегу, пока Антон мысленно умоляет, чтобы подобный визит не испортил его Арсению настроение, заставляя того зарыться в прошлые сомнения. — У вас совсем совести нет? Пизда рулю. — Ты о чем? — мужчина подходит обратно к столу, поправляя стопку листов, что он случайно задел. — Мы разбирали тест, — он разворачивается к собеседнику, произнося непринужденно слова с подавленной агрессией в голосе. — У тебя так на тест встал? — он поднимает указательный палец, требовательно продолжая. — Я понимаю он, но ты уже достаточно взрослый человек, чтобы не сосаться по углам на работе. — Паш, поубавь порыв фантазии, — мужчина подталкивает Антона в спину, чтобы этот внезапный гнев не переключили на него, и указывает взглядом на дверь. Парень упирается, смотря вопросительно на преподавателя, но тот прекрасно понимает причину его беспокойства, так что мягко кивает, чтобы тот понял, что эта ситуация рассосется и без его присутствия. — Я прослежу за первым курсом. — Хочешь сказать, что я все не так понял? — Я хочу сказать, что тебе пора, — Антон выходит из кабинета, так и не услышав до конца фразу, как и в целом весь последующий диалог, пока в голове уже пронеслись десятки предположений. Сказать, что все оставшиеся пары его волновало исключительно случившееся сейчас — это ничего не сказать, к тому же мужчина так и не отвечал потом на его сообщения с извечными вопросами о том, все ли хорошо. Он стоит рядом с раздевалкой, просматривая беседу друзей и иногда поглядывая по сторонам, выискивает в толпе уходящих студентов Арсения, пока мысли о том, что стоит уйти начинают мелькать все чаще, но этого он точно не планировал делать, так что отметал их сразу же. Когда коридор практически пустеет, парень видит, как преподаватель в спешке спускается по лестнице, сразу расплываясь в улыбке при виде Антона. — Я думал, ты ушел уже, — он облегченно выдыхает. — Извини, пару должников остались рассказывать рефераты, я быстро все проверю и вернусь, можешь пока в машине подождать? — мужчина протягивает ключи. — Хорошо, — он колеблется некоторое время, но все же, чтобы уменьшить число своих абсурдных догадок, решает сказать. — Ты на сообщения не отвечал. — Телефон сел, — он виновато поджимает губы. Надо же, Антон, если чаще пользоваться словами, то жить куда легче. Парень мысленно провозглашает себя полнейшим идиотом, выходя за ворота колледжа, его рвение к конкретике и живущее по соседству накручивание ситуациям не принадлежащую им трагичность точно когда-нибудь сотворят взрыв в этой маленькой черепной коробке. — Вообще, будь у меня к этому желание, написал бы книгу о революции современной России с аллюзией на нынешнее время, допустим, где-то две тысячи пятидесятый год, — Антон косится на мужчину, убирая замерзшие руки в карманы, не понимая, как спустя пару часов их прогулки речь зашла о подобном, а еще больше удивляясь тому, как ему так повезло в жизни полюбить именно такого человека. — Киберпанк что ли, — Арсений поджимает губы, слегка кивая головой в знак согласия, на что парень посмеивается, хотя скорее этот жест больше означал банальное счастье. — А я бы наоборот хотел бы посветить что-то подобное годам девяностым, какой-нибудь детектив о мальчике серийном убийце, приписать туда все ужасы коммунистического строя. — Хочешь описать постепенное разрушение личности, — скорее, в виде утверждения говорит он, на некоторое время замолкая. — Хочу сердечко на снегу нарисовать! — резко восклицает парень, выметая всю стоявшую до этого умиротворенную атмосферу задорным голосом, когда видит участок, полностью покрытый ровным слоем белых кристаллов, что поблескивали от света маленьких фонариков в парке. — Ты наберешь полные ботинки снега, — не удивляясь таким мимолетным изменениям, с легкой строгостью предупреждает он, но, кажется, парень уже стоял по щиколотки в этом сияющем покрывале, уверенно настраивая свой глазомер, что помог бы вычертить симметричную фигуру. Чувствует, как ноги все больше загребают себе в обувь ледяные хлопья, стараясь шагать чуть выше, но бросает эти попытки сразу же, ведь из-за этого дорожка получается неровная. Не заботило даже то, что все содержимое