Flagellation.

Среда была похожа своим спокойствием на субботу или воскресенье. В особняке притаилась тишина и только пение птиц за окном знаменовало, раннее утро. Ким первым открыл свои глаза. Он лежал в объятиях Чона, который уткнувшись в его волосы обнял его со спины. Тэхен тихонько выполз с кровати, умылся, а после того как переоделся в свежую одежду, направился на кухню, дабы приготовить завтрак для жителей особняка, которые ещё мирно спали в своих постелях. *** В тоже самое время, в машину сел недавно прибывший. Молодой человек с лёгким загаром, молча сел в «Бентли», который прибыл ради того, чтобы его встретить. Парень немного «подшофе», после выпитого шампанского на борту самолёта, одарил улыбкой сидящих в машине людей с самыми серьёзными лицами, в строгих костюмах. - И чего все такие хмурые?—спросил он снимая свои солнцезащитные очки. Секретарь Президента Чона, сидящий напротив молодого человека, ответил: - Вам предстоит встреча с отцом,—взяв с маленького столика возле подлокотника минералку, он продолжил.—приведите себя в должный вид. Забрав из рук бледного секретаря протянутую ему бутылку, он оглядел подозрительным взглядом сидящих троих перед ним, а после того как отпил, добавил: - Как интересно, столько лет он обо мне не вспоминал, как вдруг решил со мной встретиться. - Вам необходимо помочь нам в одном деле. - Деле?—переспросил тот, продолжая пить минералку.—С чего он решил, что я буду ему помогать? - Вы хотите встретиться со своей матерью? Леденящий вопрос, лишенный хоть каких-то эмоций, отбил всю дерзость у молодого человека. Он тут же размяк услышав простое слово «Мама». *** Напевая себе под нос, Тэхен шуршал чем-то на кухне. Доносящейся шум, разбудил Чона, который как только открыл глаза не обнаружил рядом с собой Тэхена. Время было ранним, но продолжать валяться в кровати, уже не было смысла, ибо сегодня Директор, наконец должен был появиться на работе. Неохотно поднявшись с постели, на которой несколько часов назад, прошёл «марафон», Чонгук с улыбкой посмотрел на скомканное постельное белье, а после встал в добром расположение духа. Он всё никак не мог поверить в происходящее. Ему казалось, что всё это - сон, поэтому быстро одевшись, умывшись, он вышел, дабы убедиться в том, что всё это - правда. Выйдя из спальни на кухню, Тэхен приплясывая ногой, раскладывал по тарелкам порции под чутким наблюдением Дворецкого. Старик тут же заметил прибывшего: - Доброе утро, Господин. Тэхен замер, держа в руке сковородку и палочки. На секунду он будто бы смутился. Напряжённая паузу затянулась, после чего Чонгук первым решил её нарушить: - Доброе утро. - Господин Ким, решил приготовить нам завтрак.—помог Дворецкий, развеять странную обстановку. - Хватит обращаться ко мне «Господин».—буркнул Ким. Чонгук сел рядом со стариком, принявшись наблюдать за Тэхеном, у которого щеки чуть порозовели. - Вы не против? Я взял на себя смелость приготовить вам завтрак.—проговорил Тэхен. - Что вы, конечно не против.—ответил дворецкий.—Вы же ничего туда не подсыпали?—в шутку добавил он. -Только если слабительное.—с улыбкой поддержал Ким. Чонгук не переставая наблюдал за Тэхеном, думая о нём. Он вспоминал его голос, изгибы его тела и то, как он кричал под ним всю ночь до самого утра. На фоне всех мыслей, Чонгук всё больше сомневался в правильности своего решения. Он боялся одного, что Тэхен специально, податлив перед ним. Его догадки были верны, в какой-то степени. Опустив руки, Ким решил придерживаться правила: «Ласковый телёнок, двух маток сосет». С одной стороны Ким был благодарен Дворецкому, который позволил ему спокойно передвигаться по дому. С другой стороны, его не покидало желание проститься с сестрой. Влияние Старика, хорошо сказалось на Киме и теперь тот, постепенно отступал от своих намерений по отношению к самому себе. Так же Ким, не зная Чонгука и его мыслей, думал, что он со временем надоест ему. Ведь