Останемся друзьями...?

      Утро четверга для Рональда Уизли началось не самым приятным образом. Помятый вид, отвратительное настроение и все еще побаливающая скула так и говорили о его безнадежной тупости и идиотизме. Высказанная по пьяни фраза, после которой уже не хотелось отступать и извиняться, испортила его отношения с нравившейся девушкой и привела к тому, что она теперь не захочет его видеть. Ну вот кто его тянул за язык? Он же клятвенно божился ей, что тогда с Лавандой только лишь целовался, а не трахался в каждой незанятой нише, удовлетворяя юношеские потребности самым прямым образом.       Ну выпалил и выпалил, зачем было продолжать? Зачем было дальше оскорблять кареглазую волшебницу, пытаясь закрыть свой страх агрессией? Подумаешь спалился на не самой позорной лжи, ведь Гермиона не дура и должна была догадываться о нем и Браун, но нет же… Ведь он даже не изменял ей в то время, вполне официально встречаясь с Лав-Лав, так что ничего такого страшного, не так ли? Вон Джинни спала с Томасом и Гарри же не стал делать из этого трагедию, хотя тоже должен был знать об этом, правда же?       Однако Джинни тоже молодец… По какой-то причине бросила Гарри в ту же ночь, что и он Грейнджер, ничего толком не объясняя. Хотя вскользь намекнула о том, что он не способен удовлетворить ее амбиции. В чем же он так плох? Богат, знаменит, весьма неплохо выглядит, верен себе и друзьям… Да мама ей чуть голову не открутила, когда узнала о результате свидания, впервые в жизни обозвав малолетней дурой, готовой бросить такого хорошего и доброго парня из-за какого-то маленького косяка, забыв обо всех преимуществах.       Хотя чем Рон был лучше? Напился с горя, поехал к Биллу и Флер, надеясь что они помогут ему советом, как тогда зимой. Чуть больше чем полгода назад они приняли его, выслушали, приютили на время, рассказали об ошибках и как он был не прав. Объяснили как поступить, дабы Гермиона простила и приняла, направили на верный путь. А что вышло в итоге? Билл, услышав все как есть от пьяного брата, без лишних слов врезал ему по лицу, а Флер чуть ли не закидала своими огненными шарами, крича о беспросветной тупости и неумении учиться на своих ошибках.       Только сейчас Уизли понял, что они не убили его и не зажарили на Рождество как утку исключительно по той причине, что была война и все еще нужны были люди, лояльные делам света. Они надеялись, что волшебник вернется к друзьям и поможет им выжить в этом холодном Аду, даже несмотря на откровенное предательство, объяснив это подростковой глупостью. Они дали ему один шанс исправиться, стать лучше и поиметь мозги, а в ответ парень лишь усугубил ситуацию и вполне заслуженно получил довольно-таки поучительный урок.       — Рон, ты тут? — постучалась в дверь сестра.       — Заходи, Джин, я уже оделся.       Молодая ведьма с длинными прямыми огненно-рыжими волосами проскочила к нему в комнату и присела на краешек кровати. Она явно хотела что-то ему сказать, но либо дико стеснялась, либо просто боялась признаться в содеянном. И несмотря на тот факт, что она уже успела узнать о крайне отвратительном поведении ее брата и о его ссоре с Гермионой, подробности же ей были неизвестны, а потому девушка считала, что поступить хуже, чем она, было просто невозможно.       — Смотрю, не я одна вчера лоханулась? — нервно усмехнулась колдунья.       — Угу, — буркнул парень, натягивая носки. — Зря мы вчера заказали еще вина, я повел себя как полнейший кретин.       — Как же быстро до тебя дошло.       — А сама-то? — потер побаливающую щеку волшебник, ухмыляясь действенности метода старшего брата. — Я, перед тем как свалить к Биллу, слышал, как мама орала на тебя… Ты-то что умудрилась сделать?       — Ну… — вздохнула чародейка. — Скажем так… Маленький опыт в некоторых делах заставил меня сделать неверные выводы, — изворачивалась гриффиндорка как могла. — Представь, что ты не разбираешься в метлах, но первой была Молния, а потом тебе сказали, что до конца своих дней лучше Нимбуса-2001 не получишь…       — Да я бы и Нимбусу радовался как маленький! — воскликнул Рон. — Это отличная метла, лишь чуть хуже Молнии, но наголову выше любого Чистомета!       — В том-то и дело, — краснела изо всех сил девушка. — Я же не знала этого и посчитала, что мне досталась школьная Комета-140 начала века, а у всех остальных должны быть куда более быстрые агрегаты! Это потом мне мама вправила мозги, объяснив, что по сравнению со средними метлами мне дико повезло, а я как последняя дура скривилась и решила, что не буду летать на этом!       — Не уверен, что понимаю о чем ты, — вздохнул рыжий, — но суть уловил. Ты надеялась на Превосходно, а получила довольно приличное Выше ожидаемого?       — Типа того, да, — кивнула она, радуясь, что не приходится вдаваться в подробности. — Но по глупости посчитала, что это словно Тролля словить на экзамене… А что у тебя-то было?       Рон чуть замолчал и задумался над тем, как рассказать ей о произошедшем. Несмотря на то, что он уже сделал это в компании Билла и Флер, сейчас он испытывал трудности, поскольку тогда алкоголь развязал ему язык, а пускаться в интимные подробности той ночи, особенно перед своей родной сестрой, ему крайне не хотелось. Однако та аналогия с метлами вполне подходила и к его случаю, чем волшебник и воспользовался.       — Ну, в общем, я думаю что-то похожее случилось и у меня, — обыгрывал бывший гриффиндорец свою ситуацию как мог. — Моя первая метла имела наилучшие заклинания разгона и торможения, прекрасно вписывалась в повороты и словно сама выполняла каждое мое желание… Ее даже просить ни о чем не нужно было, стоило только поманить волшебной палочкой… А тут… Блять, я должен был сразу догадаться об этом, а не надеяться непонятно на что!       — Эм… — глянула на брата все еще пунцовая Джинни. — Я примерно сообразила, но поясни подробнее.       — Ну… — вновь подбирал слова Уизли. — Назовем эту метлу заготовкой, пока просто сучковатым веником, который нужно было самому отполировать, зачаровать под себя и научить исполнять истинно высший пилотаж… — удивлялся своей фантазии чародей. — Пусть это дольше, сложнее и геморройнее, чем просто купить заводской экземпляр, подготовленный профессионалом, но все же эту можно было заточить под свои хотелки и вывести в настоящий идеал… А я выбросил ее в мусорку, даже не подумав о такой возможности…       — Я тебя поняла, — прыснула в кулак рыжая. — Что будем делать, мой привередливый братец?       — Нужно пойти и извиниться, — уверенно ответил он. — Нам нужно восстановить отношения с ними и вернуть себе!       — Это будет крайне сложно, — размяла шею расслабившаяся гриффиндорка. — Хотя я вот думаю, а может действительно — ну его нафиг и вернуться к Дину? С ним хоть веселее было и с сексом никаких проблем, а то Гарри ходит вечно мрачный, да зависает на работе допоздна… Я три месяца заставляла его переспать со мной, а он все ныл про усталость и отсутствие желания!       — Брось, Джин, — искоса глянул на нее брат. — Ты же знаешь, что это все последствия из-за войны, уход за Тедди, пусть и с помощью Андромеды, да еще и тренировки у них там крайне выматывающие.       — Ну может быть, — пожала плечами Уизли. — Но, видимо, я чуть подостыла к Гарри, стоило только его добиться. Однако все же он хороший выбор для будущего, а потому надо действовать, пока не поздно…       — Поздно? — изогнул бровь Рон с небольшим смешком. — Да что они сделают за пару дней? Ну поплачутся друг другу, пусть даже потрахаются на эмоциях, хоть и крайне не хотелось бы, но не поженятся же друг на друге?

