И снова зима

Я начал волноваться за этих обоих, прекрасно понимая, что Рома может сделать с Семёном. А после звонка, я не мог сдерживаться. И пока учительница не пришла, я отправился в поиски. Со страхом и волнением я метался по этажам. Мечтая услышать знакомые голоса и побыстрее их найти. Пробежавшись по всем местам, я уже не думая, выбежал на улицу. Сразу направившись за школу. Я услышал странные звуки, начав бежать быстрее. От всего волнения, я мог чувствовать как течёт кровь по моим венам. То, как она быстро пульсирует и отдаёт в виски. Руки начинают трястись, а ноги и вовсе не держать. В слухе я совсем потерялся, перестав что-либо слышать. Почти добежав до заднего двора школы, я увидел кровь на снегу. Та была ярка, продолжая течь к мои ногам. Я замер, смотря на то, как кровь начинала полностью охватывать мою ногу, идя ещё дальше. Закружилась голова и появился звон в ушах, что окончательно сбило меня с себя. Но тут я услышал громкий крик, заметив усиление потока крови. Я рванул с места, заметив крайне пугающую картину. Бяша крепко держал руки Семёна, пока Рома сидел на самом парне, смачно избивая его жирное рыло. Жир и складки все тряслись, собственно да как и сам Семён. Оба матерились, путаясь в словах друг друга. А сколько то было ярости в Роминых кулаках. Он бил со всей силы, терпя свои кровавые насквозь кулаки. Оба были потные и тяжело дышали. А Семён и вовсе начал задыхаться. Но это не останавливало парней в избиении. Наконец осознав, я бросился к Роме. Бяша сразу заметил меня и отпустил парня. Встав и не понимающий что делать, стоял и смотрел на всё это. Я крепко обнял Рому сзади и потянул назад, попытаясь остановить всё это. У меня начало всё получаться, но только вот кулаки парня никак не хотели останавливаться и продолжали бить по воздуху. Набрав огромную ярость и ненависть, Рома резко дёрнулся и огненным кулаком сломал Семёну нос, провожая перелом со звучным хрустом. На этом парень закончил и сам резко вскочил. Он был не в силах даже стоять, только и шатаясь, как пьяница. Пот с его лба тёк по шее, а холод заставлял его дрожать и появляться мурашкам. Смачно харкнув тому на морду, он развернулся ко мне. Сбившись с ног от усталости, он упал ко мне в объятья. Тут же я стал мокрым как и он, а на моей спине были пятна крови. —Бяша! Вызывайте скорую! Быстро! По моему приказу, Бяша с дрожащими руками и страхом, достал свой кнопочный телефон и судорожно начал набирать номер. Пока Семён безумно сильно кричал, ухватившись за свой нос и начиная плакать. Мои руки начинали дрожать ещё сильнее, я не мог всё это слушать, лишь крепко прижимая парня к себе. Как только раздался шум машины скорой помощи, все учителя выбежали на улицу, не понимая, что происходит. Сразу услышав гортанные крики Семёна и забрав медиков, вместе побежали к звукам. Мне было плевать на них, я хотел лишь быть важным и для Ромы. Сейчас начиная осознавать, что он опустил руки и стал тише дышать. —Рома.Рома. Сейчас всё будет хорошо. Ты потерпи только. Всё будет хорошо, балбес. Я еле прошептал это Роме, не получив ответа. И от страха, не смог сдержаться и я заплакал. Теперь всё его плечо было мокрое. Семёна живо забрали и даже не став уезжать, возле школы начали справляться с его носом. Волнительно завуч поволок нас троих в школьный медпункт, решив не мешать медикам и помочь нам сам. Я увидел его страх и то, как трясётся его горло. Всё время я крепко держал холодное тело Ромы, чувствуя его слабое дыхание в своей груди. Найдя всё необходимое, завуч забрал у меня парня. Он усадил его на кушетку и начиная снимать с него рубашку. Весь её воротник был в поту и на самой рубашке были капли крови, которые на таком холоде, уже давно намертво замёрзли. Его губы становились всё синее, а тело белело. Мы сняли с Бяши свитер и надели на Рому. Хоть немного его согревая. И наконец завуч взял его за ладонь, начиная заливать раны перекисью. На что Рома корчился и шипел от разъедающей боли. Пока завуч лечил первую руку, я аккуратно держал парня за другую, давая ему сжимать и мою. Всё время протирая его лицо мокрой тряпочкой, которую я смочил прежде. Голова моя перестала кружиться, а вот руки продолжали значительно трястись. Как только обе ладони были забинтованы, Рома вновь подался ко мне в объятья. Уже