Смертные грехи

      «Почему он не может оставить меня в покое?!» — проносилось в голове у Терри. С одной стороны, он был рад, что, наконец, сбежал от всех, а с другой, не слишком ли этот поступок позорный для Гордыни? Однако, не дав времени на раздумье парню, в комнату ворвался Оскар. Он тотчас же захлопнул за собой дверь, направляясь к ошарашенному юноше.       — Проваливай с моей комнаты, ублюдок, — рыжеволосый не мог держать себя в руках, совсем не желая радушничать.       — Как ты груб со мной, не стыдно? — Чревоугодие сделал решительный шаг вперед, стараясь притеснить Гордыню.       Терри не то чтобы начал паниковать, но дискомфорт явно почувствовал. Сзади него был деревянный шкаф, да и по бокам места для побега не много. Вот только даже если возможность была, Гордыня не стал бы показывать свой страх так очевидно. — Говори, что ты хочешь и уходи.       — Ты и так знаешь, чего я хочу, так зачем спрашиваешь? — брюнет продолжал напирать, а в его глазах виднелся явный азартный блеск, который чересчур напрягал парня напротив.       Не осознавая сам, зеленоглазый сделал шаг назад, стараясь вновь вернуть расстояние. Казалось бы, чего бояться демону? Вот только человеческий облик Гордыни был намного слабее Чревоугодия. Он уступал ему в росте и физической силе, поэтому повод для страха все-таки был. — Тогда ты сам знаешь ответ.       Вся эта ситуация будто забавляла Оскара, а когда он увидел, что младшему больше некуда отходить, и вовсе прижался ближе, — Я ведь люблю тебя, почему мы не можем все вернуть?       — Ты изменил мне, забыл?       — Но я столько раз извинялся, перестань, — Чревоугодие подправил чужую прядь волос и аккуратно опустил ладонь на плечо, несильно сжимая, — может, дашь мне шанс?       — Я не даю вторых шансов, и я это уже говорил. — Демон серьезно посмотрел, стараясь делать вид, что руки возле головы и на плече совсем его не напрягают.       — Вредный, — Оскар наклонился к нахмуренному лицу, — как и всегда.       Терри немного расслабился, когда тот убрал руки, но когда ощутил их на своей талии, негодующе ахнул, недовольно смотря в чужие глаза.       — Я уверен, ты передумаешь, — бес не унимался, лишь хитро улыбнулся, позволяя ладоням спуститься на чужие бедра.       — Прекрати, я не люблю тебя, — слова младшего были проигнорированы. Чревоугодие только сжал бедра сильнее, словно не слыша.       — Можно я просто поцелую тебя? — в данный момент не казалось, что он настроен плохо. На секунду, гордыня и правда увидел в парне перед собой прежнего Чревоугодия, который искренне любил его и говорил, что ему больше никто не нужен. Терри правда не понял, в какой момент все переломилось, и почему его променяли, но прощать не собирался точно.       — Нет. — Хоть Гордыня и смягчился, ответ вновь был отрицательный.       Решительность темноволосого куда-то испарилась и он просто молчал, грустно смотря на свою любовь.       Дверь неожиданно распахнулась. Это был Вейн.       — Терри, всё в порядке, тебе нужна с ним помощь? — Похоть выглядел растерянно.       Чревоугодие убрал руки от Гордыни и отошёл, — Не переживай, я уже ухожу, — в голосе слышалась явная обида, и демон незамедлительно покинул комнату, вновь хлопнув дверью.       Гордыня несколько секунд так и стоял у шкафа, молча прожигая взглядом блондина, — Ты ждешь, когда я отблагодарю тебя?       — Ну, вообще, хотелось бы, — Вейн не решался пройти вглубь комнаты, зная, как Терри это не любит.       — Нет.       — Нет? — Демон даже сделал вид, что удивился.       — Верно, нет. — Было понятно, настроения говорить не было совсем. — А теперь свали.       — Не думаешь, что разговаривать так со мной уже перебор? — огорчение было не скрыть.       Терри ничего не ответил и просто молча лег на свою кровать, отворачиваясь.       — Эй, я с тобой разговариваю, — Грех сам не понимал, почему всё это терпит. Хотя нет, понимал.       Тяжело вздохнув, Гордыня все-таки решил перевернуться на другой бок и одарить гостя своей комнаты тяжелым взглядом. — Можешь просто уйти? — У юноши не было сил вообще на что-либо.       Похоть тихо пробубнил себе под нос «как скажешь» и послушно покинул комнату, разочарованно смотря в пустоту. «Как можно быть таким мудаком?» — мысль не покидала голову. «Но тогда почему он мне нравится?» — тоже хороший вопрос, вот только ответа на него нет.

