Семеро мальчиков

11. ВТОРОЙ ЭТАЖ Сокджин и Чонгук обыскивают второй этаж, тот же, где находится главный танцевальный зал. Они по очереди осматривают раздевалку, открывают кабинки туалетов и душевых, заглядывают за диван и в шкаф в комнате отдыха, но не находят ничего, кроме старых сценических костюмов, поломанного фена и пыли. Здание в целом выглядит пустым, вокруг мало вещей и фактически негде спрятаться. Вокруг мертвая тишина, не слышно даже шороха, кроме шагов и разговоров Сокджина и Чонгука. СОКДЖИН Все нужное, наверное, уже перевезли. ЧОНГУК Ага. СОКДЖИН А тут от скуки даже тараканы скоро подохнут. ЧОНГУК Ага. Они выходят в коридор, и Чонгук приоткрывает дверь на боковую лестницу. Дверь скрипит. Сокджин вздрагивает. ЧОНГУК Ну как, стало интереснее? СОКДЖИН (возмущенно) Ты что, специально? ЧОНГУК Да эта дверь всю жизнь скрипит. СОКДЖИН А, я тут не хожу обычно. ЧОНГУК Ходишь, просто ты так редко теперь приезжаешь на дэнс-практику, что уже все забыл. Сокджин пожимает плечами. СОКДЖИН На старости лет я понял, что есть вещи куда более ценные, чем уметь закинуть ногу за шею. ЧОНГУК Например? СОКДЖИН Рано тебе пока знать. Они спускаются по лестнице до первого этажа, выходят в вестибюль. Издалека им видно, как в другом конце зала стоят и препираются Юнги, Чимин и Тэхён. ЧОНГУК О, мороженое. И кофе. СОКДЖИН Вдруг он отравлен. ЧОНГУК Ну я мороженое возьму, оно в упаковке. Ладно? Чонгук берет мороженое из холодильника. Фисташковое. И тут же начинает его есть. ЧОНГУК Будешь тоже? СОКДЖИН Мне петь еще. Пошли обратно, пока ты ничего реально опасного не сожрал. Чонгук укоризненно мычит, но от мороженого не отрывается. СОКДЖИН Я все-таки надеюсь, что он самостоятельно умер и никого тут нет. Сокджин и Чонгук возвращаются на лестницу. ЧОНГУК (доев, вспоминает о разговоре) Да я не думаю, если честно. Сокджин смотрит на него вопросительно. ЧОНГУК Поза не та. Разве что он во сне умер. СОКДЖИН От старости. ЧОНГУК От старости. Если бы ему было плохо или он задыхался, был бы весь скорченный. А так его могли убить — ударом, например, — и уложить в нужную позу. СОКДЖИН Будто так и было. ЧОНГУК Ага. СОКДЖИН Будто он спит. ЧОНГУК Ага. (медлит) Хотя вряд ли он спит. На сумках очень неудобно, у него еще какие-то бумаги под головой. Я б, конечно, заснул, но он же не я. СОКДЖИН Ну да, тебе виднее. Вы когда в Америку ездили, в разных номерах ночевали или в одном? ЧОНГУК Да это же сто лет назад было! И в разных, конечно. СОКДЖИН Короче, ты не знаешь, храпит он или нет и в какой позе засыпает. Мало данных. Тем временем они возвращаются к двери главного танцевального зала. 12. ИНТ. ПЕРВЫЙ ЭТАЖ ВЕЧЕР Тэхён, следом за ним — Юнги, а позади — Чимин спускаются на первый этаж по главной лестнице. Тэхён больше всех заинтересован в поисках. Чимин ведет себя скованно. Пока они проверяют нижнюю раздевалку, души и туалеты, он старается стоять позади и следит за обстановкой. Время от времени Юнги оглядывается на него. ЮНГИ Что, зассал? Чимин старается на него не смотреть, дергает плечом. ЮНГИ Ну ладно. Тэхён, Юнги и Чимин выходят в холл. Здесь несколько диванов, растения, будка охраны рядом с открытыми турникетами, в отдалении — кофейный автомат и холодильник. Тэхён деловито обходит все по очереди, начиная с будки. Камера показывает главный вход в здание — это массивные металлические двери, стекла в них изнутри закрыты жалюзи. Что происходит на улице — не видно. Двери изнутри закрыты не только на замок, но и подперты сдвинутым диваном. ЮНГИ Это что? Юнги подходит, становится коленями на диван и заглядывает в щель между планками. ЮНГИ (продолжая) А. Тэхён смотрит на него вопросительно. Юнги начинает отвечать, но его перебивает Чимин, он впервые