Последняя надежда мира. Начало.

Ночь была тяжелой и беспокойной. Гин, словно вечность бродил в темноте. Ощущал свое тело: руки, ноги, но никак не мог их увидеть. Настолько тьма была непроглядной... Вдруг, его что-то аккуратно взяло за руку и повело. Он доверился, не сомневался и какое-то время шел за «чем-то». Позже, увидел свет в конце тоннеля. Двигался до тех пор, пока свет не показал его конечности. Парень ощущал чужую ладонь в своей руке, но она была пуста... Юноша не поверил своим глазам. Внезапно его отпустили и ветер, встрепав его волосы, подул в сторону света. Удивленный, но спокойный, Гин продолжил свой путь. Выйдя из тьмы, вдалеке, он увидел башенки замка. Выглядели они, как игрушечные. На их крышах поблескивали лучи солнца. Парень никогда не заходил так далеко в лес, а что было за ним, тем более не знал. За время жизни в деревне, успел изучить только ближайшие окраины. Высовываться дальше было опасно. Что-то легко толкнуло его в спину, вперед. Юноша стоял на краю обрыва и от такого, хоть и не сильного толчка, не удержался, побежал по обрыву... и момент оборвался. Проснулся рано. Холодный утренний ветер заставлял открытые окна стучать. Не задёрнутые шторы колыхались. Гин сел на краю кровати и протер рукой вспотевший лоб. Сон не был смутной картиной, всё было в ярких красках. После слов дяди Марфа, парень всерьез задумывался о том, чтобы покинуть деревню. «Наверное, поэтому мне все это приснилось, - попытался сам себе объяснить такой реалистичный сон Гин, - а еще, то свечение...» Парень разглядывал указательный палец, на котором все еще красовалось кольцо с ярко синим камнем. «Значит всё-таки не сон. Что же это был за свет? Мне стало так легко, когда я его увидел... Я, возможно, могу узнать это и сам, но, думаю, это займет очень много времени и будет слишком самонадеянно, - умозаключил он, – если это свечение повторится, я смогу сопоставить факты и причины. Если же нет, я никогда не узнаю, из-за чего это произошло. Может это вообще совпадение, игра света или мое больное воображение». Гин с силой откинулся на кровать. «Что же за непонятки такие?! Столько вопросов и так мало ответов!» Еще какое-то время, парень высматривал что-то в потолке, как будто бы рассчитывал, что ответ придет буквально «с неба». Ответа не последовало, Гин издал звуки разочарования. «Ну и ладно!» - выругался юноша. Тяжело повалился на кровать, уткнувшись лицом в подушку и уснул. Гин долго задумывался по поводу того сна. Неведомая сила тянула его из деревни, ближе к королевству. Не просто приглашала, а буквально настаивала. «Мы сами творцы своей судьбы, - так давно решил юноша, - сами решаем, как нам жить и как нам поступать. Плыть ли по течению или же открыть для себя мир, что-то новое. Ведь нам дано столько возможностей выбирать путь. Даже если мы будем несчастны или в скором времени погибнем... Но никто не знает, наши это решения или так захотела судьба. Возможно, даже эти мысли в моей голове были навязаны жизнью, под соусом того, что это все-таки мои решения... Вот такая вот ирония. Что касается сна… Сон - это мысли, раскрученные в моей голове, сопоставленные определенным образом. Мое любопытство хочет больше знаний: об этом кольце, о его сиянии, да и в целом хочет узнать этот мир получше». Закончив монолог у себя в голове, парень расслабленно вздохнул. У него не было сомнений, что в скором времени он покинет деревню. Оставит свой отчий дом и людей, которые были ему, как вторая семья. Это было тяжело, но ему нужно было идти дальше. «Я уже достаточно долго жил здесь. Если бы не это кольцо, возможно, я бы так и не рискнул выбраться, уйти... Взлететь, словно птенец, который наконец-то решился спрыгнуть с обрыва и расправить свои окрепшие крылья». Прошло несколько дней с последнего сна, который его беспокоил. За эти дни, в деревне не произошло ничего странного. Все было до