Таверна с секретом

Глава 2

Дилюк Рагнвиндр. Почти вся его история, начиная с раннего детства, так или иначе, связанна с бизнесом его отца, а именно - владением винокурни. Это означает, что мужчина давно узнал, как разговаривать с важными людьми, иметь манеры и красивую, понятную речь. Что бы ни происходило, этот человек держится спокойно, можно сказать, холодно, кто бы перед ним ни был и какую тему разговора не затронул. Даже сам капитан Ордо Фавониас, Кэйа Альберих, не смог вытянуть из друга хоть каплю положительных эмоций. Красновласый владелец огненного глаза бога только фыркал, либо просил покинуть таверну. Однако, и та занимала слишком много времени, из-за чего Рагнвиндр частенько приходил поздно, а во время совместных вечеров замечал на себе какой то особенный взгляд Т/И. В такие дни он был другим, особенным. Только она могла по совместным вечерам наблюдать, как Дилюк расплетает тугой хвост, локоны которого пестрили в свете стоящих на столе свечей, создавая видение огненного букета алых роз, вместо волос. - Что?- спрашивал он, в недоумении вскидывая бровь, стягивая с себя рубашку и оголяя крепкое тело. Но, по секрету, ему безумно нравилось это, и он так же сильно дорожил этим родным взглядом. Довольно долгое одиночество и нежелание подпускать кого-то к себе, из-за страха потери, порой отзывались в дальних уголках разума. Особенно если учитывать тот факт, что такие вечера были редкостью. Дилюк либо задерживался на работе, либо приходил вообще на следующий день. В прочем, это и стало поводом для т/и наведаться на работу любимого, что привело… - Хорошая девочка. Не забывая про удобство для родного и любимого человека, Дилюк позаботился о том, что бы подложить свою накидку под т/и. Теперь, она лежала на чёрном кафтане, цепляясь пальцами за голые деревянные края так сильно, словно это могло спасти её от участи, уготовленной возбуждённым разумом Дилюка. Кстати, тот не любил, когда его барную стойку чем то пачкали. Ладно, случайно, но порой её словно нарочно трогали грязными руками стражники, которые заваливались по вечерам после тяжёлого рабочего дня. Приходилось с явной пассивной агрессией, которая скрывалась за спокойным лицом и монотонно-строгим голосом, протирать деревянное покрытие чистой тряпкой. Попутно это сопровождалось разговорами с посетителями, что, на самом деле, было для мужчины несколько тяжко. Это был другой уровень общества. Нет, Дилюк не чувствовал отвращения, просто не видела смысла в этих разговорах. Хотя порой это помогало узнать последние новости. -Какая-то ты тихая,- слышится, где то внизу. Пока девушка глубоко задумалась, Дилюк решил начать с малого. Стянув кожаные, чёрно-красные перчатки и отложив те в сторону, мужчина самыми кончиками пальцев, подушечками, стал проходить по чувствительным лодыжкам. Те были слегка холодные после утренней прогулки, да и лёгкие туфельки т/и не так хорошо спасали от той же утренней прохлады. - Ты хотела поговорить о чём то, верно? – казалось, что Рагнвиндр издевается. Он прекрасно слышал, как сбилось женское дыхание и как горели её щёки, но продолжал попытки вытянуть хоть один звук. И он получил это. - Ох… - стон тихим эхом раздался от стоящих на дальних полочках, бутылок с вином. Атмосфера в винокурне, по правде говоря, была всегда безумно приятной, тёплой, с запахом вина. Именно вина, не алкоголя, а чего-то особенного, составляющего этот напиток. Сердце билось в бешеном ритме, словно пытаясь пробить грудную клетку, хватая мельчайшие потоки свежего воздуха. Тот нагревался от действий парочки, а из-за пелены на глазах можно было подумать, что от Дилюка идёт пар. Оба помнили про договор - не издать ни звука, из-за чего горло буквально горело от желания выпустить все