Семеро мальчиков

1. ТИТРЫ Титры оформлены на фоне разводов ядреных цветов, явно отсылающих к эпохе IDOL. Титры перечисляют все значимые фигуры в производстве фильма, кроме актеров. Завершающая строка титров — НАЗВАНИЕ «7 BOYZ». 2. ИНТ. КОРИДОР ДЕНЬ Эта сцена по гамме разительно отличается от титров. Камера направлена вперед вдоль мрачного коридора с серыми стенами. Из освещения — белые неоновые лампы под потолком. Коридор оканчивается дверью. ТИТР: Сентябрь 2020 года Камера движется вперед, покачиваясь в такт чьим-то шагам. В кадр попадает РУКА. Запястье не закрыто рукавом, видно, что на нем неширокий КОЖАНЫЙ БРАСЛЕТ и еще несколько — с бусинками и подвесками. Рука нажимает на ручку двери, и мы попадаем в ГЛАВНЫЙ ТАНЦЕВАЛЬНЫЙ ЗАЛ В СТАРОМ ЗДАНИИ BIGHIT. Танцевальный зал обставлен так же скудно, как и коридор. Единственное существенное отличие — зеркало во всю стену. Под зеркалом кучей валяются несколько темных сумок и рюкзаков, складные стулья. Поодаль видны колонки. Камера движется слева направо и обратно, как будто человек оглядывается. Кадр фокусируется на горе сумок. Камера приближается. Быстро становится понятно, что то, что мы приняли за сумки, на самом деле — лежащий ЧЕЛОВЕК. В кадре снова появляется рука и осторожно задевает плечо человека. ТИТР: В ролях: Сон Сондык СОН СОНДЫК, хореограф BIGHIT, 30 с небольшим. ГОЛОС Сон Сондык-ши! Эй! С вами все в порядке? Сон Сондык не реагирует. Рука трясет его сильнее. Сон Сондык все равно не реагирует. ГОЛОС Ох, черт. 3. ИНТ. КОМНАТА СО СТЕКЛЯННЫМИ ОКНАМИ В НЕИЗВЕСТНОМ ЗДАНИИ ДЕНЬ Камера показывает оживленную улицу, сначала крупным планом, потом отъезжает, и становится понятно, что в кадре — вид из окна. Это явно офисное помещение, скорее всего, переговорная, но обстановка почти не видна — только огромное окно и человек на его фоне. Это КИМ НАМДЖУН, 25 лет, лидер. Он разговаривает по телефону, оттянув маску. Одет он очень неприметно — в простое и черное, голова накрыта капюшоном. ТИТР: Ким Намджун НАМДЖУН Где ты, говоришь? А, в старом здании занимаешься? Хорошо, раз так. Не буду сильно отвлекать. Не перетруждайся. Ты помнишь, что у нас тренировка в девять? Успей отдохнуть до нее. Я попозже. Дела еще. Намджун поворачивается к столу. Среди разбросанных на столе бумаг лежит пухлая КРАСНАЯ ПАПКА. 4. ИНТ. ЗАДНЕЕ СИДЕНЬЕ АВТОМОБИЛЯ ДЕНЬ В кадре салон автомобиля. На сиденье КИМ СОКДЖИН, 27 лет, вокалист, вижуал. Сокджин сидит в напряженной позе, обеими руками держа телефон, и совершенно точно чем-то обеспокоен. Камера приближает его лицо, подсвеченное экраном. ТИТР: Ким Сокджин СОКДЖИН Ах ты ж. Вот черт. Теперь камера показывает телефон в его руках. Видно какое-то РАСПИСАНИЕ. СОКДЖИН И всунуть-то некуда толком. Ха. Забавно получилось. Сокджин смеется над собственным тупым каламбуром, но менее расстроенным от этого не становится. 5. ИНТ. ВЕСТИБЮЛЬ СТАРОГО ЗДАНИЯ BIGHIT ДЕНЬ Камера сначала дает общий план, а потом ближе показывает холодильник с мороженым. Стандартный невысокий холодильник, какие встречаются в каждом небольшом продуктовом магазине. За холодильником, видный нам только от бедра и выше, стоит МИН ЮНГИ, 26 лет, рэпер. Камера показывает его ближе. ТИТР: Мин Юнги Теперь в кадре холодильник и руки Юнги. Юнги холодновато, поэтому спортивную куртку он натянул до самых пальцев. Он копается в мороженом, но, если присмотреться, заметно, что предмет в его руках на мороженое не похож — это не упаковка, не стакан, не брикет, не контейнер, а что-то продолговатое, завернутое в пузырчатую пленку. 