подает голос с тех пор, как они вышли из танцевального зала. ЧИМИН И правда. Давайте поставим на место. ЮНГИ (приподнимает бровь) Зачем? Нам заняться нечем? ЧИМИН За нами же приедут потом, как выходить? Или там?.. Чимин указывает на дверь. ЮНГИ (коротко оглядывается) Не. Нет. Ничего там нет. Слишком темно, как ты отсюда что-то разглядишь. ЧИМИН Тогда почему… Тэхён во время этого разговора останавливается. Хмурясь, он глядит то на Юнги, то на Чимина и вклинивается, прежде чем Чимин успеет сам увидеть, что за дверью, раз уж Юнги отказывается говорить. ТЭХЁН (радостно) Тут целый холодильник с мороженым остался, прикиньте? Его тут забыли, что ли? ЮНГИ (серьезно) Он не нам принадлежал, а вендинговой компании. В новом здании будет другой холодильник. Они глядят на Чимина, но того, кажется, ничего больше не интересует. ТЭХЁН Слушайте, а давайте Сондык-ши в морозилку положим? В фильмах так трупы хранят. ЮНГИ Зачем нам перекладывать труп? Мы этот труп даже до зеркала не дотащили, а ты говоришь — спустить вниз до холла, а потом еще сложить и запихать. Он вообще поместится? Там же мороженое осталось. ТЭХЁН Но морозилка… Раздаются далекие голоса и шаги. Тэхён, Юнги и Чимин оборачиваются на звук — это Сокджин и Чонгук спустились по дальней лестнице на первый этаж, как раз рядом с кофейным автоматом. Юнги и Тэхён возвращаются к разговору. Чонгук и Сокджин не задерживаются здесь надолго и уходят снова. Юнги не успевает заметить, что Чонгук взял мороженое из холодильника — но это видно на заднем плане. ЮНГИ (с нажимом) Она для мороженого, Тэхён. Там еще лежит мое мороженое с фисташками, и вы не положите к нему труп. ТЭХЁН (обрадованно) Там осталось фисташковое? Круто. Тэхён берет Чимина за руку и тащит к холодильнику. Юнги вздыхает, скрещивает руки на груди, но остается сидеть. ЮНГИ У нас еще малые залы, не забывайте. ТЭХЁН (легкомысленно) Они ж пустые. О, вишневое еще есть. Прямо сверху лежит. Чимини, будешь? Юнги с неудовольствием смотрит за ними издалека, но не приближается. ЮНГИ Фисташковое не сожрите! В это время с верхнего этажа раздаются нечленораздельные КРИКИ. Юнги тут же кидается наверх. Тэхён и Чимин задерживаются — они стоят, склонившись над холодильником, Чимин дергается, чтобы тоже бежать, но Тэхён удерживает его за локоть. 13. ИНТ. ГЛАВНЫЙ ТАНЦЕВАЛЬНЫЙ ЗАЛ В СТАРОМ ЗДАНИИ BIGHIT ВЕЧЕР Намджун и Хосок остались вдвоем. Они сидят на полу поодаль от Сон Сондыка. ХОСОК А черви в трупах когда появляются? НАМДЖУН Ну, на самом деле зависит от метода захоронения. Я так понимаю, кремацию мы не рассматриваем? Если за трупом не ухаживать, то в принципе могут появиться через сутки. Хотя мухи откладывают яйца еще раньше… ХОСОК Зачем я спросил?! НАМДЖУН А что? Хосок протягивает руку и указывает куда-то в сторону головы трупа. ХОСОК Там что-то шевелится. Оба, и Намджун, и Хосок, замирают. Слышится тихое жужжание. НАМДЖУН Его мобильник. ХОСОК Возьмем трубку? НАМДЖУН Нет, подожди, нельзя. Мы оставим на нем отпечатки пальцев. Это вообще место преступления, мало ли что. ХОСОК А если он не ответит, никто не забеспокоится? НАМДЖУН (с напускной уверенностью) Может, он его забыл в туалете. Может, у нас танцевальная практика, и он не может отвлекаться. А хотя — так же даже лучше, если забеспокоятся. Может, за нами раньше приедут. ХОСОК А, ладно. Сигнал замолкает. Некоторое время Намджун и Хосок так и сидят, прислушиваясь. ХОСОК Это получается, нам компания оплачивает телефоны, а ему нет? Намджун пожимает плечами. В зал заходят Чонгук и Сокджин, садятся на свои старые места. ЧОНГУК Все чисто. НАМДЖУН У тебя тут на щеке… Он показывает рукой. Чонгук автоматически вытирается рукавом. Сигнал мобильника Сондыка начинает звучать