В субботу вечером

Н-да… День не задался с самого утра. Брок проснулся резко, словно отключился где-то на поле боя, и очередной разрыв снаряда вырвал его из дрёмы. Но нет, это был не разрыв снаряда, это была банальная петарда. Можно было вызвать полицейских, нажаловаться на придурков, которые не знают, куда деть свою неуёмную энергию, но Брок не стал. Он решил, что как-нибудь найдёт их и выпишет пиздюлей за все их проделки. Эх, в армию бы этих уродов, вот там бы из них сделали людей. Брок полежал ещё, пялясь в потолок, на котором светились зелёным цифры. Четыре утра, светать начнёт только в начале шестого, да и вставать раньше было бессмысленно. Нужно было ещё поспать часа полтора, но Брок знал, что не уснёт, поэтому лучше пойти попробовать разобраться с этими неугомонными, кому четыре утра кажется подходящим временем, чтобы взрывать петарды. Поднявшись, Брок пошёл варить себе кофе. Пиздюки могли подождать. Да и вообще, давно пора было переехать из этого района куда-нибудь в более презентабельное место. Роллинз давно говорил, что в своём районе с кучей негритянской шпаны Брок крышей поедет. Но крыша Брока была приделана к нему крепко, так что он продолжал жить в небольшой квартирке на пятом этаже и ничего не собирался менять. Тем более, он не настолько часто бывал дома, чтобы уличная шпана его всерьёз донимала, особенно после того как он сломал одному руку, а второму выбил коленную чашечку, остальные просто разбежались и даже заявлять на него не стали, опасаясь, что придёт ещё и Роллинз и добавит. Однако если претензий не было к Броку, то вот остальные жильцы страдали, но Броку было плевать. Кофе. Чёрный, почти густой, только такой Брок воспринимал по утрам, особенно когда утро было такое незапланированное, как сегодня. — Вот же ж пиздюки, — вздохнул Брок, слыша вместо взрывающихся петард автоматную очередь, но к ним он был привычен. А сейчас, после того, как он закончил свою терапию, полностью оплаченную ЩИТом, Брок собирался вернуться на свою работу. Это было очень любезно со стороны Фьюри — не выкинуть его на обочину после всего, через что Броку пришлось пройти, а даже оставить за ним место командира группы Страйк, временно занимаемое Роллинзом. На работу ему нужно было вернуться через неделю, а до этого Брок продолжал страдать фигнёй, насиловать тренажёры в спортзале, а ещё очень хотелось выпить, но он бросил. Сам. И не нужны ему были никакие анонимные алкоголики. Его вообще страшно бесили все виды групповых терапий, о чём он и заявил, когда ему подбирали реабилитацию. В итоге он три месяца усиленно разговаривал с моложавым мужчиной, очки которого Брока страшно бесили, о чём он и заявил немедленно, как только вошёл в кабинет. Мужчина, на двери которого значилось, что он доктор психиатрии, Анджей Аддамс, моргнул, предложил сесть на удобное канапе эргономичного вида, потёр переносицу и очки снял. — Ну что же, — вздохнул доктор Аддамс, — без очков я вполне могу пережить час нашей беседы. У нас же будет беседа? — А надо? — Брок расположился на канапе, устроившись с максимальным удобством на этом дизайнерском выкидыше, который оказался удобнее, чем был на вид. — Конечно, мы можем помолчать целый час, — заверил доктор Аддамс. — Я употреблю это время с пользой и заполню несколько бумаг, а вы подумайте, зачем на самом деле вы сюда пришли. — Договорились, — хлопнул по колену Брок и уже собрался встать и уйти, когда доктор Аддамс глянул на него. — Что, просто свалить у меня не получится? — Мистер Рамлоу, — доктор Аддамс вздохнул поправил отсутствующие сейчас очки привычным жестом, даже не заметив, что очков нет. — Я знаю таких, как вы. Военные, прошедшие не раз и не два тяжелые бои, вы теряли людей, сами были на волосок от смерти, но каждый раз, падая, вставали, чтобы идти дальше. У вас крепкий стержень, его не сломить, но ваш стержень погнулся, и я хочу вам помочь снова выправить его. Сделать вас цельным, снова несгибаемым, но один я это сделать не могу. Поэтому или мы работаем вместе, или я не вижу смысла в наших