the laugh from heaven (смех небесный)

Серьёзность их намерений была понятна еще с самого начала. Всё-таки они встречались целых 5 лет, пережили вместе столько дерьма, а теперь наконец заимели смелость скрепить свои души воедино. Это и так уже было сделано, но не на юридической основе; пришла пора узаконить это всё. Остальная «шайка» узнала об их связи — тесной и продолжительной — лишь недавно. Ну, где-то немного больше полгода назад, на рождественскую вечеринку. Когда бухие от белого вина были обнаружены под ёлкой. Трахающимися. Потом последовал долгий разговор, объяснения и предыстория. И только Ванда сидела в сторонке с хитрым выражением лица, умиляясь румянцу на щеках мальчиков. Она узнала об их отношениях порядком раньше; заметила, как они смотрят друг на друга, как ведут себя в присутствии второго. А еще полным подтверждением стал поцелуй на балконе, когда она не нарочно зашла без стука. Чародейка их союзу не противник. Мэйси отреагировала более всех остро: сначала шок, потом психи «Почему я должна была узнать таким образом? И… вы что, не планировали нам рассказывать?!» Новоявленная королева вообще не оправдывала в тот момент свое звание. Но и пусть. Она слишком долго не замечала. Остальные отреагировали с радостью, почти не удивившись такому повороту событий. А теперь пришло время сделать один из важнейших шагов. Клэй выбирал кольцо долго и тщательно, но в итоге так ни к чему не пришёл. Он прибег к тому же методу, что и с кулоном журавля — сделал чертежи колечка, отправил на обработку в ювелирную мастерскую и уже спустя пару дней пришёл ответ, в котором была и полная цена, и сумма предоплаты, и подтверждённые черчения украшения. Он сделал все зависящие от него действия — и уже через некоторое время держал в руках деревянную коробочку с золотым тиснением красивых узоров. Само украшение было плоское, широкое, из платины, с изумрудной дорожкой. Оно было удобное в носке и красиво сочеталось с яркими глазами Аарона. Чего еще можно было желать? Руны. Клэй связался с необычным ювелиром: тот немного умел в магию, поэтому с внутренней стороны и по бокам от дорожки из камней была гравировка многочисленных защитных и усиливающих рун. Символика красиво импонировала и сливалась в таинственную вязь заклинаний. Клэй не планировал предложение: вместо этого он всегда продумывал всё наперёд. Он считал, что пафос в виде каких-то фейерверков или дорогого авто, которое увезёт их в закат под романтическую музыку, излишний; если фантазии на что-нибудь более интересное вообще не имеется, то уж лучше подарить кольцо во время совместного поедания шаурмы на прогулке. Всё свелось к тому, что тот самый момент, как всегда, подвернулся о-очень неожиданно. Одним вечером Клэй просто писал конспект по одному из предметов, которые вёл в академии, и заметил, как на тумбе в свете лампы блестит цепочка Аарона. Она была новой. Ее Фокс купил не так давно, ведь хотел наконец начать носить и своё украшение, потому что Клэеву — отдал еще давно. Только журавлика себе оставил. Но видимо сегодня он хотел надеть новую цепочку. Клэй решил сосредоточиться на работе, но в голове навязчиво крутилась одна мысль. Он рызрывался на части пару минут, а потом захлопнул конспект и решительно зашагал в сторону шкафа. В его груди что-то затрепетало, когда он открыл коробочку и достал колечко. Бережно надев украшение на цепочку, он пару секунд рассматривал это сочетание, а затем сложил все на место. Чувство ожидания захлестнуло его, он сидел за столом и вырисовывал на листочке какие-то символы, выученные в начале магического пути. Вероятно, это была мантра успокоения. Клэй не помнил. Когда в темноту коридора просочился лучик света из ванной, безумие из ожидания, страха и предвкушения возбудилось под кожей, да так, что волоски на голове зашевелились. Он