насилие над собой он ему запретил, а этим Чон и жил, по мнению Кима. Поэтому Тэхен, был уверен, что в скоре, всё закончиться и Чонгук выкинет его как ненужный ему хлам. Каждый думал о своём, ошибаясь в своих мыслях. Съев завтрак, каждый отправился по своим делам. Дворецкий отправился мыть посуду и прибираться на кухне, Тэхен посмотрев на улицу, увидел оставленную на ступеньках книгу, которая изменилась после того, как пролежала целый день и ночь под дождём. Ким тут же поднялся из-за стола направившись на улицу, поднял промокшую книгу. Позади него стоял Чон, который последовал за ним, чего Тэхен сразу не заметил. - Вот так и доверяй тебе дорогие мне вещи.—с нотками шутки, сказал он. Тэхен обернулся к нему с лёгким испугом, ибо не знал как себя вести после проведённой с ним ночи. - Ты смущён.—бесстрастным тоном, добавил директор, держа руки в карманах брюк. - Не то чтобы…—оправдывался Тэхен.—…хотя, чего греха таить. Да,—согласился он.—а ты не был бы? - Наверное нет.—он подошёл к Киму, затем провел подушечкой большого пальца по его щеке к подбородку так, что у Тэхена защемило сердце, чему он удивился.—Мне нужно на работу, буду поздно, надеюсь моя Птичка не наделает делов в моё отсутствие. - У меня всё тело болит.—признался Ким.—Хотел бы, не смог бы. - Вот и чудненько. *** Клиника пластической хирургии Чона. Совещания, затем снова совещания, Чонгуку казалось, что этому круговороту не будет ни конца, ни края. Бумажной работы накопилось на год, хоть Пак помогал своему Директору, но от этого ничего не менялось. Персонал был как рад, так и напряжен, ибо присутствие Директора предзнаменовало тотальный контроль, на который времени у Чона не было, ибо переступив порог своей клиники, Пак взвалил на него непомерный объём дел, в который не входила проверка работы персонала. После нескольких совещаний, перед ним высилась гора документов, которые нужно было посмотреть, а после подписать. Теперь наушник был лишь для удобства, чтобы быстро отвечать на звонки, ибо более в них он не слышал постороннего шороха своего пленника, который теперь волен был ходить по дому. Секретарь Пак говорил с Директором только по делу, что с одной стороны и требовалось от него, но с другой, Чонгук хотел услышать от него какой-нибудь вопрос не по теме. Впервые за столько лет совместной работы, Чонгук ждал излишнего любопытства от своего работника, но тот был непреклонен. Ближе к обеду, Пак все же вышел из кабинета за кофе, ибо видя Чонгука, ему стало его жаль, а вернувшись с двумя чашками капучино, он внезапно сказал: - Вам нужна охрана.—сухо произнес он. Взяв бумажный стакан горячего кофе, Чон отпил откинувшись на своём кресле, а после посмотрел на него равнодушно, сказав: - Нет. - Ваш отец, настроен более чем серьезно.—продолжал настаивать Чимин. - Это реальная жизнь, а не боевик, Секретарь Пак.—невозмутимо продолжил Директор.—Ему не подобраться. К тому же, что он мне сделаете? - Простите, если вас это заденет, но хочу напомнить, что Ван Чон без тени сомнения подставил вашу мать и после встал во главе компании. Если он сделал подобное с матерью своего ребёнка, как вы думаете на какие действия он готов сейчас? - Если я, послушаюсь твоего совета, то это будут значить, что я действительно его боюсь.—объяснял Чон.—Этим решением, я лишь покажу свой страх по отношению к нему, которого у меня нет.—прохладным тоном с долей уверенности, ответил Директор. - Директор, я вас прошу. - Это я тебя прошу.—поставив бумажный стакан подле бумаг стаявших стопками на столе, возразил Чон.—Перестань волноваться. - Ладно, пусть будет так,—поджав губы, огорчённо произнес Пак.—но я уже выбрал несколько кандидатов. - За моей спиной, я правильно понял?.—уточнил Чон, взяв из протянутой ему руки, несколько «личных дел». - Да, прошу простить мою настырность. - Полно.—сухо произнес Чонгук, пролистывая дела.