эмоции. Тем временем, грубые руки поднимаются выше, словно заставляя голос не умолкать, переходя от коленокна внутреннюю сторону бедра,а оттуда по всей его площади, поднимаясь до талии лёгкими пощипываниями. Вот тут начиналась главная часть процесса. Пальцы справляются с хитрой завязкой пышной юбки, стягивая и оголяя красивые ножки. Теперь мужчина мог видеть всё, что скрывалось под надоедливой, на данный момент, юбкой и даже распустил для этого волосы. Нижнее бельё, корсет и просторная рубашка- всё, что осталось на женском теле. Склоняясь к любимой, Дилюк жарко выдыхает той на шею, осторожно целуя и оставляя, пока что, почти незаметный засос, проводя языком до ушка и целуя за тем. Любое действие с его стороны было полно заботы и нежности. Да, на вид Дилюк казался ещё тем любителем пожёстче, но оказалось далеко не так. Действительно стоило бояться, если он будет злой. - Мне очень нравятся твои духи. – за комплиментом последовало чувство...странной лёгкости. Корсет. С ним расправились так же быстро как и с рубашкой. Вот и всё. Крупные ладони с жадность и желанием изучить каждый миллиметр накрывают груди, чуть сжимая и массируя, играясь с сосками, зажимая те между пальцев. В дело пошли и губы. Пуская жар на всю поверхность кожи, куча поцелуев дорожкой стали проходиться от шеи ниже, щедро дав внимание груди, но после переключаясь на другую точку. Дилюк и не думал останавливаться. Ноги т/и оказались на его крепких плечах, пока голова скрылась где-то внизу. Хотя девушка поняла, где именно. Пальцы и горячий язык плавно коснулись половых губ, нежно разводя те и открывая ещё более чувствительное место, словно надразнивая и так возбуждённую пассию, проникая внутрь без особых промедлений. Напряжённая мышца проникает внутрь, а на пол тянется ниточка слюны. Рагнвиндр опаляет кожу девушки горячими выдохами. Они с каждой секундой становились реще. Мужчина тихо стонал, рычал, цеплялся за талию т/и. Время от времени язык заменяли пальцы, пока губы снова накрывали живот поцелуями. Они проникали чуть глубже, касаясь неровных стеночек и хлюпая. Возвращаясь к работе, язык постоянно и чаще всего крутился вокруг клитора, слегка надавливая и играясь с тем, словно мужчина взял горошину в рот и играл с той языком Всё же у каждого есть свои секреты и по правде говоря Дилюк хорошо владеет своим языком не только во время разговоров… Рука т/и хватается за пышные, мягкие волосы, сжимая, второй же закрывая рот. Дыхание снова сбивается и на секунду воздух словно меняет свою плотность, отказываясь забиваться в лёгкие. Тихие стоны разрывают разум изнутри. Весь пульс словно ушёл в одну точку. Может всё-таки нарушить договор? Может забыть о том, что таверна общественное место и попробовать каждую плоскую поверхность в ней, начиная от других столом и заканчивая округлой лестницей. Ведь до неё пара шагов. Но хозяин имел другие планы и настойчиво лез к возлюбленной. - Дилюк! – протяжно стонет девушка и тут же оказывается укушенной за внутреннюю сторону бедра. Точно, они же не дома что бы так шуметь, а слухи по городу расходятся довольно быстро. Не хотелось бы получить по репе от Джинн. Горячие ладони Рагнвиндра сильнее хватаются за нежную кожу, оставляя небольшие красные разводы, притягивая дрожащее тело к себе, забираясь языком глубже. Присосавшись словно пиявка, он шумно вдыхал и показательно облизывался, пытаясь поймать на себе расфокусированный взгляд с капелькой слёз на краях милых глазок. Оголённые плечи т/и дрожали, покрываясь румянцем ни то от холода, ни то от смущения, поджимаясь ближе к шее, что уже была покрыта чередой поцелуев и одним засосом. Она выгибалась, хваталась за стойку и пыталась восстановить дыхание, слушая бешеный пульс, изредка поднимая