Тёмный хранитель

Первая серия

«Пробуждённое чудовище»

      

Глава первая

«Девочка по имени Лу»

             Лу, ты где?! Лу! Отзовись!       Детские голоса разрывали тишину леса. Леса величественного, с преобладанием хвойных деревьев, а так же с довольно неровной землёй, постоянно переходящей от холмов и скал к ямам и оврагам.       Лу! Чёрт её побери! Вот она всегда так!       Детские голоса, коих было не меньше трёх, продолжали звучать, наполняя собой глубокое молчание мрачных деревьев на фоне близящегося к закату неба.       На зелёной траве небольшой опушки лежала недавно убитая и разорванная овца. Зелёный богомол, весом не меньше самой овцы, вырывал куски мяса из умерщвленной им добычи и не спеша, придерживая передними лапами, съедал их. За средних размеров валуном притаилась девочка лет одиннадцати — двенадцати с приятными золотистыми волосами. Её кожаные штаны с лямками и неброская зелёная футболка явно намекали на её проживание в оторванной от цивилизации деревушке. Наблюдая за сей картиной, она нежно водила пишущим предметом по жёлтой и старой бумаге небольшого дневника в кожаном переплёте. Для своих лет она рисовала довольно неплохо, и картина пирующего хищника на трупе поражённой жертвы получилась довольно убедительной.       Аууу, Луууу!       Услышав это, Лу оторвала взгляд от дневника. Судя по её лицу, она не особо была рада слышать этот голос. Богомол тоже услышал высокий детский голос и, не желая лишних стычек, поспешил убраться. Два мальчика и одна девочка в возрасте от десяти до тринадцати лет и одетые так же, как та, кого они ищут, бродили вдоль лесной чащи, постоянно осматриваясь по сторонам.       Может с ней что-то случилось? — тревожно спросила та единственная девочка, которой было не больше десяти.       Ой, да что с ней вообще случится. Это же Лу! Она всегда так, — недовольно ответил мальчик лет тринадцати, показывающий всем своим видом, что взял на себя роль главаря в их маленьком отряде.       Да и вообще! Сколько раз ей уже говорили, что нельзя без разрешения уходить за пределы деревни, но она…       Не меня ищите?       Троица обернулась в сторону, откуда донёсся голос. На небольшом холме стояла Лу с закрытым дневником в руке и лицом, показывающим как сильно она «рада» их видеть.       Лу, какого чёта?! — раздражённо начал тот самый главарь — тётушка Хоу же волнуется! Что ты тут вообще делаешь?!       Я просто гуляю…       Гуляет она! Срочно возвращайся в деревню! Нас тётушка Хоу за тобой прислала.       Лу спрыгнула с холма и быстрым шагом пошла в сторону деревни, явно показывая, что не собирается возвращаться с той троицей.       Солнце на фоне оранжевого неба уже близилось к горизонту. Своими последними лучами оно освещало деревню, что расположилась возле леса. Деревня была немаленьких размеров, с количеством домов не меньше тридцати. Дома были довольно разными и, не смотря на преобладание обычных маленьких не больше восьми метров в высоту, были и довольно высокие. Особенно выделялось строение в самом центре деревни, что по своей форме напоминало церковь, ну или что то, что должно было её быть.       Лу, двигаясь довольно быстрым шагом, в итоге подошла к не самому высокому, но определённо самому широкому зданию в деревне. Размеры, наличие второго этажа и количество окон намекали на общественное предназначение данного строения. Взлетев по трём ступенькам парадной, она остановилась возле входной двери, на которой была табличка с изображением горшочка и дыма, исходящего из него. Открыв дверь Лу, немного неуверенно, вошла в просторное помещение.       