Трудный год

Тео чувствовал себя плохо. Очень плохо. Его раздражала каждая мелочь. Эти свечи, парящие над столом; смех Гойла, которого насмешила шутка Забини; Малфой, который в открытую пялился на Грейнджер; эта Уокер, которая вчера врезалась в него. Его бесило то, что люди продолжали жить, думая, что война закончилась. Фактически она закончилась, да, так говорит Министерство. Но Теодор знал, что ничего не закончилось. Ему пришло письмо. "Здравствуй, Тео. Надеюсь, ты скучал также сильно, как и я. Не волнуйся, скоро я заберу тебя из этого крысиного места, и мы доведём дело, начатое Тёмным Лордом, до конца. Большего сказать не могу. Это послание должно остаться в тайне." Когда Нотт прочитал эти слова, его одолели странные чувства. Он был рад узнать, что отец жив. Да, сомнений по поводу отправителя этого письма не было. Но его одолела такая неприятная тревога. Сердце забилось чаще, ладони вспотели, стало вдруг так жарко. Он не хотел войны, ему было плевать на грязнокровок. Он хотел просыпаться с улыбкой на лице, предвкушая приятный завтрак, он хотел читать письма отца, который писал, что у него всё хорошо. Тео просто хотел спокойной жизни. Как у всех. Тео не мог позволить последнему близкому человеку идти на верную смерть. Конечно, может быть, у него получится задуманное, но шанс так мал. Сколько осталось Пожирателей на свободе? Десять? Двадцать? Тридцать? Этого мало, этого чертовски мало. Но что он мог сделать? Пойти пожаловаться старухе МакГонагалл? Она доложит обо всём Министерству. Естественно, это никак не поможет остановить отца, ведь никаких данных он не сказал. Только Тео простынет предателем собственной семьи. Он всю жизнь рос на убеждении о том, что маглорождённые не достойны жить в магическом мире. До войны он тоже так считал, но сейчас ему просто плевать. Теперь жить станет ещё тяжелее, ведь он знал то, чего не знали остальные. А значит, на нём большая ответственность. Но всё-таки жизнь отца для него была важнее любой другой. *** Тео направлялся в кабинет зельеварения. Даже идти по коридорам было целым испытанием – столько взглядов Тео ловил на себе. Кто-то смотрел с любопытством, в основном это были девушки, которые находили Нотта привлекательным. Надо сказать, это ему это даже немного нравилось. А кто-то смотрел с презрением. Конечно, как сын пожирателя посмел спокойно разгуливать по Хогвартсу. Да и к тому же, над Теодором даже суда не было, что просто добивало их. Но проведение суда было бы беспочвенным, ведь у Тео нет метки. С ним только провели профилактическую беседу, где он сказал, что никогда не поддерживал идеи Волендеморта. Вряд ли ему поверили, конечно, но больше работнички Министерства к нему не лезли. Когда Тео зашёл в кабинет, ему тут же захотелось выбежать оттуда. Он забыл, что зельеварение совместно с Гриффиндором. Он терпеть не мог этих храбрых выскочек. – А вот и вы, мистер Нотт! – воскликнул профессор Слизнорт, стоящий меж двух рядов. - На первый раз, так уж и быть, прощу вам опоздание, но впредь, чтобы такого не было! – Конечно, профессор, – вздохнул Нотт. Тео уже принялся садиться за свою любимую последнюю парту, как Слизнорт сказал: – Не так быстро, Теодор. Я принял решение сам разбить вас на пары. Пора заканчивать вашу вражду между факультетами. По кабинету тут прокатилась волна негодования. Кто-то даже не удержался и выкрикнул пару бранных слов. Ученики Гриффиндора и Слизерина смотрели друг на друга с нескрываемой враждой. У Теодора уже даже не было сил злиться. Ему хотелось рассмеяться от того, насколько это идея была глупой. Из-за этого нововведения смертность в школе возрастёт примерно на сто процентов… – Какое безобразие! Минус пять очков с обоих факультетов! Пожалуйста, потише, я называю пары. Грегори Гойл и Рон Уизли, Пэнси Паркинсон и Симус Финиган… – Да ни за что! Он же опять что-нибудь взорвёт, а я буду рядом! – крикнула Паркинсон, которая даже не встала со своего места. Но Слизнорт, словно ничего не услышав, продолжил называть пары: – …Драко Малфой и Гермиона Грейнджер, - тут Тео даже немного посмеялся над подобным союзом. Но долго его радость не продлилась, - Теодор Нотт и Грейс Уокер… Профессор продолжил дальше озвучивать имена, но Тео не слушал. Всё его внимание было приковано к ней. К рыжеволосой девушке, лицо которой усыпано бесячими веснушками. Из-за этих черт, она ему очень напоминала одну из Уизли. Грейс смотрела на него своими зелёными глазами, под