Лошадки

Кухня казалась теснее — и ярче — обычного. — Наконец-то мы собрались все вместе. — Намджун поднял стакан и выразительно глянул на Чимина. Тот только улыбнулся и развел руками, чуть не расплескав свое соджу. — Позволь сказать тебе… На кухню ворвалась Хана с двумя вешалками в руках. — Дядя Чимин, какой цвет лучше: пастельно-желтый или цыплячий? Чимин внимательно оглядел ее с ног до головы и вынес вердикт: — Я видел у тебя еще лимонную рубашку, ту, из новой коллекции. Вот ее надень. — О! — восхитилась Хана. — Ты точно профи. Она развернулась и устремилась к себе в комнату — мерить лимонную рубашку. — Так быстро растут, — умилился Чимин. — Когда вы в последний раз приезжали, она была совсем крошечной! — Быстро? Своих заведи, вот и узнаешь, — огрызнулся Намджун. — Ах, ну я стараюсь, — съехидничал Чимин, — но знаешь, латекс, там слишком мелкие поры. — Мне аж взгрустнулось, — вздохнул Джин. — Что, воздержание уже не метод? В мои времена с моралью было получше. — Попробуйте без резинки, — перебил Намджун. Чимин расцвел: — Слышишь, Юнги? Наш лидер велел нам трахаться без презервативов. Готовь анализы, кажется, у нас новый этап в отношениях. Юнги прикрыл глаза рукой. — Я мужик. Ты тоже мужик. Выводы? — Настоящей любви ничто не помеха, — возразил Чимин. — Любви? — на пороге снова стояла Хана. — Дядя Чимин, какая юбка лучше? В этой вроде ноги длиннее кажутся. — Эй! Эй, — возмутился Хосок, — ты же раньше у меня спрашивала, что надеть. Кинула дядю Хоби, да? Хана посмотрела на него с осуждением. — Вторая, — улыбнулся Чимин. — Правая. Когда Хана снова исчезла, Намджун уточнил: — Правая для тебя или для нее? — Пусть сама решит, — шикнул на него Чимин. — Нужно развивать в детях самостоятельность. — Ты ж наш великий воспитатель. На своих давай тренируйся. — Пока вы не подрались, — вклинился Тэхён. — Одолжишь нам с Куки парочку? — Что? — Парочку детей одолжи нам. Мы с Куки собрались в отпуск. В Калифорнию опять же заедем, в Новый Орлеан. — А дети-то зачем вам? — с подозрением спросил Намджун. — Ну как. Кто нам билеты купит? Дорогу спросит? Расписание погуглит? — Хочешь сказать, — возмутился Намджун, — за все эти годы вы так и не выучили английский? То есть мои дети знают, а вы — нет? Да вы шутите. — Я честно пытался, — с самым невинным видом сообщил Тэхён. — Позорники! — Хен, они же потренируются, — подал голос Чонгук. Врать, что английский он так и не выучил, ему все-таки не хотелось. — Посмотрят мир. Новый опыт. Я, когда в Америке танцам учился, столько всего узнал. — Не хочу тебя разочаровывать. — Джин наклонился к нему через стол. — Но думаешь, зачем на самом деле тебя родители в Америку отправили? Не танцам же учиться. А в десять кружков зачем водили? — Он расширил глаза. — Дома чтоб поменьше бывал. Не хотели, как Намджун, ремонт по два раза в год делать. — Не смешно. — Чонгук посмотрел на него с укоризной и снова обратился к Намджуну: — Серьезно. Можно и стажировку им организовать. — Вообще, если подумать, стажировка-то дело неплохое. Но это же на месяцы, а вы туда на пару недель максимум. Кто за ними присмотрит? Чонгук и Тэхён синхронно обернулись к Чимину. — Ну что, готов к детям? — с угрозой спросил Намджун. — Ни в коем случае! — Чимин аж весь подобрался. — Совершенно не получится. У меня на два года вперед все распланировано. Сначала Тэ с Чонгукки в гостях, а потом у нас с Юнги поездка с остановкой в каждом штате. А потом турне. Юнги посмотрел на Чимина с вопросом. Чимин выразительно посмотрел на него в ответ. Юнги прокашлялся. — Да, — сказал он. — Давно запланировали. В Вегасе президентские люксы за полгода бронировать надо. — Это мне, что ли, ждать, пока вы вернетесь? Но как же так. А если с детьми там что-то случится? — У тебя запасные есть, — буркнул Юнги. Намджун глубоко вдохнул и выдохнул. — Ну, если вы там в своем Вегасе не поженитесь, я