Её сразу встретили десять длинных дубовых столов, расположившихся в два ряда по всей площади помещения. За самым отдалённым от входа столом сидели три мужчины и бурно что-то обсуждали. Остальные столы гордо пустовали. На полу возле всех стен располагались разные припасы: мешки с продовольствием, тыквы, корзины с мясом и рыбой и так далее. Помещение было полностью заполнено дымом, что медленно тянулся к потолку и уходил через импровизированную вытяжку в виде обычного отверстия в потолке наружу. Источником дыма была большая литров на двадцать кастрюля, стоящая на плите и бурно что-то в себе варящая. Плита, на которой стояла кастрюля, располагалась над огнём, жадно поглощающим все три поленья, что только что кинула в него полноватая женщина не моложе пятидесяти лет. Подкинув поленья, она взяла поварёшку и продолжила мешать что-то варящееся в кастрюле. Судя по приятному аромату варёной рыбы и специй в виде перца и ещё всякого, в кастрюле готовился рыбный суп. Несмотря на общающихся мужчин, в помещении было довольно тихо. И только потрескивание съедаемых огнём поленьев и изрыгание воздуха из кипящего бульона в кастрюле нарушали всю тишину.       Лу зашла тихо, и потому её никто не услышал, однако сделав один шаг, под ней скрипнула половица. Женщина, что варила суп, тут же обернулась в сторону девочки. Впрочем, Лу и не хотела секретничать.       Господи, Лу! Что ж ты меня так пугаешь! Я так переволновалась, — взволнованно произнесла женщина, вытирая руки о белый фартук.       Простите, тётушка Хоу… — виновато произнесла девочка, опустив взгляд в пол.       Просила же не бегать без предупреждения за пределы деревни. А случись с тобой что, монстр, какой ни будь. И что тогда?       Лу, ничего не ответив, просто шмыгнула носом.       Пойми, я ведь очень за тебя переживаю. Я понимаю, что тебе сейчас очень трудно. Смерть отца, это конечно… Поэтому я и волнуюсь за тебя.       Лу просто ещё раз шмыгнула носом. Вдруг входная дверь резко распахнулась, и на пороге оказались те трое, что искали Лу.       Тётушка Хоу, мы, как вы и просили, Лу нашли и привели обратно! — гордо произнёс тот главарь троицы.       Молодцы, спасибо. Садитесь, суп готов. Позовите остальных. Хичи, не поможешь с посудой?       Ага! — весело произнесла та десятилетняя девочка и побежала к колонне деревянных мисок. Остальные двое побежали к соседней двери, дабы позвать остальных. Лу же без эмоционально села за один из дубовых столов.       Пока тётушка Хоу разливала суп по мискам, а Хичи ставила эти миски на столы, отовсюду начали подтягиваться ребятишки самых разных возрастов, и уже через пару минут за столами сидело порядка двадцати человек.       Лу, как и все остальные, сидела за своей порцией рыбного супа. Она черпала его деревянной ложкой, а затем медленно выливала обратно. Не то чтобы она не была голодна, просто настроения есть не было совсем.       Эй, Лу! Что, суп не вкусный? А ведь тётушка старалась. Хочешь её обидеть?       Лу оторвалась от супа и посмотрела в сторону соседнего стола. Тот самый парнишка, что сделал ей выговор в лесу, сидел за этим столом и с противной ухмылкой смотрел на неё. Рядом с ним было ещё несколько ребят, что тоже улыбчиво глядели на девочку. Лу отвернулась, решив ничего не отвечать.       Вон какая, убегает в лес, заставляет тётушку волноваться, да ещё и её суп не ест. Совсем ты тётушку Хоу не любишь.       Лу сильнее сжала ложку в кулаке.       Интересно, что она там, в лесу, делает? Наверное, опять смотрит, как там всякие букашки сношаются. Да ещё и записывает это в свой блокнот.       Парень махнул головой в сторону дневника, что лежал на столе возле миски Лу.       Интересно, что там вообще у неё?       С последними словами он спрыгнул с табуретки, подбежал к Лу и схватил дневник.       Хехе, ща посмотрим, чё у неё там.       Глер, а ну отдай!       Э э э. Так, ща глянем, — издевательски произнёс Глер, раскрывая дневник на случайной странице. Те ребята, что сидели рядом с Глером, тоже подбежали, дабы посмотреть. Глер начал быстро пролистывать страницу за страницей.       