Ничего не скрыть

      — Мистер Роберт Бурдон? Рад с вами познакомиться! — сказал седой полный мужчина неожиданно-приятным глубоким голосом и обменялся коротким крепким рукопожатием с боссом, оказавшимся на голову выше посетителя.       Светлые сандалии мужчины выглядели поношенными, но одет он был опрятно: в клетчатую голубую рубашку с короткими рукавами и брюки песочного цвета, которые удерживались под животом хорошим, но слегка потрёпанным широким ремнём. На его боку, выбиваясь из общего вида, висела новенькая бежевая сумка-планшет из перфорированной кожи.       — Да-да. Доброе утро, мистер Уилсон! Как поживаете? — спросил босс, на что мужчина отделался стандартной фразой «спасибо, хорошо». — Присаживайтесь.       Мужчина снял сумку с плеча, повесил её на спинку стула, чуть отодвинул его и осторожно сел. Затем обвёл кабинет заинтересованным взглядом, остановился на чёрно-белой фотографии городского пейзажа, и, наконец, заметил Честера, стоявшего почти в самом углу кабинета, возле окна.       — Ваш секретарь? — указал он подбородком на детектива.       — О, нет-нет. Нашу милую секретаршу вы только что видели в приёмной. А это наш ведущий детектив – Честер Беннингтон, — ответил Бурдон, доставая что-то из ящика стола. — Он будет заниматься вашим делом вместе со своим напарником, Майком Шинодой, который сейчас как раз направляется в ваш город. Честер, это – Флойд Уилсон, теперь уже наш клиент.       При этих словах детектив торопливо подошёл и протянул руку:       — Доброе утро, мистер Уилсон!       Мужчина привстал и ответил на рукопожатие, смотря на Честера с явным сомнением, опустил взгляд на почти зажившую губу детектива, мазнул по его белоснежной строгой рубашке с галстуком, синим классическим брюкам и задержался на блестящих чёрных туфлях. Честер почувствовал себя ещё неуютнее, когда Флойд Уилсон водрузил на свой мясистый нос очки в тонкой оправе и опять окинул его пристальным взглядом с головы до ног.       — Разве не вы будете вести там расследование? — спросил мужчина, разворачиваясь лицом к Бурдону. Под словом «там» он явно подразумевал свой городок.       Честер поджал губы: не так он представлял себе эту встречу. Хорошо ещё, что ему пришлось сегодня воспользоваться линзами, а не очками, иначе бы старик окончательно приписал его к офисному планктону. Он сел на стул рядом с клиентом, гордо выпрямил спину и взял со стола свой телефон, где у него был приготовлен список вопросов. Всё остальное он всегда записывал в рабочий блокнот, который уже лежал перед ним в раскрытом виде.       Бурдон слегка улыбнулся, услышав вопрос клиента:       — Я почти не покидаю кабинет. Уверяю вас, несмотря на свой юный возраст, мои детективы прекрасно справляются со своими обязанностями. Тем более за плечами мистера Беннингтона служба в полиции.       Флойд Уилсон удивлённо вскинул брови и уже по-другому взглянул на рядом сидящего детектива. Честер всегда поражался умению босса распространять свой авторитет на всех, кто находился в его окружении.       — Хм… Молодёжь бывает разная. Да, — наконец сказал мужчина с еле заметным сомнением в голосе.       — Мистер Уилсон, я буду контролировать процесс расследования, — заверил его босс, крутя в руках небольшую видеокамеру. — Ещё… Нам нужно разговор снимать на видео. Как вы к этому относитесь?       — Зачем это?       — Таков порядок, — ответил Бурдон.       Видео? Порядок? Своё замешательство Честер решил скрыть уткнувшись взглядом в телефон.       — Валяйте, — Флойд Уилсон махнул рукой.       — Мистер Уилсон, Честер, вы готовы? — босс поставил камеру так, чтобы на экране хорошо просматривалось лицо клиента. Затем налил в стакан воду из прозрачного графина и протянул его мистеру Уилсону. Включил запись. — Итак, начнём. Мистер Уилсон, расскажите о своей дочери всё, что посчитаете важным для дела.       