уже начинало таять, стекая маленькими струйками вниз и вызывая мурашки по всему телу. Напротив, любая происходящая сейчас неприятность чувствовалась, как еще одна новая причина расплыться в улыбке, конечно, очередная суперспособность Арсения. Любовь к этому человеку была настолько большой, что ей было под силу окутать не только двухметрового парня с ног до головы, но и все окружающее его в данный момент, будь то пролитый горячий шоколад, стаканчик которого он сегодня выронил почти мгновенно после выхода из кафе, от чего Арсений настоял сходить за вторым или же слетающий то и дело из-за ветра капюшон. Все это он теперь любил до безумия, казалось, мужчина одновременно сделал мир другим, но оставляя при этом все на своих местах, наверное, просто подарив шанс смотреть на моменты абсолютно под другим углом. — Это моя валентинка на будущее, — он выпрыгивает на дорогу, чтобы не задеть ногами получившееся, кстати говоря, довольно ровное творение, сразу устремляя в ожидании любопытный до мнения мужчины взгляд, от чего тот, не убирая с лица ласковой улыбки, недовольно качает головой. — Красиво, но с таким багажом в ботинках мы гулять не будем, — Арсений подходит к парню, что уже начал поспешно топать ногами, пытаясь убрать весь снег, лишь подобная мелочь не помешала продолжить вечер. — Сейчас вызову такси и домой поедем, — он наклоняется на корточки, аккуратно отряхивая низ штанов Антона. А парень чувствует уже знакомый ему маленький костер внутри, не просто тепло, где-то в районе груди разливался самый настоящий жар, но не колющий, а приятный и нежный, он обволакивал легкие и успокаивал. Это, на первый взгляд, обычное выражение, что было бы правильнее счесть за повседневную фразу, которые люди всегда произносят не задумываясь, отпечатывалось моментально, казалось бы, «ко мне» и «домой» ничем не отличаются, но бесконтрольно одна из них становится до необходимости важной. Домой они ехали молча, разделяя на двоих музыку в наушниках, пока Арсений посапывал на его плече, медленно выводя узоры указательным пальцем на тыльной стороне ладони парня, так нежно, что Антон и сам начал погружаться в сон. Он выключает телефон, тактично отказав Вике поехать сейчас домой, плавно вытягивает руки над головой, выгибаясь дугой и расправляя затекшие после поездки плечи, сидя в ожидании мужчины, что пошел делать чай. Слышит, как в коридоре бархатный голос, пытаясь вытянуть звучные нотки знакомой мелодии, слегка напоминает щенячий скулеж и сразу распознает мотив, когда Арсений заходит в комнату, держа в руках небольшой тортик с разноцветными свечками. Зеленые глаза тут же округляются в непонимании, пока до мозга наконец не доходит вся суть происходящего. — Я, конечно, опоздал с поздравлением, — он подходит к парню, слегка наклоняясь и поджимая в улыбке губы, заглядывает в озадаченное лицо, пока Антон то и дело переводит рассеянный взгляд со свечек на светло-синие глаза, в которых отражались огоньки. — Задувай, — мягко посмеиваясь, говорит он. А что мне загадывать? Хочу, чтобы мы с Арсом умерли в один день, блять, то есть были вместе до конца дней. Или чтобы он всегда был счастливым. Сука, я много чего хочу, а можно на одну свечку одно желание? Так, это же просто свечки. Он все это для меня сделал? Хочу его обнять. Он задувает свечи, наконец пронесся весь сумбур в голове за эти считанные секунды и расплываясь в растерянной улыбке, восхищенно округляет глаза. Мужчина ставит торт на стол, поспешно хлопая по карманам брюк и доставая из правого прямоугольную коробочку, пока с него не сводят горящий очарованный взгляд. — И что ты загадал? — с заискивающим прищуром спрашивает он, садясь напротив, но в этот же момент его затягивают в крепкие объятья. — Арс, я так тебя люблю, — он повторяет эти слова еще несколько раз, все тише, пока голос не перейдет на шепот, от чего Арсений сразу опускает прошлый вопрос. — У меня есть подарок небольшой, — мужчина переползает чуть назад, усаживаясь за спиной Антона, и тот слышит тихое шуршание, косится назад, пока чужие руки не обвивают его шею, аккуратно надевая короткую цепочку. — Не знал, что выбрать, поэтому взял на свой