—Мне нужно будет с тобой поговорить. - О чём? Бегло читая личные дела, не отрывая своего взгляда: - Поговорим вечером. *** На улице была прекрасная погода, а после дождя, почва размякла. Двое продолжали работать в саду, до самого обеда. Тэхен рассказывал интересные истории своему новому другу, а тот внимательно слушал. Спустя некоторое время, Дворецкий принялся готовить обед, а Тэхен тем временем спустился в свою клетку, которая последнее время была открыта. Ким все никак не мог выбить из своего головы слова Чона, которые несли с собой его доверие по отношению к Тэхену. Его сердце было тронуто, он был буквально польщен. Достав из своего тайника ключ, он долго смотрел на него. Ему хотелось избавить его от тяжкого бремени, ибо понимал Чонгука. Ведь в тот раз когда он рассказывал Чону свою историю, он вновь окунулся во время, которые болью отдавалось в груди. Бросив любопытный взгляд на последний ящик тумбы, затем на золотистый ключ лежавший на раскрытой ладони, он всё же решился. Дойдя до ящика, открыв, он достал дневник Чонгука, сев на край постели, он вставил замок, а после открыл. Перед глазами, тут же показалась фотография лежавшая внутри «сердца». Его мама, улыбалась, держа на руках совсем маленького Чона. На фото он ещё совсем младенец, пухлые щёчки, как и маленькие ручки. Тэхен тепло улыбнулся, а после открыл первую страницу дневника. « 10. Марта. Надеюсь, так будет всегда. Мы только вернулись домой. Я мама и Папа. Япония прекрасная страна, мне понравилось и хотелось бы, когда я стану взрослым, отправиться туда ещё раз, пройтись по всем местам, где мы были. Завтра я пойду в школу, думаю будет весело и я смогу найти друга…» « 1. Сентября. Мне исполнилось 11 лет. Мама говорит, что я взрослый. А мне кажется я ещё совсем ребёнок, конечно она пошутила, ибо подарила мне машинку, после таких громких слов. Хочу себе такую. Как вырасту, обязательно заработаю на такую. Красная, гоночная, очень красивая.» « 5 октября. Мама снова грустит, плачет и вечно пропадает в библиотеке или возле засохшей ивы. Она сидит там и просто смотрит куда-то, даже не слышит меня. Дворецкий, дядюшка Ло, говорит Мама устала. Только от чего? Она последние две недели дома. Просыпаться, гуляет, а после возвращается домой. Так отчего ей так грустно? Мне больно в груди, я переживаю за маму. Папа, говорит, что она скоро будет улыбаться.» « 28 октября. Как и сказал Папа, мама снова улыбается, она такая счастливая! Мы гуляли с ней в саду, поиграли в прятки и последние дни она в прекрасном настроение…» Тэхен пролистал дневник дальше, наткнувшись на другой год. « 30 апреля 2004г. Мама всё чаще начала пить таблетки. Дядюшка Ло поделился со мной секретом. Оказывается Мама приболела. Я не совсем дурак в свои 13 лет. Поэтому тайком взял коробку с лекарствами, переписал название. Хочу сходить в интернет-кафе. Нужно узнать, что случилось с мамой. Кстати теперь мне хочется стать врачом, буду усердно учиться, чтобы в будущем помогать таким как моя мамочка.» «1 мая 2004г. Я знаю, чем больна Мама и с этим люди живут. Биполярное аффективное расстройство, даже жутко звучит. Страшней другое, я не могу перестать плакать, ведь Мама в любой момент может сильно опечалиться и после этого наступит непоправимое, поэтому я стану ещё лучше учится, чтобы она мной гордилась!» Чонгук описывал практически каждый день своих переживаний, в нетерпении узнать «что случилось?», Ким пролистнул дневник дальше. «28 августа 2006г. Я навсегда запомню этот день. Не будет и дня, чтобы я не винил себя. Последний раз в своей жизни, я проливаю слёзы, больше никогда. Все мои надежды и чувства, ушли вместе с ней. Я не смог ей помочь, не смог переубедить и видимо я так и умру вместе с этим воспоминанием: как она падает вниз, прямо перед своим сыном. Я всегда буду любить тебя, Мама!» Тэхен провёл подушечками пальцев по заплывшим когда-то чернилам, из-за его слез. Он был прав, ведь Чонгук пережил тоже, что и он когда-то. Только Чону было 15 лет, когда на его глазах мать ушла из жизни. Дневник не закончился, в нём была ещё одна дата. «28 августа 2007 г. Чувствуя боль, я ощущаю любовь к ней, только так, я могу вспомнить о ней. Теперь мои муки, жестокость по отношению ко мне, будет моим искуплением, за вину перед тобой. Мам, я всё стерплю, все возложенные на меня невзгоды не сломят меня. Я спрячу своё сердце, стану сильным как скала, стану камнем. Как бы меня не испытывал отец, я вырасту и смогу добиться всего, а ты после, будешь мной гордиться.» *** Спорт-зал, Сеул. - Здравствуйте,—пожав руку Паку, произнес тренер.