Из монстра в человека, из человека в монстра

Города ночью обычно спят, жизнь замирает и ждет рассвета, но в Косане этой ночью шумно, даже более того, царит хаос. Всадники носятся по улицам, рубя головы горожанам, другие налетчики грабят и насилуютвсе, что не прибито, а что не могут унести – ломают, оскверняют. Кровавые реки льются по улицам. Пощады нет никому: ни стару, ни младу. Тех, кто пытается защититься, убивают еще большим извращением. Вместо изразцов и лент, улицы украшают трупы. Только звезды и луна белолицая молчаливо и холодно взирали на маленький кусочек мира, где разверзся ад. За один день до. Утро было совершенно обычным: торговцы выставляли свои товары на прилавки, из дворов пастухи выгоняли скотину на выпас, ремесленники начинали работу в своих мастерских, женщины с детьми занялись домашними делами, солнце медленно поднималось по небосводу, озаряя не большой городок на берегу Волги под названиемКосань. Одним словом, было очередное обычное утро. Звенимир проснулся поздно, сразу вскочил с кровати и успел только надеть рубаху с портками, сапогами, схватить кошель с деньгами и помчался на рынок. Только у самого выхода он поздоровался с младшей сестрой и матерью, которые уже готовили новые настои. – Доброе утро, матушка, – произнес Звенимир, – я же просил меня разбудить пораньше. – Сына, я видела, как ты допоздна читал книги, у тебя аж вся свеча сгорела. Вот я и решила тебе дать поспать, – ласково ответила мать. – Спасибо, но теперь мне надо бежать на рынок, пока свежие травы, ты же знаешь, что к полудню они уже не будут подходить. На критику сына мать только ласково улыбнулась и продолжила варить разные ядовитые грибы. Да, она готовила яд, но не с злым умыслом: в малых дозах яд тоже лекарство. – Осторожно, штаны не потеряй со спешки, – язвительно, но по-доброму заметила Светозара, раскладывая пучки сухих трав по столу. Она всегда любила старшего брата подразнить, так как знала, что ее не накажут. – Не волнуйся, снежок, не потеряю. Щеки Светозары сразу налились румянцем то ли от злости, то ли от застенчивости. Звенимир, живя с ней все ее пятнадцать лет, так и не научился понимать этот момент в ней. Он назвал ее так, потому что ее волосы были абсолютно белые, как у матери, у него же были темно-серый оттенок, как у отца. Не успев закончить о этом думать, как Звенимир уже был на центральной площади, на которой устроились разные торговцы. Он тут всех хорошо знал и порядком устал с каждым здороваться и обмениваться любезностями: это очень сильно выматывало. Но вот то, ради чего он был здесь. Маленькая старушка всегда продавала свои травы в сторонке от всех, ее боялись, но при этом уважали. Как и семью Звенимира, кстати, хотя он всегда отмечал с гордостью, что их, в отличие от нее, намного больше уважали. – Доброе утро, Прасковья, как дела в лесу? Она сама напоминала поганку: вся в лохмотьях, сутула, пахло от нее тиной и сыростью, а также тем, что не могли услышать обычные люди с магией. Она была ведьмой, его семья это знала, в отличие от других, и поддерживала с ней взаимовыгодные отношения. – Доброе, милок.В лесу все, как всегда, тихо и спокойно. Вот пришла в последний раз посмотреть на город, скоро и здесь тоже будет лес. В ее обычно мутных глазах проблескивала ясность, и видно было, что она чего-то ждет. – Прасковья, что вы говорите, что может произойти, неужто божий суд грядет? – Кто его знает, вот ты молодой и смеёшься, я много чего за свою жизнь повидала и больше не смеюсь над знамениями. – Ваше право. Я пришёл за травами и спешу, в следующий раз поговорим о значениях знамений. Уходя, он услышал тихий смех. Смех, от которого становилось страшно. Конечно,из-за того, что она являлась ведьмой, создавалось впечатление, что она не совсем в своем уме. Как говорил отец, это по причине того, что она вела дела с бесами и отдала им часть своей души, однако при этом Прасковья была очень хороша в оккультных делах и оказалась совершенно права в том, что последние недели люди стали видеть во всем дурные знаки. Быстро купив все, что нужно, он побежал домой готовиться к своему первому оживлению человека. Да, он был чернокнижником, как его отец и множество поколений до них. Если кому-то это из обывателей сказать, он сразу начнет креститься