постарался выглядеть менее подозрительно, когда Аарон зашел в комнату в одном полотенце. Лучник, взяв с полочки расческу, принался укладывать мокрые рыжие волосы. Это зрелище привязало к себе взор Мурингтона, и Аарон это заметил. Он усмехнулся, на считанные мгновения встречаясь с Клэем взглядами в зеркале. Он продолжил своё занятие, хитро ухмыляясь домашней атмосфере: — Ты там скоро закончишь? Пары начинаются только через неделю, а ты уже во всеоружии. Клэй будто вовсе онемел. Эмоции слились в что-то одно глупое и сложно различимое. Эта гремучая смесь потекла по венам и застучала по вискам. Еле найдя силы, он произнёс: — Да, еще немного. Ага, абсолютно верно, эти слова вовсе не относились к работе. Это столько осталось ждать до того самого момента. Он опустил голову так, будто начал работать, а сам — подглядывать за действиями Аарона. Тот взял цепочку и, начав ее одевать, заметил изменения. Он прошёлся пальцами по длине и ощутил кольцо. Снял украшение, повернулся на свет и начал рассматривать. Секунду он тупил, а потом полными шока глазами взглянул на Клэя. Тот почувствовал на себе этот абсолютно офигевший взгляд и аккуратно посмотрел в ответ. — Клэй? — осипше прозвучало в тишине дома. Мурингтон молча встал и, подойдя к своему парню, посмотрел прямо в эти зелёные глаза. И Клэй думает, что в этих радужках впору утонуть, задохнуться в зелени таёжных лесов или Диких пущ, что когда-то они видели вокруг себя; поросли трав, которые начинаются и закончится не могут. Вдыхать жгучий запах холодной молодой мяты, и любоваться дороговизной и недоступностью изумрудов прямиком из лучших ювелирных домов. Он не просто так влюбился в это чудо. Годы ожидания того стояли. Аарон думает, что… это так незабываемо!.. Помнится, он и мечтать не мог о чем-то подобном, а сейчас! Сейчас у него есть его счастье. С синими глазами, растрёпанными ежистыми волосами и огромной добротой в сердце; стоит в чёрном худи, с извечными синяками под глазами и тёмной цепочкой. Аарон любит каждый сантиметр этого тела, каждый оттенок настроения, каждый вздох и стук сердца ловит с глубоким азартом, с неумолимым упоением. Те годы прошли не зря. Клэй смотрит доверительно, нежно… невообразимо. Заставьте Фокса описать это — он бы не смог. — Ты выйдешь за меня, Аарон Фокс? Аарон закусывает губу так, будто сейчас он — это Клэй. Будто это — его привычка, а не перенятый жест. Он улыбается. Счастливо и заворожённо, отвечает самим взглядом. — Ты такой дурак. Клэя сбивают с толку. Аарон идёт к шкафу и достаёт с той же полки, что и Клэй колечко и протягивает в руки. — Сначала ответь мне ты. Настал черёд шокироваться Клэю. Он автоматически взял украшение в руки, после чего начал рассматривать. Кольцо было из серебра, выпуклой формы. На нем были гравировки и чернь, а посредине — ровный красивый камушек. Задействовав свет, Клэю удалось разгадать этот магический блеск — лунный камень. Он смотрит на Аарона, пока тот тоже осматривает новое кольцо: — Оно прекрасно, — потом глаза в глаза, и заветное: — мой ответ — да. Клэй готов плакать третий раз в жизни. Неужели это случилось?! Он должно быть спит. Не спит — чувствует на губах губы и забывает, как дышать. Аарон обнимает за шею левой, лбом прислоняется ко лбу, а правой держит кольцо. Клэй отвечает, потому что любит. Любит так, словно в последний раз. Знает: не в последний, будут многие другие жизни, где он найдёт свои заветные зелёные глаза, веснушки и рыжий волос, но сейчас… Хочется взять максимум. Каждый раз отныне — и вовек. Они отстраняются, Мурингтон обводит пальцем в руке камень и надевает на палец: — Да, — без мыслей, так как и должно быть. Аарон щурится, целует костяшки пальцев. А потом переходит на шею. Так приятно. Он сжимает в руке подарок Клэя с цепочкой вместе. Он будет носить обе эти