Глава 2. «Чертов ров»
4 сентября 2021 г., 12:41
Антон планирует спать как минимум до полудня, чтобы восполнить всё то изнурительное время сессии. Но кое-кто решил, что Шастуну сон вовсе не нужен. И этот «кое-кто» даже не Арсений.
Во встроенных мелодиях будильника на телефонах есть такой звук – ор петуха. Некоторые люди ставят его в силу своей громкости, чтобы уж точно услышать и проснуться. Антон же никаких будильников не ставил, однако проснулся под тот же звук. В пять утра. Д-деревня.
— Ёбаный в рот, блять, — крайне недовольно бурчит Антон в себе под нос, смотря время на телефоне, — Я хоть раз когда-нибудь в этой жизни высплюсь или нет?
— Привет! — громкий возглас и громкий стук в окно заставили Антона вздрогнуть. Второй день и второй испуг, и всё от одного человека. Так и до пердечного сриступа недалеко. Ой, не так. Ну все же всё равно поняли, так что похуй.
— А у тебя хобби такое – людей пугать?
— Блин... прости. Я просто увидел, что ты не спишь уже, опять зло бубнишь что-то. Ты всегда такой ворчун? — Арсений бодрый, будто сейчас не начало шестого утра, а, как минимум, часов одиннадцать. Капец, сколько в нём энергии.
— Только когда всё идёт по пизде, а не по моим планам и ожиданиям, — Антон вновь бурчит. И пусть его назовут ворчащим дедом, плевать, главное, чтобы поспать дали подольше. — И ты всё-таки подсматриваешь за мной!
— Ну ты же не голый, — в свою защиту говорит Арсений, тихонько хихикнув. — Кстати, сказал гадание перед сном?
— Это какое?
— «Сплю на новом месте – приснись жених невесте.»
— Так я же не невеста и, вроде, не собираюсь…
— Никогда не знаешь, что или кто поджидает тебя за углом.
Игнорируя своего невольного знакомого-соседа, Антон бегом спускается вниз по деревянной лесенке. Из-за жары он вчера столько воды вылакал… Хорошо, что хоть унитазы не снились, иначе конфуза точно бы не избежать.
— Туалет где? — спрашивает он у бабушки, стремительно натягивая футболку и шорты.
— На другом конце огорода.
Хочется верить, что по пути не случится никакой полосы препятствий. Но Антону прям очень «везёт» в последнее время.
Тот самый петух, что орал ни свет, ни заря, выбежал из сарая и направился за Антоном. И очень уж птице не понравилось, что тот бежит, причём быстро так. А когда петухам что-то не нравится, они начинают больно клевать в щиколотки. Теперь Антон бежит до туалета в шикарном сопровождении тупой и злой птицы под звонкое: «Ай, сука!», «Ай, блять!». А Арсений, наблюдая за всем этим со стороны весело смеется, лицо руками прикрывая и чуть ли не пополам от смеха сгибаясь.
— Смешно тебе, блять, да? Смешно? А мне этот петушара ногу своим клювом до крови проколол! — ругается Антон, подойдя к Арсению через какое-то время.
— Ты такая булка злая, я не могу не смеяться и не умиляться. Прям, ух! Ещё ножкой бы топнул, так вообще, — Арсений с улыбкой и с щенячьим взглядом на Антона смотрит. Так быстро Попов в человека ещё не влюблялся.
Пронзительный взгляд Антона и минутное молчание. Такие двусмысленные фразы и взгляды уже явно дают понять, что Арсений не странный, как сказала бабушка, а просто из «голубой команды».
— Ой, да пошёл ты.
— Только если составишь мне компанию. Я тут такое место классное знаю, тебе должно понравиться. Антон, посвяти мне час своей жизни, пожалуйста, а если тебе не понравится, мы пойдём домой, и я от тебя отстану до конца твоего отдыха здесь. Договор?
Арсений играет ва-банк, но другого выбора у него попросту нет. Да и он почти уверен, что Антону в том месте должно понравиться. «Почти», потому что это Антон, он кажется непредсказуемой и ворчащей букой.
— Хмм… ладно, я согласен. Поймал тебя на слове.
