Желание для золотой рыбки

Киришима выскочил в коридор, держа книжку где-то под боком, и с блестящими от азарта глазами направился в сторону общей гостиной, напевая себе под нос какие-то заевшие строчки песни. Но, не дойдя даже половины расстояния до гостиной, он остановился, заметив Кацуки, стоящего у стены. Ну вот снова он не стал ждать его на месте, где они договорились.. И наверняка опять из-за причины "Чё я там, блять, один с долбабебами буду сидеть?". Дёрнув головой, отгоняя свои мысли, Киришима преодолел расстояние в несколько шагов, остановившись прямо на против Кацуки с широкой улыбкой. И опять эта рука потянулась сама собой! Я вам отвечаю, совершенно сама! В итоге... Остановилась его рука где-то недалеко от уха парня, уперевшись в стенку. — Э... Привет? — Протянул парень, уже ожидая получить очередной удар в... Да куда угодно! Он скоро в гроб ляжет с такими чокнутыми выходками.. — Ну и чего это мы опять стоит в коридоре, а? Вроде, договаривались мы прямо на диване, в гостиной. — Ему кажется, или это даже звучит немного двусмысленно? — Ц... — Раздался такой привычный звук раздражённого то ли фырканья, то ли чего-то такого, в звуках Киришима не силён. — Потому что мне там чё, одному с долбабебами сидеть? Будь моя воля - вообще бы не ходил. Может нахуй надо? — Пфф... — Киришима издал сдержанный смешок, наблюдая, как быстро меняются эмоции на лице Кацуки. Хотя, другим наверняка бы показалось, что у него все время одинаковое выражение лица. И давно наблюдать за ним стало так...приятно? — Цыц. — Уж слишком осмелел Киришима и, рукой, в которой находилась книжка, застегнул молнию на кофте до упора. — Пошли, царевна Несмеянна, нормально там у нас в гостиной. — Проговаривая эти слова, будто пробуя их на вкус, от корня языка до самого кончика, парень приблизил своё лицо к нему, всего лишь на короткое мгновение, и через такое же мгновение уже стоял в парк шагов от него. — И не нужно на меня так смотреть, если захочу, хоть принцессой звать буду. — Видимо, сопротивлению против его странного поведения не бывать. Но все таки... Что же происходит??? — Нахуй иди , — в этот раз после слов в плечо Киришимы прилетел долгожданный кулак. Он даже сопротивляться не стал, думая, мол, что Кацуки вполне имеет право на него подуться. — Сегодня ты в разы... — Кацуки сделал паузу, задумавшись, какое слово больше подходит под ситуацию, — в разы бесячее, чем обычно. Нет, серьезно, если эта тупая рожа тебя укусила, я лучше пойду, вдруг ты заразный. Хотя, — он пробежался по парню взглядом, — с твоей тупостью я давно смирился, сдохни, балда.. — Дадада, — последние слова Кацуки Киришима пропустил мимо ушей, уже давно не обращая на них внимания. Это же не что-то уж в край обидное, а просто повадки избалованного ребёнка¹, — спасибо тебе огромное, принцесса, что терпишь такого дурака, как я. — Под какой-то злобный звук Кацуки они наконец зашли в гостиную, где было не очень много народа. Киришима быстренько убрал книгу, которую захватил из комнаты в какое-то подобие общего шкафчика с книгами, и подошёл к приставке, включая её и беря два джойстика. Садясь на диван, один он отдал Кацуки, взглядом тому показывая, что да, сесть на диван обязательно, иначе он сам его посадит, и тут уже будет неизвестно куда. Услышав краем уха недовольное фырканье, Киришима почувствовал мягкое приземление неподалеку, ожидая, когда приставка наконец прогрузится, чтобы включить гонки, про которые он, собственно, и толдычил Кацуки. Парень повернулся к нему, несколько секунд рассматривая и анализируя лицо блондина. Брови слегка сведены, взгляд сосредоточен в одной точке, челюсть будто сейчас отвалится. Ну понятно, в принципе, все как обычно, если не брать в расчет челюсть. Тут уже что-то новенькое. — ЭЙДЖИРО, — раздался громогласный голос, протягивающий последнюю букву в имени парня, — а вот и ты. — Каминари приземлился на диване слева от парня. — Ну, точнее вы, прямо おしどり夫婦². — Добавил он уже шепотом, но Киришима все же его услышал, и чуть ли не прыснул со смеху, едва удержав джойстик в руках.. — И ты, Бакуго, я смотрю снова в таакой знакомой кофте. Тебе так идёт, знаешь. Прямо к твоим гла... Его речь оборвали на полуслове. Точнее, кто бы сомневался, что наш Кацуки не станет терпеть подобного рода шутки? Он поднялся на ноги, отдал джойстик Киришиме, и схватив Каминари за шкирку, выкинул того из гостиной с привычным всем вскриком "сдохни!", захлопнув после этого дверь. На это и внимания толком не обратили, до боли привычная всем ситуация. Подумаешь кого-то там выкинули, правда? Зато ноги-руки целы, Бакуго уж слишком постарался! — Типичная цундерка! — Раздалось из-за двери обиженным голосом. Кацуки уже хотел было кинуть что-то в ответ, но на его плечо мягко опустилась рука друга, заставляя того успокоиться. — Кацуки, спокойствие. Это просто Денки, он нам нужен ещё живым, тише-тише. — Киришима совершенно не обращал внимания на взгляды некоторых одноклассников. — Вдох-выдох. Отложим гонки на следующий раз, договорились? — В ответ было лишь неразборчивое фырканье.. — Я понимаю, что тебя это раздражает, но послушай... — Киришима открыл дверь, и продолжая держать парня за плечо, вывел того из комнаты.