встречах. — Вот как… — Брок развалился на канапе. — И что мы будем делать? — Вытаскивать наружу ваших демонов, которые мешают жить, — ответил доктор Аддамс. — И чихвостить их, пока они не поймут, что в вашей голове им не место. Ну что, вы готовы начать? — Давайте попробуем, док, — вздохнул Брок. понимая, что деваться ему некуда, а демоны… Да, демонов у Брока было много. Кофе в маленькой чашке кончился преступно быстро, зато в голове Брока прояснилось. Вот только делать было решительно нечего. В своём вынужденном отпуске он перемыл в квартире всё, что можно перемыть в принципе, выкинул старый хлам, до которого не доходили руки уже несколько лет, и понял, что если делать уборку каждый день, то дома будет максимально чисто. Но это сейчас, потом у него снова будет куча дел, так что квартира, нет, не зарастёт грязью, но будет заметно, что хозяин не уделяет чистоте должного внимания. А как его уделишь, если ты то вытряхиваешь песок из винтовки, то отмахиваешься от гадских насекомых в джунглях, а то носишься как угорелый за обтянутой супергеройским костюмом задницей. А ещё бывало, ищешь в степях колодец, чтобы напоить раненого товарища, стараешься не попасть под горячую руку другого суперчеловека, и думаешь, как бы тебя не пристрелили просто потому, что узнали, что ты даже не двойной, а чуть ли не четверной агент. Или тройной. Да, Брок работал в ЩИТе и Гидре, сливая информацию и тем, и другим, но если Гидра получала дезу, то ЩИТ имел вполне себе актуальные сведения. И, надо сказать, Брок так от этого устал, просто страшно устал, что отпуск и приведение психики в порядок были ему просто необходимы. Только сам он это понял далеко не сразу. И вот три месяца оплачиваемого отпуска и невероятное количество занятий с доктором Аддамсом спустя Брок действительно осознал, что готов. Доктор Аддамс говорил Броку, что по мановению волшебной палочки ничего никуда не денется, теперь Брок это понимал как никогда. Но именно сейчас он чувствовал себя живым. Наконец-то просто живым. Оглядев кухню, Брок решил, что стоит позвать в гости Роллинза, нажарить мяса, взять себе безалкогольного пива и посмотреть запись бейсбольного матча, до которого, опять же, всё не доходили руки. Повертев в пальцах плоский кирпичик всевозможно защищённого телефона, Брок отправил Роллинзу сообщение, что ждёт его к пяти, а сам пошёл ополоснуться и на пробежку. А потом решил зайти в супермаркет за мясом, как раз раннее утро, должно быть много и свежего. Бегая в ближайшем довольно запущенного вида парке, Брок любил размышлять. Последнее время он обдумывал задания от доктора Аддамса, но в их последнюю встречу тот ему задал задачку на довольно много пробежек. Он предложил Броку жить дальше без его помощи, самому находить проблему и обдумывать решение. И сейчас Брок понял, что это не так просто. Оказалось, что он привык к доктору Аддамсу, привык, что тот помогал Броку разбираться и в кошмарах, которых становилось всё меньше, и в простых будничных вопросах, в которых Брок внезапно оказывался растерянным. — Что случилось, Брок? — спросил доктор Аддамс. Брок пришёл к нему какой-то растрёпанный, желающий понять, что он сделал не так. — Да, вот… Док, знаете… Кажется, я разучился общаться с обычными людьми. — Брок вздохнул и устроился на канапе, подобрав под себя ноги. — Решил познакомиться с симпатичным парнем, а он мне через пять минут общения заявил, что с солдафонами дел не имеет, и ушёл. Хотя я вроде ничего такого не сказал. — Брок, — доктор Аддамс снова поправил снятые сейчас очки, — у вас действительно очень специфическая манера разговора. Вы приказываете, потому что привыкли, что вас слушаются беспрекословно. Скажите, а вы хотели отношений с этим молодым человеком или разового секса? — Ну и куда мне сейчас отношения? — спросил Брок. — Сижу дома, как идиот, прибираюсь только постоянно. С вами вот дружбу вожу. Нет. Я хотел разового траха. — И что вас смущает в том, что молодой человек ушёл, как только понял, что вы военный? — спросил доктор Аддамс, направляя