безумия спокойно. Если бы не кольцо, скрытое у него под перчаткой и не подозрительный, тщательно скрываемый взгляд дяди Марфа, он бы подумал, что свихнулся. Родители Мальта, когда видели его после того случая, улыбались и кивали гораздо теплее, чем обычно. Мальчик уже мог самостоятельно передвигаться. Случившееся оставило на нем отпечаток слегка заметной серьезности. Эти несколько дней, Гин потихоньку собирался в путь. Он не знал, что ему пригодится, ведь никогда не покидал свой дом на такой большой срок. Слишком много вещей брать не хотел, но и совсем без них идти было бы не серьезно. Юноша нашел старый, поношенный походный ранец, в который должно было поместится все, что ему было нужно. Положил запасной комплект одежды, флягу с водой и немного провизии. Лес опасен, поэтому без оружия соваться туда было бы глупо. Гин залез в сундук, с вещами родителей, оставшийся ему, как наследство и память. Слегка отодвинув вещи в сторону, откопал то, что искал. В кожаных ножнах покоился фамильный меч. Он не был слишком длинным, короче, чем стандартные мечи и легкий как пушинка. Но, вероятно, парню таким клинок казался, из-за его образа жизни. Гарда была черного цвета, идеально лежала у него в руке. На лезвии, возле самой рукояти, красовалась морда медведя с открытой пастью и выгравирована надпись: «Вытянувший меч из ножен во благо, не сомневайся». Гин прочел текст с выражением, с полным пониманием сути и согласии с ней. Парень посмотрел на свое отражение. Он не обладал хорошими навыками боя на мечах, у него было мало практики. Отец, когда-то давно, показал ему пару приемов и выпадов, не более. Клинок был ему дорог, как память, но был будто палкой в руках ребенка. Но несмотря ни на что, ему хотелось его взять в свое первое путешествие. Юноша аккуратно вложил холодное оружие в ножны и поставил рядом с рюкзаком. Имелось и то, чем Гин овладел на вполне сносном уровне. Это был лук, сделан им лично, из Сонного дерева. Служил он ему уже очень долго и ни разу не подводил. Еще немного порыскав в сундуке, нашел серебряное ожерелье с зелеными камнями. Скорее всего, это был изумруд, но Гин точно не знал, так как никогда не спрашивал. Мать его редко носила. Гин подумал, что если берет с собой напоминание об отце, то не взять что-то от матери, будет несправедливо. Положил его в нагрудный карман, чтобы надеть, когда отправится в путь. Приготовления были завершены, и он думал о лучшем времени, когда ему покинуть деревню. Парень постарался провести со всеми как можно больше времени, чтобы запечатлеть их в глубине своей души. Порыбачил с деревенскими ребятами, помог Бьерну с запасами и сборам урожая, устроили вечер костров и жареной дичи, которую так старательно выслеживал, для этого особенного дня. Смотрел в счастливые глаза присутствующих. Запоминал их лица, такие беззаботные и радостные. Все ели мясо, смотрели на костер и болтали. Никто, кроме Гина, который смотрел на небо, не увидел падающей звезды. «Пусть они все будут счастливы, насколько это только возможно», - пожелал он. Ночью, на пятый день, Гин вновь увидел тьму и «нечто», снова вывело его из нее, к видневшимся башенкам замка. Парень резко открыл глаза. На улице было еще темно. Юноша был бодр и свеж. Не было ни капли сонливости. Ясность в голове и полное понимание того, что именно сегодня ему пора уходить. Кровать заправлена, все убрано. Он в последний раз провел взглядом по комнате, осознавая то, что даже если сюда вернется, то не очень скоро, а то и вовсе никогда. Гин закрыл дверь, положил ключ в карман и двинулся по тропе в сторону леса. Не успел отойти от дома, как его окликнул знакомый голос. Рядом сидел Мальт. - И что это мы тут делаем, в такой час? - сурово возмутился Гин. - А ты что, хотел уйти, даже не попрощавшись? В голосе Мальта была обида, а лицо было мрачным и тоскливым. - А с чего ты решил, что я ухожу надолго? - решил