и молиться. Судить его за это глупо, история показала, что в большинстве случаев, от людей, владеющих магией, возникают одни проблемы. Но семья Звенимира– исключение из правила: она обосновалась в этом городе лет сто назад, и с тех пор не было серьезных как проблем с сверхъестественным в окрестностях города, так и с болезнями и прочими поветриями. Погрузившись в очередной раз в мысли о том, какая его семья полезная, он заметил, что ему на встречу вышел поп Серфантий, который быстро выдернул Звенимира из мыслей очередными проповедями о том, какая его семья грешная и что только истинной верой в Бога они могут спасти души. Звенимир проигнорировал его, в других местах людей, занимающихся подобным, давно сожгли бы на костре, но местные очень хорошо понимали,как много пользы приносит его семья и спорить со священником по меньшей мере глупо. Вернувшись домой и не теряя времени, Звенимир стал готовиться к ритуалу. Подобные приготовления, как говорил отец, нужны были только в первые разы. Как думалЗвен, «дальше я сам научусь это делать». Мать с сестрой ему не мешали, они понимали, насколько это важно для него, так как если у него не получится, значит,он не обладает магической силой. Конечно, он сможет чувствовать магию, в отличие от обычных людей благодаря родословной, но не пользоваться ей. К страху разочаровать семью добавлялся страх убийства. Причем же здесь убийство, если он будет оживлять мертвого? Главный закон в этом ремесле: «Если ты хочешь кого-то вернуть с того света, ты должен кого-то туда отправить».Равновесие, чтоб его… Золотое правило некромантии. Его жертвой был беглый крепостной, являющийся конокрадом и убийцей.Его все равно приговорили бы к смерти, но убил бы его кто-то другой, а не Звенимир. «Можно подумать, человек, подобный мне, слишком добрый и мягкий. Да, в нашем роду были личности, от деяний которых волосы дыбом встают, но я был не такой», – задумался чернокнижник. Во внешности он был похож на отца: прямые грубоватые черты лица, высокое и крупное тело, нос немного с горбинкой. Душой же он больше в матушку, ангельская женщина. «Весь город был в ужасе, когда, наверное, самый добрый и честный человек в округе полюбилмоего отца с его репутацией», – усмехнулся про себя Звенимир. День сменился вечером, а потом и сумерками.Звенимир был поглощён подготовкой и не замечал, как летит время. Светозара сидела на берегу Волги чуть поодаль от города и смотрела на воду. В лучах заката множество бликов от водной глади создавали живую картину, которая менялась каждую секунду. Она любила создающееся вокруг нее прекрасное зрелище и старалась каждый вечер приходить на берег реки. Оторвавшись от созерцания водной глади окрестностей и оглянувшись вокруг, перед тем, как отправиться домой, она увидела два силуэта. Точнее, двух всадников, шедших вдоль берега. В лучах заката она не сразу узнала отца с князем. Конечно,они проезжали через главные городские ворота, и их окружила шокированная толпа. Четырьмя днями ранее из этих же врат выезжал князь с половиной дружины по причине нападения разбойников на деревни в окрестности. Все были уверены, что они скоро вернуться с победой, учитывая, что князь был прекрасным воином и всегда сам вел людей в бой.Точнее, носилки, на которых их несли, так как оба были тяжело ранены. Их сразу же отнесли в княжеский терем, и Звенимир со своей семьей, как главные лекари, стали оказывать всевозможную помощь. Если посторонние думали, что их еще можно спасти, то мать и Звенимир понимали, что раны слишком глубокие. Раны были не от оружия, они были как будто от небольших когтей. Заходя в палату с очередными мазями, куда положили отца,Звенимир остолбенел. Отец в предсмертном бреду схватил мать и что-то очень много шептал, отчего у матушки широко открытые глаза остекленели. Обессилено простонав, отец рухнул на кровать, испустил последний вздох и затих. Сын бросился в слезах к отцу, но его схватила мать и потащила из комнаты. Звен посмотрел в лицо матери и замер: впервые в жизни он видел ее такой. От прежней доброты и беззаботности не осталось не следа,лицо было, как мертвое, одни глаза были наполнены слезами, но в них все равно отражалась такая пустота, что Звенимир потерял дар речи. – Стой, у нас нет времени!