вещи, потому что они ценны. Вещи. Ха, как коротко и просто. И значимо. Он начинает зацеловывать Клэя, прислоняет к стене, лапает и удовлетворённо чувствует на себе руки возлюбленного. Вскоре кровать прогибается под их весом. Аарон всё еще каким-то чудом в полотенце, седлает бёдра Клэя. В его руках греется металл, он натягивает колечко на палец, откладывает цепочку на тумбочку и, не теряя времени, достает оттуда же еще и тюбик смазки… Месяцем позже они уже планируют свадьбу. Они хотели бы провести этот день по-особенному. Так, как будут они помнить всегда. Они набирают около двух десятков гостей — близких и знакомых — и едут в удалённую часть королевства. Сперва их путишествие начинается с поезда. Это весело, в пути они играют в карты, наслаждаются разнообразием природы Найтонии, слушают истории пожилого заведующего вагоном, распивают лёгкий алкоголь и с доброй ухмылкой поздравляют помолвленных. На утро следующего дня все лениво выползают на перрон и направляются в отель. Но только для того, чтобы передохнуть, заняться своими делами, поесть и снова отправиться в путь. На этот раз на пикапах. Одевшись потеплее и вооружившись всем необходимым, погрузились в три машины и тронулись. Дорога в горном городе довольно ровная, солнце не печёт, из колонок разносится крикливая музыка. Но она всё равно не заглушает ветра в ушах. Мэйси стояла в кузове, подставляясь навстречу воздуху, и махала людям, которых они проезжали. Селяне, горные мотоциклисты, жители городка, дети, взрослые и старики приветствовали свою королеву и рыцарей улыбками, махали им в ответ. Их дорога сворачивает и уходит далеко вверх. Полумокрая грязь, глина, земля и увядшая в этом ужасе трава сминаются под натиском грубых шин, пока рыцари и остальные гости сидят в кузовах пикапов и просто драйвуют. Когда они по просто сумасшедшим склонам, скалам, камням и ветвям деревьев добираются на самые вершины гор, из-под колёс летит сухая пыль, попадая прямо в глаза, но это только прибавляет веселья. Ланс предпочитал сидеть в кузове и просто наслаждаться. С ним в сером пикапе еще ехал Джестро, Райан, Ава и Робин. Последний вдохновленно ловил красивые кадры на гоу про. В самом салоне сидел король, который не хотел боялся сидеть в самом кузове, но вот королева постоянно вдохновлённо высовывалась из окна. В следующей машине бордового цвета были несколько друзей Клэя из академии, Аксель с сестрой Райана, и их родителями — Дейзи и Питером (они стали весьма близкими со времени знакомства). А в третей машине — чёрном форде «раптор» ехали сами виновники праздника. Аарон опасно перегибался через бортики кузова и тоже снимали их путешествие на камеру. На нем была белая бандана, он ловил лицом ветер и забавно щурился. Клэй был тем, кто вечно держал его, чтобы его жених не упал под колёса. Тем не менее, Мурингтон орал слова песен из колонки громче всех. « — One day my father, he told me, «Однажды отец сказал мне: Son, don't let it slip away» Сынок, не упускай этого» «He took me in his arms, I heard him say, «Он взял меня на руки и я услышал, When you get older, Когда ты станешь старше, Your wild life will live for younger days, Ты будешь жить своей безумной жизнью, ради молодых дней, Think of me if ever you're afraid» Подумай обо мне, если тебе станет страшно» Чёрт, Аарон влюбляется в него еще больше из-за этого, крепко целует, а потом продолжает бегать по кузову, будто ему не хватает той тряски и резких склонов, которые попадаются им. Клэй улыбается в такие моменты настолько счастливо, что кажется, будто вот-вот — и треснут губы. Ванда, Мэрлок и Мэйси, которые сидел с ними в пикапе, лишь смеются, продолжая наблюдать за их поведением. Они стóят друг друга. Через полчаса они прибыли на место. Здесь очень красиво: склон заканчивается резким обрывом, уходящим вниз