[Добро пожаловать в класс превосходства] Холодные глаза

Я посмотрел на контакт, который получил от Сакаянаги несколько дней назад. Она хотела битвы со мной, которую я с радостью дам ей. В любом случае мне все равно, проиграю я или выиграю. Я позвонил человеку, у которого были ответы на все загадки, связанные с Камуро. «Привет, Арису, только хотел тебе позвонить.» Кажется, он думал, что разговаривает со своей дочерью. «Привет, Сакаянаги-сан.» Некоторое время на другой линии стояла тишина, прежде чем он наконец заговорил. «Аянокоджи? Как ты получил этот контакт?» — спросил он. Он был взволнован, это можно было судить по его голосу. «Ваша дочь отдала его мне» — ответил я спокойно. «Понятно, но ты же знаешь, что контакт с внешним миром — против школьных правил?» — сказал он, все еще нервничая. (П.П: А в оригинале, даже отец Арису не знал, что у нее есть его номер, она ему никогда не звонила.) «Я не понимаю, как эти правила не применимы к вашей дочери. Или вы, возможно, предвзято относитесь к ней, потому что ее прием в класс А говорит мне об обратном.» «Ее поступление было… не потому, что я был менеджером.» «Это все еще не объясняет, почему у нее есть ваш номер, когда четко сказано, что контакты с внешним миром запрещены. Или это какие-то привилегии, которые она получила за то, что она дочь председателя?» Я говорил спокойно, ничего не преувеличивая. Ему было бы достаточно просто констатировать очевидные факты. Сакаянаги предсказала мои методы, поэтому она не жаловалась, давая мне контакт своего отца. «Чего ты хочешь?» Наконец он спросил меня, его тон был расслаблен, показывая, что он сдался. «Я хочу знать только о ней.» Я услышал, как он вздохнул с другой стороны: «Под ней ты имеешь в виду Масуми Камуро, не так ли?» Я не ответил, ожидая его ответа. «Интересно, почему она вообще тебе интересна. Но, тем не менее, я не могу дать тебе никакой личной информации о ней, даже если ты будешь мне угрожать.» Я просто ответил: «Я не прошу об этом, мне просто интересно, почему ее поместили в класс А.» Я услышал, как он усмехнулся: «Как ты думаешь, она не заслуживает того, чтобы учиться в классе А. Возможно, что мы ошиблись в оценке учеников?» «Нет… маловероятно, чтобы эта школа сделала такие ошибки. Судя по тому, что я видел в этой школе в течение 9 месяцев, Камуро вообще не подходит для класса A. Ее ценность как студента равна классу D, честно говоря.» «Эти слова довольно резкие, знаешь ли, откуда ты вообще взял эту идею?» Я закрыл глаза, вспоминая все прошедшие события. Открыв их, я начал говорить. «Ее поведенческие паттерны предполагают, что она страдала от сильного психического беспокойства. Она привыкла оставаться одна, что также предполагает, что она намеренно убрала всех от своей жизни. И… она все еще хочет мне помочь.» На это он усмехнулся: «Аянокоджи-кун, я действительно не знаю, что происходит между вами двумя, и я тем более не буду вмешиваться в это. Но ты должен понять, если ты действительно хочешь остаться в этой школе… Тебе нужны союзники.» Я вздохнул, союзники. Разве на данный момент у меня их не достаточно. «Аянокоджи, ты действительно хочешь знать правду?» Я не отвечал около минуты. Я действительно этого хочу? Но я не мог найти на него ответа. Итак, я решил… «Ага.»