6. ИНТ. ЮВЕЛИРНЫЙ МАГАЗИН ДЕНЬ Кадр сразу ослепляет. Камера скользит вдоль полок с украшениями, большая их часть — вычурные изделия с огромными камнями. Есть украшения кричащие и пластиковые на вид, но, наверное, недешевые. В кадр попадает ЧОН ХОСОК, 25 лет, танцор. Он стоит, прижав телефон к уху плечом, и вертит в пальцах что-то, похожее на подвеску. ТИТР: Чон Хосок Звук из трубки раздается громкий, так что можно расслышать собеседника Хосока. НАМДЖУН Где ты, говоришь? ХОСОК Где? Ну, понимаешь, у меня тут сложный момент. Хосок кладет на витрину одну подвеску и поднимает другую, тщательно рассматривает. ХОСОК (продолжая) Готовлюсь. НАМДЖУН А, в старом здании занимаешься? ХОСОК (невнимательно) Ну… да. НАМДЖУН Хорошо, раз так. Не буду сильно отвлекать. Не перетруждайся. Ты помнишь, что у нас тренировка в девять? Успей отдохнуть до нее. ХОСОК (настороженно) Ага. Ты сам-то когда будешь? НАМДЖУН Я попозже. Дела еще. ХОСОК Тогда до встречи. Хосок кладет телефон на витрину, поднимает вторую подвеску. Камера показывает его в анфас — на переднем плане подвески, они очень похожи, — потом камера фокусируется на его лице, оставляя подвески размытыми. Хосок переводит взгляд с одной на другую, потом обратно, поджимает губы и почти притворно дуется. ХОСОК Да как это вообще?! Мог бы ядерную физику изучать, было бы проще. (вздыхает) Духи еще эти выбирать. 7. ИНТ. МАЛЫЙ ТАНЦЕВАЛЬНЫЙ ЗАЛ В СТАРОМ ЗДАНИИ BIGHIT ДЕНЬ Малый танцевальный зал очень похож на тот, что показывали раньше. Только в нем не разбросаны вещи, нет больших колонок, цвет пола другой. В кадре ПАК ЧИМИН, 24 года, танцор, вокалист, и он танцует. Музыки не слышно — Чимин в наушниках. ТИТР: Пак Чимин Чимин останавливается, чтобы передохнуть, опирается о колени. Видно, что он очень устал, лицо, шея и грудь в вырезе футболки блестят от пота. Чимин загибает пальцы, что-то пересчитывая, потом возвращается к танцу. Сначала тихо, потом громче раздается музыка, под которую он, очевидно, танцует — это Dis-ease, хореография незнакомая. 8. ИНТ. КОМНАТА ОТДЫХА В СТАРОМ ЗДАНИИ BIGHIT ДЕНЬ На очень старом видавшем виды диване комнаты отдыха, закинув ноги на журнальный стол, развалился КИМ ТЭХЁН, 24 года, вокалист. ТИТР: Ким Тэхён Тэхён выглядит расслабленно, в руках у него тонкая КРАСНАЯ ПАПКА, поверх нее — листы, а на них — блокнот. Тэхён мурлыкает что-то себе под нос и время от времени делает пометки в блокноте. Когда на него находит вдохновение, он поднимает палец, говорит: «О!» — и принимается что-то строчить в блокноте, потом перечитывает и так же, не открывая рта, напевает. Напевает он что-то лирическое, повышает голос, сводит брови и даже делает какие-то неопределенные жесты руками. Потом, похоже, удовлетворенный, кивает сам себе и что-то еще дописывает. 9. ИНТ. МАЛЫЙ ТАНЦЕВАЛЬНЫЙ ЗАЛ В СТАРОМ ЗДАНИИ BIGHIT ДЕНЬ Зал очень похож на тот, в котором танцевал Чимин, — или тот же самый. На полу сидит по-турецки ЧОН ЧОНГУК, 22 года, макнэ, центр, главный вокалист, рядом с ним — большая черная спортивная сумка. Из сумки торчит уголок КРАСНОЙ ПАПКИ. Чонгук читает конспекты, напряженно хмурится, грызет карандаш. Камера приближает его лицо. ТИТР: Чон Чонгук Занятие Чонгука не похоже на занятие Тэхёна. Что бы Чонгук ни делал сейчас, это дается ему с некоторым трудом. Чонгук очень серьезен. Время от времени он переворачивает страницу, вздыхает, но не собирается сдаваться. Вблизи видно, что текст написан от руки, и в нем много цифр и формул. 