Смертные грехи

      Мертвая тишина поглотила Вейна, оставив его наедине со своими мыслями. Мрачные тона комнаты помогали утонуть в собственных думах, а ненавязчивый запах воска, стекающего с одной из свеч, умиротворял. Силуэт любимого отказывался покидать чужой разум, заставляя блондина лишь грустно вздыхать.       Парень взглянул на дверь, когда вновь услышал голос Терри, стало понятно — рыжеволосый возмущён. Неудивительно, но интерес взял верх, вследствие чего Похоть покинул комнату.       Однако увиденного он точно не мог ожидать.       Посреди комнаты стоял высокорослый брюнет и с усмешкой смотрел на Гордыню. Волосы были почти чёрными, отчётливо виднелся холодный синеватый подтон. Глаза тёмные, выделяющиеся на фоне светлой кожи. Острые скулы и тонкие губы, а вместе с тем небольшие рога по сторонам макушки придавали его виду некий шарм. Подправив челку, он уверенно смотрел на него, будто чего-то ожидая.       Вейн все-таки решил вмешаться, поэтому направился к нервному Терри, присаживаясь рядом на диван.       — Оскар? — блондин действительно не мог понять, что происходит. С чего этот парень решил вернуться?       — Ох, Вейн, давно тебя не видел. — Чревоугодие высокомерно улыбнулся, что очень бесило, — Как ты, дружище?       Что-то тут было не так, и светловолосый отчетливо это чувствовал. — Что ты тут забыл? — Похоть решил пропустить все милости, переходя сразу к делу, искренне переживая за парня, сидящего рядом.       Рядом с Оскаром стоял более хрупкий парень с пепельными волосами, незнакомый всем остальным, он демонстративно держал старшего за руку, смотря на Терри.       — Какие вы негостеприимные, — Брюнет вел себя всё также надменно. — Я просто решил навестить вас, заодно и показать своего любимого, знакомьтесь — Куртис.       Вейн лишь закатил глаза, не видя смысла в этом всём вообще. «И чего же он, интересно, пытается добиться?» — проносилось в его голове. Только вот когда он посмотрел на Гордыню и увидел, как тот в шаге от истерики, до него дошло.       Впрочем, Чревоугодие опередил его мысли, — Чего молчишь, милый? — презрительный взгляд направился на Терри, из-за чего тот только отвернулся, не желая больше устраивать скандалов. Странно, но он действительно затих с приходом блондина, сам не понимая отчего.       — С тобой рядом буквально стоит любовник, почему ты так меня называешь? — когда парень повернул голову, Похоть удивился, потому что даже ему не случалось видеть настолько осуждающего взгляда Гордыни.       — Ты такой дотош-, — Брюнета буквально перебил наигранный кашель.       К ним, сложив руки на груди, вышел зелёноволосый низкий парень с тонкими и прямыми рогами. Его глаза были цвета лаванды и сочетались со светлыми прядями. Стиль одежды странный и непонятный, похожий на смесь всего подряд. Сейчас же, по нему трудно было понять — идет он спокойно разбираться или же драться, — Объясните мне, почему я вынужден слушать ваши разборки, неужели нельзя быть потише? — окинув всех скучающим взглядом, он привлек к себе всеобщее внимание и начал без энтузиазма диктовать, — Ты, — он указал на Чревоугодие, — видимо просто решил заставить Терри ревновать, вот и притащил свою пассию, а Ты — посмотрел на Вейна, — мог бы просто дать ему по лицу.       — Что? — Похоть не совсем понимал, о чём тот говорит.       — О твоих чувствах к этой сучке, — Зависть указал на Гордыню и, не желая слушать его возмущения, продолжил речь, — знает весь ад. Поэтому заступись за него, он хоть и вредный, но в глубине души оценит.       Вейн, конечно, очень хотел поспорить с Завистью по поводу наличия души у его любимого, но решил, что, наверное, сейчас не самое лучшее для этого время.       — Эй! — Терри возмущенно глянул на Алекса, отвлекаясь от Чревоугодия, — Ты кого это сучкой назвал?       — Тебя, глупый, — казалось, Зависть намеренно злит зелёноглазого, однако все понимали, что это своеобразная дружба.       Смотря на всю ситуацию, Оскар лишь посмеялся, — Алекс, ты всё такой же прямолинейный. И да, зачем мне, по-твоему, заставлять ревновать Терри?       — Да потому что, даун. Оскар, что за цирк ты тут устроил, — наконец Вейн решил вмешаться, видимо слова Зависти дали действенный пинок. — И так всем ясно, ради чего это.       Алекс тяжело вздохнул, воздерживая себя от демонстративного закатывания глаз и тяжёлого вздоха. «Пожалуй, они справятся дальше и без меня» — подумал парень и молча развернулся, рассудив, куда ему сейчас точно надо.       