и перетекающим в бесконечные леса; с другой стороны с огромных валунов падают потоки воды, разбиваются о скалы, пенятся, а потом убегаю по реке куда-то вглубь зарослей. Здесь свежо, немноголюдно, хотя место весьма привлекательное. Рядом стоит деревянное табло с картой местности, коротким описанием и названием сверху: «Водопад Нэкрин» Они фотографируются, гуляют некоторое время у воды, проводят местный ритуал, запуская по реке кораблики из листьев и веточек. Загадывают желания и продолжают путь. Их окончательной остановкой стала гора Айдшер. Джипы доехали до пологого хребта горы, чтобы остановиться около дороги, которая проходила прямо по хребту. Снова фотки, снова музыка и смех. Ветер на горе скатывается вниз, путается в гектарах деревьев, шепчет между скал. Сухой, душистый ковёр из трав встречает над собой небо. Холст, измазанный в белила облаков, постепенно тает в красном солнце. Закаты в горах необычные: ярко-красные, огненные, почти как отражение лавовых рек в зеркальном лике облаков. Парни лежат на живом одеяле из травы, пока остальные копошатся вверх по горе. Аарон рассматривает чёрную фигурку журавля в руке, отражает яркий свет в его гранях, пока Клэй беззаботно лежит рядом. Фокс тихо надевает свой кулон обратно на шею и вытаскивает гоу про. Он начинает снимать дремлющего Клэя, пока тот не видит сквозь опущенные веки. — Хэй, — шёпотом зовёт его, — рыцарь, п-сс, зло не спит! Клэй лениво раскрывает глаза, хмурится. Ветер теребит его волосы, пока он думает, чего от него хотят. Он замечает камеру, хитро ухмыляется. Опять закрывает глаза. — Клэ… Клэй резко дёргается, чтобы взять Аарона в захват, выхватить камеру и оседлать своего недоприколиста. — Правильно! Вместо этого оно снимает меня на камеру без разрешения! — он победного смеётся, направляет камеру на ошеломлённого Аарона. — Эй, — в ответ Фокс ухмыляется, несильно толкает Клэя в бедро и пытается забрать устройство, — так нечестно! Клэй смеётся громче, наклоняется ближе и говорит в самые губы, понижая голос до интимного: — Всё честно. Хочешь вернуть камеру? Тогда я возьму за это плату. Поцелуй. — Хватит болтать! Горячие поцелуи посыпались по губам, камера упала где-то рядом в траву, Аарон смог подгадать время — и снова перевернул их, на этот раз оказываясь у Клэя меж ног. Тот поражённо усмехается и откидывается головой назад, полностью признавая поражение. На этот раз усмешка победы растягивает губы Аарона, он поднимает камеру, на секунду засвечивает в кадре распластанного по земле Клэя, а потом обрывает запись. Солнце уже давно потухло в талом небе, первые звёзды тускло открыли глаза. Выместив землю сухими песками, они разожгли огонь. Тот полыхал, хватал пастью воздух, потрескивал клыками о бревна и пускался прямо в небосвод. Там его уже ничто не преследовало, кроме тлеющих угольков и дыма. Сидя на самом ребре горы, им открывается прекрасный вид на обе грани Айдшер, а под ней — сиротливые домики лесников, несколько посёлков, где всё еще теплится жизнь. Фары джипов светят ближним светом, из портативной колонки слышится размеренные слоги billie eilish — i love you. Райан обнимает свою сестру, которая подпевает, пока Аксель помешивает угли в костре. Скоро они жарят на нем мясо, сосиски и хлеб. Холод не достает до них — одеяла надёжно защищают их. Аарон вытащил свою гитару и стал подбирать мотивы. Такие же нежные, как и этот момент. Постелив карематы, друзья обсели их с Клэем. Тот внимательно наблюдал за мясом на костре, но слушал ту единственную песню, которая так задела его душу в первый раз. It's not true Неправда Tell me I’ve been lied to Скажи мне, что меня обманули Crying isn't like you, ooh Плакать — это не про тебя What the hell did I do? Что я, чёрт возьми, натворил? Never been the type to Никогда не был из тех, Let someone see