А первым быть мне, знаешь ли, неважно.

Образ Кирилла вряд ли оставит Лёшу скоро. В воспоминаниях будут всплывать его глаза, его руки, которые согревали парня в объятьях, укрывали, словно крылья. Вряд ли скоро позабудется и его голос, который успокаивал, давал надежду. Кирилл уйдёт, как и все до него. А воспоминания останутся. Они будут ещё долго терзать сознание. Лёша уверен, что так и будет. Нет. Он ЗНАЕТ, что так будет. 05:54 Кир: «Лёш, это была чудесная прогулка» «Спасибо тебе🥺❤️» Чудесная?.. Лёша буквально устроил истерику на ровном месте! Может, сарказм? 05:55 Вы: «Прости, что так повёл себя, я правда не хотел, я не знаю, что на меня нашло…» 05:57 Кир: «Не извиняйся, твои эмоции нормальны!» «Если что-то случится, ты всегда можешь обратится ко мне» 05:59 Вы: «Блин, ты такой прекрасный… Я просто в милоте💗💕» Лёша смотрел на экран и улыбался. Это было невероятно приятно. Кирилл уйдёт, но не сейчас. Сейчас парень может наслаждаться моментами, проведёнными с ним. Хотя в его сердце всё ещё хранилась неуверенность и тупая боль от осознания неизбежного. Они провели вместе неделю. Самую счастливую неделю. Серёжа и Олег таскали ребят на пикники, Лера в один из дней заявила, что они будут делать шашлык. Сделали. Чуть не сожгли. К счастью, обошлось без жертв. Лёша и Кирилл очень сильно начали сближаться за это время. В грудной клетке месиво, которое прожигало, но не давало умереть, напротив, дарило бесконечное тепло. Обычный летний вечер. Компания поёт очередную песню, а Лера толкает в бок Кирилла и произносит: «Пойдём, покурим?» Кир утвердительно кивает головой. Они отходят от компании. Лера поджигает сигарету, тоже самое делает Кирилл. —Я не просто так тебя позвала, — говорит она. — Ты Лёшке нравишься очень. —Ты… Это он тебе сказал? —в замешательстве спросил парень. —Нет, но по нему слишком видно. Он позволяет тебе себя касаться, он сияет рядом с тобой, он так по-доброму на тебя смотрит. И долго. Сам того не замечает. Повисло молчание. Кирилл сделал несколько затяжек. —А тебе… Он нравится? — хрипло спросил она. —Да. Ничего больше говорить не требовалось. Кирилл поднял взгляд на девушку, на её лице засияла лучезарная улыбка. —Ты поторопись с признанием. Скоро уезжаешь же. —Ты права… Наверное. Наверное. Сложно сказать о чувствах, особенно когда тебя не учили этому. Когда ты огромный промежуток своей осознанной жизни строил образ, в который явно не вписывались чувства. Мешали. Ведь если у тебя нет чувств, то и боли, разочарования и вообще всего, что может принести человеку несчастье, тоже не будет. Но и счастья тоже. Из-за этой идиотской неопределённости было просто непонятно как жить. Кирилл до сих пор не понимал и метался. Было понятнее, когда он мог спокойно трахнуть кого угодно, а на утро сразу же сказать: «Сорри, малыш, ты не в моём вкусе». Было проще, когда он мог накидаться так, что не помнил кто он такой и сколько ему лет. Было легче, когда любой порыв эмоций можно было списать на то, что он был просто накурен. Он никогда не задумывался, что со стороны его жизнь выглядит настолько жутко и жалко. Они докуривали уже в тишине, погрузившись каждый в свои мысли. Кирилл подошёл к Лёше сзади, пытаясь не испугать парнишку. —О, уже пришли, —оторвавшись от скетчбука, сказал Лёша, повернувшись к Лере и Кириллу лицом. —Угу. Очень красиво.—сказал Кир, указывая на свой портрет, —Я у тебя на рисунках всегда более пиздатый, чем в жизни. Лёша покраснел и закрыл блокнот, но всё-таки проговорил смущённое «спасибо». —Волч, давай «Потерянный рай»? —попросил Серёжа. —Твоё слово—закон.