Поёрзав на мягком стуле, мужчина заговорил, обхватив двумя руками стакан с водой:       — Что ж… Начну с самого начала. Наша дочь была… — он виновато вскинул глаза на Бурдона, тот понимающе кивнул. — Она самая красивая девушка на Свете. Взяла от нас с Ирмой всё самое лучшее. Может всё дело в смешении крови? Моя жена немка по происхождению… Глория всегда выделялась своей внешностью. Высокая, выше меня, с большими голубыми глазами, волосы тёмные длинные, кучерявые, почти по пояс всегда были. Длиннющие ресницы… Мистер Бурдон, у вас есть дети? Нет? Хм. Знаете, отцы всегда восхищаются своими детьми, но тут было другое... Ох, извините меня, у вас же есть её фотография, — тяжелый вздох. — С самого детства Ирма водила нашу девочку по разным кружкам, а потом они попали в театральную студию. Там сразу смекнули, что Глория – талант. Предложили пойти в модельную школу. Ирма, со всей своей природной педантичностью, водила дочь туда. Моя жена не работала. Всю свою жизнь посвятила дочке. Представляете, Глория одно время хотела стать ветеринаром!? Но жена считала, что та достойна лучшего. Поэтому сначала первая победа в школьном Конкурсе красоты, потом в городском, а потом уже и тут, в Лос-Анджелесе. Весь наш городок ликовал! У нашей малышки было столько планов на будущее… А Ирма всё боялась, что она выскочит замуж и погубит карьеру. Но Глория не такая. Она боец! Когда вернулась домой сказала своему ухажёру, что не спешит стать его женой, что должна сначала встать на ноги, сделать карьеру, добиться чего-то в этой жизни... Волонтёрство ей очень понравилось. У неё доброе сердце… Бизнес свой маленький открыла, меня туда с насиженной работы перетащила. Я ей там типа правой руки был. Мы занимались мебелью и её продажей. Сейчас-то ещё работаем, но так… в пол силы.       Честер посмотрел на руки Флойда Уилсона – это были работящие крепкие руки, с толстыми запястьями и короткими пальцами, затем перевёл взгляд на свои длинные аккуратные тонкие пальцы с татуировкой кольца на одном из них – ошибкой юности.       — Почему вы обратились в «New Divide» только сейчас? — продолжал задавать вопросы Бурдон.       Руки мужчины затряслись, лицо исказила мучительная судорога. Он сделал глоток воды.       — Год назад не стало моей жены. Не выдержало её сердечко. Всё ждала, что наша Глория вернётся. Ирма не давала мне и близко подходить к дому дочери. Знала, что я там порядки сразу начну наводить. Даже убирать там не давала. И вот, остался я один… Горевал долго.       Детективы не перебивали мистера Уилсона. По всей видимости его давно уже никто не слушал. Честер вдруг вспомнил о своих родителях. Когда он в последний раз с ними разговаривал по телефону? Переведя взгляд с клиента на Бурдона, он отметил, что тот цепко следит за лицом и движениями говорящего. «Читает» его, — понял Честер, — значит, камера для того же».       — Все книги из дома Глории я отдал в местную библиотеку, — продолжал тем временем клиент, полностью погрузившись в воспоминания. — Через месяц, а то и два, мне позвонили, сказали, что кое-что нашли и не знают, как им с этим быть. В книге о счастье... Кажется она называлась «Счастье в твоих руках», — растерянная лёгкая улыбка вмиг погасла на его лице, уголки губ опустились вниз, а светлые глаза, увеличенные линзами очков, наполнились слезами, — они нашли письмо Глории. Да какое письмо? Коротенькая записка. Ни даты, ни адресата. Ксерокопию я вам присылал… Я бы не поверил, что это она писала, если бы не знал её почерк. Она любила писать письма от руки.       — Почему вы думаете, что она могла уехать, не сказав ничего вам? — спросил Бурдон.       — Ох, даже не знаю. Последняя надежда, наверное… С этим письмом меня в нашем городке на смех подняли. Сказали, что я совсем из ума выжил. Некоторые считают, что я сам его написал. Не помогло даже то, что экспертизу тут у вас заказывал на подлинность почерка. Разве докажешь им… В полиции взялись за дело, но сами знаете, как у них там всё устроено. Никто толком Глорию Уилсон искать не будет. Так, для галочки только. Что же до письма: я не знаю, с кем она там переписывалась. Может это было ещё задолго до всех этих событий?       — Какие у них были отношения с матерью? — внезапно спросил Честер, постукивая ручкой по столу.       Флойд Уилсон медленно повернул голову к детективу. На миг Честеру показалось, что тот сейчас повысит голос, но мужчина, видимо, сдержался и недовольно сказал, обращаясь исключительно к Бурдону:       — Молодёжи только бы конфликты отцов и детей смаковать. Да, Ирма давила иногда на Глорию, но какая мать этого не делает? Дочь прекрасно понимала, что, если бы не Ирма, она бы не добилась всего того, что у неё… есть. Сразу говорю: у нас с ней конфликты тоже были. Характер у Глории огненный, взрывной. Зато всегда правду в глаза выскажет, камня за пазухой не держала никогда. За это и любили её все.       — Были ли у неё вредные привычки? — спросил Честер и опять его окинули недобрым взглядом.       — Мистер Уилсон, это стандартные вопросы, — уточнил Бурдон.       — Я только из-за Глории не спился: она ненавидела алкоголь в любом его виде. Не ела мяса, заботилась и о нашей стряпне. Знаете, «папа не ешь жареное», «мама, убери сладкое подальше». Нет, вредных привычек у неё не было. Работала много. Но разве это плохо? О наркотиках даже не заикайтесь! — ворчливо закончил он.       — Мы прочитали всё, что вы написали о подозреваемых, можете ещё что-нибудь добавить? — деликатно спросил Честер.       — Не особо. Двоих из них вы сможете найти в нашем городке, а вот остальных – нет. Поразъехались кто куда.       Следующий вопрос детективу задавать было сложно: реакция клиента на него могла быть разной. Всё же он спросил с сочувствием в голосе:       — Версию полиции о том, как пропала ваша дочь, мы знаем. Вы что-то можете добавить по этому поводу? И… как вы узнали о её пропаже? Вы сможете нам рассказать об этом?       — Да, конечно. Я ждал этого вопроса, — сказал глухо Флойд Уилсон и прочистил горло. — В тот день Глория была на вечеринке у подруги. Сама. Без ухажёра своего. Они повздорили малость тогда. Ирма всё спать не ложилась, ждала от Глории звонка, что та доехала домой. Уже за полночь сама позвонила и не смогла дозвониться. Потом ещё много-много раз…       Внезапно Честер вспомнил, как он сам совсем недавно носился по агентству, когда телефон Шиноды не отвечал и передёрнул плечами… О Майке он подумает потом, сейчас прежде всего работа!       — … мы стояли посреди её спальни, — всё-таки он прослушал часть истории, — там не было ничего необычного. Немного отброшенное в сторону покрывало на кровати и её туфли лежали почти у самой двери. Телефон Глории мы увидели в гостиной на столе, там же и ключи от машины. Оказалось, он был на беззвучном режиме. Походили, посмотрели, всё было на месте. Вроде бы. Подумали, что она в магазин вышла или поговорить с кем-то. Через полчаса забегали. Жена обзванивала кого могла, я – ездил по магазинам, аптекам. Благо у нас их мало. В больницу заехал. Никто её не видел! Всех подняли на ноги. Обошлись без полиции. Парки осмотрели, окрестности дома... Нигде её не было. Потом уже в полицию обратились.       — Да-да. Мы знаем, — тихо произнёс Бурдон.       Разговор длился ещё минут пятнадцать, после чего босс дал знак Честеру закругляться с вопросами. Они все помолчали, а затем Бурдон задал последний вопрос:       — Обращались ли вы в другие агентства? Если да, то когда это было? Как отнеслись там к вашему делу? — видно было, что он напрягся и уставился на клиента почти не мигая.       — Да, обращался, — крайне неохотно отозвался Флойд Уилсон. — Письмо-то у меня оказалось в руках восемь месяцев назад. После того, как мне в полиции намекнули, что я им очередной висяк принёс, я решил поехать в детективное агентство в соседнем городке. Там сначала вроде как согласились, но потом любезно отказали. Тогда я решил в Лос-Анджелес поехать: тут-то люди потолковее будут. Однако… все отказывались. Конкретно ваши расценки меня не устроили. Вот и искал что-то подешевле. Сейчас поднакопил, да и помогут мне со счетами вашими.       — Газета «Los Angeles Times»? Вы поэтому туда пошли? — спросил Бурдон, вальяжно откидываясь на спинку стула, его тяжёлый взгляд заставил клиента стушеваться.       — Да. Поэтому тоже. Мне мэр нашего городка так посоветовала сделать, после того, как вы согласились. Глория была известным человеком, поэтому город может выделить мне часть суммы, чтобы оплатить ваш счёт. Правда, в основном, я решил так подстраховаться, чтобы вы не отказались. Ведь были у вас такие мысли? Да?       Честер усмехнулся, давно у них не было таких бойких клиентов.       — Возможно, — повторив улыбку Честера, коротко ответил Бурдон.       — А ещё я надеялся, что она прочитает и откликнется…