Раздражённый Зависть зашел в комнату, где на кроватях удобно расположились Алчность и Жадность. Все привыкли считать, что смертных грехов семь, но их оказалось восемь, ведь Жадность и Алчность близнецы. Впрочем, работы у них действительно на двоих. — Как же меня бесят эти демоны, — закатывая глаза, проговорил Алекс, имея ввиду своих друзей, сидящих в общей гостиной. По всему его виду было понятно, что юноша действительно раздражен. — Один привел свою новую пассию и устраивает показуху непонятно зачем, второй же ведётся на это и устраивает дикие скандалы. Остальные вообще сидят, поджав рога. Сколько можно, — чуть не шипя от злости, проговаривает Зависть.       Наконец он взглянул на двух прекрасных парней, лежащих напротив и устремивших на говорящего взгляд, вслушиваясь в каждое слово из монолога и стараясь ничего не пропустить.       — В чем дело, сладкий? — медленно проговорил Эрик, являющийся Алчностью. Парень выглядел очень миловидно: тёмные зелёные волосы сочетались с одеждой черного цвета; рога демона были также окрашены в чёрный цвет и плавно извивались, принимая форму волны. На лице юноши, прямо на брови, красовался пирсинг, который также был и на правом ухе.       — Да, что случилось? — с другой кровати послышался более мягкий голос юноши, что был как вторая капля воды похож на Эрика. Исключение составляли уши, которые были слегка вытянуты, напоминая по форме эльфийские, и розоватый окрас кожи вокруг глаз. Как и бывает у близнецов, Такер, так звали Жадность, был младше Алчности буквально на пять минут. И хоть их внешность была идентична: у обоих парней тёмно-зелёные волосы, прекрасные чёрные рога формы волны и гардероб, состоящий только из тёмных оттенков, всё же, различить их не было проблемой. Такер был на пол головы ниже Эрика и имел более строгие черты лица, несмотря на, опять-таки, розоватый оттенок кожи вокруг глаз. Пирсинга у юноши тоже не было, да и флиртовал он хуже, чем его брат.       Тяжело вздохнув, Алекс начал свой рассказ с самого начала, — К нам приехал Чревоугодие. Вместе с… ну вы знаете.       — Куртисом, — в один голос проговорили братья и одновременно тяжело вздохнули. Сомнений в том, что они действительно братья уже не оставалось.       — Вы разве знакомы? — приподняв бровь, выпалил демон. От такого развития дел он явно был удивлен, ведь думал, что они все, кроме Терри не были знакомы с этим отродьем.       — Мы как-то шли на задание, и недалеко от места видели Оскара вместе с ним. Так и познакомились, — ответил на вопрос за двоих старший из братьев и потер переносицу, показывая этим, что от новой пассии Чревоугодия он тоже не в восторге.       Такер молча прожигал брата взглядом. Его достало, что Эрик постоянно старается лезть вперед, даже в обычном разговоре. Братья постоянно соперничали между собой за внимание Алекса, пусть и не говорили об этом вслух. Каждое слово, касание, взгляд — всё это говорило за себя. Особенно было заметно, если после старшего похожее действие повторял младший. И сейчас, Жадность как никогда проявлял свою сущность. Но Эрик, будто не чувствуя на себе взгляда младшего, продолжал разговаривать с Завистью. Замечал ли он, что оба брата соперничают из-за него? Он об этом не думал, но всё чаще стал замечать странное поведение обоих демонов.       — Вот как, — ответил Алекс, вздыхая. Наконец, пройдя вглубь комнаты, демон опустился на кровать Алчности. Улыбнувшись, он провел ладонью по лицу Эрика, а после спустил её на шею, слегка сжимая её. Обернувшись, он посмотрел на Такера и похлопал по месту рядом с собой. После этого жеста, Жадность быстро поднялся со своей кровати и опустился на чужую. — Вы же отвлечёте меня от всех этих показушников? — игриво прошептал Зависть.       Юноши радостно улыбнулись и кивнули, руки их начали блуждать по телу парня. Алчность водил руками по бедрам Алекса, опуская их к паху и слегка дразня, сразу убирал руку. Жадность же, стараясь как можно сильнее впечатлить Зависть, впился в его губы страстным поцелуем, но как только это увидел старший из братьев, он резко отодвинул за загривок младшего и сам накрыл губы Алекса своими.       Зависть, кажется, начал понимать, что юноши буквально борются за него, стараясь понравиться сильнее. Честно говоря, такой расклад немного расстраивал парня. «Неужели они действительно устроили некий спарринг из-за меня? Я им обоим так сильно нравлюсь? И что мне теперь делать?».