Нам нужно вернуться в дом, выпить сон мертвеца и спрятаться в погребе! Где Светозара?! Нам нужно сейчас же спрятаться! – Матушка, что ты говоришь?! Папа умер! Понимаешь, умер! – Молчи, я знаю.У нас нет времени его оплакивать! С этими словами они вышли в коридор, точнее, мать вытащила Звенимира. Увидев там Светозару, она сказала идти в дом за ними. Сестра, не понимая, что отец умер, пошла за матерью. Не успев выйти на крыльцо княжеского терема, мать болезненно застонала: прямо в грудь ей влетело копье с такой силой, что вышло насквозь и в прямом смысле пригвоздив ее к стене. Для детей этот секундный момент растянулся на ужасную вечность. Звенимир видел, как копье мучительно медленно пронзало мать, как кровь, подобно вину, пропитывала одежду. Хрипя из последних сил, она сказала тихим и хрипловатым голосом: – Бегите в дом… кх... Выпейте мертвецкого сна по десять капель каждый и спрячьтесь… в погребе. В момент, когда последний звук сорвался с ее уст, глаза ее тут же закрылись и тело обмякло. Обернувшись туда,откуда прилетело копье,Звенимир увидел женщину. Она была юна, стройна, в темно-зеленом шёлковом платье иностранного пошива, а золотые украшения подчеркивали ее прекрасную фигуру. Ее фигура была человеческой, за исключением длинных ногтей, больше похожих на когти. Лицо было мертвенно-бледного оттенка, вытянутым и немного впалым, как бы иссохшим, кончики ушей заострённые, а рот был полон острыми зубами, которые венчали два клыка на верхней челюсти. Всю эту картину прекрасной смертоносности дополняли черные, как смоль, волосы, собранные в косу до пояса, и зеленые глаза больше похожие на изумруды. Если верить тому, что глаза – зеркало души, значит, души у этого создания не было потому что глаза были настолько холодные и бесчувственные, что пробирала дрожь. Им с сестрой пришёл бы конец, так как это создание двинулось к ним медленным спокойным шагом, но тут на нее галопом понеслось несколько конных дружинников.Она рванула им навстречу за мгновение преодолела дистанцию в 20 шагов. Как только один приблизился к ней, то она нечеловечески быстрым движением рассекла мощную шею жеребца своей рукой, отчего всадник вместе с лошадью кубарем полетели вниз. Звенимир схватил сестру за руку и, понеся к дому, понял, что это был вампир. Отец рассказывал о них, но Звенимир и подумать не мог, что они настолько сильны, быстры и даже в некоторой степени красивы. Обычно тихий спокойный город превратился в ад. Создания наподобие того, что было в княжеском дворе, неслись и рвали людей в клочья вместе с иноземными воинами. Вампиров было очень мало, в основном множились люди, но они все уничтожали горожан с чудовищной жестокостью. Вот он, дом, где можно укрыться от ужаса, творящегося в городе, но когда они были в трех шагах от входа в него, один из вампиров, пробегая рядом, мимоходом, даже не посмотрев в их сторону, легким движением оторвал голову сестре. Звенимир не сразу понял, что пытается тащить обезглавленную. Голова прокатилась несколько метров, остановилась, в то время, как струйки алой крови фонтанчиками били из падающего наземь тела.От этого и всего того, что происходило до этого, у Звенимира помутнел рассудок, и он, шатаясь и окончательно не понимая, что происходит, быстрее выпил десять… или двенадцать капель нужного зелья. Он знал, если выпить больше двенадцати, он не просто уснет сном, который будет похож на смерть, а по-настоящему умрет, но ему уже было все равно. После он открыл тайную комнату в погребе, закрыл дверь, упал на холодные камни пола и, когда веки закрывались, он был готов умереть, так как он потерял все самое дорогое, что было у него. Звенимир уснул таким глубоким сном, что его жизненную энергию трудно было почувствовать даже вампирам. В городе происходили такие вещи, такие зверства, о которых история повествует. Ею пугать людей и угрожать, что начнется ад, если его можно устроить на земле. *** Черная фигура стояла посреди творившегося хаоса. В отличие от подчинённых вампиров и людей, она была спокойна, ее действия были четки и уверены. Все мысли в разуме фигуры занимало то, как быстрее закончить эту вакханалию до рассвета и чтобы ни один местный не выжил. Тут ему навстречу выбежала молодая девушка: она была вся в порезах, сарафан залит кровью. За