Прорвемся

Атланта, штат Джорджия. Нахождение на сцене вызывает у него жуткий дискомфорт. Спереди — люди, сзади — люди. Кто-то пытается вставить свои пять копеек, выкрикивая придуманные на ходу кричалки, обвиняющие Бога во всех проблемах человечества. Кто-то стоит и с места пытается поднять свою табличку с обвинениями в сторону Господа выше всех. Семнадцатилетнему парню находиться в эпицентре всего происходящего не комфортно. Особенно, когда помимо тех, кто окружает сцену в одном из парков и в открытую пялится на мальчишку, на него, не отводя взгляда, смотрит мужчина. Честно сказать, для такого места, как парк, он выглядит через чур официально, а на лице у него так и написано, что он ждет чего-то. С лавки его видно не супер, но, похоже, он единственный, кто ведет себя адекватнее некуда. Плюс ко всему, в парке не осталось людей, помимо тех, кто стоит у сцены. Мальчишка успевает напрячься, а протестующий мужчина, один из тех, кто затащил его сюда, только сильнее вжался рукой в его плечо. Парню показалось, что тот, на лавке, улыбался. — Ты веришь в Бога? — этот вопрос свалился на мальчишку огромным валуном, прямо с неба. Он попытался отойти, но его удержали на месте. Толпа затихла, ожидая ответа. Его могли убить? — Моя семья, как и я — верующие. Да, я верю в Господа, — парень выдохнул, поочередно одаривая каждого из присутствующих полным уверенности взглядом. Последним на очереди оказался тот неизвестный мужчина, который успел подняться со своего места. Теперь он надвигался в сторону протестующих, в то же время поправляя прическу и без того идеальную. Он поднимается на сцену, пробиваясь сквозь воющую толпу. Мальчишка наблюдает за мужчиной в черном и одновременно пытается принять тот факт, что веру его обвиняет как минимум двадцать пять человек. А в парке и правда больше никого не было, ни единой души. Даже полиции не было. Люди успокаиваются будто по щелчку пальцев, стоит неизвестному не из этого круга оказаться рядом с мальчишкой. Мужчина отталкивает крепкого протестанта, чтобы через пару секунд приобнять паренька за плечи. Казалось бы, это должно вызвать нескончаемый поток негодования у всей толпы, но они все позакрывали рты. Кто-то даже опустил свои таблички и попытался уйти, кто-то испугался до чертиков и тоже попытался сбежать, но ни у кого это не получилось. Скоро опустела и сцена, оставив мальчишку и неизвестного одних. Людям оставалось лишь глазеть на этих двоих, трясясь со страху. Сзади их обволакивали другие люди, но будто зомбированные, с серебряными клинками и одетые лишь в светлую одежду, как на подбор. Парня тоже напрягало его положение и так было бы и дальше, если бы не неожиданный щелчок с левой стороны. Протестанты испарились, а последнее, что успел увидеть парень — сверкающие голубым глаза неизвестного. Он прошептал что-то про Небеса, а потом все стало как никогда светлым.

***

— Мне просто нужно, чтобы ты съездил к ним и заказал темно-зеленый костюм по моим меркам! Я отстану от тебя на целую неделю. Потом я приеду за костюмом сам, — голос Старка, который в данный момент говорил на повышенных тонах сам того не замечая, звучал достаточно громко, чтобы Хэппи захотелось закрыть уши, но он просто не осмелился бы сделать это за рулем автомобиля, поэтому мужчина предпочел просто убавить громкость на телефоне. Пока миллиардер продолжал что-то безостановочно рассказывать про костюм, который нужен ему уже на следующей неделе для какой-то нью-йоркской пресс-конференции, Хоган успел вырулить на Уэстчестер авеню, которая встретила его ужасными пробками. Как хотите — он никуда не торопится. — Все будет, Тони, — Гарольд тяжело выдохнул. Телефон на какое-то время завис. Мужчина хотел было постучать по нему, но устройство оклемалось раньше, чем он успел сделать это. Теперь, по мимо назойливого голоса босса, на экране высвечивалось имя тети Паркера. Странно, что она звонила. Они встречались всего два дня назад. Хотя, возможно, Хэппи был рад этому неожиданному звонку. — Могу ли я перезвонить тебе позже? Похоже мне звонит Мэй Паркер. — Не говори это таким голосом, будто я не знаю, кто она. И да, я сказал все, так что я тебя сегодня больше не беспокою. Хорошего дня, Хэппс! — И тебе того же… — произнес Хоган в пустоту. Благо, он успел принять вызов от Мэй, чтобы в следующее мгновение очаровательно поздороваться с ней, — Гарольд Хоган к вашим услугам! — Прости за то, что, возможно, потревожила, но не мог ли бы ты забрать меня и отвезти в одно место? Не думаю, что я хочу ехать на автобусе. Может быть ты где-то рядом? — голос Мэй звучал достаточно радостно. — Я в Вудстоке. Тони послал меня за костюмом, но я думаю, что тот может немного подождать. Буду примерно, — Хэппи глянул на часы в панели управления. Нынче машины оборудованы вообще всем, даже долбанными фильмами на любой вкус и цвет, — Через пол часа. Можешь не тропиться, тут пробки. — Огромное спасибо! Вечером обязательно приезжай ко мне, я приготовлю спагетти с беконом. — Карбонара? — Не думаю, что выйдет точная копия, но я обязательно постараюсь. Целую, — и все-таки Хэппи не жалеет, что когда-то связался со Старком. А теперь он не жалеет, что связался с Паркером и его обворожительной тетушкой. Она просто чудо. Дорога до Куинса заняла у Гарольда гораздо меньше времени, чем он изначально предполагал. Пришлось оставить машину на одной из парковок, чтобы подняться в квартиру Паркеров и подождать Мэйбелл там. В машине он мог попросту зажариться, а включить кондиционер ему не пришло в голову. Может быть он просто хотел поскорее увидеть Мэй, да заодно прогуляться. Девушка встретила его уже на пороге квартиры. За то время, пока она закрывала дверь, Хэппи успел оценить ее строгий наряд, в котором он видит ее в первые. Даже на их «свидания» в каком-нибудь парке или ресторане, куда он так любить ее водить, она не одевается настолько официально. Рабочая встреча или, может быть, что-то еще? Мэй не думала говорить своему бойфренду о ее настоящих планах. А уж тем более не думала говорить об ангельском клинке в своей внушительных размеров сумок. Сэму, перед срочным отъездом в Техас, не стоило трепаться о деле, которое, как считает Кас, перерастает во что-то глобальное. Лучше бы племянник занимался Джеком, которого в очередной раз ни о чем не спросили и просто увезли. Мэй так и осталась в негодовании, но она обязательно найдет подходящий момент чтобы поговорить с ребятами о нефилиме.