—ответил тот и начал играть незамысловатый перебор. Его пальцы красиво двигались, перемещались со струны на струну, а рыжий парень заворожённо смотрел на это. «От края до края небо в огне сгорает И в нём исчезают все надежды и мечты, Но ты засыпаешь, и ангел к тебе слетает, Смахнёт твои слезы, и во сне смеёшься ты.» Лёша боролся с внутренним желанием лечь на колени Кирилла, который находился совсем рядом. Никогда до этого он не испытывал такой тяги к тактильности. —Кир…—тихо произнёс Лёша. —Да? — отозвался Кирилл, убирая со лба светлую прядь волос. —А… Ладно, забей. —Эй! Если начал, то договаривай. Я же не усну потом! —Я… эм. Странная просьба для друзей наверное, но можно я лягу на колени к тебе?..—сбиваясь говорил парень. Лёша поднял глаза на Кирилла, боясь увидеть осуждение, но увидел на его лице улыбку.   —Ложись. «Подставлю ладони, их болью своей наполни, Наполни печалью, страхом гулкой темноты. И ты не узнаешь, как небо в огне сгорает, И жизнь разбивает все надежды и мечты. Ночь Ребята расходятся. Лёша уже попрощался со всеми, как услышал позади себя шепот: —Я думаю, нам стоит поговорить.—сказал Кирилл. Лёша повернулся и посмотрел на него с недоумением и страхом. —Сейчас? —Да. Предлагаю пойти ко мне. Так морально легче. —Хорошо. Как раз тётя и сестра на свадьбу уехали к родственникам, так что у нас много времени. Дом встретил парней тишиной. Бабушка уже спала, поэтому Лёша и Кирилл тихо пробежали в комнату последнего. —Так… О чём ты хотел поговорить? — спросил Лёша. Он нервно теребил край футболки. —Лёш, мне всё это сложно и не понятно, но… Я, кажется, влюбился в тебя. Мне трудно говорить об этом. В последний раз мне кто-то нравился не в сексуальном плане в классе седьмом. И я пойму, если ты откажешь мне. Я только начал учиться жить нормальной жизнью, которая полетит к чертям, когда я вернусь в Питер, я очень испорченный, скорее всего я буду хуёвым парнем, но… Знаешь, если бы у меня был выбор, я, наверно, не хотел бы в тебя влюбляться, потому что это и тебе будет сложно и мне. Но я влюблён и ничего не могу с собой поделать. Решай сам, я приму любой твой выбор. Повисла отвратительная тишина. Казалось, что она длилась чуть больше, чем вечность. —Лёш… Скажи что-нибудь, пожалуйста… — прошептал Кирилл. — Прошу… Скажи хоть что-нибудь. Не молчи.— Кирилл вдруг начал плакать. Сложно, как всё сложно. Но но он не хотел давить на жалость и быстро вытер слёзы. —Кирь… Ты стал мне очень важен, если бы ты знал, насколько. И чем дольше мы вместе, тем больше ты начинаешь мне нравиться. И… Я тоже влюблён. В тебя. Блять, никогда не думал, что скажу когда-нибудь, что влюблён в Кирилла, мать его, Гречкина. —Я могу тебя поцеловать? — спросил вдруг Кирилл, с надеждой глядя на Лёшу. Тот кивнул, ещё больше краснея. Их губы соприкоснулись. Поцелуй вышел смазанным и робким, но в него было вложено так много чувств… Кирилл прижал Лёшу ближе, будто боясь, что тот не настоящий, что он испарится. Эмоции захлёстывали их с головой. Кирилл полез холодными пальцами под футболку парня, и у того резко перехватило дыхание. —Стой, стой, Киря. Кирилл сразу вынул руки из-под футболки Лёши и перенёс их на его талию, нежно, будто невесомо обхватывая её. —Я ещё не готов… —Всё хорошо, не извиняйся. Это нормально. Я не сделаю ничего против твоей воли! —Люблю тебя. —И я тебя, кис. Хочешь спать? —Если честно, очень. —Если хочешь, то можешь остаться. —А бабушка? —Не думаю, что она будет против. Во сне у Лёши подрагивают ресницы. Кирилл молча смотрит на него, осторожно касаясь кончиками пальцев его щёк. «3асыпай на руках у меня, засыпай, Засыпай под пенье дождя, Далеко, там где неба кончается край, Ты найдёшь потерянный рай.»