ночёвка

— чифую... — баджи тыкает пальцем в одеяло, сжавшееся комочком. оно не отвечает и не подаёт никаких признаков жизни, кроме, разве что, всхлипов и дрожи, заставляющей баджи волноваться ещё сильнее. он бы мог просто грубо раскрыть одеяло, чтобы лицезреть плачущего чифую, но тревожить и так сорвавшегося друга желания не было. поэтому он медленно, но верно решил вытянуть его оттуда сам. — чифую... — в который раз тыкает одеяло баджи. — его тут... нет... — шмыгает комок одеяла в ответ. "что за ребячество?!" — возмущается про себя баджи. — отвернись, баджи-сан... я спать хочу... — всхлипывает комок одеяла. ложь. у чифую сна ни в одном глазу, он думает, что теперь спать, наверно, не будет вообще никогда. его лучший друг узнал о его влюблённости —мало того — из-за его невнимательности и болтливого языка он и о его эротическом сне узнал. теперь баджи точно если не возненавидит, то будет молча игнорировать. и теперь... он никогда не увидит... взгляд его золотых глаз... устремленный именно на него... разве что баджи-сан удостоит его своего фирменного презрительно-осуждающего зырканья. — не хочешь. — отвечает баджи, и он знает, о чём говорит. он знает чифую лучше, чем себя самого. — чиф... о нет. только не это дружеское обращение, которым изредка-нечасто балует его баджи. — чиф... — да что?! — голову хотя бы высунь. а то задохнешься... "ну и пусть." — думает чифую в пылу возмущения. все равно, если теперь в его жизни не будет баджи, то он, считай, мёртв. — ага! чтоб ты меня ударил?! нет, ты не подумай, я отвечу тебе ударом, просто мне маму твою, чудесную женщину, криками будить не охота. — отчасти это правда. будить маму баджи для чифую словно грех совершать. эта святая женщина всегда относилась к мацуно как к собственному сыну. — давай... просто забудем... и, ну... — я не ударю. честно. ага, как же. чифую недоверчиво фыркает, но разворачивает одеяльный кокон в сторону брюнета, и тот сам осторожно снимает с лица чифую краешек ткани. чтоб сильно его не смущать, он открывает только его глаза, остальную часть лица оставляя за тканью. их зрительный контакт длится пару секунд и после очередного чифуевского всхлипа баджи-таки цокает: — гюльчатай, открой личико. — шепчет брюнет тихо-тихо, чем вызывает у чифую мягкий смех от нахлынувших воспоминаний о том, как они с баджи и его мамой смотрели "белое солнце пустыни". чифую улыбается и открывает свое красное и влажное от дорожек слёз лицо. — я хочу повторить то, что я там делал в твоём сне, чифую... что. ЧТО. ЧТО, БЛЯТЬ. — ЧТО, ПРОСТИ?! — вскрикивает чифую, и баджи тут же затыкает ему рот ладонью и цыкает. — что, прости? — шёпотом неверяще повторяет он. баджи опускает пальцы с губ чифую чуть ниже, на его подбородок, и быстро толкнувшись лицом вперёд клюёт парня в мокрые губы. чифую удивлённо моргает и неверяще трёт кулачками глаза. — не плачь, чифую, я не злюсь на тебя... а ты? — взволнованно спрашивает баджи. — злишься? "разве я могу?" — думает блондин, но вслух только хмыкает и тихонько стукает его кулаком в плечо. они лежат так в тишине минут десять и не знают, что делать и куда себя девать. они признались в обоюдной симпатии? или это просто интерес? чифую, вот, уже давно понял, что влюблен. а баджи? "не надо, наверно, на него давить." —думает чифую и чешет затылок. — чифую? — м? — а я ещё что-то в твоём сне делал? —... что? — ну... что-то... такое? — делая акцент на последнем слове бурчит баджи. чифую осторожно подбирается поближе к парню и берёт его ладонь в свою. — ты только... ну, не бойся, ладно? — испуганным шёпотом просит блондин. — пф-ф... я весь во внимание. — ухмыляется баджи, но на самом деле его сердце уже давно стучит со скоростью в сто раз большей обычной от одного только факта, что чифую трогает его руку. блондин едва заметно кивает и немного сдвигает руку баджи поближе к себе, заставляя второго продвинуться ближе. — ты сделал... вот так... — смущённо сопит чифую и кладёт ладонь баджи на свой пах и слегка сжимает её, немного поскулив от результата. баджи отшатнулся, мотнув головой. — из-звини, напугал?! — тут же испуганно поджимает губы чифую. — нет. — серьёзно отвечает баджи и обратно