Последняя надежда мира. Начало.

Это был самый обычный день для всего человечества, ничем ни примечательный. Все шло своим чередом. Ход времени ни на секунду не замедлялся. Как и всегда: светило солнце, дул ветер, рождалось и умирало все живое. Часто, никого это не беспокоит, ведь жизнь так коротка. Люди увлечены своими проблемами, рутиной и совсем редко задумываются о чем-то кроме себя. Но в этом нет ничего дурного... Ведь если люди постоянно будут думать о вещах столь глубоких, как жизнь и смерть, о том, что есть до и после, вся жизнь будет поиском ответа и самой жизнью человек насладиться уже не сможет. А ведь в этом и есть смысл нашего нахождения здесь - оценить подарок, сделанный кем-то, прожить красиво, ярко, необычно... Хоть, как это ни грустно, не очень долго. В этот день была пасмурная погода. Леса и поля поливал ненавязчиво моросящий дождь, а влага и мелодичный звук падающих капель нагонял сон на все живое. Сидя рядом с окном, парень по имени Гин, смотрел, как капли медленно и хаотично стекают по стеклу. Казалось, хоть и смотрел на капли, его взгляд был направлен в пустоту. Наблюдая за струйками стекающей воды, словно завороженный голосом природы парень впал в транс. Он задумался, о тех самых сокровенных вещах, которые время от времени посещают людские умы: в чем смысл жизни и приносит ли сама жизнь ему радость? Поступил ли правильно тогда, много лет назад, или все же ошибся с выбором? Эти мысли то покидали его, то снова прибивали к берегу, накрывая все большой волной беспокойства и томления. Ведь нельзя просто взять и выключить функцию нежелательных воспоминаний и прошлых неудач. Гин не знал, были ли его поступки правильными или не правильными, и есть ли вообще такое понятие как «правильно» и «не правильно» - ведь все относительно, что для одного человека хорошо, для другого в корне наоборот. Этим жизнь прекрасна и одновременно ужасна. Прекрасна она многозначностью решений, которые принимаются и разнообразностью исходов, которые эти выборы приносят. Ужасна тем, что разные понятия приносят и недопонимания. Недопонимания в свою очередь порождают жертвы и смерти. Но Гин решил для себя одно, что былого не вернуть. Все что было сделано, должно было случиться. Этот раз был не исключением. Чтобы прийти в себя, понадобилось немного больше времени, чем обычно. Он будто очнулся ото сна. Слегка похлопал себя по щекам и протер немного высохшие глаза. Взял за ручку кружку, отпил оттуда недавно заваренный чай и тяжело вздохнул. Идти сегодня парень никуда не хотел, а увидев погоду за окном, пропали даже крохи желания куда-либо выходить. Природой заложено некое спокойствие при виде дождя, ибо даже хищник не охотится в такую погоду. Гин слегка зевнул, потянулся, поставил кружку с недопитым напитком в раковину и посмотрел на еще не заправленную кровать. «Этот день имеет смысл, разве чтоб выспаться», - лениво вздохнув, подумал он. Едва голова коснулась кровати, тело, как безвольная кукла, распласталось на ней, и неведомая рука потянула в пустоту грез. Гину редко снились яркие сны. Обычно наблюдал за черным экраном у себя в голове. Часы, проведенные там, казались секундами. Однако этот день оказался для него исключением. Открыв глаза, юноша оказался не в своей постели. Кровать была больше, появилась массивная спинка из черного дерева, да и комната в целом преобразилась. Рядом стоял стакан с неизвестным содержимым, по виду напоминавшим воду. Никого рядом не было видно. Послышались странные звуки, привлекающий внимание. Тело Гина было слабым, слушалось с трудом. Он попытался встать с кровати, вышло неловко, но, в конце концов, справился. Парень на цыпочках, как можно тише, стал красться к двери, за которой невнятный шорох так и не прекратился. Мысли переполняли еще не до конца пришедшее в себя сознание. Юноша нервничал и не знал что делать. Медленно потянулся к ручке, но