***

      Рассветное Солнце заливало своими лучами небольшую комнатку в центре Лондона, согревая теплом подостывшее за ночь помещение. Пустые полки, распахнутый шкаф и девственно чистый стол сиротливо смотрели на раскрытый на полу чемодан, содержащий практически все вещи молодой волшебницы, впопыхах запихивающей вчера их туда, дабы как можно быстрее сбежать из страны.       Заведенный на четыре утра будильник был доблестно захлопнут еще до того, как девушка легла спать, а потому самолет в Софию улетел без нее, так и не дождавшись нежащуюся в кровати хозяйку квартирки, не желающую вырываться из чар Морфея. Вторую ночь ей снился невероятно приятный сон, хоть и нарушенный коротким кошмаром, но все же перешедший в то, чего она так давно хотела о чем давно могла только в тайне мечтать.       Ведьма поворочалась на чуть помятых простынях, медленно потянулась и распахнула глаза, встречая новый день и смакуя подробности ночных фантазий. Ей так понравилось происходящее там, что она крайне сожалела о пробуждении, желая навсегда остаться в объятиях грез, но все же стоило наконец разбудить все органы чувств и в этот момент услышать кое-что неладное, явно чуждое этому дому.       Из ванной начал доноситься звук текущей воды, шипение душа и еще что-то странное. Она могла бы подумать, что просто забыла вчера закрыть кран, если бы шум шел равномерно, но всплески жидкости явно говорили об обратном, прямо указывая на находящегося за закрытой дверью постороннего человека, мывшегося ранним утром в ее квартире безо всякого зазрения совести.       Дико испугавшись ситуации, Гермиона вскочила на ноги, пытаясь глазами нашарить свою волшебную палочку и параллельно осознавая, что она абсолютно голая, хотя обычно спала в майке или ночнушке, а на бедрах всегда было нижнее белье. Еще раз окинув взглядом кровать, гриффиндорка с ужасом обнаружила на белоснежных простынях небольшое бурое пятнышко и, проведя рукой между ног, удостоверилась в том, что это была ее кровь из причинного места.       Пытаясь успокоить свое дыхание, девушка старалась активно восстановить события прошедшей ночи, параллельно очищая себя трясущейся палочкой, найденной на полу. Не могла же она простить вернувшегося Рона? Не могла же отдаться ему со всей ответственностью и такой страстью, что аж забыла о произошедшем? Вот же почти собранные вещи на самолет… Черт, проспала, ну да и ладно, полетит на следующем… Но что произошло? Что заставило чародейку явно переспать с кем-то и спокойно уснуть голышом? Что она вчера сде…       Нервно заламывая ладони, Гермиона наткнулась рукой на небольшое украшение с коричневым камушком, все еще покоящееся на безымянном пальце и замерла на месте, тупо уставившись на него и осознавая значимость этой находки. Воспоминания, которые она посчитала лишь приятным сном, огромной волной врезались в ее мозг и заставили брякнуться на находящийся рядом стул с покоящимися там вещами одного зеленоглазого мага.       Все еще не веря в произошедшее, колдунья пошарила глазами по комнате в поисках дополнительных доказательств, натыкаясь то на возвращенный паспорт, небрежно кинутый поверх всего в чемодане, то на все еще раскрытый балкон, откуда вчера и заявился этот несносный Поттер, то на две половинки ее разорванных кружевных трусиков, так и валяющихся на полу. Но сильнее всего её потряс невзрачный пергамент с парой подписей, связывающий ее узами брака со столь близким магом и являющийся наиболее прямым подтверждением реальности ее мыслей.       — Я… Гермиона Джин… — с трудом шептала она, касаясь рукой с кольцом обнаженной груди, — Поттер?       Звуки душа все еще доносились до ушей молодой чародейки, однако теперь это было неважно. В этот момент она целиком и полностью осознала, что ее сны оказались абсолютной истиной, и сейчас пыталась понять к чему это все приведет. И ведь теперь даже не могло быть отмазки с зельем или алкоголем, поскольку никаких жидкостей она не принимала чуть ли не с середины прошлого дня, а Гарри никогда не стал бы наставлять на нее палочку в попытке заколдовать. Она совершила это сама, полностью добровольно и без принуждений, как и мужчина за деревянной преградой. Они хотели этого искренне, а потому и сделали безо всяких размусоливаний и раздумий.       Нервное напряжение, напополам с неверием в ситуацию, заставило чародейку сначала тихо, а затем все громче и громче начать смеяться от произошедшего. Эти три дня перевернули ее жизнь с ног на голову, заставили почувствовать себя никчемной, разойтись с парнем, дважды не поверить в случившееся, чуть не сбежать в Болгарию, сгорая от любви к недоступному другу, а теперь еще и выйти за него замуж, просто подписав магический пергамент? Это было настолько невозможно и не укладывалось в ее мыслях, что одна ее часть все еще была готова продолжить сборы для жизни в Софии, а вторая мертвым камнем приклеилась к стулу, не позволяя совершить и движения.       Хотя как можно говорить о невозможности чего-либо, когда речь идет о неком зеленоглазом волшебнике, именующем себя Гарри Поттером, являющимся теперь ее законным супругом и продолжающим мыться в ее душе? Этот парень с первого курса вертел вокруг своего полового органа все представления о жизненных нормах, совершая невозможные с точки зрения логики поступки, обычно бесстрашно бросаясь вперед на амбразуры ради близких и стремясь помочь каждому на свете, а сейчас своим поведением заставляя стены отражать ее слабо сдерживаемый хохот.       Она любила его всей душой за эти качества характера, а он в ответ любил ее, подтвердив вчерашним вечером все самые сокровенные мечты молодой ведьмы. Ну а раз так, то пора бы и ей с честью принять на себя эту ношу и стать верной спутницей в жизни, как и было обещано примерно двенадцать часов назад, а потому волшебница, чуть успокоившись, еще раз улыбнулась, достала из чемодана симпатичный шелковый халатик и направилась на кухню, дабы приготовить завтрак и накормить своего мужа. Вот только что за гад приперся в такую рань и столь настойчиво стучится в расколдованную дверь?