—смотрю вы смогли договориться со своим руководителем. Чон стоящий позади двоих, рядом со своим водителем, смотрел на ринг и оживленную обстановку в зале. Крепкие мужчины занимались кто чем, кто-то оттачивал удары на груше, другие тренировались на тренажёрах приумножая свои мускулы и выдержку, другие проводили спарринг на ринге. Чонгук давно не приходил в зал, последний раз со своим водителем, который в свою очередь, постоянно посещал того рода места. - У нас контора небольшая, почему вы выбрали нас?—идя в глубь обычного зала, спросил крепкий тренер в возрасте. - Директ…—хотел объяснить Пак, но Чон тут же его перебил ответив. - Если уж брать кого-то под своё крыло, так пусть он будет мне благодарен. Молчаливый водитель понимал слова Чонгука, ведь был выбран им именно таким образом. В своё время верных телохранитель разочаровавшийся в жизни, был на самом дне, ибо не имело ничего, выйдя из приюта. Потеряв всё, водитель находился в подвешенном состояние, не имея ни жилья не денег. Он спас девушку от насильника, а после принёс бедняжку в центральную больницу Сеула, там он и встретил Чонгука, который увидел в нём волка, с одиноким сердцем. Директор Чон стал для него семьей, человеком, который поднял его с колен. Чон немало вложил в своего водителя. Тот выучился вождению различных автомобилей, отточил свои навыки боя и вместе с этим получил образование. Так молодой парень, висевший над проростью, обрёл свой смысл, который заключался в Директоре Чоне, за которого он готов был получать пули, если это потребуется. - Необычный подход.—сорвалось с губ тренера, который был поражён безэмоциональности Директора. - Как и я сам. Чон наклонил голову, посмотрев на двоих на ринге, сложил руки, наблюдая своим цепким взглядом, сказал: - На ринг.—сухо приказал Чонгук водителю. - Мне подозвать?—обескураженно проторил тренер, не поняв, а как только увидел идущего мужчину, который по ходу расстегнул пуговицу пиджака.—Вы что удумали? - Не переживайте.—успокаивал Пак. - Они его сейчас отметелят!—воскликнул мужчина. - Да?—удивленно, с долей усмешки спросил Чон.—Ну тогда… - Чон…—прошипел Секретарь. Директор снял свой пиджак, положив его на плечо растерянного секретаря, направившись за своим водителем. - Ты хотел, чтобы у меня была охрана,—идя спиной отвечал Чон, с нотками неприкрытого наслаждения.—ну так, я выбираю. Дай закончить выбор. Мужчины в зале, одарили хмурым недоумением двоим, которые сняв свои туфли зашли на ринг и через секунду, накинулись на двоих в спарринге. Удар Чонгука с ноги по рёбрам одного, ошарашили мужчин, а прямой удар с кулака по лицу другого, направленного водителем, вовсе ошеломил всех находящихся. Двое отступив в недоумение, один из них не поняв внезапного нападения. - Мужики вы чего?—стерев капельку крови с уголка губ, спросил противник водителя. - А ты всегда спрашиваешь у нападающих «чего они»?—рыкнул подчиненный Чона. - Чё?—скривив гримасу, пробубнил другой. Оба переглянулись, а после не мешкая ни секунды, приняли вызов двух посторонних в белоснежных рубашках и строгих брюках… *** Спустя час, спорт-зал. - Вы как?—интересовался крепкий парень в красных шортах, протирая полотенцем взмокшее лицо. - Приняты.—снимая окровавленный бинт со своей руки, безразличным голосом, произнес Чонгук. - Приняты?