right through, ooh Кто позволял бы себя насквозь разглядеть /... / The smile that you gave me Эта твоя улыбка мне, Even when you felt like dying Даже когда тебе хотелось умереть… Мэйси наконец подходит, садится между ними так, чтобы всем было видно. Робин настраивает гоу про на штативе и ставит напротив них. Затем быстро перехватывает у Фокса гитару и сам набрасывает лёгкие мотивы. Мерлок и Ванда сидят по сторону Клэя, а Аксель с Лансом — около Аарона. Все остальные затаённо ждут начала. Аарон забавно напялил бандану на голову, в то время, как Клэй сидел с ромашкой за ухом, будто это бутоньерка. Мэйси вдыхает и начинает: — Я как законная наследница престола имени Хальберт, Королева Найтонии Мэйси Иггрид Августино Хальберт, оглашаю нашу церемонию открытой. Сегодня мы все собрались здесь, чтобы запечатлеть столь важный момент в жизни двоих влюблённых. Их имена — Аарон Днуллибо Фокс и Клэй Вандамиель Мурингтон. Повяжитесь же вечной клятвой, дайте присягу на верность себе и своей второй половине. Преклоните головы. Парни послушно опускают головы, закрывают глаза. На их шеи ложатся руки королевы, она продолжает ритуал, нашёптывая молитвы. Потом отпускает их, и обращается к гостям: — Если кто-то не согласен, сейчас самое время возразить. Итак… Это ожидание мучительное. Они и так знают, что ничего за словами Мэйси не последует, но глупое волнение кружит в воздухе. Еще кроме него тихо поскрипывает огонь, будто он тоже чувствует. И даже гитара под руками Робина затаённо молчит. — Прекрасно. Тогда продолжим. Согласен ли ты, Аарон Фокс, выбрать Клэя в свои законные мужья? Он смотрит прямо глаза, отащающие самое глубокое небо, самое яркое на свете неоновое нечто. Он держит его за руки, чувствует, как под уже отнюдь не чужой кожей бегают разряды. — Да, чёрт возьми. Мэйси сдерживает смех, поворачивается к Клэю. — Согласен ли ты, Клэй Мурингтон, выбрать Аарона в свои законные мужья? Парень за короткое мгновение вспоминает все самые лучшие вещи, которые с ними случались. Эта окажется на самой почётной полке его сознания. Хотя бы потому что уже отнюдь не чужая душа слилась с его – окончательно. Между ними давно стерлись все границы. — Да. Как будто могло быть иначе. Мэйси ухмыляется, берёт протянутую Авой шкатулку и ставит напротив парней: — Обменяйтесь кольцами. Они молча надевают обручалочки друг другу на пальцы, кивают. — Можете скрепить свой союз поцелуем. Клэй отодвигает край белой банданы в сторону. А дальше... выяснить, кто был первым, нельзя. Они находят отклик друг у друга, двигаются плавно, нежно. Так, будто не целовались до этого сотни раз. Клэй аккуратно перехватывает за шею, а Аарон кладёт свою ладонь на его – на своей шее, приникает ближе. Ванда на заднем плане всхлипывает, Дейзи и ее дочь проливают слёзы беззвучно. Аксель и Джестро с Лансом гордо улыбаются, экс-король и королева держаться за руки, Ава и Робин вздыхают с облегчением: свершилось. Молодые прекращают целоваться, и Райан громко свистит, а потом выкрикивает: — Бра-во! Остальные начинают хлопать, ответно выкрикивают в воздух, парни снова целуют друг друга, смеются в губам, заваливаются на бок. — Благословляю! — говорит Мэйси в конце. И церемония окончена. Все счастливо улыбаются, снова играет музыка. Они дожаривают мясо, едят и раз за разом произносят тосты в честь молодожёнов. Те влюблённо смотрят друг на друга, целуются в ответ на крики «горько!» Становится холодно, они поют последнюю песню, окончательно выбивающую из них слёзы. Ближний свет фар потух, уступая место только огню. Свет от него падает на счастливые лица… Группа грузится в джипы и едет назад. Аарон и Клэй сидят в обнимку, наблюдают, как на месте потухшего костра тлеют угли. Они чувствуют, что отныне их жизнь изменится. Отныне любовь их будет законной, а души — едиными.