снова. Чонгук удивленно смотрит на Намджуна. НАМДЖУН Мобильник его. Не трогай. Отпечатки. Чонгук выглядит так, будто все на свете понял. Вслед за вибрацией раздается звук — электронный и ритмичный. Чонгук подается вперед. НАМДЖУН Черт. Не могу перестать думать, кто это может быть. Чонгук хмурится и поднимает руку: помолчи. НАМДЖУН (себе под нос) Его там, наверное, уже спецслужбы разыскивают. Директор, может, всех на уши поднял. Мелодия продолжается. ЧОНГУК Тише! Он всегда трубку за две секунды берет. Я полтора года не могу мелодию угадать. Может, это мой последний шанс. НАМДЖУН (понимает) За две секунды? Чонгук напряженно слушает. Мелодия длится еще несколько тактов, и тут - ЧОНГУК Да это же NCT! Baby don’t stop! СОКДЖИН (возмущен до крайности, почти кричит) Вот паршивец! Эсэмовскую группу слушает, еще и на телефон ставит! Хореограф! НАМДЖУН Ну, теперь неудивительно, что за две секунды трубку берет. ХОСОК (тоже повышает голос) Да за такое реально и убить можно. Что-то мне его больше не жалко. Чонгук строит огорченную рожу. СОКДЖИН (уже реально орет) Коварный перебежчик! Чонгук осторожно подползает к трупу на четвереньках. На крупном плане видно, что мобильник лежит под затылком, экран еще не погас. ВСЕ Что там? Что там? ЧОНГУК (читает) «Мама». Два пропущенных. Чонгук поднимает удивленный взгляд. Только все выдыхают, в зал врывается Юнги. ЮНГИ Кто орал? Что случилось? НАМДЖУН Да это так, Джин от избытка чувств. СОКДЖИН Я протестую, это было обоснованно. Я не выразил даже половины своего возмущения! НАМДЖУН (успокаивающим голосом) Я понял, понял, хорошо. ЮНГИ Да ну вас. 14. ИНТ. ГЛАВНЫЙ ТАНЦЕВАЛЬНЫЙ ЗАЛ В СТАРОМ ЗДАНИИ BIGHIT ВЕЧЕР (ЗАКРЫТОЕ ЗДАНИЕ) В танцевальный зал возвращаются Тэхён и Чимин. Тэхён держит Чимина за руку. НАМДЖУН У нас все нормально. Это Джин выразил половину эмоций. СОКДЖИН Выражать эмоции, а не копить их — полезно для здоровья. НАМДЖУН Хорошо-хорошо. Тем временем Юнги подходит к Чимину. Отчего-то хмурится. ЮНГИ (тихо, так, чтобы остальные не услышали) Ну прости. Чего ты так. Я реально не хотел тебя задеть. ЧИМИН (медленно глубоко дышит) Я знаю. Если раньше он был в ступоре, то сейчас очнулся — и начал злиться. ЮНГИ Все нормально будет. Я уверен, за нами быстро приедут и как-то это все разрешится. СОКДЖИН О чем шушукаетесь, детки? ЮНГИ Нет. СОКДЖИН Что — нет? Не секретничаете? ЮНГИ Нет, мы никого не встретили и не нашли. Вот что должно вас интересовать. Тэхён, Чимин и Юнги проходят на свои места. Все семеро снова собрались вместе, атмосфера становится более напряженной. У Сокджина дергается глаз. Чонгук ходит кругами, то и дело пропадая из кадра. Хосок что-то бормочет себе под нос и отбивает ритм на колене. НАМДЖУН Итак, по всей видимости, кроме нас… (оглядывается на труп) И него. Здесь все-таки никого нет. И если это не самоубийство… ЧОНГУК Нет, мы как раз обсуждали. НАМДЖУН А он еще теплый. Сотрудники уже давно разъехались. В принципе это может быть кто-то из... СОКДЖИН Ты здесь старший, возьми ответственность на себя. НАМДЖУН Я не самый… ХОСОК Ты лидер! Ты справишься. А еще тебя точно родители отмажут. Baby don’t stop!.. ЮНГИ Ты ее восьмой раз за последние десять минут поешь. Еще один труп нужен? НАМДЖУН Я хотел сказать, что убийца мог уже скрыться. Выйти из здания. Хосоку становится очень неловко. СОКДЖИН (невозмутимо) Я имел в виду, рули процессом. Ты же умный. ЧИМИН Не мог никто выйти. Там к дверям главного входа кто-то придвинул диван. Изнутри. НАМДЖУН Тут нужно знать, когда диван поставили. А вот окна на первом этаже и правда не открываются. ЧОНГУК Еще черный вход есть, пожарная лестница. Надо проверить. Чонгук направляется к выходу. НАМДЖУН (неловко) Не, я вроде как сломал