—переспросил другой, спускаясь с ринга к недавним противникам. Посмотрев на раны на руке, оставленные осколками разбитого стекла, Чонгук поднял свой взгляд на двоих. - У вас обоих нет семьи, оба дружите с того момента как встретились в приюте.—парни переглянулись между собой.—Мне нужны такие люди у которых нет близких. Ваше безразличие к собственной жизни, так же делает вас достойными кандидатами.—повисла тишина негодования, а после Чон добавил.—Подпольные бои, окупают ваши ранения? Думаю нет, я вам предлагаю кров, полное обеспечение, соц-пакет и достойную зарплату. *** Клиника пластической хирургии Чона. 21:30, кабинет Чонгука. Секретарь и Директор сидели на полу, разложив перед собой документы, работа постепенно подходила к логическому завершению. После посещения спорт-зала, Пак не вымолвил ни слова, съедая внутри себя злобу, за очередную выходку Чона. Конечно, он был в праве лично проверить потенциальных телохранителей, но всё же в этом не было особой необходимости, ибо после пришлось зашивать глубокую рану Чона, швы которой разошлась. Директор остановился, откинув бумаги, посмотрев на секретаря, который не собирался отвлекаться от работы. - Я хотел с тобой поговорить.—начал Чон, на что ответом было молчание.—Не как со своим подчиненным, а как с другом.—добавил он. - Если так, то думаю в этом нет необходимости.—отпив кофе, пробормотал Пак. - Ты бы верен в последний раз,—пропустив мимо ушей слова Чимина.—я не прав по отношению к тебе. - Вот оно как?—с усмешкой пробормотал собеседник. - Давай закажем чего-нибудь и поговорим. - А давай без этого.—сухо произнес он.—Хочешь сказать, говори. - Я влюбился. - Что?—спросил Пак, бросив изумленный взгляд на Директора. *** Тэхен уже не ждал Чонгука, поэтому вернулся к себе. Удобно устроившись на постеле, он вновь открыл дневник. В нём было множество записей и завершались они на дате 28 августа 2007 года. Как понял Тэхен, эти последние мысли Чонгука, были написаны спустя год после смерти Мамы Чона и через эти строчки, он чувствовал его боль. Кто бы мог подумать, что их жизнь так схожа между собой. Конечно, в дневнике мало было сведений о том, что конкретно случилось, но всё же, было ясно одно. Контраст, ярко ощущался в написанном. До момента трагедии, Чонгук был милым и открытым ребёнком, безумно любившим свою мать, за которую уже тогда сильно переживал, а после трагедии, Чонгук изменился до неузнаваемости. Он стал холодным, как лёд, что можно было увидеть сейчас. Более того, «слёзы», вот на что Тэхен также обратил внимание. Ему на секунду показалось, что он стал для своего похитителя шансом исправить свою ошибку. Только всё это было лишь домыслом, в которых он не мог быть точно уверен. Под гнетом раздумий, Кима клонило в сон, что он и сделал, убрав дневник на своё место. Дворецкий, придерживаясь правил дома, хоть и не хотел, но всё же закрыл дверь винного погреба, в надежде, что в скором времени Чонгук сам её откроет, дав пленнику свободу. *** 22:30 кабинет Чонгука. - …и вот сейчас, я не знаю, что мне делать. Чонгук рассказал Паку всё с самого начала, объяснять причины он не стал, ибо Чимин и так всё понял. Почему его друг так поступил и какие цели тот преследовал, но всё же, Пак был в шоке. Чон затих, в ожидание хоть каких-то слов от друга, который отпив виски, ещё некоторое время предпочёл промолчать. Они уговорили бутылку, за душевным разговором, который удался Директору с трудом. - Не молчи. - Я даже не знаю, что тебе сказать.—задумчиво прошептал Пак.—Хоть ты делал каждый шаг с благими намерениями, для него это выглядело всё иначе. - Значит, я не прав. - Слушай,—взбодрившись сел Чимин более удобно перед своим собеседником.—я рад, что ты полюбил и возможно ты прав, что Ким подыгрывает тебе, но с другой стороны. Чон..—он закусил губу, состроив гримасу «сожаления».—..ты его похитил, это не законно как минимум. Более того, подумай, ведь так дальше продолжаться не может. - Я не мог поступить иначе. - И я тебя понимаю, но теперь нужно остановиться. Нельзя держать в запертой человека, это ты понимаешь?