отбрехаться Гин. - Сердце подсказало, - попытался соврать Мальт. - Сердце значит… - с подозрением ухмыльнулся Гин. - Ну-ну. Не хочешь, не говори... Повисло недолгое молчание. - Я и в правду покидаю деревню, - уже более серьезно сказал Гин, понимая, что Мальт обо всем догадывается. Мальчик молча ждал продолжения. - Возможно, я не вернусь, - грустно улыбнулся Гин. - Я не люблю расставания. Хотел покинуть деревню без прощаний. Да и не знал точно, когда уйду. Поэтому я удивлен, увидев тебя перед своим домом. Мальчик продолжал молча смотреть. - Ладно, коли тебя тут встретил... Держи. - Гин достал из плаща ключ, только что положенный в карман. - В последнее время, я вижу, каким взрослым ты стал. Я верю, что не просто так, ты сегодня решил меня проводить, малявка. Гин подошел к мальчику, встрепал ему волосы и вложил ему в руку ключи. - Заботься о доме, Мальт, и передай всем, что они навсегда в моем сердце. Береги себя. Гин коснулся виска указательным пальцем правой руки, а после, несколько раз слегка постучал кулаком той же руки, на уровне сердца. Так он выразил свою духовную связь с Мальтом и всей деревней. Гин верил, что пути, связанные однажды и построенные на хороших отношениях, имеют тесную связь и если что-то с кем-то случится, то это непременно узнается. Мальчик подбежал к Гину и крепко обнял. - Прощай Гин! Возвращайся… Возвращайся живым. Мальт отпустил Гина, и парень пошел прочь. Юноша не видел, но Мальт повторил тот жест, который он ему показал. Гин уже был довольно-таки далеко от деревни и почти зашел в лес, как услышал едва различимый шорох. Это был не зверь и не птица. Гин отлично наловчился различать их на охоте. Это был человек. - Кто здесь? – медленно взявшись за клинок на поясе, спросил Гин. - Ну, уж точно не враг, - с усмешкой сказал знакомый голос, - и тот, кто точно знает, что мечник ты никудышный. Из-за дерева плавным шагом вышел дядя Марф. - Прекрасное утро, не правда ли? - начал издалека старик. - Не спится? - решил ответить вопросом на вопрос Гин. - Не юли малец. Я почувствовал, что именно сегодня ты покинешь деревню. Будем считать, что шестое чувство подсказало. - И, стало быть, Мальта тоже твое шестое чувство к моему дому привело? - Не без этого… - не стал отпираться дядя Марф. - Малыш благодарен тебе и морально привязался. Бессердечно было бы не дать ему возможность с тобой попрощаться. К тому же, он сам чувствовал, что в скором времени ты покинешь деревню, а я всего на всего ему подсказал. Да и надо же кому-то присмотреть за твоим хозяйством. - с задором в глазах сказал старик. - Ну, спасибо уж за заботу, - проворчал Гин, - мне пора. - Я вижу, ты хорошо подготовился. - окинул его проницательным взглядом дядя Марф. - Отцовский клинок... Жаль, конечно, что ты не научился с ним обращаться... А мамино ожерелье взял? - Откуда... - осекся Гин. - Не важно. Взял, говорю? - перебил его дядя Марф. - Взял... В кармане. - Когда выйдешь из леса, надень его. И вот еще... - он потянулся в карман. - Держи вот... В одной его руке был сверток, а в другой небольшой мешочек. - Что это? - изумился Гин. - В свертке лекарства, ты же балда, не позаботился о таких вещах. - мужчина с осуждением посмотрел на Гина. - А в мешочке деньги. У нас они не в ходу, поэтому тебе никогда не приходилось держать их в руках. Отложи и расходуй грамотно. Здесь немного, но должно хватить на какое-то время. Не свети ни перед кем, понял? - Угу. - кивнул Гин. - Ну, удачи на пути, Гин. Мое чутье подсказывает, что перед тобой открыта дорога, который не каждый пройдет. Она великая и, надеюсь, ты пройдешь ее целиком, а главное - достойно. Ладно, старику пора на боковую. Он горячо хлопнул Гина по плечу. - Спокойной ночи, дядя Марф. Позаботьтесь о деревне. - Ты за деревню не беспокойся. За собой следи. А то пока до города дойдешь, волки погрызут. - усмехнулся дядя Марф. Гин развернулся