не прощу такую подставу. — Да хоть на Гавайях, — легко согласился Чимин, — главное, без этих чудов… — Он поймал взгляд Намджуна. — Чудесных детей, я хотел сказать. Приглядеть совсем не получится. Расписание, понимаешь, программа. — Но хотя бы на пару дней съездить показать им Нью-Йорк ты найдешь время в своем ужасно плотном графике? — Ну, — Чимин задумался, — это-то в принципе можно. Свожу их на какой-нибудь балрум-ивент. — Бал? — спросил Намджун. — Что? — спросил Юнги. — Там же не будет травки? — спросил Намджун. — Там надо смокинг? — спросил Юнги. Хосок покатился со смеху. — Нет, спокойно, — махнул рукой Чимин. — Там просто танцуют под ваш любимый рэпчик. Никаких смокингов, никакой травки… вроде бы. — Ну ты злой стал, — отсмеявшись, сказал Хосок. — Я засомневался, — сказал Намджун. — Он явно что-то скрывает. Опасно. Лучше все-таки своих заведи, вот и будешь водить их на балрум. — Да понял, понял, я все понял, — поднял руки Чимин. — Ты никогда меня не простишь за то, что я уехал из Кореи, и моральное репродуктивное насилие — это, конечно, лучший метод меня вразумить. Я-то думал, мы почти помирились. — Э, — опешил Намджун, — прости, я не… — Репродуктивное насилие? — нахмурилась стоящая на пороге Хана. За ней маячили Ёсот и Тасот. — Это же ужасно. Разве такое где-то еще существует? — Если бы ты знала, деточка, — ласково улыбнулся ей Чимин. — Ты что-то хотела спросить? — Да! Ты мне покажешь потом, как красивые стрелки рисовать? Чтобы глаза больше казались. И волосы как лучше поправить? — Но я тоже умею стрелки рисовать, — сказал Чонгук. С одной стороны, он терпеть не мог, когда его недооценивали. А с другой, трезво оценивал возможности, свои и конкурентов: — И дядя Тэхён умеет. И дядя Джин, наверное, тоже не забыл. — Я же тебе мастер-класс по макияжу давал, — вставил Тэхён. Хана поджала губы. — Но с вами не интересно. Я вас и так постоянно вижу. И стрелки ваши были популярны лет десять назад, а дядя Чимин для Вог снимается постоянно. — И вообще, — воодушевленно сказал Чонгук, — ты ведь и так красивая. А глаза можно потом поправить. Уши — это вообще не проблема. Если школу хорошо закончишь, папа тебе подарит сертификат. — Что?! — возмущению Ханы не было предела. — Как можно так относиться к своему телу? Я о тебе была лучшего мнения! Только недавно читала статью в Ка-мэпе о том, что Бантаны предвосхитили тренд на бодипозитив. А ты! — Что такое Ка-мэп? — шепотом спросил Чимин. — Приложуха для телефона. Типа соцсетка с музыкой и разным, — объяснил Тэхён. — Намджун и запустил. — Не просто соцсетка, чего ты так. Через пару лет наконец вытеснит Спотифай с корейского рынка, — с гордостью добавил Юнги. — Как можно в наше время быть таким лукистом? — уже почти кричала Хана. — Правильно я с дядей Чимином, а не с тобой советуюсь! — Но дядя Чимин сам дела… — попытался объяснить Чонгук и закашлялся: Чимин со всей дури врезал ему локтем по ребрам. Хана топнула ногой, развернулась и выбежала из кухни. — Ну все, — хмыкнул Юнги. — Тебе пизда. Ёсот, которая так и подслушивала все это время на пороге, кинулась за Ханой с криком: — А дядя Юнги снова сказал «пизда»! — Что. Значит. Снова? — Намджун медленно повернулся к Юнги. — Да, — поддержал Джин. — Для человека, состоящего в отношениях с мужчиной, ты упоминаешь женские половые органы подозрительно часто. Тасот последовал за Ёсот, и через секунду раздалось громогласное: — А вы слышали, дядя Чонгук говорит, что у Ханы глаза маленькие и уши торчат! — Я ничего не понял, — беспомощно оглядел всех Чонгук. — Почему краситься можно, а операцию нельзя? И я же не говорил, что уши торчат, я сказал… — О господи, — пробормотал Намджун. — Беги давай, извиняйся, — посоветовал Джин, красный от смеха. — Она же сейчас видео про тебя снимет. Весь Ка-мэп узнает, какой ты врунишка и отстал от трендов на десять лет. Нет, на пятнадцать.