***

— Он только что разобрал что-то в этом фырканье? — Раздались тихие голоса в гостиной. — Будто вы ещё не привыкли. — Ну действительно, おしどり夫婦²... — Да ладно вам, Бакуго всегда так. — Ага, конечно, так. Зато наш Кири тааак все терпит каждый раз. — Да разве терпит? Он к этому просто как к детским выходкам относится!! — Или он тоже считает, что Бакуго цундерка. — Снова заявил Денки, зайдя в гостиную, отряхиваясь от пыли. — Тебе мало было? — Ладно-ладно, его же все равно здесь нет. — Да погодите!!!...

***

— Да хватит мне уже лекции читать, надоел! — Вновь вспылил Кацуки, пытаясь скинуть руку Киришимы со своего плеча. — Я тебе чё, ребенок, столы сюсюкаться со мной?! Дерьмоволосый дебил... — Вспомнил он своё старое обращение, и выплюнул его, не стесняясь выражений.. — Я не читаю тебе нотаций, Кацуки, — он, кажется, даже и не заметил чрезмерной реакции парня, — просто имею ввиду, что выкидывать одноклассников за дверь немного некультурно, понимаешь? Мы же люди культурные, сдержанные! Герои, в конце концов. А Денки, на минуточку, находится с тобой в одной команде, и хотя бы поэтому ты должен его терпеть. Ну говорит он глупости, зачем его слушать? — Свободной рукой он стянул с Кацуки капюшон, который тот, от чего-то, не стал снимать в помещении, и потрепал по волосам в попытке переключить его гнев на что-то другое. — Ой, всё... — Злобно поговорил Кацуки, выплевывая каждую букву, но заметно успокоившись. — Просто пошел он нахуй. Выкину его с команды и.. — Ты не можешь выкинуть его из команды, иначе тебе придется искать кого-то на его замену, да и в середине года тебе запретят этим заниматься. Под такой вполне обычный диалог Киришима довёл блондина до комнаты. Не до своей, конечно же, а до его. Видимо, встречу стоит прекратить на этом моменте, чтобы не сделать только хуже. Главное уметь вовремя уйти, так всегда говорила его мама.. Уже стоя около двери, он смотрел на Бакуго, слегка облокотившись об косяк двери. Всё-таки, в этих чертах было что-то, если не родное, так явно, минимум, очень хорошо знакомое. Будто он видел их тысячи раз, и тысячи раз они пробивались маленькими осколочками в самые потаённые уголки его сознания, оставляя невесомые следы в самых неожиданных местах, о которых нормальный человек даже и не подумает. С ярко-красных глаз на светлые, немного колючие волосы; с них на немного вздёрнутый, как у ребенка нос; с носа на чёткую линию челюсти, которая казалась острой, и стоит по ней только провести, как порежешь палец; с челюсти на губы, скривившиеся в непонятной злобной гримасе. Это было довольно мило.. — И не надо тут дуться, принцесса, — Киришима успешно уклонился от удара в голову, — что было, то прошло. Будто бы ты раньше так рьяно реагировал на шутки Каминари. Случилось что? Только скажи, и я со всем разберусь. — Хотелось дать себе пощёчину за такие слова. Язык работал сам по себе, Киришима это уже понял. Но не понял одного, почему он работал против же своего хозяина? — Нахуй иди, — как обычно поговорил Кацуки и, закатив глаза, скрылся за дверью своей комнаты, успев лишь едва заметно помахать Киришиме. Но парню хватало даже этого. Негромко рассмеявшись, он повернулся на пятках кроссовок и зашагал в сторону своей комнаты. Знаете, даже классный день вышел, ничего не сказать, нечего побранить. Насвистывая, он шёл по плохо освещенному коридору, пока наконец не добрался до своей комнаты, распахивая дверь. — Голдик! А вот и я, твой любимый вернулся. — Закрыв дверь, парень снова сел на пол около аквариума. — Да уж, ну и день выдался, ты не представляешь... Кацуки снова поссорился с Каминари из-за какой-то ерундовины. Кацуки уж слишком остро реагирует на шутки, понимаешь? Да и... — Он посмотрел на рыбку так, словно она ему отвечала. — Да прекрати ты, брось. Не только Кацуки я называю исключительно по имени, скажешь тоже. Больно мне это нужно.. Да и вообще, не переводи тему! Так вот... Сбился с мысли из-за тебя. В общем... А... Кацуки просто такой человек, вот.. Зато, он сегодня написал какие-то новые ноты для своих барабанов, представляешь? Ну и талантище же. В его эти приписки на полях, диву даёшься... Примерно так вечер и закончился, к счастью, без новых происшествий. А Киришима уснул прямо за столом, положив щёку себе на руки, и видя уже десятый сон.