вкус, — парень не знает, что ответить, нащупывает пальцами подвеску в виде небольшого клинка, наклоняя голову, чтобы разглядеть ту, пока в этот момент по венам проносится волна смешанных чувств, от которых хочется запищать на всю квартиру словно маленький котенок. Он тут же поворачивает голову на сколько это позволяет положение, устремляя горящий взгляд на мужчину. — Арс, он ахуен… — начинает парень восторженно, но вовремя осознает, поспешно качая головой. — Прекрасный, — продолжает он, не сдерживая улыбки и не отпуская серебряную подвеску, на что Арсений смеется. — Спасибо, — мужчина хочет что-то ответить, но обоих отвлекает уведомление лежащего рядом телефона, экран которого в ту же секунду загорается, давая возможность прочитать имя того, кто нарушает их сложившуюся за весь сегодняшний день идиллию. — Павел Алексеевич? — осторожно спрашивает он, хотя скорее просто подтверждает для себя увиденное, Арсений непринужденно кивает и тянется рукой к мобильнику, наскоро читая сообщение и выключая телефон, бросает его на прежнее место. — Слушай. Мужчина еле слышно мычит в ответ, обхватывая сзади стройную талию, притягивает к себе и берет ладони парня в свои, скрещивая руки на животе, от чего поза Антона сейчас напоминая заключенного в смирительную рубашку, человека, укладывает подбородок на плечо, ожидая продолжения диалога. — А о чем вы говорили, когда я ушел? — нерешительно спрашивает он, пока Арсений медленно переплетает их пальцы, и слышит его размеренное дыхание сбоку. — Не о чем, в целом, почти сразу звонок прозвенел, и он ушел на олимпиаду. Просто спроси и все, не сожрет же он тебя. — Глупый вопрос, конечно, — он мнется, не зная, как было бы корректнее выразится, мужчина непонятливо косится в его сторону, приподнимая бровь. — У тебя больше нет сомнений по поводу всего этого? — доза противоречий и сожалений пробирается в мозг ежесекундно, заставляя тараторить все последующие слова инстинктивно. — Я имею ввиду, просто, вдруг ты не уверен в чем-то, то есть, ты же сомневался до этого. — Ты сейчас о нас? — все еще не уловив до конца суть всех этих слов, спрашивает он, и в бархатном голосе проглядывает хрипота, на что парень неуверенно кивает, одновременно пожимая плечами, от чего Арсению вновь приходится поудобнее устраиваться подбородком. — Мы же уже вместе, какие тут могут быть сомнения? — мягко говорит он, пытаясь заглянуть в светло-зеленые глаза, чтобы те перестали неоправданно стыдливо бегать по углам комнаты, но это не работает, так что мужчина решает окончательно высказать то, что занимало большую часть мыслей. — Знаешь, — он прижимает парня ближе, крепче держа его ладони, которые тот в сомнении постоянно расслаблял. — Каждый раз, когда я тебя видел, так сильно хотел сорваться и рассказать тебе о каждой мелочи, в которую я влюбился, — Антон замирает, будто боясь не расслышать хоть одно слово из-за того, что лишний раз пошевелиться. — А ты каждый раз говорил все прямо в лоб, что я даже завидовал такой смелости. — Ты просто более разумно к этому подходил, — он обмякает в этих объятьях, когда все напряжение в миг покидает тело, будто сейчас все отошло на второй план, а страхи потеряли все причины роиться в голове, Арсений тихо усмехается. — Раз сейчас мы вместе, то не так уж это было и разумно. — Я имею в виду, что все мои поступки только и двигались, что на порыве эмоций и чувств, головой, я кажется, совсем забывал думать, даже, допустим, все мои тупые шутки, с которых ты бесился, некрасиво все это, — он пожимает плечами, поднимая их скрепленные руки и медленно меняя положение пальцев, наблюдает, как те переплетаются каждый раз по-новому. — Во-первых, сильные эмоции всегда бесконтрольно переходят в поступки и слова, а во-вторых, — мужчина еле слышно выдыхает. — Меня не раздражало это, — он снова усмехается, в этот раз в шею парня, проводя носом по бархатной коже и смущенно утыкаясь куда-то за ухом, словно провинившийся щенок, от чего у Антона пробегают мурашки. — Меня раздражало то, что мне это, как бы я не отрицал, но нравилось. — парень хмыкает, косясь на мужчину, до чего это стеснение было очаровательным. — Да, логично, — важно