***
Антон быстренько завтракает, потому что Арсений торопит вечно и подгоняет, смотря на парня через окно, а после они вместе идут в то разрекламированное Поповым место. Антон от этого похода ничего особенного не ждёт, ведь что может быть красивого в глухой деревне, и лишь втихаря заводит таймер ровно на один час. — Место, куда мы с тобой направляемся, называется «Чертов ров». Ходит очень много легенд по поводу его названия, — начинает свою рассказ-экскурсию Арсений, неспешно идя сбоку Антона нога в ногу с ним. И смотрит преимущественно на Шастуна, ведь он гораздо интереснее вдоль и поперёк изученных деревенских тропинок и улочек. — Кто-то говорит, что название происходит от слова «черта», ведь ров очень глубокий, с глинистыми склонами и, скорее всего, его использовали в своё время в качестве заградительного рва, чтобы защищаться от вражеских наступлений. Ну, ещё он как бы разделяет всю деревню на две части, являясь чертой в прямом смысле этого слова. Но некоторые придерживаются другого мнения относительно названия, считая, что оно как бы относится к представителям нечисти и к темной силе. Данная точка зрения тоже оправдана. На протяжении многих лет, ходят слухи, что даже веков, обрыв имел дурную славу. Местные жители хранят множество дедовских суеверных легенд о зарытых здесь разбойничьих кладах, о каких-то неведомых ходах, в которых скрывались былые солдаты и каторжники, грабители и убийцы. Через мост очень удобно ходить, ведь так гораздо быстрее, нежели идти в обход. Только вечером, в тёмное время суток люди по-прежнему бывать здесь опасаются. «Не буди лихо, пока оно тихо.» Ров этот находится не так далеко, а потому приходят на место они вместе с завершением рассказа. Антон даже не замечает, как начинает увлекаться словами парня, вслушивается в его речь, голос и манеру разговора. Шастун и не знал, что экскурсоводы могут рассказывать настолько интересно и захватывающе, ещё и таким приятным голосом, который хочется слушать примерно вечность. — Это уголок нетронутой природы, редко где встретишь такое в последнее время, — Арсений с восхищением осматривает местность. Хоть и бывал тут уже много раз, а всё равно каждый, как в первый. — Этот ров ещё и под охраной, говорят, находятся, потому его и не пытаются высушить, зарыть как-то. Возле каждого дерева стояли самодельные урны, чтобы уж точно у людей ни один мускул не дрогнул выбросить куда-нибудь, где не положено, а рядом таблички, причём везде разные, но с одинаковым смыслом. Причём ещё такие с юмором написанные, что можно просто по приколу пофоткать их. — Ты не смотри, что там внизу глина сырая, мокрая, грязь полужидкая. Это временное, просто на днях шёл сильный ливень, вот и смыло, — продолжает рассказывать Арсений, чтобы слишком надолго между ними не задерживалась неловкая пауза. — Здесь… очень красиво. Не знал, что в деревнях бывают настолько прекрасные места. Да, природа бывает шикарной за городом, но это… как будто самый настоящий оазис. — Антон, наконец, подаёт голос, медленно осматривая маленький ручей глубоко внизу, мостик через ров, великолепную природу вокруг. Они словно во времени переместились в те века, когда людей ещё не существовало. Здесь всё чисто природное, словно люди здесь никогда и не бывали. — Я же говорил, что тебе здесь понравится. Арсений внутренне ликует, радуясь своей маленькой победе. Антон уже не выглядит злым и недовольным, как при их первой встрече, как сегодня с утра, уже не хочет ворчать, ругаться… Арсений рад, что у него получилось. Получилось поменять настроение парня и, возможно, отношение к деревенской жизни в целом, а может даже и к нему самому, ведь он до последнего видел в глазах Шастуна недовольство, даже некую брезгливость, находясь с Арсением рядом. Конечно, так быстро всё вышеперечисленное не поменяется кардинальным образом, но, по крайней мере, процесс запущен, а значит, Арс движется в правильном направлении. А для Антона время будто замедляется. Он уже забывает обо всём на свете, даже о том, что ставил таймер ровно на шестьдесят минут. Забывает о нём ровно до того момента, пока тот не начинает мерзко пиликать в кармане шорт. Неужели они здесь уже так долго? Шли ведь от силы минут двадцать. Видимо, время одновременно замедлилось и пролетело с максимальной скоростью. — Ты ставил будильник? — в голосе Арсения слышны нотки обиды, грусти. — Ну… да. Прости. — Если бы тебе здесь не понравилось, то на