дверь за него решила сама. Аккуратно распахнулась, чтобы не напугать резким движением, словно приглашая его пройти дальше. Звук шума усиливался. Пройдя через коридор, увидел огромное подобие кухни. «Кухней» - сие место можно было назвать с огромным преуменьшением. Место больше напоминало огромную столовую. Всюду были всякие причудливые приспособления. На полочках находилось множество трав и специй. За огромной горой банок и кастрюль виднелся силуэт человека, который с задумчивым видом что-то готовил. Гин оставался на месте продолжая наблюдать за происходящим. Человек, если это, конечно, человек, стоявший перед ним, показал жестом руки, что знает о его присутствии и пригласил присесть рядом с ним. Гин огляделся в поисках места посадки и нашел, но стул был заставлен коробками. - Прости-прости мою оплошность, - сказал взволнованный голос. Мужчина, который увлеченно мешал свое варево, щелкнул длинными пальцами. Все что было на табурете исчезло. Гину показалось, что маневр с исчезновением предметов был заготовлен заранее. - Ну, будем считать, что ты удивил меня до мозга костей, - с легкой усмешкой сказал Гин. - Прости, - снова повторил человек, на это раз, с более самодовольным выражением, - не смог удержаться. Присаживайся, - сказал некто, все еще очень любезным тоном. Кто бы это ни был, ему хотелось доверять. Не принять его приглашение не было ни единой причины. Тем более, ногам все еще было сложно его держать, а возможность присесть звучала очень заманчиво. Опустившись на стул, за который его так любезно пригласили, Гин стал приглядываться к незнакомцу. Волосы его были чуть ниже плеч, черного цвета. Рост по его ощущениям был ненамного выше, чем у него самого. Большие ладони, с грациозно длинными пальцами. На одной руке красовалось кольцо с ярко синим камнем. Одет мужчина был в некое подобие черной мантии. Штаны того же цвета. Они были ему немного велики и неуклюже волоклись за ним. Лицо выражало крайнюю степень задумчивости и увлеченности процессом. Было видно, что незнакомец наслаждается мероприятием и недоумением своего гостя, сидящего позади. Молчание продлилось еще какое-то время. Гин не нарушал тишину. Парень внимательно изучал действия таинственного человека и понял, что он делает какой-то напиток. И вот, наконец, владелец начал разливать содержимое кастрюльки, в которой помешивал все это время, в элегантные фужеры. Жидкость переливалась синим цветом. Было неясно что это и даже предположить было трудно. Хозяин протянул один из этих чудных бокалов Гину. Тот вежливо принял, но сразу пить не стал. Мужчина учтиво улыбнулся, поднял свой и посмотрел на Гина своим добрым взором. Глаза его были под стать напитку - синие как морская пучина. Продолжая смотреть на Гина, сделал внушительный глоток сомнительной жидкости. Юноша понял этот жест безопасности и тоже, прислонив губы к краю бокала, сделал небольшой глоток. Как только она коснулась его языка, по телу прошло тепло. Варево не просто согрело его тело, оно как будто проникло куда-то дальше, словно накрывая душу теплым одеялом. Приятное удивление, возникшее на его лице, польстило хозяину. - Очень рад что вам понравилось, Гин Брайт. - с легким поклоном сказал мужчина. Юноша был ошарашен тем, что незнакомец знал о нём, но постарался не подавать виду. Отпил еще один более внушительный глоток. Жидкость уже заполнила тело целиком, до мельчайших уголков организма. Это не было похоже на алкоголь. Голова наоборот стала свежей, а мысли более плавными и собранными. Ничто не могло бы сейчас сбить его с толку. Вкус нельзя было описать известными ему словами. Было ощущение, что ему дали попробовать то, чего он всегда желал. - Я не успел представиться, - продолжал говорить незнакомец, - меня зовут, Рубэн Ноуин. Мужчина изобразил нечто в виде поклона и снял невидимую шляпу, прижав к груди. - Мы с тобой никогда не встречались