***

      Пара двадцатиоднолетних мракоборцев сидели в своем кабинете, перекидывались ехидными взглядами и посматривали то на вход из коридора, то на большой камин в дальнем углу комнаты. Им до такой степени было интересно, кто же первый принесет вести о произошедшем ночью, что еще с утра уже были сделаны ставки, пальцы подготовлены для увесистых щелбанов, а сердца стучали в предвкушении.       — Так, — раскрылась деревянная преграда, вызвав чуть разочарованный вздох Микки. — Этот малолетка уже заявился?       — Нет еще, — ответил Пирсон. — Ждем пока.       — Ответ есть, босс? — уставилась на старшего Мэри, заметив в руках какой-то листик.       — Есть, — кивнул тот. — Но я пока сохраню интригу, дабы интереснее было. Ставки делали?       — Микки уже проиграл щелбан, — улыбалась синеволосая девушка, косясь на коллегу. — Ты пришел первым, а он ставил на Гарри.       — А по результатам вечера что? — искрил глазами Маркус.       — Я верю в парня и даю за него десять галлеонов, — откинулся на спинку мракоборец, — а вот Мэри считает, что у него кишка тонка.       — Не, я тоже в него верю, — хихикнула Твигл, — но все же сделать предложение в первый же день? Учитывая, что еще позавчера он почти переспал с этой рыжей красоткой? К тому же не взял зелье для храбрости… — кинулась в размышления она. — Нет, он конечно выебал Волдеморта, но далеко не факт, что Грейнджер бы согласилась. Все же я слышала, что она встречается с другим Уизли… Хотя и колечко мы вчера надыбали весьма милое и символичное… Короче, Маркус, давай колись.       — Хренушки вам, — засмеялся мужчина. — Хотя при условии, что ты сходишь со мной на свидание…       — И думать забудь, — зыркнула на него ведьма. — Уж не с таким бабником, как ты.       — А если исправлюсь? — ехидно усмехнулся он. — Может, я уже полгода храню тебе верность?       — Ага, хранит он, — скривилась девушка. — Разделил на двоих вместе с той грудастой блондинкой из Отдела магического хозяйства?       — Клянусь Мерлином, у нас чисто платонические отношения, — рассмеялся Винчестер. — Ну хорошо, признаюсь, она мне не дает, как бы я не подкатывал…       — А говорил, что уже как неделю уломал, — вспомнил Микки. — И не стыдно тебе так откровенно заливать своим коллегам?       — Уломал, — кивнул Маркус. — Но пока на чашечку кофе и прогулку на гиппогрифах под луной, поэтому не бузи, я был честен, а ты меня не так понял. Ну так что, Мэри, мне кидать эту леди ради тебя?       — Вот как принесешь справку от целителя, что за последние полгода у тебя не было ни одной женщины, — прищурилась чародейка, — то тогда я еще подумаю, а до тех пор даже твоя милая мордашка и накачанное тело не поможет.       — Дорогая, ты меня убиваешь… Я же…       — Хватит вам, голубки, — прервал их Микки. — Давайте вы отложите свои брачные игры на потом, а то у нас на часах уже почти десять, а Гарри так и не появился. Может случилось чего?       — Да нормально все с ним, — покосился на документ Винчестер. — Поди отрабатывает супружеский… Эээ… Блять… Спалил всю интригу.       — Значит, все же «да»? — заулыбался Пирсон. — Мэри, гони десять золотых!       — Серьезно? — глянула на старшего девушка. — Официальная регистрация?       — В ноль часов пятьдесят четыре минуты ночи, — показал пергамент коллегам мужчина. — Горжусь нашим малым, мне до его смелости и решительности еще далеко.       — Да брось, — махнула рукой ведьма, вытаскивая кошель. — Они с этой дамочкой все семь лет куролесили на двоих, постоянно влипая в истории. Будто ты не читал Пророк…       — Помнится, года три назад их Скитер уже сводила вместе, — окунулся в воспоминания Микки. — Ну когда этот ебанутый Турнир устроили.       — А еще в одном из последних интервью Грейнджер, тьфу, теперь уже Поттер, упомянула, что пожертвовала памятью своих родителей-магглов и отправила их в Австралию ради возможности помогать Гарри в войне, — поддакнула синеволосая, левитируя монетки. — Вроде как она даже затерла у себя в голове их точный адрес для безопасности, оставив лишь новые имена, а потому теперь не может их найти. Об этом, кстати, Гарри упоминал буквально на той неделе.       — Все настолько серьезно? — удивился старший, прикидывая расклад в голове и надеясь найти побольше информации.       — Угу, — кивнул Микки, с улыбкой пряча выигрыш в карман. — Девица явно была без ума от нашего юного победителя черных магов. Они и так, считай, были вместе все эти годы…       — В общем, ничего сложного, оставалось только сказать пару нужных слов, — закончила за него Мэри. — И все же, Маркус, я волнуюсь за младшенького. Мало ли что…       — Хорошо, — достал палочку мужчина, — я пошлю ему Патронус. А пока вернитесь-ка к работе, пока нас всех не уволили. Ну и надо бы прикрыть нашего Ромэо…       — Есть, шеф! — хихикнули коллеги, наблюдая за убегающим сквозь стену серебристым кроликом.

