О том, что Триннисетте всегда любит свои Небеса, Юни знала на своём примере. Всё-таки, дожить до её возраста в мафии всегда было тем ещё квестом. Особенно с её даром, количеством врагов, и союзниками, будем уж честны. Только фразу Кавахиры о том, что за это надо платить, она старалась не вспоминать. А зря. Теперь уже бывшая Босс Джиглио Неро с удивлением смотрит на свое худое, непривычно маленькое тело. Однако с разноцветными пустышками, спрятанными под подушку, надо было срочно что-то делать.

Липкое Пламя оседает на коже, заставляя подавиться горькой сладостью - и Юни смеется громко-звонко, видя неприкрытое разочарование своей младшей сестренки. - Не нравится выбор, дорогая? - Юни мягко гладит ту по макушке, и прижимает к себе, тихо обещая, - Не переживай, я скоро исчезну. Ты же не будешь по мне скучать, верно? И усмехается с надрывом, видя страх в больших синих глазах, как у Арии. Всё же, Система любит сильных - не вселюбимых.

Юни в прошлом - это раз. Юни помнит будущее - это два. А ещё, Юни не знает, что нужно ей делать сейчас - это три. Но у неё есть часть Триннисетте под боком, Шаман в дядюшках и желание жить. Ей кажется, она разберется.

- Знаешь, Бьякуран, мне надоело умирать, - Юни улыбается ярко-ярко, прямо как по наставлениям матушки, и кольцо на пальце Джессо накаляется, заставляя владельца вскинуться в удивлении, - Поэтому, этот мир будет играть по моим правилам. Не твоим.

- Юни, подожди, мы сможем решить эту проблему! Все будет хорошо! - кричит ей Тсуна, паря в воздухе. Юни тихо качает головой, не пытаясь вытереть предательски текущие слезы из глаз, и обнимает покрепче пустышки, чувствуя, как её жизнь буквально утекает сквозь пальцы. - Простите, я в порядке, и.. спасибо вам всем. Она перестает слышать чужие голоса, ощущая лишь таинственный гул Триннисетте, незримо поддерживающей свою хранительницу, и ярко улыбается, как учила её мама. - Пожалуйста, живите.