Смертельный Поцелуй

В порыве удивления и некого страха от ситуации я и слова сказать не мог. Всё замедлилось, а сердцебиение участилось. Я почувствовал, как покраснело моё лицо. Мне стало очень жарко. В тёмной комнате моей головы, где сейчас хаотично летали мысли, мигал красный свет, а также работала сигнализация, я увидел табличку со словом «выход», когда тот парень задал мне вопрос. -Как звать? -Ни… — не успел я произнести своё имя, как он меня перебил. -Впрочем, не важно. Помоги его донести до кровати. -Он же просто пьян, да? — я заволновался. А вдруг его избили? Вдруг у него какой-то приступ? Однако ответ парня меня успокоил. -Да. Он дал мне подержать Ваню, словно тот новорождённый ребёнок. Но эта малышка чуть не придавила меня. Парень снял свои огромные охотничьи чёрные ботинки, на его ногах были ярко-красные носки. Кое-как донеся его до спальни, мы буквально забросили его на кровать. Парень пошёл снимать чёрные куртку и шапку. Под курткой таилась полосатая футболочка, а под шапкой роскошные чёрные волосы. -А ты кто? — поинтересовался я. -Макс. -А по-подробнее? Он явно разозлился. Я понял это по его тяжёлому агрессивному вздоху. -Что же тебе не имётся? Я живу тут. Создалось такое ощущение, будто мои глаза, нос, рот и уши переместились так, что вместо моего лица образовался один большой знак вопроса. -А Ване ты кто? — я был напуган от того, что ничего не понимаю. Конечно, я предполагал кое-что, но очень не хотел осознавать то, что мои догадки верны. -Его бывший и настоящий. Это что-то похожее на свободные отношения, но всё же не совсем. Если бы Макс вгляделся в мои зрачки тогда, увидел бы огонь в них. Но не от злости. Я сгорал внутри, хотел прямо на месте стать пеплом и больше никогда не чувствовать, то что ощущал той ночью. -Мы с ним вместе 2 месяца. — Я думал, у меня начался какой-то приступ. Я весь задрожал. -Присядь, давай я сделаю чай. -Добавь туда коньяк. — мне было сложно говорить большими предложениями. Казалось, что ещё одно слово и я скончаюсь прямо на месте. Он протянул мне стакан с алкоголем и уселся рядом. -Тебя совсем не волнует то, что он встречается со мной? -Я часто уезжаю в другие страны из-за работы, вот он и развлекается пока меня нет. -Развлекается? — моя слеза упала в коньяк. -А разве это было похоже на что-то серьёзное? Я бы так не сказал. — он сам начал отвечать на свой же вопрос — Когда я подошёл к нему у Томаса, он тут же набросился на меня, словно забыл обо всём. -Ты просто хочешь сделать мне больно! Если тебе нужно, чтобы я ушёл так и скажи! Не нужно для этого втыкать ножи в моё больное сердце! -Ты не понял, я открываю тебе глаза, а не разрезаю их напополам. -А чувствуется как раз наоборот. Я выпил ещё несколько стаканов. -Вы переспали, да? -Да, дважды за этот вечер. Я глубоко вдохнул, надеясь, что это мне хоть как-то поможет. От слишком сильной досады, смешанной с коньяком мне стало всё равно на его ответы, я просто хотел забыть эту ночь как страшный сон. -Как давно вы вместе? -Мы познакомились в девятом классе. Сошлись в одиннадцатом. Получается два года. -Почему он так поступает со всеми? -Он любит эмоции. Любые, главное ярко выраженные. Поэтому он готов пойти на многое, лишь бы добиться желаемого. А, кстати, одно из его любимых развлечений это просить партнёра сделать каминг-аут. Он тебе подобное предлагал? -Да. Он посмеялся так, словно его смех подразумевал слово «пипец». -Это его любимая часть каждых отношений. Ты такой же как и все прошлые. Просто игрушка. -Ты не прав. -А чем ты от других отличаешься? -Он говорил, что любит меня. Максим задумался, погрустнел даже. Где-то внутри. Но ему было досадно не за себя, а за меня. -Не буду отрицать, что ты наверняка не единственный, кому он говорил это за последний год. -А почему ты считаешь, что отличаешься от прочих парней? Он не ответил, а у меня участилось дыхание. Я был не в состоянии произнести хоть слово. Мне было ужасно больно. Я хотел закричать. Я уже не мог смотреть на Макса. Я был отвергнут всем, что у меня было. Я ненавидел себя за то, что однажды познакомился с Ваней. Хотелось просто выпрыгнуть в распахнутое окно и умереть или убежать за город и жить в деревне, пасти коров и ни о чём больше не думать и не помнить.