и вступил в окутанный мраком лес. Через несколько часов будет светать. Гин шел по ближайшим окрестностям леса, как по своему дому. Здесь он охотился и знал почти каждое дерево, каждый куст. Сейчас у него не было цели стрелять дичь. В лесу разводить костер было ни к чему, поэтому приготовить ее не было возможности. Кто знает, что может показаться в глубине леса, рисковать юноша не хотел. Зато не упускал возможности поиска съедобных ягод. Парень часто сходил с тропы в поисках знакомых кустарников. «Еды было ни так много, а путь не близкий». - думал про себя Гин. Быть голодным, в далеком и враждебном лесу, его ничуть не привлекало. Как говорили у него в деревне: «Наудачу надейся, а сам не плошай». И он следовал данной пословице. Смеркалось. Гин уже с трудом разбирал дорогу и порядком устал. Перекусы ягодами и печеньем, позволили оставить почти все запасы еды ни тронутыми. Местность, по которой юноша вышагивал, была ему уже не знакомой. Ориентиром ему служила тропы, по которым как будто уже лет сто никто не проходил. Парень заблаговременно начал искать место для ночлега. Выбор был не особо велик. Царил конец Поувэя, конец теплого времени, конец сборов урожая, поэтому ночи с каждым днем были все суровее. Гин боялся отнюдь не холода, а дикого зверя и другой возможной беды. На счет первого все было ясно, а на счет второго были какие-то странные не обоснованные опасения. Чтобы его не заметили и не застали врасплох, костер было решено не разжигать. Юноша выбрал для себя укрытия из кучи беспорядочно поваленных деревьев, чем-то отдаленно напоминавшую неаккуратную землянку. Рюкзак он использовал как подушку, быстро собранные по округе ветви, как лежанку. «Эх, как же жаль, что без костра...» - с грустью подумал Гин. Лечь решил пораньше, чтобы не чувствовать уже подступавший голод. Накрывшись дорожным плащом и слегка вминаясь в ветки, парень закрыл глаза и уснул. Утро было не из приятных, но он радовался, что в целом, за ночь его не распотрошили звери. Все руки и часть лица, не закрытые плащом, были искусаны насекомыми, ужасно чесались. «Вот тебе и поспал без костра в лесу». - выругался про себя Гин. Вокруг было светло и спокойно. Был слышен мелодичный щебет птиц. Листья деревьев шелестели, развиваясь умиротворенным ветром. Легко перекусив, юноша прикинул сколько ему еще осталось топать. По описаниям дяди Марфа, он должен был пройти весь лес за чуть более двух дней. Так что прошел примерно половину за вчерашний заход. Можно было пройти и больше, но парень шел медленно и осторожно, чтобы не пересечься с теми, с кем не стоило. Да и бродить по новой территории в потемках – не лучшая идея. Он часто сходил с тропы, озирался. Шел бы отрядом, было бы намного проще, но сейчас Гин один, сам за себя. «Прошел, стало быть, половину... Если, конечно, не перепутал тропы, которые иногда расходились. Если был прав в своих решениях, мне осталось идти чуть больше одного дня до границы леса. А там уже проходили торговые дороги, так что двигаться будет гораздо легче и быстрее». Слегка потянувшись после сна в неудобной куче, Гин закинул свою поклажу, разбросал изображавшие подстилку ветви и двинулся дальше. Путь был значительно тяжелее, чем в начале, где каждый закоулок был ему знаком. Парень очень переживал, что сбился с пути, но что-то внутри твердило, что он движется в нужном направлении. «Может об этом шестом чувстве говорил дядя Марф?» - вспомнил про слова старика юноша. Лес был неспокоен. Птицы то и дело меняли свою локацию и пугливо щебетали. Это было недобрым знаком. В середине второго дня, когда он сошел с тропы, завидел несколько подстреленных волков. В лесу был еще кто-то, возможно, не один. Волки даже не поняли, что да как, испустив свой последний вздох. Гин не знал, стоило ему беспокоиться или нет. В конце концов, это были волки, а не люди. Сердце его бешено стучало, но пути