10. ИНТ. ГЛАВНЫЙ ТАНЦЕВАЛЬНЫЙ ЗАЛ В СТАРОМ ЗДАНИИ BIGHIT ВЕЧЕР Теперь помещение видно с другого ракурса. В кадр нестройно входят ШЕСТЕРО: Намджун, Сокджин, Юнги, Хосок, Тэхён и Чонгук. Все — каждый по своей причине — выглядят усталыми, измотанными. У тех, кто без макияжа, видны мешки под глазами. Сокджин смотрит на наручные часы. СОКДЖИН (с явным сарказмом) Девять. Кто вообще придумал тренироваться по вечерам? Это Чимин мог спать по три часа в сутки — и то в первые годы, а я уже не молод, и мое прекрасное лицо нуждается в отдыхе. А то на съемках я буду зеленым и пожеванным. ТЭХЁН (бодро и добродушно) Не волнуйся, они фильтр поставят на монтаже, да и все. А вот от твоих куриных танцев уже ничто не спасет. Сокджин выглядит возмущенным, пытается ткнуть Тэхёна пальцем в бок, но не слишком старается — он утомлен. Тэхён хихикает и отскакивает. ХОСОК (осматривается) Кстати, а где Чимин? Тем временем остальные глядят за камеру, где должны находиться сумки и Сон Сондык. НАМДЖУН Что там за… Намджун приподнимает брови в удивлении, Сокджин хмурится. По лицу Юнги ничего не прочесть. Тэхён приседает и подползает ближе к камере. ЧОНГУК (уныло) Опаздывает Чимин, как всегда. Стоит ему это сказать, ракурс меняется. Теперь видна дверь в танцевальный зал. Дверь с грохотом распахивается, и внутрь влетает запыхавшийся Чимин. ЧИМИН Простите. Я только вернулся. Кольцо еще потерял в раздевалке. Пока нашел… Ой, а что случилось? Шестеро остальных сначала синхронно поворачиваются к нему, а когда Чимин подходит ближе, снова смотрят на Сон Сондыка. ЧИМИН (охает от удивления) Он заснул, что ли, пока нас ждал? Боже мой, как неловко. Простите меня! Намджун хлопает его по плечу, призывая успокоиться. Тем временем камера следует за Тэхёном: тот сначала тыкает в плечо Сон Сондыка, потом пытается его потормошить. ТЭХЁН Эй, хореограф-ним, мы приперлись! Готовы работать. Когда его старания не приводят к результату, удивленный Тэхён оборачивается к остальным. ЮНГИ Да сдох он, пока нас ждал. Чимин, тебя только за смертью посылать. Чимин застывает. ХОСОК Не шути так! С ума сошел. ЮНГИ Ткните его кто-нибудь еще раз. Нормально только. Чур не я. Сокджин приближается к Сон Сондыку, тянется к его шее, пытается прощупать пульс, но вдруг резко отдергивает руку. СОКДЖИН Черт!.. НАМДЖУН Что там? СОКДЖИН Не знаю. Я не успел понять. Только испугаться успел. Но он теплый. ЧИМИН (с надеждой) То есть он жив? НАМДЖУН Не факт. Если умер недавно, то еще не успел остыть. Нужно понять, есть ли трупное окоченение. СОКДЖИН Второй раз его трогать вы меня не заставите. ЧОНГУК Я мог бы… ТЭХЁН Камень-ножницы-бумага. Вшестером, все, кроме Сокджина, они встают в кружок и проводят три раунда. Проигрывает Хосок. Хосок от страха аж бледнеет. Он приближается к Сон Сондыку осторожными шагами, дотрагивается до его запястья и пытается подвинуть руку. Рука двигается. Хосок отскакивает. ХОСОК Твою мать! До печенок пробрало. Вроде нет окоченения. Что делать-то. Намджун? ТЭХЁН Может, он все-таки жив? НАМДЖУН Ну, есть несколько разных способов констатировать смерть… На слове «смерть» Хосок дергается. НАМДЖУН (продолжая) Нам нужно зеркало. Есть карманное у кого-нибудь? Чимин? Чимин отрицательно мотает головой. НАМДЖУН (продолжая) Чонгук? Чонгук разводит руками. НАМДЖУН (продолжая) Хоби? У тебя же сумка с собой. Хосок едва реагирует. Он, кажется, вообще плохо соображает, все еще переживая прикосновение к возможному трупу. ТЭХЁН Да вон зеркало. Тэхён указывает на зеркальную стену. ЧОНГУК (с сожалением) Мы это не отдерем. Разве что сломать. Намджун-хён? СОКДЖИН Давайте ничего ломать не надо. ТЭХЁН Не, я наоборот имел в виду. ЮНГИ (с возмущением) Мы этого мертвяка к зеркалу не понесем, он тяжелый. Его потом еще переложить надо так, чтобы нос напротив зеркала был. Голову поддерживать. Кто-то хочет? Юнги пристально всех оглядывает. На лицах Сокджина и Хосока отражается ужас. ЮНГИ Лично я — нет. НАМДЖУН (поднимает руки) Спокойно. Никто никого никуда не несёт. Давайте как разумные люди просто позвоним в полицию. Чимин судорожно вздыхает. Намджун вытаскивает телефон из кармана, набирает