My fen-fire

Чонин не был уверен, как вести себя в сложившейся ситуации. На мгновение у Чонина даже промелькнула мысль, что это была какая-то дурацкая шутка, но он сразу же отмел эту идею: ни один дух не стал бы шутить с анемонами и памятью о Первых. В целом ничего не изменилось: он так же, как и раньше, бегал и играл, общался с Видящими, подшучивал над людьми. Но знание того факта, что где-то есть влюбленный в него волк, не давало ему покоя. При этом сам Чан не то что не мозолил ему глаза, да он в принципе не появлялся, как в воду канул. Чонин даже спросил у Феликса, куда Чан пропал, на что получил полный недоумения взгляд и ответ, что Чан и не уходил-то никуда. Узнав об этом, лисенок разозлился: этот волчара уничтожил его спокойствие своим признанием и теперь прячется, ну какова наглость! Немного успокоившись, Чонин решил снова поговорить с Саном (и с Уеном, потому что отделить их друг от друга было довольно проблематично) и попытался выяснить, не знают ли они, где Чан прячется, а главное, зачем. Парочка только плечами пожала, а потом Уен сказал, что раз Чан не показывается лисенку на глаза - значит у него есть для этого веская причина. Спустя почти неделю Чонин совсем отчаялся. Он хотел поговорить с волком, но нигде не мог его найти, и это приводило его в уныние. Он почти не возвращался в первоформу, бродил по храму, не расставаясь с томиком, в котором были засушены анемоны. Остальные духи косились на него, а прилетевший Чонхо так и вовсе спросил: -На тебе лица нет, лис. Что случилось? Чонин грустно вздохнул. -Да ничего такого. Просто... Ворон смерил его взглядом и улыбнулся. -Иногда если чего-то хочешь - нужно просто попросить. Чонин сначала бездумно кивнул, а затем его осенило. А ведь и правда же! Спешно поблагодарив духа за совет, он зашёл в главный зал, который сейчас пустовал, и четко сказал: -Чан, я хочу с тобой поговорить, - и, помедлив, добавил. - Пожалуйста. Несколько секунд ничего не происходило, а затем прямо перед лисенком материализовался волк, тут же сменивший первоформу на человеческую. Чан выглядел совершенно спокойным на контрасте с разволновавшимся Чонином. -О чем ты хотел поговорить? Лисенок смущенно потупился, сильнее сжимая в руках томик. Все мысли разлетелись, оставляя вакуум. -Не знаю, - после долгой паузы признался Чонин. - Хоть о чем-нибудь. Волк тихонько хмыкнул. -Хорошо. Пройдемся? - он подал руку. Чонин ухватился за нее, и новая волна смущения накрыла его. Следующий час они гуляли по лесу, не произнеся ни единого слова. Поначалу лисенок пытался придумать хоть один вопрос, но тут же отвечал на него сам. -Почему я? - окончательно запутавшись, спросил он. -Потому что ты, - последовал незамедлительный ответ. Странным образом это все объяснило. Они гуляли до самого вечера, наслаждаясь видами осеннего леса, и в какой-то момент Чонин положил томик у дерева, обратился и принялся скакать возле Чана. Тот усмехнулся и обратился в волка, после прижав лисенка к земле и игриво прикусывая за ушко. Чонин пискнул, принимаясь выкручиваться и после потерся носом о шею волка. Тот проурчал и лег, призывая лечь рядом. Немного попроказничав, Чонин последовал просьбе, прижимаясь к боку Чана. Удивительно, но иногда слова не требуются.