—Чон молчал внимательно слушая.—И если ты его любишь, отпусти его. - Знаешь как бы я описал свои чувства, по отношению к своей любви к нему? - Даже боюсь спрашивать. - Флагелляций, я возбуждался истязая себя и его, боль мне нравилась, в итоге я ещё больше полюбил наши больные отношения. - Чонгук, остановись.—Пак положил свою руку на его.—Может зёрнышко, как выразился твой дворецкий, не проросло и чтобы в этом убедиться, тебе стоит попробовать дать ему сделать свой выбор. *** Домой Чонгук вернулся поздно ночью. Он не стал спускаться вниз к Тэхену, а лёг в свою постель и крепко уснул, думая над словами Пака. Тот был прав, ибо держать человека в заточение, ограничивать его свободу, не нормально. Утром он встал первым, написал записку, которую оставил возле прикроватной тумбы спящего, а после ушёл оставив открытой дверь. Директор уехал до того момента, когда все в доме проснулись. *** Тэхен проснулся в лучшем расположение чем обычно, а как только он распахнулись свои глаза, Ким приметил записку на тумбе: «Флагелляция- это моя эмоция, которую я испытываю к тебе.» Рядом с запиской был конверт, в котором была приличная сумма денег, будто бы откуп. Тэхен не сразу понял, списав все на то, что он ещё не проснулся. Ким ещё раз прочёл записку, а после подскочил с постели. Стремительным шагом он рванул наверх. Дверь была открыта, а его нигде не было. Дворецкий сидел за столиком на заднем дворе, попивая горячий кофе. Теряясь в своих домыслах, Ким выскочил на улицу к старику, встав перед ним, вместо доброго утра, принялся засыпать того вопросами: - Вы его видели? Где он? - И вам, доброе утро Господин Ким.—мягким голосом, приветствовал дворецкий.—Вероятней всего, Молодой Господин уехал на работу. Тэхен выдохнул, откинув голову выругался, а после обессиленный сел рядом с дворецкий, который не понял, в связи с чем Ким, в таком настроение. - Что-то случилось?—обеспокоено спросил старик. - Я сам не понимаю.—сомкнув веки, сведя брови, его лицо помрачнело.—Кажется все кончилось, но почему-то мне от этого не легче. - Гм… Вас, что-то тревожит? - Я не знаю как всё описать. - Не торопитесь,—встав сказал дворецкий.—сейчас я сделаю вам кофе и вы поделитесь своими мыслями, авось смогу вам помочь. *** Теперь возле Директора шли четверо. Пак, двое новобранцев и водитель. Чонгук распорядился начать работы в особняке, дабы обустроить место для новых жильцов дома, которые были не против новому месту проживания. Пак быстро организовал работы, отправив строителей и дизайнера, для благоустройства малой пристройки возле особняка. Чонгук в сопровождение, купил наряд для Ён Мины, с который сегодня должен был встретиться, а после послал одного из своих новых работников, дабы тот доставил купленное ей для встречи. *** - Что вы почувствовали? - Не знаю, как вам точно объяснить…—немного подумав, Тэхен продолжил.—Тревогу, наверное так бы я описал свои чувства. - Вас так удивило его послание?—уточнил дворецкий.—Кажется не так давно вы хотели уйти. - Хотел и наверное хочу, но… Внезапный шум с другой стороны дома, привлёк внимание беседующих на заднем дворе. Оба устремились к дверям, а открыв перед ними стояли рабочие, несколько машин со строе-материалами, а из автомобиля класса люкс, чёрного цвета, вышел Секретарь Чона, который завидев двоих на пороге, крикнул: - Добрый день. Дав указания мужчине, рядом стоящему с ним, Пак направился к жителям дома. Подойдя к ним, он оценивающе посмотрел на Кима, с ног до головы, а после обратился к дворецкому, протянув ключи от машины Тэхену. - Нам нужно поговорить.—официальным тоном, сказал Секретарь. *** Напротив Чона сидел один из вип посетителей. Депутат, хотел слегка подтянуть обвисшие щеки и поскольку он являлся важной птицей, Директор лично проводил прием. Он с трудом сохранял хладнокровие, ибо сердцем был дома. Его распоряжение, которое выполнял Пак, не давало ему покоя. Чонгук надеялся, что хоть так, он сможет отчасти искупить вину, делая это таким же способом, как делают бандиты, располагая к себе важных шишек. *** - Это что?