пододвигается к парню. — можно? — спрашивает баджи, не уточняя о чём, и чифую, и так понимающий его с полуслова несколько раз кивает и прикрывает глаза. баджи слегка приподнимает чифую и усаживает того спиной к себе, прекрасно понимая, что неопытный блондин не хотел бы, чтоб его смущённое раскрасневшееся лицо видели. чифую, слегка подрагивая, прижимается обнажённой спиной к футболке баджи. впрочем, чтоб всё было честно, баджи её снимает, плотно прижимаясь к парню. — а-ах! — скулит чифую и тут же смущённо прикрывает себе рот ладонью. какой же стыд. — баджи-сан, прости, я буду тише... баджи хмыкает и, проведя для начала ладонью по животу блондина, кладёт её на упругий орган. — мне нравится, что ты так быстро возбуждаешься. — выдаёт баджи. он и сам не ожидал, что скажет что-то такое. а чифую, и подавно. но достойный ответ не заставил себя долго ждать, и блондин прижимается мягкими светлыми ягодицами, скрытыми за серыми трусами, к органу баджи и, немного поерзав на нём, наслаждается громкой реакцией. — ой, баджи-сан, а я и не знал, что ты такой громкий... — хитро усмехается чифую, поворачивая голову назад и касается губ баджи своими. баджи рычит ему в губы и сжимает уже достаточно твёрдый член чифую, заставляя того дернутся. — поверить не могу. — шепчет чифую в губы брюнета. — что такое? — невинно вздергивая тёмные брови, шепчет в ответ баджи, и чифую готов поклясться: дыхание баджи на его губах — лучшее, что он чувствовал в этой жизни. — поверить не могу... ты мне дрочишь... — последнее слово чифую говорит очень тихо. баджи как следует напрягает слух, чтобы услышать это слово, и это слово из уст парня настолько возбудило его, что он разворачивает чифую лицом к себе, проводит по его спине рукой, вызывая у того табун мурашек, опускает руку на ягодицу и со звонким звуком шлепает её. — о-ох! — стонет чифую в его шею, сжимая волосы баджи в пальцах. — баджи-сан... — прости... сам не ожидал от себя... у тебя упругая задница... — тихо оправдывается баджи, но чифую прерывает его, положив его правую руку обратно на ягодицу, а левую на свой член. — ч-чифую? чифую ерзает на члене баджи сквозь его трусы, пока брюнет похлопывает его по ягодицам и грубо надрачивая член блондина, вырывает из него стоны. — а-ах! м, вот так, да... баджи-сан, я сейчас, мх-х! н-нх! — и чифую вскрикивает, обильно пачкая лицо друга белой жидкостью. парень бёдрами чувствует, как по трусам баджи расплывается пятно. оба одновременно кончили и, дрожа, лежат в обьятьях друг друга. — баджи-сан, извини... твоё лицо... — порядок. — облизываясь, устало улыбается ему баджи, успокаивающе поглаживая спину друга. разве это сейчас важно? в его руках лежит самое другоценное сокровище, остальное его не волнует. — нет, не порядок. — недовольно дёргается вперёд чифую и облизывает горьковатые капли с лица парня. в этом что-то есть. слизывать свою собственную сперму с баджи это так... извращенно. — ч-чифую... — тихо рычит баджи. что этот блондин с ним творит? — давай прекращай с этим... я-я... могу не сдержаться... баджи выгибается и притягивает чифую ближе к себе, ловя его губы и проводя по ним языком. — ты не дал мне слизать всё... — обиженно произносит блондин, снова начиная ёрзать на парне. — я бы дал тебе слизать, но, чиф, если б ты только знал, как сексуально ты при этом выглядишь... я могу, ну, понимаешь... не сдержаться... давай на боковую. на сегодня достаточно, хорошо? — нежно растягивать губы в улыбке баджи. со стороны больше похоже на звериный оскал, но чифую, знающий брюнета слишком хорошо, прекрасно понимает, что это — дружелюбная улыбка, пропитанная нежностью. брюнет заправляет за ухо светлую прядь парня и чмокает его в щёку, заставляя того краснеть и смущаться от таких невинных поцелуев. блондин ложится рядом, поворачиваясь к парню лицом и прикладывает его руку к своей щеке. — люблю тебя. — шепчет чифую и утыкается лицом в шею парня. внезапно появившихся мурашек на коже брюнета вполне достаточно для чифую, чтоб увидеть в них ответ, на его признание, однако баджи всё равно стискивает его в своих крепких медвежьих обьятьях и наклонившись к уху чифую говорит: — и я люблю тебя, чифую.