***

      Гермиона стояла на кухне у плиты и жарила яичницу с беконом, зеленью и помидорками на двоих, держа в руке лопатку и напевая про себя какую-то незатейливую мелодию. Тело так и хотело пуститься в пляс, но она пыталась из последних сил контролировать себя, дабы не сжечь свой первый семейный завтрак. Хоть им с Гарри и приходилось питаться куда хуже во время странствий в палатке, и она прекрасно знала о том, что он непривередлив в пище, но все девушке хотелось, чтобы сегодня все было максимально идеально и строго по рецепту из книги.       Волшебница окончательно приняла в голове мысль, что произошедшее с ней не сон, что кольцо с безымянного пальца никуда не собирается исчезать и не является игрой ее воображения, да и шуршащий в ванной человек явно не желает утопиться, хотя он уже довольно долго принимает душ, но ведьма и сама любила иногда понежиться под струями горячей воды. Да кто же это все долбится в дверь? Да еще так настойчиво…       Закончив с завтраком и выключив плиту, чародейка решила осведомиться о личности прибывшего гостя. Она игнорировала его не менее пятнадцати минут, пытаясь разобраться в себе и считая, что за дверью стоит очередной идиот, желающий всучить ей бесполезный пылесос или поговорить о религии. Таких фриков она обычно сразу глушила Конфундусом и отправляла восвояси, и потому, поправив халатик и прихватив палочку, направилась в сторону входа в квартиру, краям уха слыша, что Гарри закончил мыться и выбирался из душа, чертыхаясь в поисках полотенца и включая воду в раковине, надеясь почистить зубы и сбрить щетину.       К ее бесконечному удивлению за дверью оказался бывший парень, нервно переминающийся с ноги на ногу и держащий в руке довольно крупный букет цветов. По его лицу было видно, что маг уже и не надеялся на то, что бывшая Грейнджер откроет ему преграду в виде двери, однако продолжал упорно долбиться в неизвестность. Видок у Уизли был откровенно так себе — на левой щеке разливался крупный синяк от чьего-то кулака, но зато хоть одежда была чистой и не очень мятой.       — Рон? — тупо спросила колдунья. — Зачем пришел?       — Привет, Гермиона, — понуро поздоровался рыжий. — Я… Ну… Извиниться пришел…       — Извиниться? — хмыкнула девушка, чуть придя в себя. — Это за что же?       — Ты знаешь, за что… — мялся волшебник. — Ну… За мое идиотское поведение… За мои слова…       — И где же ты был два дня? — скривила бровь чародейка.       — Я… — не знал что ответить парень. — Я могу войти?       — Заходи, — кивнула Гермиона.       Хоть ей и не хотелось видеть рожу этого придурка, но все же он набрался смелости, пришел для разговора, а потому было бы глупо убегать от него. И пока одна ее сторона хотела проклясть Рона всеми возможными заклинаниями, другая же сторона миссис Поттер настолько меланхолично отнеслась к появлению Уизли, насколько это вообще возможно в текущих обстоятельствах. Ну и к тому же необходимо было сразу выяснить все непонятки и рассказать все как есть, дабы бывший гриффиндорец даже не мечтал о самой возможности восстановить с волшебницей романтические отношения.       Рон несмело переступил через порог квартирки, откуда буквально несколько дней назад ушел, оставив свою девушку в крайне расстроенных чувствах и отвратительной ситуации. Какая-то часть его орала благим матом, что нужно было бежать со всех ног и не возвращаться, но маг собрал всю свою смелость и решительность, лелея надежду вернуть их близкое общение и радуясь тому, что все еще не проклят десятком каких-нибудь заковыристых чар. Краем глаза он окинул посвежевшую и явно отчего-то счастливую Гермиону, задержал взгляд на ее стройных ногах, едва прикрываемых коротким шелковым халатиком, сглотнул слюну и направился вслед за ней на кухню.       Чародейка, все еще пребывая в приподнятом настроении, даже не омраченном появлением рыжего, первым взмахом палочки вскипятила чайник, вторым достала кружки и заварку, а третьим заставила все это соединиться в ароматный напиток, как нельзя кстати подходящий для трудной беседы. Магия рвалась из нее наружу, требовала колдовать и выпускать из себя энергию, а непривыкший к такому зрелищу Рон, зная что ведьма любит все делать руками, сидел на кухонном стуле с расширенными от удивления глазами. Он никогда не видел ее такой легкой, радостной и буквально светящейся от удовольствия, и не мог найти этому объяснений, а приятнейший запах только приготовленной пищи так и вовсе заставлял сознание уплывать куда-то вдаль.       — Ну так? — села напротив кареглазая волшебница, когда сахарница и тарелка с печеньем приземлились на стол с мягким стуком. — Ты что-то хотел сказать?       — Я… — потерял возможность говорить Уизли, все еще сжимающий в руке весьма красивый букет цветов. — Вот… Это тебе…       — Спасибо, — с помощью пары взмахов волшебного инструмента она вытащила из упакованного чемодана прозрачную вазу и наполнила ее водой. — Ставь сюда.       — Угу… — кивнул маг, на краю сознания отметив, что девушка не приняла его в руки и даже не принюхалась. — Я… Эээ… Прости меня, Гермиона, — прорвало наконец парня. — Прости за то, что я был таким идиотом… Честное слово, я не знаю, что на меня нашло… Я был немного пьян и не следил за языком, а потому выпалил эту чушь… Я испугался от того, что ты поймала меня на лжи относительно Лаванды и попытался защититься агрессией… Я же не хотел… Мы можем начать все с начала? — с надеждой в голосе спросил в итоге чародей.       Бывшая гриффиндока сочувственно посмотрела на своего бывшего парня и задумалась над ответом. С одной стороны, можно было обойтись как-то помягче, не сильно раня его чувства, с другой же, он совершенно не парился по этому поводу той ночью, а значит не было никаких причин жалеть его душу. Да и мягкостью явно не получится добиться необходимого эффекта.       — Я поняла тебя, Рон, но нет, — опустила улыбку Поттер и приняла серьезное выражение лица. — Увы, ты лишь поступил так, как считал нужным. Алкоголь ведь не создает другую личность, а только отпускает барьеры. И если честно, я не особо удивилась твоим словам, хоть и было до боли обидно.       — Я не…       — Даже не пытайся искать оправдания, — прервала его волшебница. — Ты вел себя весьма предсказуемо, учитывая твои прошлые заслуги. Ведь, если идет что-то не так, как ты хочешь, то что ты делаешь? Правильно: обвиняешь всех вокруг, а сам ходишь в белых перчаточках.       — Я не такой! — воскликнул Уизли, теребя в руках кружку с обжигающим напитком.       — Да? — изогнула бровь Гермиона. — А кто истерил во время Турнира, завидуя Гарри и не пытаясь даже спокойно поговорить? Кто не общался со мной, пока трахался с Лав-Лав? Кто бросил нас в сраной палатке посреди ледяного леса, а потом врубил дикую ревность? Ну и кто обозвал меня фригидным бревном, хотя мог бы и порадоваться, что я сохранила себя для близкого человека, а не скакала на члене Маклаггена, нарабатывая опыт?       — Но… — потух парень, получая словами удары в сердце. — Я даже не…       — Не соизволил хоть раз серьезно задуматься над своим поведением, не так ли, о вечно оскорбленный друг? — продолжала язвить девушка, делая глоток чая и уничтожая в нём едва поднявшийся росток надежды. — Я рада, что ты пришел, Рон, значит, не все в твоей пустой башке потеряно и спасибо за извинения, но я не хочу продолжать романтические отношения с таким человеком, как ты. Мне хватило нервного напряжения в школе за эти годы и теперь я хочу просто жить и радоваться с тем мужчиной, кто куда более рассудителен и спокоен, а еще и с уважением относится к моим чувствам.       — Дай мне шанс! — сделал последнюю попытку совершенно разбитый парень. — Я исправлюсь! Стану лучше! Буду работать над собой и смогу проявлять чуткость! Честно, Гермиона, я хочу быть вместе с тобой! Я же все еще люблю тебя!       — А я тебя нет, — равнодушно пожала она плечами, все еще обхватывая ладонями кружку. — Да и поздно ты спохватился.       Фраза волшебницы окончательно выбила из колеи рыжеволосого мага, заставив опустить взгляд с лица девушки, пройтись через шею, на которой все еще синевели его засосы с той ночи, и уставиться на ее руки, где он заметил небольшое золотистое колечко с коричневым камушком, коего у нее никогда раньше не было. Еще три дня назад Уизли бы даже не обратил на него внимания, мало ли какие украшения носит Гермиона, но то, что оно было надето на безымянный палец, вкупе с ее словами, наводило на совершенно невозможные мысли. Ну не могла же Грейнджер за пару суток найти себе нового спутника жизни? Не могла же кинуться в чьи-то объятия от горя, да еще и явно радоваться этому? Она же не такая легкомысленная, не такая ветреная, да и вообще не позволила бы себе такого так быстро! Разве что…       — Ммм… Какой аромат! — раздался позади звук открытия двери из ванной и столь знакомый голос, разом резанувший по сердцу бывшего гриффиндорца. — Прости, Герми, я бы с радостью позавтракал, но мне уже пора… — Поттер прошел с голым торсом в комнату, — …на работу… Эээ… Рон?       Два взгляда столкнулись друг с другом и не знали, что делать от столь неожиданной встречи. Зеленоглазый парень никак не ожидал увидеть своего вроде-бы-пока-еще-друга, сидящего на кухне далеко-уже-не-подруги и ошарашено глядящего в ответ. Рон не мог представить, что сказать, не знал с чего начать, не понимал происходящего. Однако через несколько мучительных секунд тишины шестеренки его мозга все же стали складывать картинку, приводящую к ужасающему пониманию.       — Гарри? — тихо произнес чародей. — Что ты здесь делаешь?       — Ну… — хрустнул шеей маг. — Как бы тебе помягче объяснить… Ты только сразу не кидайся с кулаками, хорошо? А то, я смотрю, тебе уже кто-то заехал в глаз.       — Это был Билл, — начал запоздало закипать Уизли. — Повторю вопрос. Что. Ты. Здесь. Делаешь?       — Пока вышел из душа и стою, — пытался разрядить легким юмором ситуацию волшебник, лихорадочно соображая, как же из нее выкрутиться с минимальными потерями.       — А почему ты выходишь из душа в доме моей девушки?!       — Твоей девушки? — тут же вспыхнула Гермиона. — Ты еще ничего не понял, да? Еще раз повторить для особо тупых?       — Повтори! — крикнул Уизли, вскакивая на ноги. — Значит, сразу кинулась к нему на шею, да? Сразу побежала плакаться Поттеру? Конечно, ну а кому же еще? Он ведь поймет, пригреет, успокоит… Он же такой пиздатый, в отличии от меня!       — По крайней мере, не обзывает меня бревном в постели! — выпалила ведьма.       — А, так вы еще и потрахались! — проявил чудеса догадливости Рон. — Как же это ожидаемо! Я ведь все знал о вас еще тогда! Но верил! А что сейчас? Блять, ну и какого, спрашивается, хуя? Ты ломалась со мной почти три месяца, зато сразу дала Поттеру? А то, что у него есть Джинни, тебя совсем не ебет?       — А то, что Джинни точно так же кинула меня, тебя тоже не ебет? — громко спросил Гарри. — То, что твоя сестрица не захотела иметь со мной дел должно было заставить меня рыдать в подушку ночами и ждать, когда же она соизволит одуматься? Что-то не помню, чтобы клялся ей в верности до конца своих дней!       — Между прочим, она сейчас ломится в дом на Гриммо, надеясь попросить у тебя прощение! — скривился от ненависти Уизли. — Но да хуй с тобой, сами разберетесь, но ты-то, — вновь повернулся он к ведьме. — Ты же Гермиона, ебись оно все конем, Грейнджер! Ты же не…       — Поттер, — поправил его зеленоглазый маг.       — Я знаю, что ты Поттер! — не врубился он.       — Она теперь тоже! — как гром среди ясного неба прозвучал голос Гарри. — Познакомься, Рон, — указал волшебник рукой на девушку. — Моя жена, Гермиона Джин Поттер!       Рыжеволосый волшебник еще несколько секунд словно по инерции открывал и закрывал рот, не зная, что сказать на эту новость. Всю его злость и ненависть по отношению к Гарри будто выбило огромной дубиной, заставляя нелепо глотать воздух и моргать глазами, не понимая шутят над ним или же нет. Однако серьезные взгляды лохматой парочки и все еще не исчезающее кольцо на пальце Гермионы практически орали ему в лицо своей тишиной о том, что это истинная правда, но сказать по этому поводу он ничего не успел.       — Эй, юнга, прием! — появился серебристый кролик, обдавший всех теплом своей магии и начавший говорить голосом Маркуса. — Я, конечно, все понимаю, но где тебя черти носят? Можешь не отмазываться, я уже заскочил в Отдел регистрации и увидел, что вы официально женаты, а потому прими мои поздравления и надежды на то, что ты все еще жив. Микки и Мэри, думаю, тоже к ним присоединяются, хотя больше Пирсон, ведь он выиграл спор. Короче так, давай ты отрываешься от утех со своей милой всезнайкой, быстро впрыгиваешь в штаны и бегом несешься на работу, пока Робардс тебя не уволил! — произнес Патронус и повернулся к Гермионе. — Да, еще мы всем отрядом сочувствуем вам, миссис Поттер, и шлем искренние пожелания терпения. С этим тугодумом порой довольно трудно, но все же надежда на зачатки разума есть, раз уж вы заверили это безобразие своей подписью, не так ли? Отбой!       