—держа в руках ключи, с неприкрытым осуждением и недовольством, уточнил Ким. - Это- ключи от вашей машины. На лицах обоих проступило негодование, а Пак продолжил: - Также в салоне вас ждёт ваш мобильный телефон. - Зачем? - Директор Чон не может, вас должным образом проводить, думаю вы поняли, зачем вам требуются все эти вещи. - Нет, не понял и понимать не желаю.—тут же прорычал Ким. - Моё дело маленькое: передать.—Пак перевёл свой взгляд на дворецкого.—Директор нанял телохранителей, поэтому сегодня будут обустраивать домик. - Хорошо, Секретарь Пак. - А зачем нужна охрана?—недоумевая спросил Тэхен, тем самым впихнувшись в разговор. Пак оставил вопрос Кима без ответа, а после ушёл, оставив двоих в оцепенение. - Что происходит?! - Не знаю, Господин Ким, вероятно перемены.—провожая взглядом Секретаря, ответил дворецкий. *** Ён была готова к назначенному времени. Как и говорил Директор Чон, машина ждала её возле дома в 18:00, минута в минуту. На ней было облегающее чёрное платье в пол, открытое декольте, которое подчёркивало её формы. Девушка чувствовала себя не в своей тарелке, а все украшения, которые были также отданы ей, по виду стоили кучи денег, от чего она со страхом прикасалась к ним. Серьги и колье, были тяжёлым довеском, который ей пришлось надеть. Она с трудом вышла из дома, поразив своим внешнем видом маму. Идя на каблуках, Ён чувствовала себя принцессой, но где-то глубоко в душе, ей было страшно. Чонгук ждал свою спутницу возле ресторана, где и была назначена встреча. К 19:00 машина подъехала к ресторану, из которой вышла Ён. Её щеки были красными, а руки вспотели из-за волнения. Водитель быстро вышел отперев дверь перед девушкой. Взяв всю свою силу в кулак, она вышла. Директор протянул ей руку, дабы она смогла выйти, а после взяв, положив её руку на свою поведя её в ресторан. *** Тем временем, пока Чонгук воплощал свой план в жизнь, Тэхен не находил себе места, а после вовсе решил, что пока лично не поговорит с Чоном, носа из дома не сунет. Вдруг это всё проверка? Думал Ким, и его домыслы вполне могли быть правдой. Он всё никак не мог забыть последней попытки сбежать, поэтому решил не рисковать. Хотя всё это также было сомнительным, поскольку его Секретарь отдал ему ключи, сказав почти прямым текстом, что тот свободен. Его сердце, было не на месте, а волнение, дурманило разум. *** 23:00 возле ресторана, Сеул. Всё прошло как и планировал Чонгук. Инвестор была в ярости, а Чон был доволен, ибо его тонкий намёк был понят мгновенно. Ён держалась достойно, лишнего себе не позволяла, она была как «кукла». Встреча закончилась мирно, без каких-либо проблем, чему Директор просто не мог не радоваться. Конечно о сотрудничестве, он мог забыть, но от этого ему хуже не стало. Чон лишний раз избавился от подкинутого отцом инвестора. Директор отвёз уставшую девушку домой, сказав: «Всё это ваше, на ваш счёт я перевёл деньги, спасибо вам за помощь.» Девушка совсем забыла о деньгах, но услышав сказанное на прощание, низко поклонилось Директору, сказав: «Спасибо». Наконец сев в машину, Чонгук погрузился в печаль, ибо как он не старался забыть, сегодня он сделал то, чего бы никогда не сделал. Он отпустил птицу на волю. Теперь его жизнь вернётся в прежний ритм: много работы, бесконечная вереница дел и только. *** Переступив порог дома, его ждала тишина и тьма, ровно такая же, как и у него в душе. Он ослабил галстук, который казалось сдавливал его шею. Направившись в спальню, он прошёл мимо открытого гардероба, из которого виднелась открытая дверь в погреб, а оттуда свет. Он швырнул галстук, пожелав спуститься вниз, туда, где больше никого не осталось, только его аромат. Спустившись по лестнице его ждало совершенно иное. Тэхен сидел на краю постели, уминая булочку, при этом уткнувшись в книгу. Услышав постороннего, он обернулся к ошеломлённому Чонгуку, который буквально замер на месте. - Что ты…—шептал прибывший. - Кормят тут вкусно, обувают, одевают, заботятся, так почему же я должен уходить? Ты думал, я так просто уйду? - Так не должно быть. - Это ещё почему? Но не успел Тэхен отложить свою булочку и книгу, как Чон сорвался с места выбежав. - Эй!