задирая подбородок говорит он. — Иначе ты бы не хотел отыметь меня на столе в своем кабинете после них. — Ты когда таким наглым успел стать? — тут же реагирует мужчина, поднимая голову и удивленно улыбаясь. — Ты просто очень милый, когда смущаешься, — он видит, как голубые глаза в недоумении округляются. — А то предложение еще в силе? Или может ролями поменяемся? — все с таким же заигрывающим голосом продолжает он, так что Арсений почти сразу отстраняется и любящий подстрекательства подросток оказывается туловищем на кровати, пока ноги свисают на пол. Мужчина склоняется над ним, и не дожидаясь, пока Антон поймет суть происходящего, берет за подбородок, и наклоняя голову назад, целует в шею, слегка прикусывая бледную кожу, от чего у парня сразу перехватывает дыхание, а не находящие себе места руки, хватают одеяло. Арсений облизывает кончик мочки, слегка прикусывая и слыша отрывистые и глубокие вздохи, довольно ухмыляется, кладя руку чуть выше колена парня, сжимает пальцами, плавно введя вверх. Кусает нижнюю губу, посасывает, затем напористо целует, всеми способами издеваясь над парнем, что умело провоцирует, но уже с меньшим успехом отвечает за свои слова. — Арс! — прямо в поцелуй бесконтрольно вырывается имя, что смешалось со стоном, ведь крепкие руки уже поднялись до ширинки, сжимая член сквозь ткань джинсов. Антон округляет глаза, не ожидая от себя подобной реакции и сразу уводит взгляд, когда мужчина отстраняется, триумфально ухмыляясь и разглядывая эти очаровательные черты лица. Парень чувствует, как его щеки сейчас пылают, пока грудная клетка часто вздымается. — Солнце, ты такой милый, когда смущаешься, — с победным удовлетворением произносит он, ловя на себе прищуренный взгляд и целуя парня в лоб. — Дай угадаю, кто-то сейчас в наказание на этом закончит и пойдет в душ, потом посадит меня делать эту тупую экономику. — Да, — довольно протягивает он, приподнимаясь с кровати. — Но сначала пойдешь ты, — мужчина берет телефон. — Надо разобраться с местом организатора на завтрашней проверочной, а то, если ты не заметил, Паша строчит уже десятое сообщение. — Не заметил, — он открывает комод, доставая одну из футболок Арсения и ехидно улыбаясь. — Меня отвлекли немного. Он ведет мысленный счет пролетающих за окном серножелтых фонарных огней и построек, смешивая их в одну кашу и не особо стараясь ухватить каждый. Сегодня он пропустил занятия, из-за чего пришлось придумывать невинные оправдания перед Арсением, что было задачей не из простых, ведь в колледж он добрался с ним, резко сменив маршрут лишь тогда, когда машина преподавателя скрылась из виду, перед этим благополучно привезя его на занятия. Как бы ему не хотелось что-либо портить, каждый раз это все равно удавалось даже хуже, чем парень предполагал. День прошел за собеседованием, уборкой квартиры, в которой он последнее время появлялся все реже и поездкой к психологу, за которую пришлось побороться, сливая счет на своей карте до минимума. Он не знал, куда женщина тратит эти деньги, да и знать особо не хотел, ведь успокоить могло даже то, что по его прибытии квартира не пропиталась запахом перегара, лишь сигаретным дымом, который он и себе сегодня смог позволить, ведь время, проведенное с мужчиной, закончилось утром, так и не продолжившись по истечению дня. Он заливает кипятком растворимый кофе, уже вторая вольность, скрытая от глаз мужчины, которая бы его непременно разочаровала, Антон в этом уверен. Хотя, конечно это не то зерновое произведение искусства, поэтому и значения придавалось меньше, тем более это являлось продуктами первой необходимости, по крайней мере, таковыми он мог их для себя провозгласить, когда Арсения не было рядом. Мужчина все еще не проявлял особой радости при новости о работе, и главным аргументом для этого было время, что лучше посвятить, по его мнению, учебе и себе, опираясь в остальном на него. Парня подобный расклад не устраивал, разве что, он сожалел о том, что подобное уменьшит их общее время, кстати говоря, уже с завтрашнего дня, ведь именно так ему поставили первый рабочий день, который он уже успел обсудить с Лизой. Голова устало лежала