Исчезнувший с легким щелчком серебристый кролик моментально забрал с собой теплое ощущение от своего присутствия, оставив лишь несколько шипящих искорок. Гарри замер на месте, всем своим существом поражаясь тому, насколько же одновременно вовремя и нет умудрился влезть Маркус со своим посланием. Старший мракоборец моментально закрыл множество незаданных вопросов в голове Рона, но также и дал пищу для того, чтобы парень начал краснеть от подступающей ярости, вот-вот готовящейся выплеснуться наружу.       — Значит так, да? — шипел Уизли. — Значит, ты давно уже планировал это сделать?       — Ну если два дня для тебя давно, то да, — холодно ответил ему Поттер.       — Не пизди! — рявкнул он. — Судя по словам этого парня ты и своих коллег подключил, пользуясь, небось, служебным положением? Что ты сделал, урод шрамоголовый? Подсыпал мне в вино что-то заставившее оскорбить Гермиону? Твои ебаные дружки заколдовали меня по дороге домой? А может, ты сам бросил Джинни, затер ей память и заставил поверить, что это она все устроила? Говори, выблядок, пока я тебя не…       — Силенцио! — воспользовалась вербальной формой Гермиона. — Петрификус Тоталус!       На ведьму было страшно посмотреть. Ее лицо горело от прилившей к нему крови, волосы вздыбились, а глаза метали молнии и прожигали дыры. Девушка пыталась быть спокойной, пыталась решить все миром, пыталась обратить внимание своего бывшего парня на его собственные ошибки, но тот, как всегда, уперся рогом, готовый обвинить любого чуть ли не в государственной измене, лишь бы самому оставаться чистеньким и невинным.       — Значит так, сморчок ты недоношенный, — кипела чародейка. — Чтоб ты знал, кусок идиота, я была влюблена в Гарри с пятого курса! И всегда его любила, не забывая об этом никогда! Но по своей дурости отпустила его в руки сначала Чжоу, а затем и Джинни, лишь бы он был счастлив, а с тобой начала встречаться только потому, что так могла быть ближе к нему! Я считала, что пусть мне и не светит быть его женой, но я всегда смогла бы быть рядом и радоваться тихой близости! Хотя не удивлюсь, если со временем бы не выдержала и изнасиловала его прямо на нашей с тобой кровати! — чуть перевела она дух, смотря прямо в глаза Рону. — Гарри же в ответ, с пониманием относясь к моим заметным для других чувствам касательно тебя, не стал подкатывать ко мне, считая что я хочу быть с тобой, хотя полюбил меня примерно с начала шестого года! Представь себе, сопля ревнивая, мы, в отличии от тебя, уважали эмоции друг друга, а потому не заводили этот разговор! Исключительно наша скромность и немного благородство позволили более ярким подкатам от тебя и Джинни спутать наши чувства и поверить в то, что мы будем с вами!       — Гермиона… — хотел было остановить ее Поттер.       — Я не закончила! — кинула чародейка на него один из своих фирменных взглядов, от которых хотелось заткнуться и прикинуться ветошью. — Я крайне рада тому, что вы с сестрицей оказались такими привередливыми в постели, поскольку ненавидела бы себя до конца своих дней, если бы тебе досталась моя невинность! — почти орала ведьма. — Как же я признательна Браун, что она столь опытна и, будь я пораспутнее, то с радостью отсосала бы Томасу его огромный черный елдак, чисто в благодарность за то, что у него предки из Африки! А ты вновь пытаешься найти оправдание своему долбоебизму, обвиняя теперь мракоборцев, стоящих на страже порядка, не видя дальше своего грязного с самого первого курса носа! И к слову, Рональд, Гарри хотя бы знает об интимной гигиене, а потому хуй у него куда вкуснее, да еще и длиннее твоего раза в полтора, так что живи теперь с этим! Фините Инкантатем!       Двое парней, с выражением истинного шока на лицах, смотрели на затихшую, но все еще тяжело дышащую волшебницу с зажатой в руке палочкой. Они оба прекрасно знали, что в некоторые моменты она способна была приструнить любого, но такой длинной и злобной тирады еще никогда не слышали. Зато она прямо, емко и доступно расписала всю ситуацию, позволив чуть успокоить мысли и хорошенько задуматься.       — Я даже не предполагал подобное еще три дня назад на нашем двойном свидании, Рон, — нарушил молчание Гарри. — Если хочешь, я тебе хоть под сывороткой подтвержу, что у меня и в мыслях не было отбивать у тебя Гермиону, как бы я ее не любил. Не такой я человек. И те месяцы в палатке, когда у меня был полный карт-бланш на действия, да и учитывая как ты с ней обошелся, должны доказать тебе мою честность.       — Тогда как твои коллеги успели начать делать ставки? — мрачно спросил Уизли. — Не за день же…       — В том-то и дело, что за день, — вздохнул Поттер. — Гермиона пришла ко мне вечером на работу, дабы найти поддержку. Мы посидели, выпили виски, чуть перебрали, рассказали друг другу о том, каким образом ты и Джинни бросили нас, и на этом фоне дали волю чувствам, совершенно не предполагая о взаимности… Можешь не верить, но я даже в этой квартире первый раз появился только вчера вечером, да и то влез через балкон, ибо Гермиона считала, что своими действиями разрушила нашу дружбу, а я ляпнул по глупости, что и не хочу больше дружить, не успев договорить о желании большего, — набрал воздуха в грудь мракоборец. — Ну а что до Маркуса и остальных, то мы не замели следы, и потому вчера утром они выбили из меня всю историю и пообещали помочь… Вот собственно и вся петрушка…       — Если ты не готовился к подобному, — сжимал и разжимал кулаки рыжий, — то как вы так быстро успели пожениться? Нужна же куча времени на…       — Кингсли помог, — пожал плечами зеленоглазый маг. — Чуть воспользовался властью министра и в обход некоторых правил дал мне магическое свидетельство на наши имена, где достаточно было лишь поставить подписи… А учитывая произошедшее, мы уже решили не откладывать, ибо не видели смысла, как и устраивать пышную свадьбу. Уж не любители мы массовости, принимая в расчет и так избыточное внимание прессы, да и звать-то особо некого было, ибо поссорились с вами… Вот и думай теперь.       Пару раз глубоко вздохнув Гарри замолчал, в ожидании ответа друга, опершись на дверной косяк и скрестив руки на голой груди. Волшебник понимал, что ему сейчас требовалось решить для себя очень много сложных вопросов, включая само желание продолжать общаться дальше. Ситуация вышла крайне скользкой и, не будь у них стольких лет совместных приключений, то моментальная Авада от Рона в голову могла бы стать одним из самых простых вариантов ее разрешения. По крайней мере, куда лучше, чем до конца своих дней ожидать подлости и удара со спины.       