ее, когда заходил. ЮНГИ (скептически) Через черный вход? НАМДЖУН (разводит руками) Я не смог открыть дверь, а там, на улице, уже были люди, так что я не стал выяснять, там закрыто или что, и просто прошел через черный, а потом в замке что-то хрустнуло, и дверь перестала открываться. ЧИМИН Наверное, диван уже был там, у главного. ТЭХЁН Ого, еще и тайна дивана. ЮНГИ Это во сколько было? НАМДЖУН Ну, я боялся, что опоздаю, но вроде как не опоздал в итоге. Восемь сорок с чем-то. ЮНГИ А когда он мог умереть? НАМДЖУН В девять мы все уже были здесь. Но он еще не остыл, хотя тут прохладно. Трупы остывают на градус в час. Юнги передергивает плечами и натягивает рукава еще ниже, почти до пальцев. ХОСОК Ты там что, весь Нетфликс с процедуралками отсмотрел? НАМДЖУН Да нет, но у меня была в детстве книжка по патанатомии для чайников, запомнилось как-то. Я отвлекся. Так что… Джин, Хоби, насколько он был теплый? ХОСОК Ну ты, блядь, спросил. СОКДЖИН Да вообще горячий. Но не слишком. Сокджин тянется и трогает Намджуна за шею, туда же, где прикасался к Сон Сондыку. Всем становится странно и неприятно. СОКДЖИН Не, ты горячее. Тэхён подползает ближе и тоже щупает Намджуна, только за плечо. ТЭХЁН Он реально горячий, даже через футболку. Но не настолько. Я же его тоже трогал. НАМДЖУН Но окоченения у него при этом нет. Тогда, наверное, умер он часа полтора-два назад, в восемь. Хосок отчего-то судорожно выдыхает. ЮНГИ А стафф должен был уехать в шесть. Если бы я был стаффом, я бы тут два лишних часа торчать не стал. Тут и спрятаться негде. Кто был в здании — наверняка увидели бы. ЧОНГУК Да, я же был тут. В шесть все хоп — и опустело. Хоби, скажи? ХОСОК А? НАМДЖУН Ну ты ж здесь вроде был. ХОСОК (напряженно) Мне вроде как не до того было. Я думал еще кое-какие изменения в хореографию внести. В третий припев. СОКДЖИН Вот ты гад. ЧИМИН (не слушая их) Я подписан на инсту девочки из охраны, мы вроде как немного общаемся. Они празднуют переезд. Там стоит метка с названием ресторана, отсюда полтора часа. (осторожно) Это я успел посмотреть еще до того, как телефоны отключились. Чимин достает мобильник, копается в нем, находит изображение, увеличивает и кладет телефон в центр, так чтобы всем было видно. ТЭХЁН (бормочет под нос и загибает пальцы) Да они чуть ли не все там. У нас сегодня больше никто и не работал. Вроде. НАМДЖУН Фото без трех восемь. Если дорога занимает часа полтора… Черт, погодите. Погодите, я вспомнил. Меня предупреждали. Переезд же был плановый, камеры отключили, вай-фая тоже нет, все пароли на замках слетели, теперь только из охранной компании с админской карточкой. Все непонимающе хмурятся. НАМДЖУН Но. Они же знали, что мы будем заниматься вечером, так что коды на дверях отключились — но для нас семерых и Сондыка-ши оставили вход по отпечатку. ЧИМИН А выход? НАМДЖУН (убито) И выход. ЮНГИ Короче, мы вернулись к предыдущему вопросу. Если это не они, значит это мы. На зал опускается тревожное молчание. 15. ИНТ. ГЛАВНЫЙ ТАНЦЕВАЛЬНЫЙ ЗАЛ В СТАРОМ ЗДАНИИ BIGHIT ВЕЧЕР (СЕМЬЯ) НАМДЖУН (поднимая руки) Хорошо. Плохо, конечно. Прошу, пока не перебивайте! Вопреки своим словам Намджун делает долгую паузу, но никто больше не спешит говорить. НАМДЖУН Мы же все как одна семья. Что бы ни случилось, мы продолжим поддерживать друг друга. Даже в таких печальных обстоятельствах. Даже в таких вещах. (снова оглядывается на труп) Это могла быть просто случайность. Более того, я уверен, что это была случайность. Все мы живем в колоссальном нервном напряжении… Мы никогда не оставим друг друга в беде. Ни мы семеро, ни компания. Мы все поймем. И компания, и директор обязательно помогут… ЮНГИ Ну да, сколько они там на нас бабла зашибают. Сокджин