мысли Брока в нужное русло. — Вы хотите сказать, что он планировал со мной что-то большее? — удивился Брок. — А даже если и не хотел, — пожал плечами доктор Аддамс, — но хотел встретиться с вами ещё раз. Однако понял, что вы не того поля ягода. Вас обидел отказ или удивил? — Не знаю, — Брок задумался и задумался серьёзно. Ведь он действительно не пошёл искать кого-то ещё, а просто плюнул и ушёл домой, так и не допив своё безалкогольное пиво. — А вы подумайте, — улыбнувшись, предложил доктор Аддамс. — Я не могу за вас узнать, что вы почувствовали в тот момент. — Досаду, — аккуратно сказал Брок, пытаясь подобрать правильные слова. — Я испытал досаду и злость. Парень пустил по пизде, простите, док, мои планы, а больше там не было никого, с кем бы я хотел провести вечер. — Вот это я имею в виду, когда говорю, что вы приказываете. Вы автократ, Брок, или очень хотите им быть, — доктор Аддамс потёр переносицу и глянул на часы. — Я понимаю, откуда это взялось и, на самом деле, вы можете быть автократом в пределах своего отряда, который, кстати говоря, отлично прошёл аттестацию. Но в большом мире мирных людей такие отношения неприемлемы, если только вы не нашли того, кто будет вам безоговорочно подчиняться. Что думаете? — Думаю, что наговорил вам всякого, а теперь думаю, как жить дальше, — признался Брок. — Ничего, — доктор Аддамс снова мягко улыбнулся, глядя на Брока. — Наша задача, Брок, состоит не в том, чтобы перековать вас, а в том, чтобы вы признались самому себе, что вы не танк, который прёт вперёд, а человек со своими чаяниями и желаниями. Но ведь и у других людей есть свои чаяния и желания, правда ведь? — Пожалуй, — Брок почесал подбородок, заросший щетиной, и отметил, что так ему даже нравится. — Брок, учитесь снова быть человеком, а не винтиком в машине, в которую вас засосало, — продолжил доктор Аддамс. — Прекратите командовать и быть постоянно начеку. Выдохните и поживите как простой обыватель. — Хорошо, док, я попробую, — пообещал Брок. Но откладывал и откладывал это дело, и вот сейчас, на пробежке, после которой он не пойдёт к доктору Аддамсу, Брок понял, что просто жить странно, хотя он занимался этим уже три месяца. Было страшно пустить на самотёк хоть что-то, а ещё он только сейчас понял, что, по сути, приказал Роллинзу явиться к нему. Подумав, Брок не стал ничего менять, всё-таки тот был его старым другом, да и понимал он Брока легко. Брок бежал размеренной трусцой, не насилуя организм — ничего, это ещё придёт, форму он не потерял, а ещё много думал о работе, о том, как вернётся, снова примет командование Страйком, но будет работать только на одну сторону. Брок уже забыл, как это делается, до сих пор имея три телефона, два ноутбука и привычку копировать всё, что попадало ему в руки, будь это билеты в кино, которые нужно было передать, или секретные документы. Он копировал всё, и за те годы, которые он работал двойным агентом, у него скопилось много компромата не только на Гидру, но и на сам ЩИТ, но этого Брок открывать никому не собирался, хотя то был секрет Полишинеля, Брок в этом был уверен, но пока к нему никто не пришёл и прямо не сказал, чтобы он отдал всё, что у него есть, он будет хранить заначку на чёрный день. И всё бы было хорошо, Брок бы продолжал всё копировать просто по привычке, но никто бы не обращал на это внимания. Он бы командовал Страйком, посылая его в бой вместе с Кэпом или без него, это неважно, Капитан иногда даже мешал, но был один фактор, который пугал Брока не на шутку. Зимний Солдат. А сейчас, как Роллинз ему рассказывал, Джеймс «Баки» Барнс, напарник и снайпер Капитана Америки. Сладкая парочка снова в строю. И вот этот Баки пугал Брока не на шутку, потому что слишком многое их связывало такого, о чём Брок предпочёл бы забыть. Роллинз говорил, что Барнс мировой мужик, крышу ему подлатали, так что бояться там нечего, хотя тот же Роллинз признался, что когда первый раз увидел его в коридорах ЩИТа, чуть не обосрался от страха, словно бойцового пса без намордника выпустили