Всё содержимое дневника представляло собой различные заметки и наблюдения. В основном там был наскоро написанный текс, где то с карандашными рисунками. Где то были только рисунки. Как правило, всё это были описания различных существ, в основном каких ни будь чудовищ. Глер не особо желал читать и потому останавливался только возле рисунков. Гигантские насекомые, какие-то человекоподобные существа, ходячие растения и прочая нечисть, что обитает по соседству с людьми.       Хехехе, вот дурочка. И нафига ей это всё? — посмеялся Глер, продолжая листать дневник.       В какой-то момент Лу не выдержала и резко выхватила свой дневник, случайно задев миску с супом. Жирный бульон с кусочками картошки, моркови и рыбы полетел на пол, задев и кожаные штаны Лу, а опустевшая деревянная миска звонко ударилась о такой же деревянный пол.       Уууу неряха! — не скрывая злобную радость, осуждающе выкрикнул Глер.       Лу злобно ударила кулаками об стол, бросив ложку. После резко встала, так что такая же дубовая как столы табуретка с грохотом упала на пол. А затем развернулась и, как могла, быстро пошла к двери противоположной от входа.       Эй, а убирать, кто будет?! — продолжил измываться Глер в след покидающей помещение девочки. В ответ послышалось лишь громкое хлопанье двери.       Совсем чокнутая.       Ребята, ну зачем вы так? — послышался голос тётушки Хоу, которая разбивала кочергой догорающие поленья, что бы процесс быстрее закончился. — Она же недавно отца потеряла, пожалели бы её. Ши, уберись там, пожалуйста.       Выйдя из обеденной и оказавшись в тёмном коридоре, Лу села в ближайший угол в компанию мешков с продовольствием и обхватила колени руками. Всхлипывая носом, она просто продолжила неподвижно сидеть. Плакать она не хотела, однако слёзы сами подступали к глазам, что бы потом скатиться по розовым щёчкам девочки.       Так она просидела около часа, прежде чем успокоилась и решила вернуться. К тому моменту все дети уже ушли, да и тех троих мужчин тоже не было видно. Всё огромное помещение своим присутствием наполняла только тётушка Хоу, что домывала последние миски в деревянном тазу с мыльной водой, а рядом дотлевали угли уже давно прогоревших палений.       Ну как ты? — спросила тётушка Хоу, зная, что это Лу.       Ты только на них не обижайся. Они ещё глупые, — продолжила она, не дожидаясь ответа.       Хорошо… — тихо произнесла девочка.       Ну что, ты домой?       Да, наверное, пойду.       С последними словами Лу медленно пошла на выход к третьей двери. Пройдя через неё, она оказалась в коридоре, медленно идя по которому, очутилась возле двери с надписью «хранилище». Пройдя через неё, Лу попала в небольшое помещение, все стены которого были заставлены шкафчиками, на каждом из которых была табличка с именем. Открыв шкафчик со своим именем, она вытащила из него корзинку и плащ. Подходя к выходу, она остановилась возле небольшой стойки, на которой лежала большая раскрытая книга и чернильница с пером. В книге разными подчерками были написаны имена и росписи рядом. Лу так же оставила свою роспись и направилась к двери выхода.       Выйдя и накинув плащ, Лу не спеша побрела к дому. Солнце к тому моменту уже село, а небо теряло последние розовые намёки, медленно наполняясь грядущей тьмой. Самые яркие звёзды небосклона уже начинали заявлять о своём существовании. На улице было уже прохладно, и, взятый с собой, плащ был как нельзя кстати. Факелы на вершинах небольших столбов наполняли деревню приятным оранжевым светом. Лу шла по мощёной досками дорожке, издавая приятный стук ударов кожаных ботинок о дерево, который, правда, всё равно терялся в пении проснувшихся сверчков, что прятались в невысокой траве.       Все прилавки и другие заведения общественного характера к этому времени уже давно закрылись, однако один прилавок до сих пор продолжал излучать свет из своих широко открытых ставень. Широкий мужчина лет пятидесяти с благородными усами уже складывал всё продовольствие в ящики, что бы потом закрыться, как вдруг увидел подходящую к его прилавку Лу с корзинкой в руке.       