(Не)лишняя

      В напряжённом молчании они шли по коридорам Кантерлотского Дворца, нарушая тишину лишь цокотом множества пар ног. Найтмер, следующая за розовой аликорницей, чувствующей себя в её обществе явно не слишком комфортно, успела проанализировать полученную информацию (всё же пусть она и не могла столь же хорошо воспринимать импульсы света, но лунопони владели и другими полезными заклинаниями, в том числе и связью разумов), в результате чего пришла к выводу, что Луна действовала не по собственному желанию.       "Слишком уж растерянный у неё вид", - отметила про себя Мун, вызвав перед внутренним взором картинку, полученную с глаз Цирконий, находящейся сейчас в зале для конференций.       Кого-то другого вид гордо выпрямившейся, высоко поднявшей голову и сохраняющей ледяное выражение на мордочке принцессы ночи мог бы обмануть, внушив иллюзию полного контроля над ситуацией, но только не ту, кто делила с ней одно тело и общие мысли. Иссиня-чёрная аликорница прекрасно знала то, что когда её мать волнуется и паникует, то буквально закрывается внутри себя, что прежде принимали за сосредоточенность или надменность...       "Селестии нигде не видно, но дворца она не покидала", - мысленно констатировала владычица кошмаров, чувствуя как у неё начинает болеть голова от противоречивых эмоций и напряжения.       - Мы на месте, - сообщила Каденс, останавливаясь перед двустворчатыми деревянными дверями, охраняемыми двумя стражниками в позолоченных консервных банках. - Ваше высочество...       - Просто Найтмер, - вновь прервала свою сопровождающую Мун, на этот раз сделав это куда мягче, после чего встретилась глазами с розовой крылато-рогатой пони, улыбнулась не размыкая губ, а затем продолжила говорить полуприкрыв глаза: - Прости меня за грубость, Каденс, мне ещё следует поработать над своими социальными навыками. Я лишь надеюсь на то, что наше не слишком удачное знакомство никак не отразится на твоих отношениях с Цирконий.       - Я... У нас нет отношений, - стремительно покраснев мордочкой и прижав уши, излишне поспешно отозвалась принцесса любви, но тут до неё дошло, как это можно было расценить со стороны и она зачастила, откровенно запаниковав: - Я не это хотела сказать. Цирконий - очень хорошая пони и я буду рада быть с ней подругами, но у меня есть Шайнинг и...       - Ты правда милая, - чуть шире улыбнулась иссиня-чёрная аликорница, наклонилась к округлившей глаза собеседнице и потёрлась носом о её нос, чем вогнала бедняжку в ступор. - Желаю тебе удачи в уроках геометрии.       - Ч-что?.. - только и выдавила из себя младшая аликорница, в то время как её собеседница, окинув взглядом стражников, старающихся изображать из себя предметы мебели, привстала на задних ногах и передними копытами распахнула двери.       "Я - само зло", - промелькнула на грани сознания самодовольная мысль, прежде чем владычица кошмаров вошла в конференц-зал.       ...       Когда Луна взошла на импровизированную сцену, но не обнаружила ни Селестию, ни Найтмер, идея самой ответить на несколько вопросов и тем самым выиграть для них немного времени показалась удачной. К сожалению она не учла, что журналисты, привыкшие к общению с её старшей сестрой, совершенно не будут стесняться в темах обсуждений, при этом ещё и не соблюдая очерёдность...       - Принцесса Луна, вам нравится то, какой стала Эквестрия за тысячу лет вашего отсутствия?       - Принцесса Луна, какие у вас отношения с Найтмер Мун?       - Принцесса Луна, каково это - жить на луне?       - Принцесса Луна, правда ли то, что лунопони - это ваши с Найтмер Мун дети?       - Принцесса Луна...       Череду вопросов, лишь на часть из которых тёмно-синяя аликорница могла ответить (а за другую часть в старые годы приказала бы отрубить головы задавшим), прервал грохот распахнувшихся деревянных створок, ударившихся ооб стены. В зале сразу словно бы похолодало, да и будто бы стало темнее, а взгляды присутствующих скрестились на пороге.       - Прошу простить за опоздание: меня не предупредили, что допрос... я хотела сказать - опрос... начнётся раньше указанного времени, - излучая ауру мрачной торжественности, твёрдо шагая по красной ковровой дорожке, иссиня-чёрная крылато-рогатая кобыла направилась к возвышению, на котором находилась одна только принцесса ночи.       Пони, сидящие на рядах подушек справа и слева от прохода, ещё секунду назад бывшие готовыми наброситься на жертву словно пираньи, при виде высокой и по-хищному грациозной Найтмер, в миг обратились в подобия кроликов перед удавом. От Мун ощутимо исходила угроза, словно от сытого дикого медведя, который не обратит на тебя внимания если ты пройдёшь мимо, но разорвёт на клочки в ту же минуту, как только тебе придёт в голову ткнуть его палкой в бок.       - Днём на луне стоит температура примерно в сто двадцать градусов, при этом нет облаков или деревьев, чтобы спрятаться в тени; ночью же температура падает до минус ста семидесяти... так что жить там довольно тяжело, - встретившись взглядом с пони-единорогом красной масти, который и задал этот вопрос, в напряжённой тишине отчеканила владычица кошмаров, после чего посмотрела на зелёную пегаску. - Лунопони - мои потомки, но не Луны. У нас с ней исключительно... семейные отношения.       На последних словах Найтмер слегка хмыкнула, посмотрела на принцессу ночи, от чего та ощутила как по спине от хвоста к загривку пробежали мурашки, а затем продолжила своё шествие в молчании. В зале же поднялись шепотки, заскрипели по бумаге перья, а кто-то даже осмелился сделать фотографию, за что удостоился... улыбки и подмигивания.       - Прости, что испортила тебе дебют на публике, - уже оказавшись на сцене и усевшись справа от Луны, произнесла правительница Лунной Империи.       - Ничего, Найтмер, - выдавила на мордочку вымученную улыбку тёмно-синяя аликорница. - Спасибо.       ...       "Только не расплачься тут", - мысленно прорычала Мун, периферическим зрением изучая свою мать, в то время как основное внимание было уделено залу с репортёрами (смельчак, который решился сделать первую фотографию, теперь буквально светился от счастья и старался найти наиболее удачный ракурс, чтобы захватить в кадр двух крылато-рогатых кобыл).       Злость, вытеснившая даже неуверенность и страх, вызванные собственным бессилием закипела в крови, заставляя вспомнить уже было откинутые воспоминания о прошлом. Годы одиночества, когда против неё восставал даже собственный разум, всё чаще подводящий и подкидывающий ужасающие образы, оживляющий таящиеся в закоулках мозга страхи, словно фантомные тени завертелись в голове...       "Это мы уже проходили", - усилием воли владычица кошмаров стиснула свои эмоции подобием стальных тисков, не позволяя расшатать её самоконтроль.       Луна... её создательница, мать, тюремщик и предатель... Сейчас она, кажущаяся такой хрупкой и беззащитной находилась на расстоянии вытянутой ноги. Только вот недавнее происшествие, вызванное их обоюдной глупостью и самоуверенностью привело к тому, что смотреть на неё как прежде уже не получалось...       "Как когда-то в прошлом я хочу кричать... хочу тебя ударить... хочу, чтобы ты снова была рядом... и никогда не возвращалась", - за сотни лет иссиня-чёрная аликорница отлично научилась скрывать свои эмоции, так что сейчас её маска вежливого хищного интереса ничуть не уступала виду холодной отстранённости второй кобылы, шуткой судьбы кажущейся младше своего порождения.       ...       - Найтмер Мун, вы сказали, что вас с принцессой Луной связывают семейные отношения, - подала голос голубая единорожка с красной гривой. - Но ведь в истории Эквестрии сказано, что сестёр-аликорнов было только две.       "Сестёр - две", - мысленно подтвердила принцесса ночи, осторожно скашивая взгляд на свою... дочь?       