и, возможно, больше никогда не встретимся. - Приятно познакомится, Рубэн. Хотя у меня сложилось ощущение, что это было не знакомство, а ваше личное представление. Будто бы меня вы давно знаете, - выдал свои мысли, как на духу, Гин. - Да, стоило проявить терпение и дождаться, когда вы сами соизволите представиться, - с толикой снисхождения проговорил Рубэн. - Меня можно понять, - слегка смущенно проговорил Гин, - оказался ни пойми где, всякий бы растерялся. - Согласен, этого не отнять, - слегка одобряюще кивнул Рубэн, - просто прожив долгую жизнь, перестаешь удивляться множеству вещей. Мало что может произвести впечатление, - с тоном великого старца с молодым лицом сказал мужчина. Лицо его выражало ясность ума, так что сомневаться в его словах не было никакого смысла. - Где мы? кто вы? Расскажете мне, что собственно вообще происходит или мне нужно будет отгадывать ваши головоломки и шарады? - беспокойно съязвил Гин. - А ты нетерпелив юноша. Я давненько ждал, когда ко мне заглянешь. И едва оказавшись здесь, уже в таком нетерпении, - пытался с улыбкой пожаловаться Рубен, - но ничего страшного. Наверное, слишком обеспокоен неизвестностью и пока не получишь хоть какие-то ответы, тебе будет сложно находится в моем присутствии. Гин подтверждающее кивнул. - Находишься ты в моей скромной обители, - начал Рубен, - дом этот находится везде и нигде, как в сказке. Его нет на карте, но попасть сюда можно отовсюду, если есть на то мое желание. Я наблюдаю за всем на этой земле. Мне ведомы судьбы многих. Известны их таланты и возможный потенциал. И знаешь... Мир почему-то стал казаться таким жестоким, скучным, предсказуемым... Ты не находишь? - риторично спросил он у Гина, - так вот, насколько ты уже понял, я не обычный человек, и не так молод, как можешь видеть меня своим взором. Я один из создателей сего мира, - Рубен сделал паузу, отводя глаза в сторону, - после создания, мы не пересекаемся с другими. Лишь наблюдаем за своими творениями. Кто-то надевает маски и путешествует по миру, меняя судьбы целых народов. Кто-то притворяется обычным бедняком, прося милостыню и высматривая добро в людях. Кто-то предпочел забыть о том, что тот является творцом и решал прожить как разные существа, и иные физические материи... Были и растениями, и камнями, и животными, и людьми... Так как сознание или как принято у вас, у людей – «душа» у нас вечная, после смерти физической оболочки, мы перерождались во что-то иное. И так по кругу. Рубен сделал глоток из своего бокала и присел рядом, на появившийся непонятно откуда стул. - Я долго наблюдал за этим миром... И делал определенные выводы. Ошибкой этот мир назвать нельзя, но и идеальным его назвать сложно. Согласен? Гин молча кивнул. - Ишь ты! Без угрызений совести покритиковал наше с братьями и сестрами творение! – усмехнувшись, сказал Рубен, - но именно поэтому ты и здесь. Честность, в деле которое я хотел тебе поручить, очень необходимая штука. Если, разумеется, согласишься на то, что я тебе предложу. Хочешь быть судьбоносным человеком, Гин? Обладать властью, которая тебе и не снилась. Уметь ворошить все стороны мира и менять, как тебе будет угодно? Немного помявшись Гин сказал: - Желание править отсутствует. Мне ни так много лет, как вы, наверное, знаете... Как и все обо мне. Недавно двадцать пять стукнуло. И я сомневаюсь, что такой юнец, сможет сделать мир лучше, получив безграничную власть. Не раз за свою жизнь, я колебался в решениях, а эти решения были крупицей по сравнению с судьбой всего мира. И даже приняв тогда те решения, иногда до сих пор сомневаюсь в их правильности. Рубен на протяжении всего ответа Гина смотрел прямо в его глаза, серые и туманные, в коих читались сомнения и страх. Он улыбался. - Знаешь Гин, каждый способен вершить судьбы мира, даже без всемогущества. Поступки одного человека, влияют на будущее огромного