обнимая покрепче, начиная приходить в сознание и даже розоветь. В наших объятьях я внимательно слушал его. Слышал всю его уходящую ярость и прекрасно слышал всю боль. Его руки были горячущие и доводили мою спину до безумного жара. Но я даже и позволить себе не мог на это жаловаться, принимая парня каким бы он не был. По исходу некоторого времени, Рома уже мог стоять на ногах. Да, не уверенно, но мы с Бяшей сможем его унести. Мы забрали наши вещи. Я остался без куртки, отдав её Бяше, не оставлять того всё же голого. Тем более я могу потерпеть, это уж вытерпел. А на нём тогда стояла задача нести свой и Ромин портфель, а за самим Ромой я смотрел сам. Шатаясь мы дошли до его дома. Там мы никого не нашли и начали справляться сами. Мы отбросили портфели и пошли к Роме в комнату. Я аккуратно положил парня на кровать и накрыл его одеялом, давая согреться до конца. Вдвоём мы посидели вместе с нашим другом, но нашу посиделку закончил звонок Бяшиного телефона. Родня его начала ругаться и волноваться где он. Куртку Бяша мне отдал и взял один из свитеров Ромы, пойдя домой. Как только мы остались дома вдвоём, я позвонил маме и сообщил что приду вечером. Та поругалась, но приняла. Безумно уставшим я сел рядом с парнем и положил голову ему на живот. —Ты болван, Рома. Я аккуратно посмотрел на него, поймав его бессильную улыбку. —Я знаю. Он закрыл глаза и глубоко выдохнул. Он мягко положил одну руку мне на спину, а пальцами второй ладони с осторожностью зарыл в мои волосы. Бережно начиная перебирать каждую прядь. От его небольших ласк, я начал плавно засыпать. Закрыв свои глаза и наконец начиная расслабляться. —Кажется, я люблю тебя. Шёпотом сказал Рома. Я потерялся и додумался сделать вид что сплю. Ничего так и не ответив. А на самом деле в моей голове мерцали разные мысли. Воспоминания о самых первых днях, о всех моментах с ним. Хоть их и было так мало, но все они были самыми родными за всё мою жизнь. Но скоро я заснув по настоящему. Проснулся я от звука входной двери. С опухшим лицом я открыл глаза и сел обратно. Оставив лишь руку на его животе и посмотрев на дверь. В доме звонили ключи и кажись упали на пол. Кто-то шматался по стенам, по звуку ударяясь плечами. И на последок был слышен звонкий хлопок от двери и упавшее на кровать тело. Пытаясь проснуться и осознать что происходит, я почувствовал руку на своей спине. —Всё хорошо? —М? Ах, да. Всё хорошо, как ты сейчас? Я повернулся к нему побольше и устремил взгляд на его глаза. —Получше. —Славно. Я сонно улыбнулся ему, получив такую же улыбку, которая резко начала греть моё сердце. И мягко заставляя его биться поинтенсивнее. Когда я увёл от него взгляд, я заметил свою ладонь на его животе и немного застрял на ней. Пока не ощутил его ладонь на своей. Он аккуратно начал пытаться взял наши ладони в замок. И я также аккуратно помог ему, вновь взглянул на его личико. —Ты ведь не спал тогда? В моём сердце что-то ёкнуло. Отдался лёгкий звон и стало намного теплее. От чувств я не смог сказать, лишь отрицательно помотав головой. Я с каким-то облегчением выдохнул и наконец смог подобрать слова. —Кажется, я тоже. Обычно в фильмах все показывают волнение при таких моментах, но сейчас явно всё не так. Сейчас всё спокойно и по домашнему. Мне всё так и хотелось рассказать о своих чувствах. Я хотел быть более откровенным и открытым. Мне хотелось чтобы он всё знал обо мне сейчас. И безумное желание обнять его и никогда больше не расставаться. Я понимаю, что прошло очень мало времени, но важно ли это для любви? Разве любовь не может быть любой? Я в первый раз чувствую это и мне это безумно нравится. Я получаю лишь одно удовольствие с сейчашних чувств. Совсем не зная, что дальше делать. Мы смотрим на друг друга, всё больше углубляясь в глаза. Мы оба понимаем что здесь происходит, но оба бездействуем. И тут звонок. Я распустил замок из пальцев, быстро подняв трубку. Мама меня уже звала домой, да и Оля тоже хотела наконец увидеть меня. Прося меня быстрее прийти и пообещав вместе посмотреть фильм. —Ром, я должен идти. Мама уже домой зовёт. —Хорошо. Тот хлипко сел и осторожно расставил руки для объятий. Я улыбнулся и льванул к нему. Он крепко прижал меня к себе, успев поцеловать в макушку. Так мы попрощались и скоро я был дома.