одурманенные

"Добавка всегда будет" - думает Юни, ощущая, как раствор медленно плывёт по разъеденным Пламенем венам, вливаясь в каждую клеточку. На завтрак, обед, ужин. Юни ест отраву, Юни выпивает токсины до последней капли под пристальными взглядами, и старается криво улыбнуться, вдыхая яд с остатками кислорода - и не может произнести ни слова, подходя к когда-то близким людям. Зато у неё не отняли право наблюдать - и девочка смотрит, наблюдает. Запоминает. Юни знает, что мальчик-Марэ думает, как её сломить. Только у него ничего не получится. Он сам дал ей крепчайшую броню из всех возможных - равнодушие. И пусть что-то внутри болит, кровоточит, рвется на лоскутки - снаружи ничего же не заметно, правда? А слёзы - слёзы всего лишь жидкость. Они же ничего не значат, верно? Только просто существовать становится всё более утомительно - и защита неохотно трескается, позволяя росткам пробиться сквозь них. И Юни понимает всё. Знания - хорошее оружие, и девочка бежит по безлюдным коридорам, обнимая холодные Пустышки. А лёд под кожей неприятно колет, шепчет усталому сознанию: нельзя, отдай, останься. Юни как всегда не слушает, оказываясь на далеком острове, и прячет артефакты в подкладке раздражающе белого плаща, поближе в сердцу. И нежно улыбается всем присутствующим, замечая недоверчиво-предупреждающий взгляд Джессо. Превратить мир человека в ад можно и без наркотиков. Юни докажет. Даже ценой своей жизни.