время ты смотрел бы каждые секунд десять и уж точно бы не пропустил, когда час пройдёт. Антон молчит, сказать нечего. Иногда он бывает таким дураком, что по своей же глупости обижает хороших людей, а он видит, что Арс хороший, как про него все и говорят. — Можем вниз спуститься. Арсений быстроотходчивый, не долго заморачивался и обдумывал действия Антона. Видно, что Шастун с самого начала был настроен негативно к этому походу, зато сейчас он выглядит счастливее, чем с утра. Арсений вновь ставит себе мысленную зелёную галочку к успеху. — Давай. Склон довольно крутой, потому и спускаться надо крайне осторожно, чтобы не съехать вниз, как с горки, только не в сугроб снега, а прямиком в мокрую и жидкую глину. Арсений идёт первым, как более опытный и знающий местность, Антон движется следом. Парни похожи на горных козликов, постепенно спускающихся со склона. А внизу их ждёт маленький ручеёк, быстро бегущий вдаль, камни, застланные мхом, тёмно-зелёного цвета деревья, маленькие лягушки… Природа очень напоминает по своей атмосферности какие-то фильмы про эру динозавров, например, или джунгли, когда только-только начали появляться древние люди. Вот настолько природа здесь нетронута человеком. Великолепное место. Здесь бы только фильмы снимать, но тогда «Чертов ров» рискует навсегда потерять свою девственную чистоту природы и уникальность. — А ты в курсе, что этого места нет на карте? То есть незнающий человек никогда не сможет найти его, только если не наткнётся случайно. — Ого. Видимо поэтому здесь так прекрасно. Даже пахнет так по-особенному, словно… волшебством. Арсений так ярко улыбается после слов Антона, смотря на парня во все глаза. Не думал, что Шастун может быть таким романтичным. Они знакомы всего лишь день, потому и сюрпризы неизбежны. Знакомы всего день, а Арсений уже чувствует, что доверяет Антону, желает и дальше узнавать его со всех сторон, ведь в знаниях нет определённого предела, хочет понимать его лучше, чем кто-либо другой, возможно, даже лучше, чем Антон знает и понимает сам себя. — Слушай… — Арсений начинает крайне неловко, ныряя ладонью в волосы на затылке, — А ты не мог бы меня здесь пофотографировать? Сколько раз бывал и ни разу не запечатлел на память. — Давай, мне не сложно, — Антон улыбается уголками губ, забирая у Арса телефон. Они фотографируются долго, в разных локациях и позах. Несколько раз удаётся сфоткать и Шастуна, хоть тот был и не совсем согласен. После этого они вместе весело дурачатся, плескают друг на друга воду из ручья, найдя чистое место, бегают, хихикают, будто им не по девятнадцать, а по девять лет. В детство вернуться никогда не поздно. — Сегодня, я надеюсь, с твоей мокрой майкой связаны исключительно хорошие моменты? — хихикает Арсений, пытаясь отдышаться после очередных «догонялок». — Очень хорошие, я бы сказал. Теперь Антону кажется, что снять с лица улыбку – задача невозможная. То ли это место так на него влияет, то ли Арсений. Скорее всего, их сочетание. Домой возвращаются они мокрые, уставшие, но крайне весёлые и счастливые. Теперь уже диалог далеко не односторонний, инициатива идёт от них двоих в равной степени. Антону действительно стало нравиться здесь, деревенская жизнь, вот такие необычные места, как «Чертов ров». И он уверен, что впереди его ждёт много интересного, особенно с таким компаньоном, как Арсений, который из ничего по сути может придумать и создать полноценное приключение. С ним уж точно не соскучишься. А квесты могут быть похлеще, посложнее, поинтереснее и загадочней, чем третья часть «Сибири». Друзей у Антона не слишком много, да и те, что есть, больше подходят под категорию «знакомые». В городе сложно встретить кого-то достойного, ведь чаще всего люди скрываются под лживой маской, подстраивая своё поведение под требования общества. Так легче, проще… Вероятно, Антон тоже такой, но не здесь. Сейчас, в деревне, он точно настоящий и искренний. — Спасибо тебе за сегодняшний день. Это незабываемые эмоции и ощущения. Антон хочет обнять Арсения, прежде чем разойтись в соседние калитки, только вот его опережают и… целуют(?) Да, целуют. Арсений притягивает Шастуна к себе и прижимается к губам напротив, отстранившись через непродолжительное время. В край наглеть не стоит. — Забрал свою оплату за проведение экскурсии. Игриво подмигнув, Арсений разворачивается и уходит к себе домой, оставляя в одиночестве на обочине дороги недоумевающего Антона.