голову и смотря, как Дилюк, с красными щеками и прикрытыми веками, пачкает лицо в её собственной смазке. Зрелище необычное, но когда мужчина открыл глаза, стало страшно. Оторвавшись с жутковатым серьёзным лицом, хозяин таверны выпрямляется во весь рост. Кстати, почему то только сейчас т/и заметила, какие у мужчины красивые красные ресницы. Он постоянно удивлял её. - Я выиграл. Расслабленное, покрытое капельками испарины лицо, из под прикрытых век которого на лицо девушки падал горящий, голодный, возбуждением взгляд, заставляя девушку сжаться сильнее и краснея обильнее. Как бы она не старалась бегать взглядом почему угодно, но не глазам мужчины, она всё равно столкнулась с теми, когда он неожиданно припал к её губам, немного кусая, оттягивая на себя, давая почувствовать собственный вкус. Пальцы снова немного сжали огненные волосы, вырвав с мужских губ грубый стон. Низкий голос Дилюка постоянно вызывал мурашки, особенно когда приобретал нотки строгости и холода. Горячее тело почти полностью касалось оголённой женской кожи, заставляя даже почувствовать пульс, который активно стучал в выпирающих на руках и прессе венах. Каждый раз дыхание срывалось, стоило ему оголить руки. Вены постоянно бросались в глаза, словно выпирающие незамысловатые татуировки, которых коснулись тонкие женские пальцы. Плотные и пульсирующие… Через небольшие окошки в крыше, между массивных деревянных балок, которые были предназначены, скорее, для проветривания помещения, падали солнечные лучи. Оно с каждой минутой вставало выше по небосводу так же, как пальцы Рагнвиндраподнимались по животу т/и к её груди, мягко обхватывая целой ладонью, сжимая между пальцами чувствительные соски. Вторая рука сжала бедро, закидывая ногу на свою талию. После этого Дилюк отвлёкся, с тихим рыком подтягивая девушку к себе, упираясь в её промежность своим пахом. Что насчёт него? - Дилюк!- вскрикивает т/и словно это было первый раз, прикусив щёку изнутри. Руки закрывают глаза, но мужчина не позволяет своей, некогда смелой пассии, оторвать от его тела взгляд, хватаясь за запястья и просто укладывая ручки на свои. По рельефной груди стекали капельки пота. - Кто-то буквально недавно лез ко мне, а теперь лежит как варёный рак, - эта фраза проносится над самой головой девушки, затрагивая языком мочку её уха. Горячие губы посасывают то, забираясь языком чуть глубже, потом опускаясь ниже к шее, снова пытаясь оставить засос. Придётся носить кофты с высоким воротом и терпеть глупые шутки со стороны Кэйи. Как в сторону т/и, так и в сторону Дилюка. Но важно ли это, когда ты видишь как с члена откровенно течёт прямо на животик твоей любимой девушки? Оба были так погружены в процесс, словно туманом. Для них сейчас не было никого. Дилюку хотелось видеть все эмоции возлюбленной, но в груди загорелась безумная идея. Конечно, т/и заставила его знатно попотеть за барной стойкой, да и договор был нарушен, благодаря чему, повернув ту на спину, его горячая рука, с грубыми, натёртыми в тяжёлых боях подушечками, накрывает сырую промежность, большим пальцем осторожно проникая внутрь, чувствуя неровные, гладкие стеночки влагалища, пока парочка остальных, выше, накрывает клитор, осторожно массируя круговыми движениями. Большой палец равномерно и медленно погружается в разгорячённое тело, склизкими звуками смущая даже мужчину. Он чувствует как по ладони течёт смазка, останавливаясь тонкой сырой дорожкой на костяшке руки и капая на пол. Девушка дрожит всем телом, пытаясь согнуть ноги и соединить те в коленках, но получает только больше удовольствия, выгибаясь навстречу настойчивым прикосновениям. Пользуясь возможностью, Рагнвиндр прислоняется всем телом, придерживаясь за женскую талию, целуя плечики и..