ней, загоняя в ловушку, как волк кролика, двигалась бестия в зеленом платье: было видно, что она от подобной травли получает огромное удовольствие. – Стефания, прекращай играть с скотом, мы сюда прибыли не для забавы. У нас есть конкретная цель и ты ее не хуже меня знаешь, – проговорила фигура в черных одеждах, голосом тихим, как эхо, но отчетливо слышный в этом хаосе и пробирающий до костей. – Господин, разве вам не хочется поиграть с этими ничтожествами перед тем, как вы прекратите их жалкое существование? – Бери пример с остальных и не трать время этой ночи впустую, или мне персонально для тебя повторить, Стефания? В тихом голосе прозвучали нотки раздражения. – Что вы… нет, конечно, вы правы. Быстро настигнув молодую девушку, зеленоглазая вампирша одним движением руки прикончила девушку и пошла даль. Когда, она ушла темная, как ночь фигура заметила за повозкой, маленького мальчика лет пяти, о сидел тихо, но с глаз стекали слёзы. Бледная рука поднялась, над ним и только тонкая струйка крови вытекла из-за повозки, влившись в кровавую реку. *** Веки будто бы были железные и открывались очень тяжело, с большим трудом. «Как крепко спалось», – только подумал Звенимир, но вместо привычного потолка над своей кроватью он увидел свод погреба и воспоминание о том, что произошло, болезненный укол его пронзили, отчего закричал. Он хотел кричать и плакать в надежде, что это поможет облегчить душу, но это не помогало. Собравшись с силами и терпя боль в затекших конечностях, он поднялся из погреба. Дома был ужасный бардак, почти все склянки были разбиты, все, что хоть что-то было ценно, пропало. На улице было не лучше: абсолютный погром, тела или то, что от них осталось, валялись везде на дорогах, во дворах, были на сажены на колья и даже свисали с крыш. Он не смог подойти к сестре и просто решил пойти куда глаза глядят. Он прошел мимо церкви, на воротах которой был распят Серфантий, потом последовали дома, где жили люди, которых он всю жизнь знал. Теперь окна больше походили на глазницы черепа и пугали своей пустотой и тьмой. Где-то бушевал пожар,который никто уже не патушит. Он чувствовал, как будто видел, отзвуки размывчатые картины последних, мгновений десятков людей, на краю сознания слышал стоны и крики сотен людей, это были остатки душ. Когда в одном месте безжалостно убивают множество людей это откладывает на него отпечаток, даже обычные люди чествовали хоть и в меньшей степени это, со временем остатки образов душ исчезнут, но сейчас они стонали и кричали. На центральной площади прилавки свалены в баррикады. Похоже, тут остатки дружины пытались организовать оборону. В центре площади – гора трупов,а у подножья, истекая кровью, сидел Иван. Он был местной знаменитостью, самый сильный человек в округе, местный богатырь.И это неудивительно: два метра с лишним в высоту, руками подковы гнул, мог мечом человека пополам разрубить. Но сейчас он сидел в луже собственной крови, его тело было так сильно изранено, что живого места на нем не осталось, некогда белая рубаха стала красной от алой крови, что пропитала всю ткань. Из живота торчало копье. Когда он увидел Звенимира, его глаза расширились, и он потянул руки к нему. Звенимир тут же подскочил к нему и обнял, они никогда особо не ладили, но сейчас это ничего не значило. Видеть живого человека уже для них обоих давало надежду на что-то счастливое. Хрипя от боли, Иван сначала застонал, потом произнес, при этом откашлялся кровью: – Они уб-убили всех… ммрх… я не смог всех защитить…убей меня, вытащи копье, я сам не могу этого сделать… – Нет, я смогу тебя исцелить!!! – вскрикнул от отчаяния Звенимир. – Мы оба знаем, что нет… – хриплый голос Ивана отражал то, что он уже смириться. –Убей меня, окажи последнюю милость. Иван положил руки Звенимира на копье и видя в глазах Ивана мольбу, Звенвытащил копье хватая воздух Иван молвил. – Я не смог спасти их, отомсти за нас всех… Защити землю от этой нечисти. На последних словах Иван сжал руку Звенимира и умер. Его большие глаза застыли, и в них отражалось опухшее от слез лицо чернокнижника. – Нет! Нет!! НЕЕЕТ!!! Звенимир изо всех сил стал трясти его за плечи, но это было бессмысленно. Через некоторое время он постарался успокоиться и понял, что нужно делать, теперь у него снова появилась цель жизни. Встав и выпрямившись, он, что есть мочи, закричал. Успокоиться так сразу не получилось. – Мать, отец, сестра, Иван, вся Косань, слышите?