***

      В это же время в гостиной продолжались бурные разговоры.       Гнев, которому, честно говоря, надоел весь этот цирк, решил осмотреть комнату. Он находился здесь не впервые, но сейчас даже в сотый раз рассматривать стены было интереснее, чем наблюдать за всей этой клоунадой.       Парень выглядел отлично от всех. На его голове пылал пожар — ярко-красные волосы, переливающиеся рыжим оттенком. В его больших глазах в прямом смысле зияла пустота, зрачков у юноши не было, как и подобает демону. Макушку по обе стороны украшали округлые чёрные рога. В левом ухе блестела серёжка с перевёрнутым крестом. Итан — так звали Гнева, выглядел довольно строго, но на его лице всегда можно заметить лёгкую ухмылку. В гардеробе юноши никогда не увидишь цветных вещей, вся его одежда состоит из чёрных брюк и чёрных футболок, которые он иногда заменяет на рубашки.       Осматривая комнату уже по второму кругу, в дальнем углу он заметил юношу, который также как и он сам, не был заинтересовал в жарких дискуссиях. Парень тихо сидел, уставившись в экран телевизора. «Грусть?» — как-то удивленно спросил сам у себя Злость. Немного понаблюдав, Итан понял, что Грусть не только не вникает в суть разговора, но и даже не замечает, что происходит на экране. Наблюдать за ним было крайне интересно, хоть и сидел тот почти неподвижно. Но может Итан просто любит наблюдать за Унынием, потому что он абсолютная его противоположность? Это оставалось загадкой, хотя ни для кого не было секретом, что Гнев испытывал к нему симпатию. Так может дело в этом?       Из своих мыслей Итан вернулся, когда остальные вышли из гостиной, оставив его наедине с Унынием.       — Кенни? — демон уже переместился на диван рядом с Унынием и пытался вернуть его в их мир, продолжая звать по имени. И когда у него наконец получилось, Кеннет повернул к нему голову и посмотрел на юношу из-под опущенных ресниц.       — Я ведь говорил не называть меня так, Итан, — юноша тяжело вздохнул. — Я ведь не маленький.       Итана лишь забавляло и умиляло то, как реагирует на сокращение своего имени Грусть. «Для меня — всегда Кенни», — подумал красноволосый, но вслух ничего не сказал, лишь прикрыл глаза и улыбнулся.       — Ты чего сидишь такой мрачный? Не обращаешь ни на что внимания, — Гнев по-хозяйски уложил руку на плечи юноши, приобнимая его. Итан никогда не стеснялся проявлять свою симпатию и всячески «помечал свою территорию» касаниями и объятиями. Да и ведь никто не против.       — Просто не хочется вникать во всякие скандалы, вот и пытаюсь абстрагироваться, — ответил Кенни и в ответ на объятия, уложил голову на плечо Злости, после прикрывая глаза.       Это был первый раз, когда Кеннет как-то отреагировал на прикосновения к себе. Итана, несомненно, это радовало. Ему было хотелось произнести какую-то шутку в честь такого события, но, боясь спугнуть этим демона, он просто уткнулся носом в макушку Уныния и прикрыл глаза, вдыхая запах его волос. И кажется, что даже атмосфера в аду стала чуточку уютнее от такой картины.