начинает входить. Плавно, ощущая каждый вдох и прислушиваясь к любому звуку. Он не хочет причинять вред, поэтому берёт 100% ответственности на себя, наблюдая за некогда невиданной реакцией. Т/и немного дрожала, смело наблюдая за его действиями. Её глаза блестели доверием, паника прошла, оставив только жар и кучу положительных эмоций. - Ммгх! – рычит тот, ткнувшись лбом в чужую спину, сдерживая желание вцепиться в разгорячённую кожу и оставить на той кровавый укус, вставив по самые яйца, но так нельзя, терпение. Тело т/и словно сходит с ума. Будь они на постели, девушка прикусила бы подушку, пуская слюни. Но пока те стекали по краям губ. Буря эмоций бьёт в голову так сильно, что сознание на момент теряется, но тут же приходит в себя. Дилюк, войдя на половину, замирает, давая обоим небольшую паузу, решив расслабить девушку, проходясь поцелуями по плечам, над лопатками и вдоль позвоночника, до куда получилось согнуться. Красивая женская кожа озаряется солнечным лучом. Пальцы сжимали и массировали талию, но время от времени руки поочерёдно спускались к бёдрам, обнимая за те и снова накрывая пальцами клитор. - Расслабься.. ты же знаешь, я не причиню тебе вреда..- и всё же, мужчина не мог быть слишком груб. Он не думал только о своём удовольствии, скорее, это было на последнем месте. Уложив т/и удобнее, красноволосый упирается рукой в стол, входя, насколько этого позволял женский организм, начав набирать темп. С размеренного, он переходит на средний, но до жути нежный. Его пассия могла ощущать почти по каждому входящему сантиметру, в то время как Дилюк видел, как плотно обхватывался его орган. Картина того, как он пропадал в этом податливом теле, только сильнее возбуждала разум. По бледным бёдрам стекала смазка, тянулась от тела к телу тонкими ,почти прозрачными ниточками, впитываясь в тёмные половицы. Процесс был интимным не только в плане действий, но и в плане прикосновений. Рагнвиндр старался быть как можно ближе, часто целовал плечи, переходя на засосы, нежно убирал локоны волос и глубоко вдыхал в районе тонкой женской шеи. Аромат цветов и чего то сладкого..слишком успокаивало. Крепкие бёдра двигались почти в такт дыхания, которое стало общим для двоих. От такого напора слышался тихий скрип половиц. Умелые руки поглаживали предплечья, талию, порой поднимались к животу. Мужчина взял возлюбленную за руку и положил ей же на живот, заставляя ощутить движение члена внутри. Головка упиралась в живот, создавая небольшую выпуклость, после пропадая. Звуки становились слишком пошлыми, ведь оба стали заливаться стонами. Тихими, дрожащими, горячими. Было бы на улице и в таверне хоть на пару градусов холоднее, то с губ срывался бы пар. Груди т/и содрагались от толчков, а её рот неожиданно накрыла крупная рука. - Тише. За дверью слышался оживлённый, дневной Мондштат. Звуки голосов, ветра, молотков, бьющихся о железо и наковальню. Кто бы мог подумать, что Доля Ангелов не работает не потому ,что хозяину плохо, по словам барда, а по другой причине. Рука намокла от слюней. Повернув голову любимой к себе, Дилюк дарит ей горячий, трепетный поцелуй. Губы сливаются в удивительном танце, ведь настойчивость пускаяет в рот т/и язык. Снова. Лёгкие укусы губ заставляют налиться те кровью, попутно задевая щёки. Румянец ошпаривал лица. Одна из рук владельцо огненного глаза бога подхватывает ножку, заставив т/и лечь чуть выше. Навалившись на ту всем телом, слегка придавив бедную девушку к столу, красноволосый обнимает её второй рукой за шею, но опять же, не забывая про осторожность и нежность. Послышался стук в таверну. - Как думаешь, вечером откроют? – слышится один голос. - Надеюсь.