количества людей, даже если они об этом не задумываются. Все думают, что они плывут по течению и за них уже все давно решили. Они ошибаются. То, что вы называете судьбой - это течение времени, которое может идти, как и идет, а может и сменить курс от поступков, совершенных другими. Может показаться, что это и есть судьба. Ведь их действия от тебя не зависят. Но. Есть огромное большое, НО. Твои поступки, какими бы они ни были, могут изменить и тех, кто имеет влияние на твою жизнь. Может отвести от тебя одних и дать следующих. Это тебе немного мудрых мыслей от человека, прожившего не одно тысячелетие, - усмехнулся Рубен, - как считаешь, сможешь ли ты сделать мир лучше? Сможешь ли сделать так, что все будут счастливы? - Это очень сложно… - задумчиво выдавил из себя Гин. - Согласен, менять что-то в лучшую сторону тяжелый, просто гигантский труд. Но я уверен, что ты бы справился. Как считаешь? - Сомневаюсь, - неуверенно сказал Гин. - Ну что ж, мое дело предложить, - С привычной улыбкой сказал Рубен, - я бы принял твой отказ, был бы я простым человеком, но таковым не являюсь и так уж вышло, что некие обстоятельства, о коих не могу поведать, вынуждают меня дать тебе один дар. Ты забудешь о нашей с тобой встрече, словно никогда мы с тобой не виделись и не пили вместе этого чудного напитка. Он вновь поднял свой бокал. - Мой дар ты поймешь тогда, когда захочешь изменить мир. Ты вспомнишь нашу встречу только в этом случае, прощай... Комната провалилась во мрак. Тьма, пустота, невесомость... Уже светало. Через оконные рамы, которые лишь слегка были задернуты шторами, начали проникать яркие лучи. Солнце вставало рано и нещадно согревало комнату. Дом Гина находился вдали от других, на отшибе. Его давно погибшие, вернее пропавшие без вести родители, занимались домашним хозяйством. Парень продолжил их дело. В детстве обучался дома. Основным знаниям его научил отец. Письму, речи, арифметике и труду был обучен почти в совершенстве. Что еще надо сельскому парню, правда? Лишившись родителей, мальчик не приуныл. Он понимал, что изменить ничего не может, а какой смысл горевать над тем, что тебе не подвластно. «Отпусти и забудь». - часто говорил себе Гин. Люди, жившие поблизости, хорошо относились к юноше. Когда родителей не стало, одна семья даже хотела приютить мальчика, как родного, но он отказался. В деревне никто не отозвался бы дурно о парне, даже наоборот. Если была нужна какая-либо помощь, все могли на него рассчитывать. Проснувшись от солнечных лучей, которые уже агрессивно хотели прожечь в его лице дыру, Гин ощутил приятную бодрость, как будто проспал несколько дней кряду. Он не помнил того, что ему снилось. Какие-то клочки, но ничего конкретного. Во рту был приятный привкус, не такой, какой должен быть после долгой ночи. Настроение было приподнятым, что хотелось плясать. Юноша буквально вспорхнул с кровати. Ощущалась небывалая легкость, не то что вчера, когда было сложно даже добраться до кровати. «Всему виной дождь». - нашел виновного Гин. Заметив кружку в раковине, потянулся к ней, но как только его рука вытянулась, увидел нечто непривычное. На указательном пальце красовался необычное кольцо, с темно синим камнем внутри. Гин с минуту ошарашенно его осматривал, тряс, гладил, даже на вкус попробовал. Никак не мог вспомнить, как такое чудо оказалось на пальце его работящей, всей в мозолях руке. Камень переливался в свете солнца и завораживал взор. Перстень не приносил абсолютно никакого дискомфорта, наоборот, было ощущение, что он с рождения был на нем. Гин попытался его снять, но у него ничего не вышло. «М-да, видать пока палец не отрубишь, его и не снять». - рассудил юноша. Находка не давала ему покоя, но внезапно заурчавший живот тоже. Парень бросил пару заготовленных перед дождем поленьев в печь и поджёг. Поставил котелок с водой на плитку. Отмыл кружку от содержимого