—крикнул Ким, пустившись вдогонку за растерянными Чоном. Погода снова была не ладной, сезон дождей начался. Вылетев на улицу, попав под страшный ливень, Чонгук побежал в сторону своего леса, к месту, где он мог подумать, где его чувства были оголены как нерв. Тэхен не отстал, выбежав за ним босиком. Чонгук бежал по лесу, думая о том, что все это попросту невозможно. Он причинил ему столько боли. Издевался над ним, насиловал, а тот всё равно сидит и ждёт его. У него не укладывалось в голове, что Чон, будто бы решил убежать от итога, из-за страха. Любой человек ушёл бы без оглядки прочь, как он и пытался месяц назад, а сейчас? Промокший до нитки, бежал к своему обрыву, не зная, что Тэхен бежит вслед за ним, по той же тропинки. Выбежав к одинокой скамейки, Чон застыл, слыша как его сердце бьется всё быстрей. Из-за шума дождя, тот даже не заметил, как Тэхен остановился позади него. По лицам обоих стекали капли дождя, маскирующие слёзы на лице Чона. Ноющая боль, отдавалась по всему телу, так, что Чон не сумев с ней справиться рухнул на колени перед обрывом, схватившись рукой за грудь. Броня, защищавшее его сердце будто бы треснула, под импульсом пульсирующей боли. Тэхен, не смог сдержать слез, видя его таким. Он подошёл к нему со спины, сев позади него, обнял. От прикосновений Тэхена, по телу несмотря на холодные капли ливня, расплылось тепло. Гладя Чона по плечу, Тэхен прошептал: - Я рядом. Чонгук обернулся к нему, к человеку, которого мучил, а после сказал: - Почему ты не ушёл?—этот вопрос не давал ему покоя.—Я же держал тебя против твоей воли! Мучил, насиловал, издевался! ТАК ПОЧЕМУ ТЫ ВСЁ ЕЩЁ ТУТ! РЯДОМ! ПОЧЕМУ? Губы Кима скривились в сочувствующей ему улыбке. - Я не могу тебя оставить,—дребезжащим голосом, ответил он.—просто не могу. - Ты же ненавидишь меня.—с горькой ноткой в голосе, утвердил Чон. - Я люблю тебя. Глаза Чонгука округлились, ему стало страшно, а все переживания, которые он так тщательно скрывал, рвались из него наружу, требуя свободы. Казалось будто бы корабль одиночества тонул, а все эмоции, обретя свободу, прыгали за борт в надежде спастись. - Чонгук,—взяв его лицо в свои руки, продолжил Тэхен.—это безумие, я знаю, но пожалуйста, не оставляй меня, не бросай.—молящим голосом просил Тэхен. Дотронувшись до лица сидящего перед ним, Чон будто бы обрёл крылья. - Я не брошу тебя, не отпущу, как и тогда не дал тебе упасть, так и сейчас не дам.—он на мгновения замолчал, а после не долгой паузы набравшись храбрости, дал волю чувствам, сказав.—Я люблю тебя Ким Тэхен. Губы сомкнулись в поцелуе, под проливным дождём, а через секунду оба остановились, уткнувшись лбами, задыхаясь, Чон сказал: - Два года, я держал все свои чувства к тебе, под закрытым замком и сейчас, я понимаю, что правильно поступил.—он на миг замолчал, а после добавил.—Я готов рассказать тебе всё. *** Сеул, офис компании «Chon Entertainment». Тем временем, довольный своей работой, за которую его щедро вознаградят, в кабинет Ван Чона, вошёл «скандальный фотограф», который как только вошёл в кабинет своего нанимателя, небрежно кинул фото на стол того, сказав: - Разве это не повод, для громких заголовков? Президент повернулся в своём кресле к столу, а увидев снимки, растекся в улыбке. - Этого вполне достаточно, чтобы привлечь внимание прессы?—спросил он у позади стоящего Мин Юнги. - О да…—с лукавой улыбкой, произнес тот, взяв в руку один из снимков, на котором Чонгук идёт под руку с Ён Миной.—Для начала сойдёт.