(Не)лишняя

      Прозрачный купол накрывал круглую площадку, засаженную синеватой травой и цветами с белоснежными бутонами, на краях которой находились небольшие округлые домики, похожие на огромные пряники с круглыми окнами и дверьми. В вышине мерцали звёзды, над горизонтом виднелся диск восходящего Эквуса, лучи солнца скользили по обманчиво тонкой преграде, но по большей части рассеивались и становились совершенно безвредными для чувствительных глаз.       Группа бэтпони, преимущественно состоящая из пожилых жеребцов и кобыл, чьи тела ещё недавно украшали застарелые шрамы, свидетельствующие о бурной молодости и личной доблести, сидели вокруг плоского словно блин кристалла, проецирующего иллюзию праздника. На их глазах перепончатокрылые жеребцы и кобылы всех возрастов приветствовали Матерей Ночи, их солнцекрупую сестру, принцессу любви и шестерых дневных кобыл, что своим подвигом спасли двух ночных аликорниц от участи, на которую они были обречены предателями...       - Вы не выглядите расстроенными, - заметила зелёная лунопони, более часа простоявшая без единого движения, из-за чего многие присутствующие стали воспринимать её как элемент ландшафта.       - А чему печалиться? - чуть криво усмехнулся Аксель, отводя взгляд от иллюзии того, что сейчас происходило рядом со старым замком. - Наш народ впервые за тысячу лет един... если не считать беглецов за море. Но что-то мне подсказывает, что недолго этим трусливым крысам осталось наслаждаться независимостью. Бэтпони вновь защищены от гонений и притеснений сразу двумя аликорнами, ну а то, что месть так и не свершилась - это цена, которую следовало заплатить.       - Но ведь вы проиграли, - заметила кристаллопони, встретившись взглядом с бывшим уже старейшиной Ночных Бродяг.       - Проиграть более сильному противнику не стыдно, - дёрнул ушами жеребец, затем обвёл взглядом прислушивающихся к их разговору сородичей и добавил: - Кроме того... проиграли мы именно Матери Ночи, а не кому-то из дневных. Я жалею лишь о том, что моё имя теперь будет увековечено в истории нашего народа как синоним предательства... Но такова уж судьба проигравших.       - "Горе проигравшим"? - склонив голову на бок, от чего длинные иголки гребня мелодично зазвенели от столкновений друг с другом, уточнила лунопони.       - Можно и так сказать, - пожилой жеребец обвёл правым крылом пространство под куполом. - Это, разумеется, полностью комфортабельная... но всё же тюрьма. Я благодарен за условия содержания, которые нам предоставлены, но не понимаю причин, из-за которых с нами так возятся. Купол ведь был возведён специально для нас?       - Нам это почти ничего не стоило, - меланхолично ответила собеседница, прикрывая глаза. - Прародительница оценила то, что ваши действия были продиктованы желанием защитить свой народ, свои принципы и историю, а не стремлением к власти или эгоизмом. Потому она решила, что было бы несправедливо наказывать вас более строго.       - Но и оставить нас среди сородичей, позволяя вносить смуту в умы подданных она тоже не пожелала, - хмыкнул Аксель. - Не могу сказать, что понимаю её, но не могу не выразить свою признательность... пусть и считаю, что это слишком мягкосердечно.       - Вы не успели совершить чего-то опасного, - заметила кристальная кобыла, голос которой звучал спокойно и мелодично. - В конце концов заговор был раскрыт на ранней стадии.       - У нас не было шансов изначально? - уточнил бывший старейшина, который и сам знал ответ на свой вопрос, но хотел услышать его из чужих уст.       - Слишком велик разрыв в технологиях, - подтвердила мысли собеседника кристаллопони. - У нас было достаточно возможностей, чтобы вести постоянное наблюдение за большинством заговорщиков.       - Понятно, - перепончатокрылый летун прикрыл глаза, усилием воли давя зарождающееся раздражение (сколь бы ожидаемым ответ ни являлся, приятным он от этого не становился).       - Если вам что-то понадобится - попросите об этом, - меняя тему, заговорила зелёная кристальная кобыла. - Если просьба не будет противоречить списку прямых запретов - она будет удовлетворена.       - Мы запомним, - кивнул Аксель.       Более не произнеся ни слова, собеседница развернулась и зашагала к шлюзу, чтобы покинуть купол-тюрьму, созданную для комфортабельного проживания бэтпони на луне. Вслед ей звучала лишь тишина, не нарушаемая ни просьбами, ни проклятьями, ни ругательствами...                   ***       - И всё же... это было глупо, - заявила Селестия, ставя на низкий столик поднос с горячим чайником и тремя чашками.       За окном покоев принцессы дня светило утреннее солнце, пели птицы, по голубому небосводу плыли белые облака, подгоняемые перешучивающимися пегасами из погодной команды. Три аликорницы, одна из коих была белоснежной, вторая - иссиня-чёрной, а третья - тёмно-синей, сидели на подушках с одной из сторон от квадратной столешницы, украшенной тонкой резьбой.       - Эквестрии были нужны хранительницы Элементов Гармонии, а Фреон сообщила, что Твайлайт и её подруги уже готовы к этой роли, - отозвалась Найтмер Мун, подхватывая кажущуюся миниатюрной в её копытцах чашку и поднося её к мордочке, чтобы затрепетавшими ноздрями втянуть приятный аромат горячего напитка. - Кроме того, бэтпони столкнулись с предательством сородичей и готовностью представителей других рас встать на их сторону, чтобы рискуя своими жизнями спасти тех, кого они признали своими правительницами. Итог мероприятия более чем удовлетворителен: Гармония признала новых хранительниц, а ночной народ впервые за сотни лет раздора объединён и встал на путь сближения с дневными пони.       - Но ради этого вы решились подставиться под удар Элементов Гармонии, прикрывшись лишь одним тёмным артефактом, к которому прицепился очередной ночной кошмар, - недовольно фыркнув, Селестия дёрнула ушами. - Что могло пойти не так?       - Гармония достаточно разумна, чтобы понять ситуацию, - вновь спокойно ответила иссиня-чёрная пони.       - Никогда нельзя быть уверенными, как подобная сущность отреагирует на то или иное событие, - строго глянув на Владычицу Кошмаров, старшая крылато-рогатая пони вздохнула, после чего закончила заметно менее напористо: - Мне совершенно не хочется видеть вас обеих в виде каменных статуй.       - Сестра... - позвала Луна, заставив принцессу дня поднять на себя взгляд. - Прости. Я больше так не буду.       - Вуна... - Селестия несколько секунд боролась с собой, затем покачала головой и констатировала: - Верю. В следующий раз вы придумаете ещё какую-нибудь глупость.       - Победителей не судят, - заявила Прародительница лунопони, всем видом изобразив обиду.       - Ещё одна цитата от Гены?, - вскинула бровь белая аликорница. - Может быть и не судят, но на них вполне заслуженно обижаются. Так что готовьтесь к тому, что Каденс будет на вас дуться: Цирконий уже с этим столкнулась.       - Пожалуй... мне следует переговорить с принцессой любви, - после короткой паузы решила Найтмер. - Всё же лунопони исполняли мою просьбу, а для Сестёр Войны, а тем более - моей ученицы, это сравнимо с приказом. Так что Цирконий попросту не могла позволить себе ослушаться, тем самым поставив задание под угрозу.       - Перед Твайлайт и её подругами ты тоже будешь оправдываться? - спрятав улыбку за чашкой с чаем, спросила старшая из кобыл.       - Не стоит омрачать их подвиг, - отрицательно качнула головой Мун. - Всё же они честно преодолели свои испытания и справились с кошмаром, подпитывающимся от могущественного артефакта. В работе с Элементами Гармонии очень важен душевный настрой, на который может повлиять новость, что угроза была не столь... существенной.       - Согласна, - прикрыла глаза принцесса дня. - Сейчас это знание будет лишним. Однако же в будущем, когда хранительницы окрепнут и убедятся в своих силах, вам придётся им всё рассказать.       - Это проблема будущих Найтмер и Луны, - плотнее укутавшись в крылья, констатировала иссиня-чёрная аликорница.       - Это прозвучало довольно жутко, - призналась тёмно-синяя крылато-рогатая пони. - Тия, ремонт замка идёт полным ходом, так что скоро мне придётся временно перебраться в другую резиденцию. Всё же ночному двору нужен присмотр, чтобы не допустить серьёзных отклонений от намеченного курса по сближению народов.       - Найтмер?.. - повернулась к Владычице Кошмаров белая аликорница.       - Помогать я буду, но жить там постоянно - нет, - открестилась от подобной чести Мун. - Пусть лучше бэтпони привыкают, что ими правит Луна.       - Ты уверена? - посмотрела на свою дочь тёмно-синяя аликорница, на что получила клыкастую усмешку.       - Я не получаю удовольствия от власти, - заявила Найтмер. - Да и у меня есть куда более интересные и важные дела.       - Поделишься? - осведомилась Селестия, отставляя на стол опустевшую чашку.       - Это личное, - отрицательно качнула головой Прародительница лунопони.       - В любом случае, Найтмер, если тебе понадобится в чём-то наша помощь - просто попроси и мы придём, - пообещала белая аликорница, на что её младшая сестра утвердительно кивнула.       - Я запомню, - отозвалась иссиня-чёрная пони, после чего поднялась на ноги и поочерёдно взглянула на обеих собеседниц. - Пожалуй, на сегодня закончим на этом. Я слишком устала, чтобы заниматься чем-то серьёзным и вести долгие разговоры.       - В таком случае, мы не будем тебя задерживать, - произнесла Селестия, тоже поднимаясь на ноги. - Приятного отдыха.       - Приятных снов, Найтмер, - пожелала младшей кобыле принцесса ночи.       Вскоре Прародительница лунопони удалилась, оставив сестёр одних: другие пони не решались войти в покои старшей из диархов, чтобы не нарушить семейное уединение. Сами крылато-рогатые кобылы же вышли на балкон, откуда открывался великолепный вид на Кантерлот, раскинувшийся на пологом склоне горы у подножия дворца.       - О чём задумалась, Тия? - после некоторого времени уютного молчания спросила младшая аликорница.       - Думаю о том, как вы ладите с Найтмер, - призналась большая белая пони, всматриваясь куда-то вдаль.       - Если честно... с трудом, - призналась принцесса грёз. - Всё же те проблемы, которые стоят между нами, за несколько дней не решаются. И даже если умом она меня простила, то сердцем... На это нужно время.       - Я вам завидую, - призналась принцесса дня. - Вот бы и мне обзавестись дочкой.       На последних словах старшая диарх зажмурилась, растянув губы в мечтательной улыбке.       - Нет, Селестия, - толкнув сестру крылом, чем заставила её посмотреть на себя, тёмно-синяя аликорница преувеличенно серьёзно заявила: - Мы не будем использовать Элементы Гармонии на тебе в надежде, что они создадут ещё одного аликорна.                   ***       - Нет, - сердито буркнула Каденс, сидя на подушке перед столиком с духами, косметикой и гребешками, установленным в её комнате.       - ... - Цирконий сидела перед розовой аликорницей на полу, с видом побитого щенка и смотрела на принцессу любви грустным-грустным взглядом.       - Прекрати, - нахмурилась розовая аликорница, отводя взгляд от молчаливой лунопони, за последние полчаса не произнёсшей ни слова.       - ... - выразительно промолчала кристаллопони, всей своей позой буквально излучая раскаяние, стыд и чувство вины.       - Это не сработает! - воскликнула крылато-рогатая эквестрийка, затем посмотрела на стоявшего у дверей жеребца и жалобно попросила: - Шайнинг, сделай что-нибудь.       Белый единорог молча поглядел на возлюбленную, затем прикрыл глаза и покачал головой.       - Предатели, - буркнула Каденс. - Сговорились...       - ... - продолжила выразительно молчать Цирконий.       - Ладно-ладно, - вскинула передние копытца принцесса любви. - Я тебя прощаю. Только не делай так больше.       - Ей, - подавшись вперёд, лунопони обняла розовую аликорницу, которая со вздохом обняла её в ответ.       - А ведь и вправду сработало, - удивлённо проворчал себе под нос Армор, тут же состроив самое невинное выражение морды, когда на нём сконцентрировался сердитый взгляд любимой.