и заварил себе свежий чай. Из еды у него оставались пироги с капустой, которые соседская старушка дала ему за помощь на ее плантации. Он с удовольствием откусил один из них. Гин смотрел в окно, в сторону леса, и думал о сложившейся ситуации. Это точно не его безделушка. Юноша слышал о магии от местных ворчливых стариков. Что есть люди способные творить чары, но, чтобы ни с того ни с сего, у него на руке оказался такой чудо-перстень — это, конечно, загадка... Деревня, в которой он жил, находилась вдали от цивилизации. Путники редко забредали к ним. Люди стремились к большим городам и торговым путям. Жили здесь дружно, в беде не бросали и в помощи не отказывали. Гин рос любопытным мальчуганом и всегда задавал очень много вопросов. Про другие деревни, города, разные растения и живность. Объясняли ему абы как, по возможности, ведь: «у взрослых свои дела». Так они ему говорили. Потихоньку-потихоньку, что-то да узнавал. Изучил местные травы и зверей. Научился ловко управляться с луком и стрелами. Иногда ходил на охоту за дичью. Крупных хищников Гин избегал, а вот малые травоядные, встречу с ним не переживали. Как-то раз, юноша услышал о королевских землях. Недалеко за лесом начинались их владения. Замки, укрепленные дома, базары... Все новое и неизведанное завораживало парня. Подробно никто не описывал, поэтому его фантазии было где разгуляться. Рассказали ему и о волшебной страже, которая хранила порядок на этих территориях. Тех, кто обладал магическими силами, непременно ставили на учет. С магиком устраивались «беседы». Если стража одобряла силу и происхождение, за небольшую плату выдавалась лицензия на чары. Человек мог пользоваться им по своему усмотрению или во благо родины. Даже имел право заступить на службу и получить дополнительные возможности в развитии своих навыков и своего положения. В случаях, когда способности были не угодны, ему запрещалось колдовать. Если запрет был нарушен, приговаривали к заключению. «Местным, лучше пока это кольцо не показывать», - здраво рассудил он, - «а то еще подвесят или сожгут. В этих краях о таком мало известно. Так что, пусть пока лучше будет секретом». Юноша надел себе на руки перчатки, с открытыми фалангами пальцев. Перекусив и убравшись, Гин вышел на улицу. Погода была жаркая, немного душная. Лесной массив радовал глаз. Все что было в деревне, гармонировало с внутренним состоянием парня. Закрыв дом, спрятал ключ в свой тайничок, в кувшин, стоявший на окне, и двинулся по тропинке к центру деревни. По дороге ему попадалась малышня, которая бежала к озеру. Время было жаркое, а у ребятишек свои забавы и развлечения. Путь его лежал в сторону жилища старого Марфа. Старец был одинок. По его рассказам, когда-то жил в крупном городе, близ главного дворца. Жена умерла, а дети разбрелись покорять земные просторы. Мужчина оказался один и не желал оставаться на прежнем месте, где все ему было не мило. Решил его покинуть и поселится где-нибудь в глуши. Набрел на эту деревню и не пожалел об этом. Здесь все были добры и веселы, что, несомненно, радовало старика. Как раз из-за того, что он был знаком с королевством, чем мало кто мог похвастать в этой деревне, Гин и пошел именно к нему. Кольцо, которое внезапно появилось, связано с магией, а это был тот человек, кто в ней хоть что-то смыслил. Марф был в доме, Гин увидел его через окно. Тот сидел в кресле и читал. Постучав в дверь, юноша услышал неспешные, глухие шаги. Если бы у него не было такого хорошего слуха, он бы и не услышал, как старик подошел ко входу. Хозяин открыл дверь без привычного вопроса. Возможно, боковым зрением все же увидел, как Гин прошел возле окна. - Здравствуй, Гин. - улыбаясь, он протянул ему свою руку. - Здравствуй, дядя Марф. - ответно подал руку Гин, не снимая перчатки. Старик нахмурился. - Гин, а как же манеры? - показал кивком на неснятую перчатку. Гин