Минута шли за минутой, грозясь превратиться в бесконечный поток ожидания. Лицо Рона несколько раз морщилось, напрягалось и вытягивалось, а в черепной коробке явно происходили активнейшие вычисления, как минимум на уровне создания ядерного реактора или же заклинания, спасающего весь мир от голода и холода. Он хмурился, сжимал переносицу, смотрел то на парня, то на его жену, несколько раз открывал было рот, но затем возвращался в себя, решая начать речь иначе.       — Ладно, — сделал свой шаг Уизли, поднимаясь на ноги. — Хорошо. Я вас понял… Может, оно все даже и к лучшему…       — Что к лучшему? — спросила Гермиона.       — То, что вы все выяснили и сошлись официально, а не бегали бы в будущем друг к другу на потрахаться, за спиной у меня и Джинни, — грустно усмехнулся Рон. — Пожалуй, лучше уж честно признать поражение, чем пытаться вести войну, где против тебя твои же собственные войска…       — Как завернул-то, — хмыкнул Гарри.       — Знайте, я весьма сильно обижен на вас, хоть и сам виноват отчасти, — признал он очередной факт. — Не уверен, что захочу в будущем общаться с вами, мне нужно хорошенько переварить ситуацию… Может даже заскочить к Лаванде на вечерок и расслабиться…       — Если она тебя примет, — фыркнула чародейка.       — Примет, — уверенно ответил Рон. — Я тебе не говорил, но она буквально за несколько часов до свидания прислала мне письмо, где сообщала, что очень скучает… Я не стал отвечать, ибо у меня была ты, но все же прокручивал эту мысль в голове весь вечер и потому видимо так сорвался на тебя, ожидая… Скажем так… Похожего на мой прошлый опыт с ней… И, боюсь, я всегда буду о нем вспоминать…       — Прекрасно, — скривилась Гермиона. — Я бы в итоге изменяла тебе с Гарри, ты бы трахался с Лав-Лав, Джинни бы мечтала о Томасе… Не семья, а клуб блядей и изменников.       — К слову, о моей сестре, — вспомнил Уизли. — Она конечно хочет помириться, но я не видел прям особого энтузиазма в ее глазах… Возможно, она тоже что-то поняла за эти дни и, скорее всего, желает вновь добиться Дина…       — Вот и чудно, — чуть улыбнулся Поттер, подводя итоги. — Вместо шестерых изменников получим три нормальные пары. Ладно, Рон, я был бы рад еще пообсуждать наши взаимоотношения, но мы вроде как относительно разобрались…       — Угу, — буркнул он.       — Мне действительно пора на работу, — глянул чародей на часы, — а то Маркус повесит меня голым прямо в Атриуме, в назидание другим.       — Пиздуй уже, — махнул рукой рыжий. — Я передам Джинни наш разговор, дабы уже лишний раз не разводить демагогию.       — Если она захочет поговорить, то я буду ждать ее дома после восьми часов, — накидывал рабочую мантию мракоборец. — Кстати, Герми, ты тоже одевайся.       — Зачем это? — удивилась волшебница.       — Надо, надо, — улыбнулся ее муж, — по дороге объясню. Рон, если голоден, съешь яишенку, а то Гермиона так старалась…       Министерство магии в середине рабочего дня напоминало рой жужжащих пчел, летающих по закрытому подземному улью. Туда и сюда носились волшебники, важно следовали вечно занятые гоблины, величественно шагали почтенные старцы, а стаи бумажных самолетиков носились из отдела в отдел, доставляя важные послания, порой добрые, а порой состоящие из одного только мата. Словом, шел нормальный деловой процесс в главном здании магической Британии.       Гарри уже отвык от такого наплыва народу, обычно появляясь и уходя прямо из своего кабинета, а внутри здания волшебник перемещался по не очень-то людному этажу мракоборческого центра с ограниченным допуском. Все эти пестрые краски, разные люди, высокие лица и журналисты, задолбавшие приставать каждый раз, когда увидят его в доступе, порядком напрягали. А сейчас еще и такой фурор: второй человек из Золотого трио шел следом за Поттером и можно было попытаться взять у них эксклюзивное интервью.       Быстро растолкав надоедливых писак, Гарри схватил за руку свою жену и направился сразу к грохочущим лифтам, где смог наконец спокойно выдохнуть и перевести дух. Гермиона молча стояла рядом и тихо хихикала про себя, зная, что это еще цветочки, а ягодки начнутся с того момента, когда информация о их браке выскользнет из Отдела регистрации волшебников, и вот тогда им несдобровать.       Маркус сидел на своем месте, закинув ноги на стол и нервно постукивал пальцем по довольно толстому досье на одного криминального авторитета. Не столь давно заходил сам начальник Робардс и вручил ему это дело, сказав озадачить им Поттера, дабы мозги поработали и может быть нашли какую-нибудь зацепку, упущенную по невнимательности. Мужчина за это утро уже трижды придумывал отмазы на тему того, куда потерялся его подчиненный и на четвертый сил уже явно бы не хватило, а потому он начинал немного хмуриться.       — Ну и где наш Ромэо? — спрашивал Винчестер в воздух. — Почти час назад прислал своего рогатого, обещая быть как можно быстрее, но что-то все нету…       — Может, в камине застрял? — кинул взгляд Микки. — Ну всякое бывает…       — Дай ты ему время, — хихикнула Мэри. — Тут такое дело, а ты его гоняешь.       — Если он не появится в течении десяти минут, — бурчал старший, — то пойдет сам объясняться с шефом по каким временным линиям его гиппогрифы носили.       Стоило ему только закрыть рот, как входная дверь отворилась и в нее вошел искомый персонаж, ведущий под руку явно смущенную кареглазую волшебницу с пышной шевелюрой и в легком летнем платьице. Винчестер и Пирсон уставились на неожиданную гостью, а Твигл лишь исподтишка подмигнула Поттеру и показала большой палец, положительно оценив внешность выбранной спутницы жизни. Все же до этого они не встречались лично, а видели ее только в газетных статьях, явно не передающих и половины красоты.       — Дамы и господа, — улыбался Гарри во все зубы, — позвольте вам представить мою жену, Гермиону Джин Поттер. Хоть это и не стало для вас сюрпризом, ибо кое-кто, — покосился он на старшего, — слишком злоупотребляет своим положением, но все же я решил, что просто обязан вас познакомить лично, так как без вас ничего бы этого не было.       — Здравствуйте, — поздоровалась девушка с красным от неловкости лицом.       — Герми, это Маркус, — махнул волшебник рукой на начальника, — а вот там сидят Мэри и Майкл, хотя все зовут его Микки. Сразу говорю, не обращай внимания на стиль их общения, это все в шутку и никто никого не хочет оскорбить. И коллеги, попрошу при ней поменьше материться.       — За кого вы нас держите, младший мракоборец Поттер? — надел свою маску серьезного человека Винчестер, хотя с трудом сдерживал улыбку. — У нас тут не сборище клоунов, а серьезная организация.       — Хранящая в шкафчиках запрещенный на территории Министерства вискарь? — усмехнулся парень.       — Между прочим, сэр, — продолжал нагонять пафос мужчина, — вы не найдете здесь ни одной капли алкоголя. Мы чтим нормы и законы нашего…       — А если так? — со смехом прервал его маг.       Под внимательным взглядом трех пар глаз Гарри взял у своей любимой столь значимую для них бисерную сумочку, сунул туда руку по локоть и стал доставать бутылку за бутылкой, наполненных янтарной жидкостью вполне понятного назначения. Не прошло и минуты, как место на столе у начальника закончилось, а потому пришлось еще пару стеклянных тар и коробок поставить на тумбочку с живыми растениями.       — Это что такое? — покосился на него Микки.       — Одиннадцать бутылок восхитительного виски, а еще кофе и печеньки, — усмехнулся Поттер. — Десять от меня, как и обещал, а еще одна от Гермионы, в качестве жеста благодарности. Наверное, надо было ей сказать, что я и так задолжал, но зачем?       — Это ты правильно сделал, — загорелись глаза у Мэри. — Я так понимаю, пышных свадеб вы решили не устраивать?       — Нет, — улыбнулась кареглазая ведьма. — Мы не любители пафоса и лишнего внимания. Но я бы с радостью просто посидела бы с вами где-нибудь в ресторане и познакомилась получше.       — Это мы устроим, — вернулся к своему обычному виду Маркус. — Погудеть с друзьями я только за, особенно в компании таких красоток! Синяя, ты же не откажешь мне составить пару по поводу такого случая? Уж ради брата нашего меньшего и его прелестной спутницы жизни?       — Справка от целителя-я-я-я, — пропела Твигл. — Может, ты заразный?       — Чист как слеза, — отлевитировал маленькую бумажку Винчестер. — Ну так что?       — Я подумаю, — хихикнула Твигл, быстро прочитав несколько строчек.       — Окей, — подмигнул Маркус и обратился к бывшей Грейнджер, глядя ей в глаза. — Скажи, Гермиона, а ты больше никого не хочешь пригласить?       — Я… — задумалась девушка, нахмурив лоб. — Ну, быть может, пару школьных друзей… Хотя они сейчас в разъездах и не факт, что смогут приехать.       — Ну хорошо, — улыбнулся мракоборец, откидываясь на спинку. — Тогда давайте на следующей неделе? В субботу? А то на этой дел навалилось, а твой суженый отлынивает как может.       — К работе готов, — выпрямился Гарри. — Приступаю немедленно!       — Тогда иди провожай миссис Поттер и возвращайся, — раздал указания он. — Джунгли зовут!       На счастье зеленоглазого мага, разговор с бывшей девушкой прошел на удивление спокойно и без лишних криков. Они мило посидели за чашечкой ароматного кофе в уютном заведении недалеко от площади Гриммо, посмеялись над глупостями друг друга и решили восстановить отношения на уровне конца пятого — начала шестого курса, когда они были только друзьями, Гарри мечтал о Гермионе, а Джинни встречалась с Дином. Однако чародейка все же испытала некий разрыв шаблона и почти пять минут отрешенно хлопала глазами, когда узнала о том, что эти двое не просто переспали и начали встречаться, а еще и успели пожениться по всем правилам.       Большую часть времени новоявленные друзья в принципе извинялись за свои косяки и недомолвки, Гарри признавал, каким он был скучным недотрогой, а Джинни же открыто сообщила, что погорячилась с оценкой его достоинства. Хоть и упомянула вскользь, что это было вызвано больше злобой на то, что она его уговаривала три месяца, а он все нудил про усталость и прочее, да еще и не оправдал тех ожиданий, что представляла у себя в голове неопытная волшебница. Уходя с этой встречи, парень почувствовал сильнейшее облегчение и душевный подъем, ожидав куда худшего, особенно после эмоционального объяснения с Роном.       Через неделю, в пятницу вечером, Поттер одиноко сидел у себя за столом и активно дописывал отчет о проделанной работе. Он перерыл все дело о криминальном авторитете от корки до корки, и при помощи Гермионы, иногда заглядывающей к нему в кабинет, пока не начались учебные будни в Хогвартсе, смог найти несколько зацепок, пропущенных ранее замыленными взглядами более опытных коллег.       — Эй, молодой, — окликнул его непосредственный начальник, заходящий в помещение.       — Я весь внимание, — посмотрел на него Гарри.       — Мы тут подняли некоторые связи, — подошел ближе Винчестер, держа в руках очередную бумажку, — и надыбали кое-какой полезной информации, хоть ты и не просил. Я думал отдать вам это завтра, как подарок на медовый месяц, но все же отдаю сегодня, дабы ты смог лично вручить его своей красотке. Думаю, она будет счастлива.       — Что это? — поинтересовался чародей, принимая пергамент.       — Я так полагаю, эти имена тебе знакомы? — довольно ухмыльнулся старший, видя, как меняется лицо подчиненного. — Адрес написан ниже, а на обратной стороне контакты человека, способного помочь тебе в этой ситуации.       — Но… Маркус… — с трудом говорил Гарри. — Откуда ты…       — Слухи, намеки, — пожал плечами тот, — легкая легиллименция и многолетний мракоборческий опыт. Пользуйся, шкет, пока я еще не погрузился в рутину и хочу сделать мир лучше, параллельно тренируя свои детективные навыки.       — Ты уже сделал его лучше, — положил листик в карман Поттер. — Я в бесконечном долгу у тебя, ибо этот гештальт явно один из самых важных, что лежит на душе… Обещаю, я обязательно отплачу тебе той же монетой.       — Назовете одну из своих личинок в мою честь, — хохотнул Винчестер. — Все, в понедельник допишешь, сейчас двигай домой и радуй свою ненаглядную, ну а я пойду подстригусь что ль… Мэри же согласилась таки посетить ваше торжество именно со мной, а не просто так.       — Да ладно? — изумился Гарри. — Ты только при мне три месяца добивался ее благословения и еще хер знает сколько до меня…       — Видимо сердечко растаяло от того, какой я романтик, — смеялся он. — Ну и невероятный красавчик, разумеется.       — Пойдем уже, красавчик, — накинул на плечи мантию Поттер и направился к камину. — Завтра в шесть, помнишь?       — Забудешь такое, — подмигнул Маркус, заходя в зеленое пламя. — До завтра, юнга!       — До завтра, — улыбнулся Гарри, двигаясь следом. — Капитан.