- отвечает другой. Такой неожиданный поворот вливает в кровь такое количсетвоадреналина ,что Дилюк прикусывает губу до крови, капнув той на плечо девушки. Та вытянула руки, жмуря глаза и пытаясь дышать и быть тише мыши хоть пару секунд. А ведь так хотелось кричать от удовольствия. Повернуться к любимому, обнять за шею и крепко поцеловать. Но словно услышав мысли, Рагнвиндр накрывает губы новым поцелуем. Быстрым, таким же как темп. Привкус крови ярко заиграл на и так красных губах. Т/и обернулась как могал и тут же была уложена на бог. Одну ножку поддерживала рука Дилюка, пока вторая обхватилась за мужскую талию. Дорожка поцелуем прошлась по коленке и бедру, заканчивая это толчками. Руки вновь схватились за столешницу, нос ткнулся в мех накидки Дилюка, губы раскрылись в томном вздохе. Возбужение ударило по паху. - Дилюк! Я…ох Архонты!- поджав плечи пищит т/и, наблюдая одним глазом, да и то видя смутно, за движениями хозяина таверны, который проигнорировал разговоры и шаги за дверью, хмурясь и полностью отдаваясь процессу. Зубы оголились в оскале, толчки стали редкие, но более резкие. Стукнув ладонью по барной стойке, красноволосый склоняется к любимой, протянув руку к её паху, активно стимулируя клитор, под которым чуть ли не с пеной у входа, двигался член. Между пальцев протянулась смазка, как вдруг.. Звезды в глазах. Ощущение словно от первого поцелуя. Такое яркое, непередаваемое чувство, поглощающее всё тело с головой. В мозг словно заливают горячий, очень сладкий мёд, а кожа ощущает фантомные прикосновения шёлка, или, проще говоря, в облаках. Было настолько приятно, что глаза жмурились сами, не в силах разжаться, даже если их хозяин попытается. Но когда придёт момент, зрачки будут направленны вверх. Мурашки проходились от головы до пят, добавляя ощущений. В этот момент влагалище т/и стало активно сокращаться, сжимая в себе орган Дилюка, не позволяя двигаться так быстро, как было до этого. Вытянув одну руку вверх и сжав пальцы на краю барной стойки до побеления костяшек, девушка стонет и уже не сдерживается. Вот бы по воле архонтов сейчас рядом с таверной никого не было. Горло на сеунду даже хрипнет, а уши закладывает стуком сердца. - Мммггр! – рычит красноволосый, с шумом упираясь ладонью одной руки в стойку, второй обняв любимую за талию, прижимая к себе как можно ближе. Лицо утыкается в место между плечом и шеей, за чем следует лёгкий укус, вперемешку с очень быстрыми поцелуями. Ведь в этот самый момент член мужчины пульсирует, выпуская горячее, бледно-белое семя, наполняя матку и влагалище почти до отказа. Вся жидкость начинает ещё обильнее капать на пол….. - Что бы я ещё раз к тебе пришла и что то предъявляла. – с лёгкой усмешкой и ужасной усталостью в голосе хрипит т/и, держа в руке бокал наилучшего вина и лёжа на животе, на всё той же барной стойке. Единственный человек, который мог, будучи в рубашке Дилюка, развалиться вот так, вытянуть голые ножки. По сравнению с хозяином таверны, девушка была меньше. Не такого крупного телосложения. Черты утончённые, плавные, так вдобавок обрамлены белой, чистой тканью, со стойким запахом мужского одеколона. - Почему? Это было намного лучше, чем болтовня с очередным клиентом. Почти каждый день одни и те же вопросы. Какое вино лучше, какое в подарок, сколько стоит то. Ну а ты, – мужчина встал с высокого стула возле стойки, подходя к т/и и опираясь об стол. – Не заметил как мало времени уделяю тебе.. Т/и шире открыла глаза. Красная радужка напротив неё мелькнула таким ярким огнём, что сердце жарко ударило, словно в первую встречу. Словно они встретились с Дилюком взглядом на той самой площади, во время праздника в честь архонта ветра. - Я люблю тебя.. – тихий шёпот. Девушка присела на коленки, поддавшись вперёд и крепко обнимая красноволосого.