замялся. - Дядя Марф, давай зайдем в дом. Мне нужно кое-что показать. Собственно говоря, за этим я и пришел. - как можно более спокойным тоном, сказал он. Мужчина не стал настаивать и учтиво впустил его в дом. Пронзительный взгляд скользнул по перчатке, но расспросов не последовало. Ждал пока парень сам все изложит. - Присаживайся. Юноша принял приглашение и опустился в кресло, Марф сел напротив. - Так вот, дядя Марф... Я по какому поводу... - начал издалека Гин. Старик не торопил парня, давая ему собраться с мыслями. Он никуда не спешил. - Сегодня утром со мной произошло некое событие, - наконец-то собравшись с силами, сказал Гин, - проснувшись, обнаружил на своей руке необычный предмет... Кольцо, с ярко синим камнем. Никогда прежде я его не видел, и оно точно мне раньше не принадлежало. Я побоялся обращаться с этим, к кому бы то ни было, кроме вас. Надеюсь, вы не подведете мое доверие и просто скажете, если что-то знаете или слышали. Если же не знаете, сохраните это в тайне. Гин снял перчатку на своей правой руке и показал Марфу указательный палец. Старик протянул руки к его ладони и стал внимательно рассматривать перстень. - Кхм... - задумался он. - Я не знаю, что это такое в точности, но думаю, это некий магический артефакт. Я видел похожие вещицы, но такую вижу в первые, тем более лично. В молодости, служил в защитных войсках города, в котором проживал. Был в низших рядах и мало получал, поэтому позволить себе такие штуки, разумеется, не мог. Все уходило на жену и детей, понимаешь ли... Но она имеет явное волшебное происхождение. Можешь его снять и дать мне, посмотрю ближе? - Я бы, конечно, дал, но не могу. - Я отдам его тебе тут же. - заверил в недоумении старик. - Дело не в этом, - попытался оправдаться Гин, - я просто не могу его снять. Показал жестом, что кольцо, словно приклеено к его пальцу. - Экая напасть! - воскликнул Марф. - Неужто проклятье свалилось на твою бедную голову, Гин? - Хотелось бы мне знать, - кисло улыбнувшись, сказал он, - но на проклятье не похоже, если подумать. Да и чувствую себя так превосходно, как никогда. С самого утра легкость, спокойствие... - Ну, хорошо, коли так, - кивнул старик, - я не сильно тебе помог, но уверен, что это необычная безделушка и оказалась она у тебя не просто так. Если хочешь мое мнение, то тебе стоит как-то добраться до столицы королевства, да найти какого-нибудь магика, чтобы четко дал ответ, а не слушать такого дилетанта, как я. - мужчина почесал затылок. - Да, как можно скорее, вдруг эта штука тебе навредит. Я не хотел бы, чтобы с тобой что-то случилось. - Спасибо дядя Марф, я учту, но попрошу снова, в деревне ни слова. Хорошо? - Если такова твоя просьба, то конечно. Я могила. Старик по-заговорщицки подмигнул и хлопнул по плечу. Еще немного поговорив и отведав знаменитого чая на травах, Гин попрощался с хозяином и вышел. Время было к вечеру. Темнело. Парень шел в сторону дома и услышал со стороны леса какую-то возню. Подойдя ближе, услышал какое-то скуление и плачь. Юноша прибавил темп и уже несся к месту, где слышались звуки. Прибежав туда, увидел паренька из той компании, которую встретил утром. Мальчика звали Мальт. Малыш лежал в траве и ревел, держась за ногу. Услышав шаги, поднял голову. По его щекам текли слезы, а на руках были кровавые следы. Опустив взгляд вниз, Гин заметил, что нога мальчика была вся в крови. Видимо наступил на острый сук и пробил себе ногу насквозь. - Ужасная рана, - с беспокойством в голосе сказал Гин, - как же ты так? - Случайно получилось, - зареванным голосом начал Мальт, - мы играли в прядки, а меня так и не нашли... Я перестал слышать какие-либо голоса, да и стемнело... Решил побежать домой, а темно, страшно... Я бежал... бежал... и вот. - показал взглядом на свою ступню. - Ладно, я тебя услышал. Давай так... Парень подошел, аккуратно сломал сук, не вынимая его из