номер, прижимает трубку к уху. Через несколько секунд он неверяще хмурится. Намджун ставит телефон на громкую связь, и теперь всем в комнате слышно: «Этот вид связи недоступен для вас. Пожалуйста, пополните счет». Чонгук тянется за собственным телефоном и повторяет действия Намджуна, затем с испуганным видом кладет трубку. НАМДЖУН Корпоративную связь не оплатили. Теперь у всех телефоны не работают. Несколько секунд все молчат, а потом начинают говорить одновременно. СОКДЖИН Вот безалаберные. ЧИМИН И как теперь быть? ТЭХЁН Слушайте, а он сам умер или его кто-то убил? ЮНГИ Ну пиздец. Намджун снова поднимает руки. НАМДЖУН Давайте по очереди. ЮНГИ Я думаю, его кто-то убил. Хрен бы он сам сдох. Он бы еще лет сто жил чисто из вредности, чтобы мучить нас, и тех, кто после нас, и тех, кто после них. ЧОНГУК Юнги-хён, ты понимаешь, что это звучит как мотив? ЮНГИ Да насрать. У нас в компании у каждого первого такой мотив. Я вчера видел, как наши новые дети собрались и рыдали хором. СОКДЖИН Черт, ну почему все так невовремя. Съемки начинаются завтра, камбэк буквально через полтора месяца, а я танец не доучил. Да что там, послезавтра мы бы уже в новом здании репетировали, там камеры в каждом углу понатыканы, все бы сразу было ясно. А тут две с половиной, и то одна разбитая. ЮНГИ Закон Мерфи. СОКДЖИН Какой еще Мерфи? Иди в жопу со своим Мерфи. ЮНГИ Не пойду. Зачем куда-то идти. Мы и так в жопе. ЧИМИН (робко, с надеждой) Так может, это скрытая камера? ХОСОК Да! Точно! НАМДЖУН (прокашливается) Нет. Я бы знал. Нет, это уже слишком. И на самом деле, у меня плохие новости. Все смотрят на Намджуна. НАМДЖУН Я тут понял, во-первых, у нас вместе с арендой этого здания истек контракт на охрану и обслуживание. ХОСОК В смысле? НАМДЖУН Это значит, что все две с половиной камеры и одна сломанная с шести вечера отключились. И охранники снизу тоже уже уехали, как только закончился рабочий день. И все наши ребята, и стафф, и даже уборщицы. ЮНГИ Одни мы торчим как идиоты. И этот еще. Юнги смотрит на труп. НАМДЖУН В общем да. ЧОНГУК Может, спуститься вниз на улицу, попросить у кого-то телефон и все-таки позвонить в полицию? НАМДЖУН Даже если бы мог, я бы не рискнул. Центр Сеула. Мы пока без охраны, нас там на клочки разорвут. Там тако... ХОСОК (торопливо) Так, а во-вторых? НАМДЖУН Во-вторых? А, да. Во-вторых, машины за нами пришлют только через два часа, к концу тренировки. И это значит… ХОСОК (почти взвизгивает) Что нам еще два часа сидеть здесь с трупом?! НАМДЖУН Не в этом проблема. Если это не самоубийство… ЧОНГУК Не думаю. ЮНГИ Действительно, что за херня. Не решил же он выпилиться из-за того, что Джин-хён хорягу не доучил. Он же привычный. Джин поджимает губы, но ничего не говорит. НАМДЖУН Его, похоже, убили недавно. Это значит, что убийца может быть где-то здесь. ХОСОК (в панике) С убийцей сидеть два часа?! ЮНГИ А знаешь, кого в фильмах убивают первым? То есть вторым. Хосок стойко пытается игнорировать Юнги. ТЭХЁН (непосредственно, даже с любопытством) Погоди, Намджун-хён, ты говоришь, что убийца здесь в здании. Еще здесь есть мы. А нашего стаффа, охраны и персонала нет. И вообще никого нет. Значит, убийца среди нас? НАМДЖУН (с неловкостью) Я этого не говорил, но… ЧОНГУК Он же мог где-то спрятаться. НАМДЖУН Здесь два этажа, внизу два маленьких зала, холл, наверху большой зал и комната отдыха, еще лестница, две раздевалки, туалеты, душевые. В принципе все. Думаю, если бы кто-то здесь еще был, мы бы заметили. Намджун неуверенно оглядывается. Юнги принимает скептический вид, Сокджин тоже смотрит угрожающе, Чимин и Тэхён — с какой-то обидой. Хосок все еще в панике. НАМДЖУН Но будет правильнее, если мы разделимся и поищем.