Мне приятно нравиться

Когда екай встречает кицунэ, звезды отмалчиваются, стараясь запечатлеть такой момент в вечности. Сино-Одори прекрасна в своем человеческом облике, можно только позавидовать этим тонким чертам лица, черным глазам, черным волосам и ровной, без единой морщинки, коже. Мэй не смогла этого не заметить, упомянув в разговоре. И хоть у нее не так много хвостов, комплимент был принят самым почтительным образом. Пещера, которая была домом для многих екай, стала для Мэй тем местом, которое не отделимо от хороших и ярких впечатлений. Всякий раз, когда Мэй слышит оклик «Лисичка», то не может удержать улыбки, она знает, что Сино-Одори всегда рада ее видеть. Разгадать ее по-детски радостную натуру не составило труда для проницательной и по-своему холодной гейши. — Пришла, — вот и сегодня Сино-Одори улыбается светло, когда видит поблизости Мэй. — У лисички снова задание от синоби? Мэй улыбается в ответ сдержанно, хотя ей трудно сдерживать себя, когда рядом Сино-Одори. Восторг, который она испытывает при взгляде на нее, тянется за ней уже долгое время, не желая отпускать ни на миг. Наверное, все началось еще раньше, когда екай только появилась перед ней, подозвав для разговора. Она отвечает поклоном на вежливость Сино-Одори, после чего говорит цель визита: — Нет, госпожа, я пришла ради беседы. Сино-Одори усмехается, но подходит ближе. — О чем же ты хотела беседовать, милая лисичка? Мэй остается стоять на месте, Сино-Одори же кружит вокруг нее так, словно все еще в истинном облике. «Это лучшая иллюзия, которую мне никогда не создать», — думает она с интересом, наблюдая по-своему плавные движения. Мэй старается не отвлекаться, но понимает, что скорее всего ее привел в пещеру не только ее вопрос, но и кое-что другое, то, что на самом видном месте, тянет соблазном и выражается в сего одной-единственной фигуре. — Я хотела спросить тебя про екай. Что можешь рассказать мне об их жизни? Что можешь сказать о себе? Сино-Одори останавливается за спиной Мэй, кладет руки на ее плечи. По голосу чувствуется, что улыбается. — Думаешь в скором времени перебраться в нору, как я тебе и советовала? Мэй пьянят эти осторожные движения. Ей хочется уступить уговорам, хочется поддаться, но также она знает, что жизнь истинной кицунэ со всеми ее изысками ей не подойдет. — Нет, госпожа Сино-Одори. Но я хочу знать что-либо от непосредственного представителя екай. Такао, Масамунэ говорят о них достаточно, но не с позиции знатоков. Я хочу знать даже малейшую деталь. Сино-Одори отстраняется, Мэй оборачивается. Она вновь встречается с этим угольно-черным взглядом и вздрагивает. В нем задумчивость и готовность дать очередной ответ. Мэй умеет прятать свои эмоции, но в этом случае ее выдает смущение, которое ярким румянцем расстилается по ее щекам. Сино-Одори вновь радостно усмехается, а после говорит: — Что ж, лисичка, я удовлетворю твое любопытство. Садись, где тебе удобно, рассказ будет долгим. Она хороший рассказчик, прислушиваться к ее словам — собирать крупинки знания. Мэй не задает вопросов, что нетипично для нее, она слушает, погружаясь в свой, неизведанный, забытый мир. Некоторые детали ее удивляют, другие приносят ни с чем несравнимое спокойствие на душе. Время движется незаметно, приятная компания тому способствует. Мэй расслабляется, но в какой-то момент замечает, что смотрит на Сино-Одори, не отрывая взгляда. Какая-то подробность о жизни в пещерах от нее ускользает в определенный момент. К Мэй вдруг приходит понимание, что Сино-Одори уже несколько минут молчит и тоже прямо смотрит на нее. — Я уже говорила тебе, что мне приятно нравиться? — вдруг спрашивает Сино-Одори, разрывая тишину на клочки своим звонким, человеческим и таким неправильным голосом. — Говорила, госпожа, — почтительно кивает Мэй, стараясь сбросить дымку наваждения. Сино-Одори вдруг встает со своего места и приближается к Мэй как можно ближе, усаживается прямо перед ее лицом так, чтобы было видно все ее привлекательные стороны. Сино-Одори склоняет голову на бок, так, как делала это в истинном облике, а после уточняет: — Мэй, — впервые обращается она к гейше по имени. — Я забыла уточнить, что мне приятно нравиться именно тебе. Ее губы очень близко от лица Мэй. Кажется, сделай хоть одно неверное движение, и… Мэй забывает как дышать. В следующую секунду случается то, чего она опасалась на задворках сознания. Сино-Одори, легко приблизившись, накрывает ее губы своими, будто бы спрашивая разрешения. Мэй всего мгновение прислушивается к своим ощущениям, а после тянется вперед, неумело отвечая на этот поцелуй. Кажется, все заканчивается очень быстро, но когда Мэй вновь заглядывает в глаза Сино-Одори, то видит в них вопрос. Совладав со своими эмоциями, она отвечает как можно ровнее, стараясь вложить в это всю свою искренность, которая ей не пригождалась с момента бегства из окия. — В таком случае мне приятно нравиться тебе, Сино-Одори… И я обещаю отрастить себе еще пару хвостов, если ты будешь рядом со мной. Екай вновь широко и по-детски улыбается, а после счастливо смеется, подхватывая Мэй за руки и кружа ее в неприветливых сводах пещеры. Мэй и сама улыбается. Сердце бьется усиленно и радость подхватывает ее как свежий весенний ветер.