My fen-fire

Даже несмотря на выпитую воду и сахар, дух все равно мерцал, правда уже в свете сферы. Минхо больше не появлялся, Чонин все еще осторожничал, поэтому бежал рядом с Феликсом, который был нетипично тих и озадачен. Волчонок в корзинке спал, а Чан, очевидно, хотел быстрее преодолеть путь и отдохнуть. В храме было тихо, лишь кто-то болтал на террасе. Джисон прислушался: судя по манере разговора, это Чонхо прилетел. Давненько его тут не было. Ворон вообще был интересным: в человеческой форме в принципе невозможно было догадаться, кто он, и лишь мудрость и рассудительность выдавали его природу. Волк окинул взглядом строение и улегся на терассе под навесом, сразу же закрывая глаза и засыпая: видимо, дорогу он преодолел с большим трудом. Чонин остался рядом со всеми. -Ну так, расскажешь, что с Феликсом? - спросил у него Джисон. Не успел лисенок и рта раскрыть, как из-за угла вышел кот, следующую же секунду обернувшийся Минхо. -Какой же ты нетерпеливый, однако, - покачал головой он и подошел к Феликсу, пристально разглядывая его. Джисона этот взгляд духа необъяснимо напряг. -Феликс - носитель духа. -Это как так? - подпрыгнул тот, снова хватаясь за грудь. -Волков в гроте было трое, - терпеливо объяснил дух. - И один из них теперь внутри тебя. Все изумленно переглянулись. -Но как это возможно? - спросил Сынмин и после покосился на волчонка - не разбудил ли? -Редкость, но возможно, - подал голос лисенок. - Потому что должны сложиться два обстоятельства: безобидный, бескорыстный и беззащитный Видящий и ослабший дух. Феликс осел на пол, изрядно напугав всех. -Но я ничего такого не чувствую, - недоуменно сказал он. - Совсем-совсем ничего! -Расслабьтесь, - вернулся к обсуждению темы Минхо. - Такой поступок - это жест отчаяния духа, когда он ослаб настолько, что боится рассеяться. Скорее всего, дух молодой, - кот прислушался. - Я совсем его не слышу. Он забился и теперь молчит. Ну ничего, - он перевел взгляд на испуганного этой информацией Феликса. - Обычно это совсем ненадолго, на денек максимум. Подпитается и выпрыгнет обратно. -Ну ладно, - не вполне уверенно отозвалсся Феликс. - А, так вот почему я рыкнул - это был не я! -Да, он может немного влиять на тебя. Ты, кстати, сможешь увидеть его в отражении, если он будет в состоянии это сделать, конечно. Поговори с ним, успокой, и тогда он выйдет. Феликс осоловело похлопал глазами и зевнул. -Утром. Я ужасно хочу спать. -Иди, но утром не вздумай сбегать. Нам надо будет разобраться с той кашей, которую ты заварил, - сказал Сынмин, покачав головой. -Ладно. Радужных снов вам, - скоренько пожелал тот и побрел на второй этаж. -Ему точно ничего не угрожает? - спросил ещё раз Джисон. Минхо закатил глаза. -Да говорю же, ты что, не слушаешь? Нет, с ним все будет в порядке. Он, в некотором роде, сам дал этому произойти. Потому что, даже если я сейчас захочу сделать также с тобой, - кот лукаво улыбнулся. - У меня не получится. Нужно быть совсем внутренне открытым и беззащитным. Джисон от этих слов почему-то смутился. -Ладно, посмотрим, что будет завтра, - суетливо пробурчал он, избегая взгляда кота. Атмосферу, исполненную флирта и смущения, бесцеремонно прервал Сынмин. -А что насчет зова? Феликс сказал, что его звали. На скульптурном лице Минхо отразилось неопределённое выражение. -Оставим это на потом. Из его уст это означало: "Никогда больше не хочу говорить на эту тему". Сынмин вздохнул и хотел поспрашивать об этом Чонина, но лисенок уже сбежал. -Ладно, - сдался он. - Я пойду к себе. Он перехватил поудобнее корзину с волчонком и ушел. Джисон посмотрел на Минхо. -Я собираюсь спать. Тот невозмутимо пожал плечами. -Так иди. -Не хочешь... - Джисон увидел вопросительно изогнутую бровь и осекся. - А впрочем, неважно, - смутился он и ушел в свою комнату. Там он умылся, переоделся в пижаму и прикрыл окно - ночи становились все холоднее. Поразмышляв еще немного, он все же достал одеяло из ящика и расстелил футон. События сегодняшнего дня вымотали его, так что проваливаться в сон он начал довольно быстро. Уже на границе сна и яви он услышал, как знакомый черный кот пробрался к нему под одеяло, прижимаясь к боку, и замурлыкал.