Я клянусь, я отомщу за вас, не будет мне и моей душе покоя, – кричит Звенимир, подняв руки к небу. – Я смогу, ваша жертва не будет напрасной! Он подошел к Ивану, взял его за голову, закрыл ему глаза пальцами и сосредоточился. До этого никогда не делал ничего подобного отец говорил, что нужно просто сосредоточиться на том, что он хочет и не отвлекаться ни на что в реальном мире. Прошло время, но тишина продолжала звеняще бить по ушам. – Нет, у меня получится! – сделав глубокий вдох и медленный выдох, Звенимир постарался успокоиться. Вокруг тьма, абсолютная тишина и пустота, но вдруг раздался один голос, затем еще один. Перед ним появилось белое расплывчатое лицо;руки, тянувшиеся к нему, затем еще и еще, сотня, тысяча, миллион... Все тянутся к нему, хватают его тело, которое он чувствовал, но не видел.В голове пронеслось: « Надо найти кого-то из Косани»… нет, не то, нет. Голоса переросли в такой шум, который раскалывал его, руки тащили в разные стороны, а крики сводили с ума настолько, что полностью захватили его сознание. Одно мгновение, и он растворится в этой бесконечности рук, лиц и голосов. Постаравшись сделать последнее усилие, он схватил одну из рук и всеми силами, в этому шуме, стал думать о том месте, где он сейчас находился. Секунда… и вот перед ним тело Ивана, гора трупов и разоренный город. От такой резкой непривычной тишины он застонал.Отойдя от этого контраста и снова посмотрев на тело Ивана,Звенимирокруглил глаза и насторожился. Бездыханное тело неистово трясло, глаза закатились, были видны одни белки.Раздался хруст: ещё кости стали ломаться, одежда сразу же порвалась, превращаясь в грязные клочья, а за ней и кожа стала рваться от нарастающих новых мышц.Руки и ноги становились длиннее, мышцы ели успевали догонять удлиняющиеся кости. Пальцы становились больше, ногти превращались в желтые когти. С каким-то хлюпающим звуком руки разделились на две пары. Новая розовая кожа в многих местах быстро грубела, образуя костные наросты, который появился на груди и внешних сторонах рук и ног, образуя настоящий доспех. Из головы, разрывая плоть, выросли два бараньих рога. Нижняя часть лица с чудовищной скоростью вытянулась наподобие звериной морды. В ней, как грибы, прорастали новые бритвенно острые зубы. Русые волосы на голове стали больше походить на лошадиную гриву своей длиной. Позвоночник стал крупнее и мощнее, разорвав плоть, он поднялся из нее и стал костяным гребнем, который как скальной массы проходил через мощные, как холмы, связки мышц на спине. Ноги стали больше напоминать сильные птичьи лапы с длинными когтями. Глаза закрылись, тело замерло, и через несколько мгновений полной тишины существо встало и выпрямилась во весь рост. На глаз оно чуть больше трёх метров, настолько массивное, что тень от него полностью накрыла Звенимира. Оно открыло абсолютно зачерневшие глаза, подняло голову и издало душераздирающий крик. Пасть открылась так широко, что туда могла спокойно войти голова, а чрезмерно длинный для человека розовый язык напоминал какой-то отвратительный цветок. Затем «оно» опустило взгляд на Звенимира и сделало шаг в его сторону. Он стал отползать и думал, что надо бежать. Но монстр неожиданно преклонился перед ним и замер. Немного замешкавшись и нервно потерев пальцы,Звенимир встал, робко подошел к нему и положил руку ему на плечо. Зверь оказался удивительно теплым. Тут же на Звенимира накатило какое-то странное чувство, его можно было сравнить с удовлетворённостью мастера своей работой. – Служи мне до самой смерти и будь со мной, где бы я не оказался! «Какой у меня голос, – удивился сам себе Звенимир. –Я и не знал, что могу таким говорить» И правда, обычно мягкий и бархатный голос сейчас звучал, как громовые разряды. – Да, хозяин. Неуверенно, как будто привыкая к возможности звучать тяжёлым басом, процедило создание. «Если я могу создавать такое, я смогу исполнить клятву, я смогу отомстить, смогу покарать этих кровопийц за тот ужас, который они принесли в мир, – уголки губЗвенимира поднялись в зловещей улыбке. – Теперь мы посмотрим, кто из нас сильнее!»