шикает на Юнги. НАМДЖУН (смотрит на Хосока) Даже в таких сложных обстоятельствах можно что-то придумать, я уверен. ЮНГИ Ну правильно, это же всего лишь убийство. Вот если бы с косяком поймали... СОКДЖИН Ты вообще слов таких знать не должен. НАМДЖУН (вздыхает) Поэтому лучше будет, если тот, кто это сделал, признается сразу. Кто бы из вас это ни был, мы придумаем, как это подать, что говорить, как защитить друг друга. СОКДЖИН Так, погоди, я ослышался, или ты сейчас сказал, что это кто угодно, кроме тебя? НАМДЖУН (с искренним удивлением) Но зачем мне? К тому же... ТЭХЁН (перебивает) Так все же знают, какие у тебя проблемы с танцами. А ты еще с компанией вынужден общаться. Колоссальное нервное напряжение. (явно передразнивает слова Намджуна) И вот твоя выдержка дает сбой, а тут перед тобой ненавистный хореограф и — хоп! Случайность. (разводит руками) ЧОНГУК Или не случайность. Намджун-хён же знал о переезде. О том, что в здании никого не будет, камеры отключат. Свидетелей нет, и вот ответственность уже на всех нас. Намджун выглядит беспомощно и раздосадованно. НАМДЖУН ...к тому же мы уже выяснили, что я вернулся без десяти… ЮНГИ Без двадцати или типа того. НАМДЖУН Неважно. А убили его в восемь. Он начал остывать. ЧОНГУК Хён, ты меня прости, но как ты докажешь, что пришел именно без десяти? Может, раньше? Чимин к этому моменту уже значительно расслабился. ЧИМИН (восхищенно) Куки, ты умный! ЧОНГУК (надувается от гордости) Да, я такой. НАМДЖУН Только опять все мороженое Юнги съел. ЮНГИ (с угрозой) Так. НАМДЖУН У нас будут логи входов. Кто, когда, по какому отпечатку и через какую дверь входил. Сами мы, правда, не посмотрим. Терминалы у охраны тоже выключены. Но у охранной компании все данные будут. ЧОНГУК (в смущении) Блин, точно. 16. ИНТ. ГЛАВНЫЙ ТАНЦЕВАЛЬНЫЙ ЗАЛ В СТАРОМ ЗДАНИИ BIGHIT ВЕЧЕР (РАЗБОР МОТИВАЦИЙ) ЧИМИН (пытается поддержать Чонгука — и Тэхёна) Погодите, не отвлекайтесь. Но если честно, Намджуни-хён же тут не один такой. Хуже него танцует только Сокджин-хён. Вот кому доставалось от Сондык-ши. Сокджин патетически хватается за грудь, изображая ранение в самое сердце. СОКДЖИН Почему я-то сразу? Нас тут трое таких, кого Сондык-хён гонял и в хвост, и в гриву. Но я же человек отходчивый. А вот Юнги злопамятный. С какого года ты держишь зуб на компанию из-за того, что тебя танцевать заставили? С тринадцатого? Юнги закатывает глаза. ЮНГИ Бери выше. С двенадцатого. К дебюту еще подготовиться надо было. (вздыхает и начинает причитать) Погляди на мои худые коленочки и щуплые ручки. Что я сделаю этому дядьке? Кровью вроде не воняет, так что ножом его ударить не могли. Выстрел мы бы услышали. Остается тяжелой вещью или руками. Кто там у нас мастера боевых искусств? ЧОНГУК (в недоумении) Ты про меня, что ли? ЮНГИ Ну не про Тэхёна же! СОКДЖИН (подхватывает новую тему и продолжает увлеченно говорить) Вот, правильно! Мы можем пойти от противного. ЮНГИ Если б меня центром хореографии сделали, я бы запомнил этого мудака. И отомстил ему. СОКДЖИН Вот ты такой маленький, тринадцатилетний, а уже такая ответственность. Можно сказать, это он лишил тебя детства. Чонгук смотрит то на Юнги, то на Сокджина широко распахнутыми глазами. По мере того, как они продолжают говорить, на его лице отражается понимание — и обида на несправедливость жизни. ЧОНГУК Я особо не думал об этом раньше. То есть думал, но не так. В конце концов, у меня неплохо получалось быть центром, мне все нравилось. Это Чимин постоянно переживает из-за своих танцев… ой, прости. Все взгляды обращаются на Чимина. ЧИМИН Я? СОКДЖИН Итак, следуя нашей логике. Сколько раз ты упал на связке во время бриджа за последние, скажем, двое суток? Чимин пунцовеет. ЧИМИН ...