назад уже точно не было. «Просто нужно быть осторожнее... намного осторожнее». - успокаивал себя парень. Темнело. Гин решил сделать последний привал на ночь. Утром, по его расчетам, он должен был выйти уже на главную дорогу, а дальше уже и города. Парень заприметил дерево с огромным дуплом у основания. Решил, что здесь лучше уже точно ничего не найдет. Аккуратно забрался внутрь и закопал себя листьями так, что только голова торчала. «Вот что значит единение с природой». - улыбнулся про себя Гин. Немного погодя юноша уснул. Вновь видел сон, где был во мраке, и что-то тянуло его за руку. Снова видел конец тоннеля. Но было отличие... - Просыпайся! Живо! Только тихо... - женский голос прозвучал в его голове. Рядом с его укрытием, прошел небольшой отряд людей. Они были вооружены. Его они не видели. - Как вы его упустили, остолопы? - возмущался один из них. - Простите, капитан, как сквозь землю провалился. - виновато начал один из отряда - Чушь это все. Он на все наши ловушки наступил. Как можно было такие следы просрать? - продолжал сокрушаться командир. - Ищите, столько времени потратили. Надеюсь, у него при себе есть что-то ценное, что хотя бы покроет наши расходы. Пошли. - махнул он вниз. Отряд разошелся в разные стороны. Гин ели сдерживал сильно пульсирующее сердце и порывистое дыхание. Юноша не знал сколько прошло времени, но по ощущениям - целый день. Гин понимал, что оставаться на этом месте было не безопасно. «Если ловушки действительно стояли, то логично предположить, что проверяя их, они поймут, что дальше я не пошел. Преследователи хотели меня обобрать - это было очевидно, возможно, убить. Не для этого я столько прошел!» Парень понимал, что так просто эту передрягу не покинуть. Осторожно вылез из дупла. «Лишнее надо оставить». - твердо решил Гин. Себе в карман положил кошель дяди Марфа. Клинок отца оставил на поясе, а ожерелье матери вытащил из кармана и аккуратно застегнул на своей шее. Лук и колчан закинул на плече. «Если погибать, то защищаясь до конца!» - похлопал по щекам, приводя себя в чувства. Остальные вещи пришлось оставить. Гин аккуратно пробирался через лес. Парень не был уверен, что рядом с его лицом сейчас не пронесется стрела, не был уверен ни в чем. Скользил тихо и ловко, как никогда в жизни. А ветер, дувший потоком в сторону его движения, словно подталкивал его и тянул за руку. Он удивился. Будто бы сон стал явью. Ведь уже видел этот участок леса... Во сне... Ему в спину кто-то крикнул, и рядом с его телом пронеслась стрела, которая попала в рядом стоящее дерево. Его обнаружили. Гин стал бежать петляя. Враги были вдалеке, позади. В отличие от них, он не знал их местоположения, но зато знал, откуда прилетела одна из стрел. Гин, в беге, быстрым и ловким движением снял с плеча лук, а второй рукой молниеносно достал стрелу. Не прошло и секунды, как с мощным натяжением был выпущен первый снаряд. Попытка была удачной. Послышался крик. Юноша не знал куда попал, но это было не важно. Хоть ненадолго, но сможет остановить преследователя. Знакомый свет. Парень оказался на том самом обрыве. Видел дорогу и башни замка вдали. Что-то резко пронеслось в его сторону. Это была не стрела, поток серебристого света. «Это» неслось очень быстро и угрожающе, но, приблизившись к Гину, растаяло в воздухе. - Это магик, едрить его за ногу. Осторожнее окруж... Его слова оборвали две стрелы, выпущенные почти одновременно, из лука жертвы, которая не собиралась ждать, пока её поймают. Они пронеслись рядом с преследователями, но не зацепили. «Нельзя терять времени! - подумал про себя парень. - Нужно бежать, пока вся толпа из леса не прибежала. Долго же пасли, собаки. У меня же даже ничего нет!» - выругался он про себя. Юноша развернулся в сторону обрыва. И... как во сне, неведомая сила толкнула его вниз. Однако это был не сон, и он не проснулся, а кубарем полетел вниз.