______________________________

Пропуск времени Когда солнце село, я взглянул на часы. Прошло довольно много времени с тех пор, как я терпеливо ждал, пока часовая стрелка опустится на 7. И в 19:09 я услышал стук. Я встал и пошел встретить своего гостя. Когда я открыл дверь, мой взгляд встретился с ее взглядом. Она выглядела очень расслабленной, в отличие от ее обычного «я», когда ей нравилось ругать меня или любого другого человека. «Пожалуйста, входи, Камуро». Я открыл дверь, приглашая ее войти. Ее фиолетовые глаза выразили искреннее удивление моему поведению. Она села рядом со стулом на полу. Ее внешность была высоко оценена на всем первом году, ее пропорции тела, на мой взгляд, достаточно идеальны, чтобы вызвать возбуждение у любого здравомыслящего человека. В рейтинге парней она входила в топ-10 претендентов на звание «самой сексуальной» девушки. Ичиносе Хонами заняла первое место, а Кушида — второе. «Итак… Аянокоджи-кун, зачем ты меня позвал?» Я посмотрел на нее, и она изо всех сил старалась избежать зрительного контакта. Это был правильный шаг? Я должен ей все раскрыть? Стоит ли мне вообще ей доверять. «Перестань пялиться на меня так, Аянокоджи-кун.» Мои мысли прервала девушка с фиолетовыми глазами, у которой теперь был легкий румянец. Я вздохнул и встал, направляясь на кухню. Я взял с полки две банки и пошел обратно в гостиную. Она проверяла свой телефон, когда ее взгляд упал на банку пива, которую я держал в руке, и ее глаза расширились. Я не дал ей возможности заговорить и осторожно кинул ей. Она поймала банку с пивом руками. Я открыл свою банку и начал пить, не упуская ее взгляда, который был направлен на меня. «Что это значит Аянокоджи-кун?» — спросила она, открывая собственную банку. «Извинения.» Услышав это, она потрясенно посмотрела на меня. «Ты что, сошёл с ума, Аянокоджи-кун?» — спросила она, ее тон отражал ее потрясенные эмоции. «Нет, извини за то время. Я слышал от Сакаянаги, что Хашимото сделал с тобой.» «Ясно, в таком случае ты прощен» — тихо сказала она, все еще потрясенная внезапным извинением. «Так… ты позвал мне сюда, чтобы извиниться?» — спросила она меня. Я закрыл глаза и вспомнил свой разговор с директором школы. «Камуро, а что, если я скажу тебе кое-что о твоем поступлении в эту школу.» «А? О чем ты, черт возьми, говоришь?» — спросила она меня, смущенная моим внезапным серьезным голосом. Я открыл глаза и посмотрел на нее со всей серьезностью. Она вздрогнула, увидев мои глаза. «Камуро, ты никогда не должна была быть учеником класса А. Изначально ты должна была быть в классе D.» В ее глазах отражался беспорядок эмоций, который она переживала. Она посмотрела мне в глаза и, должно быть, поняла, что я не шучу. «Ты… хочешь сказать, что я никогда не должна была учиться в классе А. Но… как?» — спросила она, сбитая с толку моим откровением. Я вздохнул, кажется, она не может поверить в это. «Да, Камуро, ты всего лишь замена.» «А, замена? О чем ты говоришь? Разве я не заработала свое место в классе А. К-какого черта ты делаешь с Аянокоджи-кун? Это еще одна из твоих уловок?» Я крепко схватил ее за плечи, похоже, она не приняла ситуацию. И я не мог ее винить, в ее нынешнем состоянии виноваты родители. «Кто-то другой должен был быть в классе А вместо тебя.» Да, она должна была быть в классе D. И кто-то еще был бы частью класса A. Но когда председатель Сакаянаги заметил мою просьбу о зачислении, он решил отменить зачисление ученика в класса A и назначить меня в класс D. Камуро перешла в класс А. Она смотрела на меня, все еще не понимая моих слов. Я вспомнил свой разговор с председателем.

______________________________

Воспоминания «После смерти сестры ее родители перестали признавать ее существование. Они были слишком травмированы, и больше не могли смотреть на Камуро-сан как раньше». Услышав его слова, мне все стало ясно. «Тогда причина, по которой Камуро поступила в эту школу…» «Да, согласно моим источникам данных, она хочет окончить класс А больше, чем кто-либо другой. Потому что… она хочет, чтобы ее родители, наконец, увидели в ней свою семью. Ее сестра была известна как идеальная ученица для всех. Камуро-сан думает, что если она преуспеет во всем… что если она сможет быть совершенной, как ее умершая сестра, ее родители, наконец, полюбят ее.» Я закрыл глаза, эта ситуация не могла быть более сложной. «Аянокоджи, теперь, когда ты знаешь, что собираешься делать?» Я просто прервал звонок и открыл глаза, думая, как отсюда выбраться.

______________________________

«Понятно… тогда я все еще бесполезна, не так ли?» — начала она говорить. Я просто молчал, глядя, как ее глаза становились безжизненными. «Я хотела… Чтобы я была той, кто умер в тот день, вместо моей сестры.» Она начала смеяться, но в этом смехе легко было уловить боль. «Я… Это так забавно, Аянокоджи-кун… все эти 6 лет… вся эта учеба… все эти разрывы связей с моими друзьями… и вся эта дисциплина… привели меня к этому дерьму.» К этому времени слезы текли из ее глаз. Ее глаза были красными от гнева, она хотела все это выплеснуть. «ЧНичего эта жизнь не дала мне… все отталкивают меня, когда я пытаюсь приблизиться к ним. Я потеряла сестру… когда я посмотрела на нее. Мои родители… они, бл_дь, ненавидят меня… и даже ты хочешь, чтобы я убралась из твоей жизни» — сказала она, глядя на меня. Она начала бить меня в грудь. Удары были легкими, так она выпускала свой гнев, так что это было больше похоже на стук, чем на удар. «Скажи мне, Аянокоджи-кун… что мне вообще делать… я должна просто отказаться от своей жизни?» Она посмотрела на меня, ожидая ответа. В ее глазах было видно, как она устала от жизни. Она зарыдала сильнее, когда я крепко ее обнял. «Камуро… не волнуйся. Я не уйду от тебя в ближайшее время.» Да, Хиёри, я воспользуюсь твоим советом. Я хочу узнать для себя… как работает любовь? Возможно, у меня сейчас нет никаких романтических чувств к Камуро. Но когда-то… Я не собираюсь бросать первого человека, которого я встретил в этом внешнем мире. Она зарыдала сильнее и обняла меня в ответ. «Как человек, который заботится о тебе… Я никогда не брошу тебя. Это мое обещание тебе.» Это определенно не было сочувствием к ней… но я был счастлив. Что я был не один… был кто-то, кто мог общаться со мной. И я определенно не собирался терять того, кто заставлял меня чувствовать, что я не одинок. Не знаю, останусь ли я во внешнем мире спустя три года… но пока. Я обязательно найду кого-то, о ком я забочусь больше, чем о себе. Это вызов самому себе. Я буду защищать Камуро, пока не стану частью ее жизни.

______________________________