которыми были небольшие мешки, свидетельствующие о бессонной ночи. Её взгляд был сердитым и недоуменным. Словно, она спрашивала, за что ей всё это. Мерлин свидетель, у Тео тоже были подобные мысли. Уокер взяла свою сумку и села рядом с Ноттом. Теодора очень нервировало присутствие другого человека настолько близко рядом с собой. Личное пространство для него было чуть ли ни самым важным. Единственным человеком который мог его нарушить, была мама Тео. Хотя у Грейс, видимо, тоже была подобная проблема, судя по тому, как она придвинулась к краю парты. Нотт решила просто игнорировать её и слушать профессора, речь которого он немного прослушал. –…именно поэтому вам на выбор есть три зелья: сыворотка Правды, Жидкая смерть, зелье Невидимости, но, - Слизнорт поднял вверх указательный палец, - готовить вы будите в парах, с учеником, с которым сидите. К заданию можете приступать с завтрашнего дня. Тео ошибался, когда думал, что сил злиться нет. Есть. Их очень много. Готовить зелье с гриффиндоркой? Серьёзно? Конечно, Уокер вроде как обладает успехами в области зельеварения, но целый месяц с ней бок о бок.. Он не понимал, чего хотел добиться этот старик. Третьей магической войны? Тео принял решение выбрать самое простое зелье. Приготовить как можно быстрее и забыть эту пытку. Нотт повернул голову на Уокер, которая, как и все присутствующие, была недовольна таким поворотом событий. Она взглянула на Нотта. – Будем готовить Умиротворяющие, - сказала она и опять устремила свой взгляд вперёд. Нотт был согласен с её решением, ведь приготовить это зелье было несложно. Но то как она это сказала…Таким тоном, словно она не имеет право ей перечить, словно он не наследник древнейшего чистокровного рода. Тео решил поставить её на место. – Нет. Грейс недоумённо на него посмотрела, явно неожидавшая такого ответа. – Ты так жаждешь подольше находиться в моей компании? - на её лице появилась дерзкая улыбка, которая показалась Нотту слишком слизеринской. – Жаль, что не могу сказать того же. Это зелье варится быстрее всех остальных, и я… Тео вскинул руку вверх, как бы останавливая её, Грейс тут же закатила глаза. – Во-первых, я знаю, сколько варятся все эти зелья, Уокер. Во-вторых, я не жажду находится в твоей компании. Но Умиротворяющие зелье, серьёзно? Я, конечно, знал, что гриффиндорцы не обладают большим умом, но чтобы настолько… – Хорошо, раз ты такой умный, будем готовить сыворотку Правды, - Тео удивлённо поднял брови вверх, он и не думал, что гриффиндорцы могут быть спокойными. Хотя, возможно, Грейс одна такая на своём факультете. – Но нам придётся каждую ночь, на протяжении месяца, встречаться в каком-нибудь заброшенном классе и выполнять задание. – Как-нибудь вытерплю, - лениво бросил Нотт. На это Грейс не ответила и продолжила слушать профессора. Оставшийся урок прошёл довольно спокойно. По крайней мере, для Теодора. *** Солнце уже ушло за горизонт, а, значит, день сменился ночью. На небосклоне множество красивых звезд, которые окружают яркую луну. Это любимое время суток Грейс. В это время можно по-настоящему остаться одной, наедине со своими мыслями. Пускай и не самыми лучшими. Сейчас, например, она думает о том, как сильно скучает по отцу. Грейс так не хватает его. Он был самым близким её человеком, который поддерживал во всём. Абсолютно все её идеи. Будь то разыграть маму с помощью вредилок Уизли, или стремление в будущем стать космонавтом. Джон был очень добрым и светлым человеком. Он смотрел на Грейс глазами полными любви, называл её самой красивой и умной девочкой в мире, он защищал её и свою жену от всех бед до конца своих дней. И вот опять. Грейс же обещала себе больше не думать об этом. Но предательские слёзы текут по её щекам, попадая в полуоткрытые губы. Нужно на что-то отвлечься. На что угодно, только бы не плакать. В такие моменты, она прокручивает события прошедшего дня и акцентирует внимание на чём-нибудь безобидном. Завтрак в Большом зале, который показался Грейс пресным, коридоры, забитые учениками, скучная книга по трансфигурации, урок Зельеварения…Точно. Этот чёртов урок, на котором чёртов Слизнорт, дал это чёртово задание. Которое ей придётся выполнять вместе с Ноттом целый месяц. Они бы управились быстрее с заданием, если бы не его упрямство. К счастью, с зельями у Грейс всё отлично, папа часто проводил с ней уроки в их домашней лаборатории. "Мерлин, ну опять эти мысли…" Кажется, пора научится окклюменции.