***

      — Что скажешь? — спросил Бурдон, когда Честер проводил Флойда Уилсона до такси. Мужчина остановился в гостинице, оказалось у него накопились дела в Лос-Анджелесе, которые он долго откладывал.       Итогом их разговора стала договорённость, что они через неделю-другую поедут вместе в городок на машине Честера.       — Что я ему абсолютно не понравился, — буркнул детектив, вызвав тем самым улыбку босса. — Я бы точно сбежал из-под такой опеки. Мать, следящая за каждым твоим шагом, да и отец… Не завидую парню Глории. У него не было вариантов прорваться сквозь такую крепкую оборону. Может и правда сбежала? В другую страну? Только с кем?.. Говоря начистоту, не верю я в то, что она это сделала. То есть если и сделала, то не сама.       — А я уверен, что мистер Уилсон о чём-то умалчивает. Почему? — задумчиво протянул босс. — Ему очень не понравился вопрос об отношениях между женой и дочерью. Интересно, что у него могли быть за конфликты с дочкой, которую он так сильно любил? Итак… Нужно позвонить в то агентство, в которое обращался Флойд Уилсон впервые и расспросить их обо всём. Честер, сообщишь Майку о нашем разговоре. Он займётся двумя подозреваемыми, проживающими там до сих пор. Одного опросишь ты – он в соседнем городе обосновался, а вот бывшую подругу Глории – я беру на себя. Придётся с ней говорить по видеосвязи. Она переехала в Австралию.       — Далеко, — проговорил Честер, и попытался сделать лицо попроще: — А нельзя Майку просто отправить видео?       Бурдон посмотрел на детектива с тревогой. «Началось!» — подумал Честер. И, правда, началось:       — Нет. Я не доверяю интернету… Уже давно хочу спросить: у тебя были какие-то проблемы с напарником, когда ты работал в полиции?       — У меня – нет, — спокойно ответил Честер, клацая ручкой.       — Ладно. А у кого были проблемы? — однако детектив молчал, глядя в окно. — Честер, — мягко сказал босс, — ты можешь не отвечать, если тебе трудно говорить об этом.       — У нас работал парень. Афроамериканец, — продолжая смотреть в окно безэмоционально заговорил Честер. — Ко всему прочему, гей. Только об этом я узнал уже после… его смерти. Я его плохо знал. Это был обычный весёлый парень моего возраста. Гордился своей работой. А в напарники ему достался… придурок Тодд. Все вокруг твердили, что они сработаются, просто нужно время... В тот день мы на задание отправились вместе с ними. Поножовщина в баре, только мы не знали, что у одного из тех мудаков был ещё сумасшедший дружок с огнестрельным оружием в руках. — Детектив посмотрел в глаза Бурдона в упор: — Я уверен, что его можно было спасти. Я знаю, что Тодд увидел, как нашего парня ранили, но сказал, чтобы мы за него не волновались, типа напарник уже вышел через чёрный ход. Пока мы искали его там, где его не могло быть, парень истекал кровью… Я ничего не смог доказать. Спустя время узнал, что в юности Тодд был как-то связан со скинхедами, но эта информация почему-то потом не подтвердилась. Связи и деньги решают многое… Фаррелл поверил мне, но добился лишь того, чтобы Тодда перевели куда-то подальше от нас… А Майк… он просто… отличный парень, но иногда слишком самостоятельный. Он не должен был ехать без меня. С ним как всегда какая-нибудь фигня случится. А вдруг меня рядом не будет?       Бурдон внимательно вглядывался в серьёзные глаза детектива, потрясённо тёр щёку и думал о том, что иногда лучше ничего не знать о профайлинге*.