Хо хо, Лу! Что-то ты поздновато!       Здрасьте дядя Хабо, простите, что так поздно.       Хехе, ничего, ты успела. Что тебя привело?       Лу сунула руку в карман своего плаща и вытащила две деревянных монеты. Затем она положила их на прилавок со словами:       Мне литр коровьего молока, пожалуйста.       Хабо взял деньги и, повернув кран на большом деревянном бидоне, начал наливать в литровую стеклянную бутылку молоко.       Как там Хоу? — спросил Хабо, пока наполнял бутылку.       Хорошо.       Она молодец. И таверну держит и ещё о вас сиротках заботиться успевает. Золотая женщина!       Как бутылка заполнилась, Хабо закупорил её пробкой и отдал Лу.       Вот твоё молоко.       Спасибо, — сказала Лу, взяв бутылку и положив в свою корзину.       До свидания, — попрощалась Лу и продолжила путь домой.       Эй, Лу! — крикнул Хабо в след уходящей девочке — Насчёт того, что случилось неделю назад. Ты только это, держись! Мы всегда с тобой!       Лу любезно улыбнулась доброму продавцу и пошла дальше.       Когда Лу дошла до своего жилища ночь уже полностью наступила, окончательно затемнив небо и раскидав на нём миллион белых как снежинки звёзд. Дом, который теперь уже полностью принадлежал маленькой девочке, ничем особым на фоне остальных домов не выделялся. Такая же треугольная крыша, покрытая соломой, такие же бревенчатые стены. Такая же кирпичная печная труба, торчащая из крыши. Вокруг дома располагались разные элементы мини инфраструктуры: деревянные скамейки, колодец, различные приспособления неопределённого назначения, служившие, скорее всего, для боевых тренировок, детские качели. Справа к дому было пристроено небольшое строение, включающее в себя хлев, сарай и туалет. От входа в дом тянулась дорожка из плоских камней, подходящая прямо к калитке, от которой шёл деревянный забор, огибающий весь периметр участка.       Отворив калитку, Лу, по мощёной дорожке, направилась к входу в сам дом. В помещении было темно, и потому первое, что сделала Лу, оказавшись внутри, это зажгла керосиновую лампу, висящую прямо у входа. Помещение озарило пусть и слабое, но достаточное для нормальной ориентировки оранжевое свечение. Оказавшись в родном гнёздышке, Лу вдохнула, а после медленно выдохнула. Стоя у двери, она стала медленно разглядывать помещение, несмотря на то, что знает его лучше, чем какое либо другое. Большая кирпичная печка на четверть комнаты, деревянный стол, дверь в спальню, куча разной мебели. На стенах висели разные мечи, от обычных железных, до сделанных из непонятного металла и переливающихся всеми цветами радуги. А в дальнем углу стояла вешалка с весящем на ней полным комплектом брони, которая сияла голубыми оттенками.       Пройдясь взглядом по комнате, Лу остановилась на большой картине, что висела над стоящей у стола лавкой. На ней был изображён красивый тридцати летний мужчина с золотистыми волосами и лучезарной улыбкой. Рядом с ним в сияющем голубом шлеме и с деревянным мечом стояла маленькая девочка с такими же золотистыми волосами и радостной улыбкой.       Немного посмотрев на картину и ещё раз вздохнув, Лу пошла к столу. Налив в деревянный стакан купленного молока и отрезав кусочек слегка чёрствого хлеба, Лу села заменять свой, пропавший в таверне Хоу, ужин. Пережёвывая приятный, размокший в молоке, хлеб, Лу взглянула на большое жирное пятно на её штанах, оставленное рыбным супом.       