на плече мужчины, пока сам парень удобно устроился на его коленях, в то время как Арсений что-то просматривал в ноутбуке, одновременно поглаживая тыльную сторону ладони парня, что лежала на его ноге. Он пропускал пару, что мужчину не особо радовало, и тот строго предупредил, что это последний раз, тем более, одно дело прогулять и без того не приносящую, в случае Антона, пользу — физкультуру, а совсем другое, когда в пустую пропадает реферат по моделированию, что он вчера не малое время делал. Преподаватель тихо выругался про себя, когда, взяв в руки телефон, прочитал новое сообщение. Арсений, в принципе, был сегодня не в особо хорошем настроение, это было сразу заметно по его молчаливости и повышенной тактильности, что в обычные дни и без того очень выразительна. — Что случилось? — сонно бормочет парень, зажмурив глаза, чтобы отогнать сонливость. — Николаева случилась, — он откладывает мобильник, не соизволив ответить на сообщение, и с легким раздражением продолжает. — Одна из моих студенток хочет бросить учебу, мало того, что она на бюджете, так еще и в их группе осталось двадцать два человека, я поговорил с ней и понял, что должной причины нет или же она не хочет мне ее доверять, так что директор мне мозги ебе… — прокашлявшись, он возвращает привычно спокойный тон. — Выносит. — Что за студентка, из-за которой тебе мозги ебут? — уже полностью отойдя от сна, хотя усталость все равно никто не отменял, спрашивает он, на что мужчина слегка дергает плечом, на котором Антон так удобно устроился, чтобы тот из принципа сохранял манеры. — Добрачева, с Эдом учится, — снова полностью переключив внимание на экран ноутбука, говорит он. Парень мычит в ответ, пока в его голове своевременно всплывают мысли о том, чтобы он мог в этой ситуации сделать, хотя, конечно, лучше бы ему вообще не стоило во что-то подобное лезть. Антон стоит у ворот, сегодня, на его счастье, было всего три пары, в отличии от Арсения, что остался в колледже. Ему стоило поторопиться в свой первый рабочий день, ведь вызови он сейчас такси, приехал бы минут за двадцать до начала, использовав это время, чтобы понять общий план действий и, возможно, обсудить побольше с Лизой. Но разве можно отказаться от того, чтобы внести свой весьма неуместный вклад в решение проблемы преподавателя, едва ли. Так что расспросив у Эда, что уже отчалил домой, немного информации о Кате, так звали девушку, несообразительный мозг решает подождать ничего не подозревающую студентку после занятий. — Привет! — чересчур возбужденно говорит он, подлетая к девушке, описание которой совпадало со словами друга. Она вопросительно изгибает бровь, поневоле останавливаясь на месте. — Я Антон, — расплываясь в улыбке продолжает он, но ответа все также не следует. — Я хотел с тобой немного поговорить, если ты не против. — Насчет? — не особо дружелюбно отзывается наконец она, убирая руки в карманы белого пуховика и прищуривая карие глаза. Девушка была весьма симпатичной, русые волосы, что становились темнее к корням, были завиты и доставали до груди, слегка заостренный нос и тонкие губы, что накрашены темно-вишневой помадой. — Я услышал, что ты хочешь уйти с шараги, и ты сейчас скажешь, что это не мое дело, и будешь права, но просто Арсений Сергеевич мой друг, поэтому я хотел бы ему помочь, обсудив это с тобой, — уверенность его все сильнее покидала, хоть внешне он этого и не показывал, но все же такая попытка у него ничего не отнимет. — Они ради этого студентов посылают, — комично поджимая губы, говорит она. — Меня не посылали, я сам захотел, — как-то уязвленно заявляет парень. — Так ты не против? Я не собираюсь тебя переубеждать, просто хотел поговорить или если тебе будет легче, то я просто люблю совать свой нос в чужие дела, — он убедительно приподнимает брови. — Ладно, — девушка пожимает плечами, еле заметно ухмыляясь. — Только давай обсудим по дороге, иначе я околею тут стоять, — парень радостно кивает, весьма удивившись собственному успеху и сориентировавшись, куда направляется студентка, идет за ней. — Меня Катя зовут. — Приятно познакомиться, — он делает небольшую паузу, поджимая губы. — Хотя я