ноги. - Я не специалист в лекарстве, но постараюсь тебе помочь. Запрыгивай мне на спину. Ага. Аккуратнее. Вот. Пошли. Мальчик был легким, поэтому Гин без труда взял его как рюкзак и двинул в сторону дома малыша. Через некоторое время они уже почти дошли до места. Возле него была какая-то суета. Мальчишек, которые были с Мальтом, отчитывал Бьёрн - староста деревни. - Как вы могли его оставить одного в лесу, бестолочи. У нас так не поступают. Вся деревня - наша семья. Мы никого не бросаем! - тяжело выругался Бьерн. Было видно, что хоть и зол, но не хотел сильно ругать ребят, но и спустить им это с рук, тоже не мог. - Простите... - в их голосах было сожаление и раскаяние. - Ох и получите вы, если с ним что-то случится. - продолжал греметь староста. - Достанется вам... О, глядите, Гин идет. - осекся Бьёрн. - Поможешь нам найти Мальта? Потерялся сорванец. - А, он как раз со мной. Выйдя на свет, все увидели поклажу, которую нес Гин. - Он ранен, так что давайте-ка к кому ни будь в дом, у него нога пробита... Мальчики еще более виновато мялись на месте, а Бьёрн провел по ним суровым взглядом. - Ну, хоть жив и волки не загрызли. - тяжело вздохнув, сказал староста. - Давайте-ка ко мне в дом. Гин зашел в дом. Старик жестом показал на диван для гостей. Мальчик, который все это время не издавал ни звука, лишь редкие всхлипы, больше не мог терпеть и начал поскуливать. - Не реви, все будет хорошо, как новая станет. - по-отцовски сказал Бьерн. Староста вытащил сук и начал очень быстро снимать башмак и носки. Хлынула струйка красной жидкости. Гин не сильно любил смотреть на кровь, поэтому отвернулся и уставился в окно. Ребятишек забрали по домам. «Ух и нагоняй им устроят». - подумал про себя юноша. Прошло какое-то время. Парень обернулся и увидел аккуратно забинтованную ногу мальчика, который уже что-то усердно жевал. То было яблоко, любезно врученное Бьерном. - Ты потерял приличное количество крови. Без резких движений мальчуган. И чтобы поел хорошо. Запасы нужно пополнить. Если бы не Гин, последствия были бы куда серьезнее. Мальчик закивал. Староста подошел к Гину - Ты как всегда выручаешь, благодарю тебя. Уже поздно, отнеси его к дому, пожалуйста, я уж стар для такого. - Никаких проблем дядя Бьерн. И я тебя благодарю за помощь. Сам бы я его так ловко не замотал. - улыбнувшись, сказал Гин. - Да, чепуха. - смеясь, гаркнул старик. Гин аккуратно взял мальчика и уже на руках, перед собой, понес к дому. Путь был не слишком долгий. - Спасибо тебе Гин, - начал мальчик, - если бы не ты, правда, туго бы пришлось, как и сказал дядя Бьерн. Я тебе жизнью обязан. - сказал Мальт более серьезно. - Что правда, то правда, малыш, - хмыкнул Гин, - но ты мне ничего не должен, надеюсь, в будущем, ты так же поступишь на моем месте и не бросишь никого в беде. Понял, малявка? - Да Гин, но все равно... Большое тебе спасибо. Как только мальчик договорил эти слова, рядом с рукой юноши засветил яркий синий свет. Мальт этого не мог видеть, потому что уже смотрел в сторону бегущих к нему родителей. А может и просто не смог бы заметить это свечение. Сомнений не было, этот свет исходил от кольца, больше не откуда. Перстень перестал светиться, но самочувствие Гин стало куда лучше, чем прежде. Испытывал чувство окрыленности и эйфории. «Странное дело». - подумал он. Родители, забирая ребенка, чуть ли ни кланялись парню. Отец взял на руки сына, и они пошли в сторону дома, а юноша двинулся к себе. Было поздно, и он был сильно голоден. «Чай Марфа - это, конечно, великолепно, но еды он не заменит...» Гин провозился с готовкой до самой поздней ночи. Поев, лег на кровать и подняв руку над собой, наблюдая за кольцом. «Что же это сегодня такое было? - думал он. - Мне же точно не показалось? Оно, правда, светилось синим огнем?» Перстень завораживал. Парень еще долго смотрел на него, а после сон поглотил его сознание.