погулять. Но потом обвыклись все, приняли нового члена группы как ещё одного подчинённого Капитана Америки. О своём страхе перед Барнсом, как его теперь все величали, Брок задумался недавно, до этого было о чём другом подумать. Но вот настал день, утренняя пробежка располагала к размышлениям, и Брок размышлял о встрече. Какой она будет? И вот её-то Брок и боялся, боялся, что всколыхнётся вся та муть, что давно осела на самом дне души. А оседать было чему. Хотя прошло-то всего пять лет. — Вот, Рамлоу, — Пирс привёл его в самое засекреченное место на засекреченной базе, даже чертежи которой были, наверное, преданы огню, как только её построили, а рабочих закатали в последний слой бетона. Но это Брок демонизировал Гидру, на самом деле и чертежи, конечно, были, и рабочих отправили домой. Но это неважно. Важно то, что его собирались посвятить во что-то очень секретное. — Вы же слышали о проекте «Зимний Солдат»? — уточнил Пирс, словно Броку свежие сводки Гидры о проектах приходили на электронную почту каждый божий день. — Нет, сэр, — ответил Брок, понимая, что вообще подобного словосочетания не встречал. — Ну что ж, вот сейчас вы и познакомитесь, — Пирс открыл очередную дверь, и они пошли в странное помещение, в котором стояло кресло, больше похожее на какой-то трон злодея из фантастических фильмов, а в нём сидел человек с железной рукой. Брок смотрел на этого человека и не понимал, как может выражение лица быть одновременно и злобным, и безразличным, словно этот человек был зол просто по определению. — Знакомьтесь, Рамлоу, это — Зимний Солдат. Призрак, Агент, Актив, — перечислил Пирс. — Сами выберете, как с ним общаться. Но он немногословен. — Он мой начальник или подчинённый? — решил уточнить Брок. — Когда как, — неопределённо качнул головой Пирс. — Вы узнаете, когда будет следующая миссия. — Да, сэр, — кивнул Брок, не представляя, как общаться с этим… человеком? Брок смотрел на Зимнего и не был уверен, что тому знакомо хоть что-то человеческое, а значит, так запросто с ним не договоришься, его не построишь, и что делать, если этот… Зимний пойдёт вразнос, у Брока идей не было. — Ну здравствуй, Солдат, — Брок подошёл поближе, глядя в серые, злобно-пустые глаза. — Я Брок Рамлоу. — Рамлоу… — задумчиво повторил Зимний, словно пробуя на вкус, а потом двинул своей жуткой рукой, поднимая Брока за горло в воздух. — Что будешь делать, Рамлоу? — В морду тебе дам, когда отпустишь, — прохрипел Брок, не уверенный, что его отпустят. Вот и кончится Брок Рамлоу, командир Страйка, двойной агент. Хорошо, никого не оставляет он в одиночестве и бедственном положении. Было ли страшно? Нет, страшно Броку не было, он спокойно, чуть зло смотрел в глаза Зимнего, пока тот не решил, что хватит. И после этого Брок прежде чем рухнуть на пол от недостатка воздуха, как и обещал, двинул Зимнему в морду, после чего схватился за горло и закашлялся. — Солдат, что у тебя за приветствия? — с лёгкой усмешкой спросил Пирс. — Так ты всех моих людей перебьёшь. — Этот подходит, — просто заявил Зимний, и Брок не хотел думать о том, что бы было, если бы он не подошёл. Брок умом понимал, что раз Барнса допустили до работы в ЩИТе, то он нормальный, насколько это возможно. Может контролировать себя, но всё равно Броку было страшновато. Он не представлял, какой будет их встреча, ведь Барнса определили в Страйк, поближе к Роджерсу, а Брок возвращался на своё законное место командира. Сколько ещё будет ему аукаться та работа на два фронта, он не знал, но надеялся, что всё пройдёт, забудется, а он успокоится и будет видеть Барнса только на тренировках по отработке групповых действий и миссиях. Не больше, но и не меньше. Пробежавшись, Брок вернулся домой с просветлевшей головой и решил, что дома сидеть не имеет смысла, нужно было ехать на базу, и чёрт с ним, что он ещё в отпуске, неважно, иначе он расклеится. Теперь, закончив со своей терапией, Брок должен был учиться жить самостоятельно, без оглядки и помощи со стороны. Но он взрослый мальчик и был уверен, что сможет.