Луна представила себе, как они смотрятся со стороны и мысленно криво усмехнулась: Мун была крупнее её минимум на голову, имела более выраженную мускулатуру, которая не портила некоторое изящество... Кто угодно из тех, кто не были знакомы с их историей, назвали бы старшей именно владычицу кошмаров.       "Возможно она старше меня не только внешне. Во всяком случае... ведёт себя явно взрослее", - пронеслись в голове тоскливые мысли, вновь заставляющие ощутить горечь под языком.       - Мы долгое время были единственными жителями луны, - насмешливо отозвалась иссиня-чёрная кобыла, переведя взгляд бирюзовых глаз на газетчицу. - Даже не будь между нами кровного родства, то за это время мы стали крайне близкими... духовно... пони.       Найтмер не отрицала их родства, пусть и не подтверждала его напрямую, но при этом говорила о духовной близости с такой уверенностью... которой сама Луна не испытывала. Вспоминая собственное отношение к своему дитя, пусть и порождённому нетрадиционным путём, принцесса ночи признавала, что относилась к Мун предвзято, считая сперва инструментом, а затем и монстром. И если уж духовная близость была, то совсем не со стороны тёмно-синей аликорницы...       ...       - Принцесса Луна, при каких обстоятельствах вы познакомились с Найтмер Мун? - осведомился жёлтый земнопони с синей гривой, одетый в нечто вроде белой водолазки.       "Хлыщ", - мысленно припечатала иссиня-чёрная кобыла, бросив на этого пони один-единственный взгляд.       - Это был непростой для меня период, когда Эквестрия медленно но верно крепла после всех выпавших на её долю испытаний: правления Дискорда, войны с королём Сомброй, набегов грифонов... - принцесса ночи говорила медленно и размеренно, полуприкрыв глаза и глядя строго перед собой, словно бы погрузившись в те далёкие дни. - В те годы мне нужен был кто-то, кто выслушает меня, поддержит и даст совет...       "И единственным, кому ты смогла довериться оказалось твоё отражение", - невесело мысленно хмыкнула Мун.       В душе вновь всколыхнулась злость, подкреплённая обидой, но... они были подавлены усилием воли. Найтмер хотела ненавидеть, но видя свою мать... попросту не могла этого делать. Она хотела презирать, но это было слишком больно...       ...       - Как вообще появились лунопони? - задала вопрос жёлтая единорожка. - Они называют вас прародительницей... Почему?       - Всё просто, - взгляд иссиня-чёрной аликорницы на эквестрийку был настолько снисходительным, что та сама не заметила, как вспыхнула смущённым румянцем. - Я и их отец породили их предков.       Луна дёрнула ухом, уже не в первый раз слыша о Гене, который занял в сердце её дочери очень важное место... место, которое оказалось пустым после предательства, оставившего запутавшуюся кобылку один на один с одиночеством на сотни лет.       "Прости", - мысленно произнесла принцесса ночи, не решаясь повернуться к той, кого однажды обрекла на ужасную участь...       Ту самую участь, на которую обрекла её Селестия, пусть и не намеренно, за что корила себя тысячу лет.       ...       - По какой же причине произошло изгнание? Не поймите неправильно, но...       - Это была чудовищная ошибка, - прозвучал новый голос откуда-то со стороны, заставляя всех пони обернуться к принцессе дня, которая вышла из бокового коридора. - К стыду своему вынуждена признать, что основная вина в этой ошибке лежит на мне. Именно я стала причиной тому, что моя сестра и Найтмер Мун были вынуждены томиться на луне... К счастью, как говорят лунопони: "Нет худа без добра". И пусть это не уменьшает моей вины, но благодаря этому событию раса кристаллопони вообще обрела свою жизнь. Так что, если бы у меня была возможность изменить прошлое... сложно сказать, как я поступила бы зная о том, к каким последствиям это приведёт. В любом случае, я приношу извинения как тебе, Луна, так и тебе, Найтмер Мун. И я готова принять любое наказание, которое вы сочтёте равноценным моему проступку.