пять? СОКДЖИН И что ты чувство… Ты что, считал? ЧИМИН (удивленно) Ну да? Это же обидно. Казалось бы, не самый сложный наш танец. Ужасно стыдно. Тэхён придвигается ближе к Чимину и пихает его плечом в плечо, чтобы отвлечь. Чимин отвлекаться не хочет. ЧИМИН (продолжает убиваться) Я понимаю, что оправданий тут особо не придумаешь. Но какая-то сила как будто нарочно толкает. И вот уже все летит, ты смотришь в пол и не знаешь, как там оказался. Я, честно говоря, не знаю, если так пойдет и дальше, как я буду смотреть в глаза Арми. ЮНГИ Ты там ебу дал, нервный? Какие глаза? Где они тебе мерещатся? ЧИМИН (начинает злиться) Почему сразу мерещатся. В тот раз в туалете действительно была сасэнка. Сам ты нервный. И что ты вообще начал, только стал со мной нормально разговаривать — и вот опять. ЮНГИ (доволен) Я не нервный, я депрессивный. У меня и справка есть от психиатра. Кстати, у нас тут человека убили. Чимин прикрывает рот рукой. СОКДЖИН (с уверенным видом) Это все вытеснение. Устранил хореографа — значит устранил источник ошибок. Устранил ошибки — уничтожил память. Кстати, помните, когда мы обнаружили тело, Чимин позже всех пришел. Чем он занимался без нас? Может, улики прятал? ТЭХЁН (хмуро) Мне не нравится твоя риторика. Про любого можно сказать, что он сделал и забыл. А ты, хён, подозрительно активный. Ты хочешь отвлечь от себя внимание? СОКДЖИН А ты? А от Чимина или от себя? Ты знаешь слово «риторика»? НАМДЖУН Ребята. Тэхён. Если ты это сделал ради Чимина, мы тоже все поймем. ТЭХЁН Что? НАМДЖУН Он же твой лучший друг. ТЭХЁН (тоже начинает злиться) Давай-ка рассмотрим все варианты, прежде чем вы начнете обсуждать, кто кому лучший друг. Вот кому реально выгодно убить нашего главного хореографа, так это Хосок-хёну. Потому что кто тогда сам станет хореографом? (победно оглядывается) Правильно. НАМДЖУН (закрывает лицо руками) О господи. 17. ИНТ. ГЛАВНЫЙ ТАНЦЕВАЛЬНЫЙ ЗАЛ В СТАРОМ ЗДАНИИ BIGHIT ВЕЧЕР (ЧИСТОСЕРДЕЧНЫЕ ПРИЗНАНИЯ) НАМДЖУН Давайте просто сосредоточимся на фактах. Хоби, ты же был тут весь день. Если это ты — так и скажи. Если нет — просто постарайся вспомнить, было ли что-то подозрительное. ХОСОК (испуганно) Я… я… У меня есть алиби! ЧОНГУК А в каком зале ты был, кстати? А то я обратил внимание в нижней раздевалке — полдевятого где-то? — что твоей верхней одежды нигде нет, а на улице вроде как холодно. ХОСОК В другой раздевалке? НАМДЖУН Там был я. Там еще для курток стоит общая вешалка. ХОСОК Тогда… ЮНГИ Нет, ну мало ли, куда плащ можно деть. Хотя сейчас он как раз в нижней. ХОСОК Неважно! Я о чем хотел сказать. Я должен вам признаться! Все смотрят на него внимательно. ХОСОК Честно! Я не был в здании все это время. ЧИМИН Если так подумать, то… (резко замолкает) НАМДЖУН (хмурится) В смысле? ХОСОК Джиу же все переносила свадьбу, но тут вроде как начало что-то налаживаться, и мы с мамой подумали… СОКДЖИН Ну началось. И почему ее жених не может этим заняться? Ты опять искал салфетки нужного оттенка белого? ХОСОК (уныло) Ну да, типа того. Хорягу я ж и так знаю, сам половину поставил. И маме еще духи купил. Классные, кстати. Хотите, покажу? Хосок лезет в сумку, но Намджун останавливает его. НАМДЖУН Давай потом, ладно? И во сколько ты вернулся? ХОСОК Еле до тебя успел. В восемь меня тут точно не было. Логи мы потом посмотрим... (спохватывается) А! У меня селочка есть, я по дороге сделал и на Виверс запостил. Можешь еще в галерее проверить, когда снял. И пост в кэше остался. Хосок с готовностью протягивает телефон Намджуну. НАМДЖУН Ага. Фотка из машины. И вид из окна узнаю, не здесь. (зачитывает сообщение) «Привет, Арми. Еду на практику. Последний день в старой танцевальной студии». Намджун медленно