Подняв из колодца ведро воды, отнеся его в дом и вылив в таз с изначально засыпанным туда мыльным порошком, Лу принялась методично щёточкой отстирывать свои штаны, оставаясь только в белых рейтузах, идущих до колен. Спустя десять минут эти штаны уже висели на верёвке возле печки, спуская с себя капли воды, падающие в подставленный под них таз. К этому моменту Лу уже сидела на своей кровати в соседней комнате, переодевшись в ночную рубашку. Прежде, чем лечь спать, она взглянула на соседнюю, более большую и аккуратно заправленную кровать, стоящую у соседней стены. Над кроватью в рамках висело множество детских рисунков. Судя по пожелтевшей от времени бумаге, автором этих рисунков был отец. На одном из них была изображена битва двух каких-то богов, в которой светлый бог одерживал верх над тёмным, у которого на лице вместо глаз были нарисованы две белые точки. На другом рисунке тот тёмный бог скручено сидел в каком-то металлическом ковчеге, зарытом глубоко в земле. А на поверхности этой земли стояли маленькие домики и радостные человечки. На третьем же рисунке была изображена высокая гора выше облаков. На её вершине стоял какой-то дворец, над которым парил тот самый светлый бог. А рядом с дворцом у его подножия был нарисован маленький человечек с золотистыми волосами.       Пап. А плавда, что под нами Хелоблин?       Хахаха, конечно, правда. Давным-давно Нотч заточил его под землю, прямо туда, где сейчас живём мы.       Он сто, плямо под нами?!       Нуууу, не прямо под нами. Если верить легендам. Он закрыт где-то в паре километров от нас в центре багрового леса.       А плавда, что у него ещё глаза светились ялким светом?       И это правда. Светились. Как фонарики!       А сто будет, когда он пласнётся?       Не волнуйся, он уже больше девятисот лет спит. На твоём веку он точно не проснётся. Как не проснёшься вовремя и ты, если заснёшь слишком поздно, так что давай, закрывай глазки и баю бай.       Отец поцеловал трёхлетнюю Лу в лобик, накрыл одеялом и, уходя, потушил лампу. В ту ночь ей снились прекрасные сны. В них Нотч побеждал Херобрина и свергал его глубоко в землю, защищая от него Лу и всех остальных.       Лу была готова вечно придаваться этим воспоминаниям. Они как будто сами начали лезть ей в голову. Куда бы она ни посмотрела, везде всплывали разные моменты её с отцом жизни. Встав с кровати, Лу взглянула в окно на двор. Неподвижные качели как будто сами вдруг начали качаться, качая в себе маленькую Лу. А рядом стоял отец, что нежно подталкивал эти качели. Чуть правее на небольшой деревянной конструкции уже повзрослевшая Лу под наставлениями отца отрабатывала удары деревянным мечём. Ещё правее всё та же Лу резво оттаскивала паленья, только что нарубленные отцом.       Повсюду Лу видела эти приятные воспоминания, что всё всплывали и всплывали, наполняя девочку грустной радостью. В какой-то момент Лу не выдержала. Отойдя от окна, она села на кровать и, закрыв лицо руками, тихо произнесла:       Папочка. Как же мне тебя не хватает…       Между сомкнутых ладоней девочки прорезалась маленькая слеза, которая медленно потекла по тыльной стороне одной из ладоней и, дойдя до запястья, полетела в низ, приземлившись прямо у босых ног девочки, превратившись в маленькую лужицу и быстро впитавшись в деревянный пол.              Ночи в деревне тихие. Только стрекотание сверчков и игра лёгкого ветерка на листьях деревьев немного развеивает эту тишину. Деревня, освещённая множеством факелов, выглядит как оазис посреди мрачной пустыни из темно зелёных и откровенно чёрных деревьев леса, что простилается на многие километры. Одна только голубая луна, немного смягчает эту картину, раскрашивая верхушки тёмных деревьев в слегка синеватый оттенок.              Бабах!..       Грохот, сродни грому, эхом пронёсся по всему лесу. Все деревья резко вздрогнули, а все птицы, что на них сидели, тот час взмыли в воздух, превратившись в гигантское чёрное облако. За ударом, спустя пять секунд, последовал ещё один удар, сопровождаемый таким же грохотом. А спустя секунду ещё один, похожий больше на извержение вулкана, в котором один мощный удар, перетекал в множество маленьких, что наслаивались друг на друга, превращаясь в ревущую какофонию. Продолжалось всё это ещё секунд семь, прежде чем всё резко стихло, оставив после себя лишь трёх секундное эхо. Лес снова начал опускаться в привычную для него мрачную тишину.