это узнал еще до того, как мы встретились. — И что же еще ты там про меня узнал? — уже с большим энтузиазмом спрашивает она. К счастью, диалог развился на удивление легко, девушка хоть и любила съязвить, но искренне и вполне развернуто отвечала на все вопросы, не упуская шанс задавать свои. — Ты же понимаешь, что это всего лишь полгода, а диплом специальности, с которым ты хочешь уйти, перечеркивает все твои три года учебы до этого, просто сравни, насколько эти полгода выглядят ничтожно, по сравнению с теми, что ты уже отучилась, — Антон прекрасно помнит, что обещал не переубеждать Катю, но теперь это уже больше походило на их личный спор. — Мне не нужен этот диплом, как и тот, с которым я хочу уйти, мои интересы не пересекаются с программированием, — без раздражения, а скорее с азартом продолжает она. — Но ты же будешь искать временную работу перед тем, как начать осуществлять основные интересы, да? Да. И тебя везде охотнее примут с профессией программиста, а не специальностью мастера по обработке. Еще раз повторюсь, это настолько незначительный срок, что ты не заметишь, как он пролетит, пожалей хотя бы потраченное на все это время, да и спешить так не стоит, у тебя еще куча времени, за которое ты сто раз успеешь добиться своих целей, ничего тебе не дадут эти полгода, — он выдыхает, наконец выпалив все, что хотел, и убедительно приподнимает брови, в ожидании ответа. Катя сомнительно поджимает губы, парень прекрасно видел, как ее брови с каждым разом скептически сходили к переносице, что давало ему уверенность в правильности подхода. — Может это и немного, но я держу это решение в голове еще с начала года, думаю, тебе знакомо то чувство, когда поскорее хочется чего-то своего, — голос становился более спокойным и слегка неуверенным, хотя, скорее всего, девушка просто сомневалась в том, стоило ли это говорить. — Пиздец как знакомо! — он слегка наклоняет голову назад, формулируя дальнейшие слова. — Слушай, сказать честно, единственное, чего я сейчас хочу — это свалить с хаты родаков, чтобы меня больше ничего не обязывало, но взвесив все, понимаешь, что просто потерпеть еще немного, будет самым правильным вариантом, — откровениям Антон разбрасываться не хотел, но это было прекрасной линией их пересечения, так что, если таким способом будет возможность повлиять на девушку, он ее с радостью использует. — Мы уже, пришли, кстати, — она кивает в сторону одной из многоэтажек. — Слушай, я подумаю над твоими словами, не чтобы ты от меня отъебался, не думай, правда подумаю, даже могу поздравить, у тебя хорошая сила убеждения, ну или твои аргументы сильнее моих, как бы я не хотела это признавать. — Тогда скажешь, что решила? — он мягко улыбается, на что девушка отвечает тем же. — Хорошо, до завтра, — она направляется к своему подъезду, в то время как Антон поспешно вызывает такси, ведь уже опаздывал на добрых десять минут. Чем ближе было здание кафе, тем сильнее у парня нарастал страх, ведь знает он ровным счетом ничего, а упустить подобный шанс желания не было. Парень едва ли не распластался звездочкой на сидении в автобусе, ведь волнение выжало из него практически все соки. Конечно, по итогу оно ничего не стоило, ведь Антон в целом ни капли не сделал за все прошедшее время, естественно, стараясь по началу строить вид занятости и совершать хоть какие-то попытки, но Юра, так звали парня, что уже не малое время работал бариста, посоветовал по началу лишь наблюдать и запоминать, растолковывая юноше в свободное от посетителей время, что и как используется. Объясняя, куда ставить холдер, как работать с кофемашиной, взбивать молоко и многие другие нюансы, в которых Антон отчасти терялся, но теперешний коллега был весьма понимающим, ведь на месте Антона был менее полугода назад. На удивление, усталость, даже если он просто стоял, буквально валила с ног к концу дня, в основном из-за страха и целого ряда причин, по которым парень мог легко наделать ошибок. Так что по прибытии домой, когда выполненные обязательства, по типу приготовления ужина, его отпускают, разум погружается в сон, перед этим проведя от силы двадцать минут в переписке с Арсением.