поднимает голову. Он выглядит угрожающе. ЮНГИ Ну ты и тупица. ЧИМИН Что? НАМДЖУН Во-первых, ты бы так перед нами спалился. Хотя ты и так спалился. Но теперь я знаю, откуда все эти люди у входа. (кивает в сторону окна) Чимин в недоумении оглядывает присутствующих. СОКДЖИН Вообще пиздец. Я еле пробился. Хорошо, отделался тремя автографами и «сириос бизнессу». Я от испуга аж диван к дверям придвинул — мало ли с боем брать будут. ТЭХЁН О! ХОСОК (виновато) Простите, ребят, в общем. И место главного хореографа мне тоже даром не нужно. У меня и без того забот полно. Камбэк еще на носу. Сондык-ши же еще с младшими работает. Я всего не успею. Пока он говорит, Чимин поднимается со своего места и проходит к окну зала — тоже закрытому, раздвигает планки жалюзи и смотрит наружу. Тэхён и Юнги провожают его тревожными взглядами. ЧИМИН (задумчиво) Вот оно что. СОКДЖИН В смысле? Ты только что понял что ли, что нам ни зайти, ни выйти из-за толпы? Если бы не они, может, хоть кому-то из нас удалось уехать. Ты же самый последний прибежал. Как ты мимо дивана прошел-то? НАМДЖУН А заднюю дверь я тогда сломал уже. ЧИМИН (мнется, вздыхает) Ну, я вроде как не проходил. Все равно не скроешь. Я тут вообще с утра, если честно. Как с интервью закончили, так и приехал. ЮНГИ Ты же говорил… (понимает и уныло констатирует) Ты опять тренировался. Тэхён мрачно смотрит в пол. ЧИМИН (виновато) Да. НАМДЖУН (осторожно) Чимини, мы все этому не очень рады, но пока давай об этом не будем. Не забивай себе голову пока что. Ты понимаешь, что ты сейчас главный подозреваемый? Приехал раньше всех, на тренировку пришел позже всех. ЧИМИН Я… (оглядывается на Чонгука) Ты прости, но сейчас это важнее, наверное. Я все это время был с Куки. В малом зале, который дальний. И никуда не выходил вообще, думал, что Хосок-хён в соседнем зале тренируется, не хотел, чтобы он меня заметил, если что. А Куки так увлекся своими конспектами, что даже в туалет, мне кажется, не выходил. Так что ни я, ни он ничего не могли сделать такого. Чонгук мрачнеет на глазах. ЮНГИ (зло) Какого такого? Я надеюсь, вы хоть интересно провели время. Тэхён тоже выглядит недовольным. ЧИМИН (скрещивает руки на груди) Хён, чего ты вообще от меня хочешь? Да, я занимался. Нет, я не перестану так делать. Прекрати уже цепляться ко мне. Я взрослый человек и несу ответственность. Даже если у меня будет нервный срыв — значит, так надо и это того стоило. Юнги поднимается. ЮНГИ (очень медленно и очень зло) Ты не знаешь, о чем говоришь. ЧИМИН (почти кричит) А тебе не насрать?! Тэхён подскакивает, обнимает его сзади и пытается отвести подальше, Чимин сопротивляется. Намджун тоже встает, чтобы остановить Юнги, но Юнги спокоен. ЮНГИ От тебя же алкашкой несет. Ты когда успел выпить вообще? У Тэхёна становится виноватый вид. НАМДЖУН Давайте просто все успокоимся. Телефон Сон Сондыка снова начинает звонить. 18. ИНТ. ГЛАВНЫЙ ТАНЦЕВАЛЬНЫЙ ЗАЛ В СТАРОМ ЗДАНИИ BIGHIT ВЕЧЕР (ЛЮБОВНАЯ ЛИРИКА) Действие происходит несколько минут спустя. Чимин с Тэхёном сидят чуть дальше остальных. Чимин уже успокоился, просто время от времени вытирает лицо тыльной стороной ладони, но в остальном выглядит нормально. Чонгук подполз к Сон Сондыку и изучает краешек телефона. Сокджин тоже рядом. ХОСОК Что там? ЧОНГУК Опять мама. Даже неинтересно. СОКДЖИН У него из-за вибрации чуть бумаги из-под головы не уехали. Интересная папочка, я погляжу. НАМДЖУН (вздрагивает) Где? (немедленно подходит) Не трогайте! Из-под головы у Сон Сондыка действительно торчит КРАСНАЯ ПАПКА, а из нее выглядывают исписанные листы бумаги. Сокджин поднимает на него вопросительный взгляд. НАМДЖУН Отпечатки на пластике хорошо сохраняются. Если его убили и уложили, то убийца точно ее трогал. (хмурится) Или ты специально?.. СОКДЖИН Эй-эй, полегче, я же тоже поздно пришел, ничего не скрываю. И это… я за уголочек вытяну просто. НАМДЖУН и ЧОНГУК (хором) Нет! Сокджин выхватывает из папки листы, смеется и на всякий случай отодвигается. СОКДЖИН Вы чего так напряглись? Все нормально. (опускает глаза) Тут, похоже, стишки. «Солнце моих глаз, вижу сквозь ночь эманации утра, боль покидает меня». Как вы думаете, это его? Намджун и Чонгук заметно расслабляются. Юнги, следивший с другого конца зала за Чимином и Тэхёном, подходит ближе. Сами Чимин и Тэхён тоже подтягиваются. ХОСОК Ну, если у него SM на телефоне, мало ли что он для них делал. Может, тоже хореографию ставил или тексты вон писал. Я уже ничему не удивлюсь. НАМДЖУН (с сомнением) Ну вряд ли. Текст-то не очень. Такое в производство не пустят. ЮНГИ Точно. СОКДЖИН Это же просто черновики. Может, он бы это отшлифовал — и ух бы что вышло. НАМДЖУН (криво усмехается) Из такого — нет. СОКДЖИН Что я слышу, надо же. Дай угадаю, это здоровая конкуренция? Умнейший Намджун подавил своей поэтической мощью хореографа Сон Сондыка. Или это просто твои неудачные огрызки? НАМДЖУН Да как вообще?.. СОКДЖИН Вон, слово «эманация» как раз в твоем духе. НАМДЖУН (злится) Я хотя бы знаю, как его правильно употреблять. Я такого написать не мог. СОКДЖИН Юнги, может, ты? ЧОНГУК Точно, ты же рассказывал про материал к следующему микстейпу, там было про какую-то особую боль… ЮНГИ (с досадой) Да про плечо я, про плечо говорил. СОКДЖИН (зачитывает с выражением) «Окно, на нем желтые шторы с узором из одуванчиков. Так приятно просыпаться в месте и на секунду представить, что это мог бы быть твой дом. Ваш общий дом с человеком, которого ты лю…» Ох, ну надо же. ЮНГИ Да я б скорее удавился, чем такое написал. ЧИМИН Постойте, это ж в моей комнате шторы с одуванчиками. В новой квартире. В соседнем доме с Намджун-хёном которая. НАМДЖУН (прикрывает лицо рукой) О нет. ЧИМИН Да вы же все там были. Джин-хён, а почитай еще. Не такие уж и плохие стихи. ХОСОК Джин, погоди. Это ведь любовная лирика, я правильно все понял? И ее написал… ну, Сондык? Не буду его называть -ши, он мне не нравится больше. То есть, получается, Чимин, ты его пригласил в гости, а этот мерзкий извращенец на двадцать лет тебя старше стал тебе кропать стишки? ЧИМИН (рьяно) И вовсе не двадцать! И почему «стишки»? Стихи! И мне нравится… И нет, он у меня в гостях не был. А фотки из спальни я не палил. СОКДЖИН Короче, это опять кто-то из нас? Новое расследование? Юнги, колись давай. ЮНГИ Я же говорю. Это. Не. Я. НАМДЖУН Как не стыдно. Как в интервью о равенстве орать, так ты первый. А как тебе намекнули, что ты мужчине стихи пишешь, так ты ни при чем. ЮНГИ Да блядь. Дело не в пидорстве. Чимин в попытке утешить протягивает руку к Юнги, и тот ее автоматически берет. ЧИМИН Хён, не стесняйся. И прости меня. Я же понимаю, что ты обо мне заботишься. Может, своеобразно, но заботишься. Конечно, хотелось бы… ты же взрослый, хватит, как в детском саду, дергать за косички и писать записки «Чимин, пошел вон из моей группы». Просто скажи прямо. И мне честно понравилось. У тебя просто не так много опыта именно в романтических стихах, но слова про дом меня прямо тронули. Чем дольше говорит Чимин, тем более тревожным становится Тэхён. Кажется, ему и неловко, и приятно, и досадно — одновременно. ТЭХЁН Это я. ВСЕ Что? ТЭХЁН Что? Это мои стихи. Я написал. Чимину. Рад, что тебе понравилось. (смотрит в пол с обидой) Вот. Чимин выдергивает руку из пальцев Юнги и бросается с объятиями к Тэхёну. ЧИМИН Тэхёни! Что ж ты сразу не сказал?! НАМДЖУН Фух. ЮНГИ Какое облегчение. Тэхён и Чимин о чем-то шепчутся на заднем плане.