Flagellation.

*** За неделю, до смерти сестры Тэхена. Владивосток, Россия. Сделав глоток Рома, руками девушка обняла себя смотря сквозь окно своего дома на тихую улицу. Закусив губу, она вспомнила время, когда она по-настоящему ощущала себя живой. За окном, тучи сгущались, скрывая солнце, заслоняя собой свет. Погода, была олицетворением её грусти. В сердце 28 летней девушки с выразительными губами и серо-голубыми глазами, творился беспорядок. Ей казалось, ещё один шаг и она броситься в пропасть, дабы утонуть в желание «крови». Последние 2,5 года, для неё стали решающими в её жизни и несмотря на поддержку сестры и брата, она будто бы тонула в пучине горя. Болото боли, засасывало её всё сильней и как бы старшая сестра не старалась вылечить младшую, вытащить из депрессии сеансами психотерапии, 28 летняя Наташа упорно, будто бы несла траур. - Ты слышишь меня?—наконец донеслось до девушки голос сестры. Вздрогнув, Наташа обернулась к Вале, которая сидела в кресле гостиной, прямо напротив неё, делая в своем блокноте заметки. - Да.—вполголоса ответила девушка, убрав за ухо мешающий локон шелковистых, русых волос. - Расскажи мне,—сестра чуть подалась вперёд, облокотившись руками на колени. - Что ты хочешь от меня услышать?!—резко спросила девушка, чуть грубей чем хотела ответить на самом деле. Тяжело вздохнув, Наташа поняла. Больше она не сможет молчать, от чего её саму уже воротит. Обет молчания затянулся. «С чего начать?», думала Наташа, размышляя несколько вариантов, возможного итога их душевного разговора. - Последние два года ты сама не своя!—с нотами тревоги, раскинув руки воскликнула сестра.—Мы с братом уже не знаем как тебе помочь! Я, всеми силами стараюсь достучаться до тебя!—закрыв на миг руками лицо, она продолжила,—Что там случилось? - Я пытаюсь об этом забыть. - Нет,—сурово возразила Валя.—ты ежедневно прокручиваешь что-то в голове и это… - ХВАТИТ! - Успокойся,—подскочив из-за внезапности, попросила старшая выставив руки перед собой.—и дай тебе помочь. - Ты не готова это услышать. - Позволь мне самой решать к чему я готова, а к чему нет.—возразила Валя.—Я смогла принять брата, таким какой он есть и всё бросить из-за него, чтобы перевезти свою семью, которой угрожала опасность из-за ваших с ним дел.—объясняла женщина.—Неужели ты думаешь, что после того кошмара, который вы устроили, есть ещё хоть что-то, что я не готова принять? Наташа отвела взгляд от настойчивой сестры. - Ты же обещала!—воскликнула Валя. От ужаса своей догадки та приложила руки к губам, с ужасом смотря на свою разбитую, младшую сестру. - Я знаю, но сейчас это лучшее лекарство. - Ты сорвёшься!—свирепо крикнула Валя. - Черт…—массируя виски, прошептала Наташа откинув голову. - Если ты сейчас промолчишь… - Валя…—обессилено, прохрипела Наташа. - Ты обещала мне, клялась, что больше не станешь помогать ему. Тебя мучают кошмары, ты перестала спать как и в прошлый раз и я не хочу вновь видеть твою кровь у себя на руках!—дрожащим голосом, сдерживая слезы, продолжала Валя. Видя как сестра с ужасом вспоминает один из переломных моментов её жизни, Наташа подошла к Вале стиснув ту в объятия. Поглаживая по спине сестру, слыша тихие всхлипы, она прошептала на ухо: - Моё сердце разбито… *** Наташа. С самого малого детства, жизнь для нас была сложной. Видимо, в прошлой жизни мы все неплохо грешили, за что сейчас расплачиваемся. Отец пил, мать поддерживала его напиваясь в стельку рядом с ним, а мы в то время пытались выжить. Валя заменила нам с Иваном мать. Я точно бы не сумела справиться с пьющими родителями и двумя детьми, но ей каким-то непостижимым чудом удалось. До нашего совершеннолетия Валя выполняла роль родителя, она пожертвовала собой, ради того, чтобы мы выросли, выучились и стали самостоятельными. «Из грязи в князи», думается мне, об этом она мечтала. Однако, все вышло несколько иначе, если посмотреть со стороны праведных и невинных пары глаз. В молодости, мой брат связался с плохими людьми, а в итоге, благодаря своей смекалке, постепенно поднялся добившись уважения благодаря своей кровожадности и холодному расчёту. Большим ударом, для Вали было то, когда мой брат показал настоящего себя. В один из вечеров, перед тем как покинуть дом, он застрелил отца и мать, прямо на наших с Валей глазах. Думаю, этот факт повлиял на меня, ибо мне не было их жаль. Наоборот, мне хотелось поплясать на их могиле, а ещё лучше растоптать своими собственными ногами их головы. Желание отплясать на их мозгах чечётку, было невообразимо манящим. После этого, моя жизнь надломилась, а надежды Вали, о том какими мы станем в будущем, погасла. Хотя, я ещё три года, упорно старалась идти по тому пути, по которому сестра меня направляла. Брат исчез и появляясь на нашем пороге, только прибавлял проблем. Чем он больше углублялся в беззаконие, тем озлобленней врагов наживал. В конечном итоге его посадили и он лишь обрёл новые знакомства, а от безделья он понял, чем хочет заниматься. В то время как я, никак не могла забыть о том вечере. Ох, как я хотела измазаться в их крови, а после взять топор и измельчить их тела. Я желала услышать музыку хруста их костей, от моих ударов топором… Я мечтала вкусить другую сторону себя. Брат намеренно избегал нас, а позже вынудил нас вовсе переехать во Владивосток. И всё это время, я сдерживала своих демонов, рисуя их в своём воображении в образе огромного дракона на толстенной цепи. Один случай, надломил мою жизнь изменив всё. На удивление, я для себя избрала спорт, а именно стрельбу и была в этом хороша. Меня тянуло к насилию, за это нужно сказать спасибо родителям, которые не просто были алкоголиками, так ещё и насильниками. Поэтому с малых лет, как я так и брат постоянно влезали в драки. К своему совершеннолетию, я с лёгкостью могла справиться с любым мужиком. И вот однажды…. Как сейчас помню… Вечер был холодным, пьяных людей хоть отбавляй. 31 декабря, для всех день великого, многодневного запоя. Проходя по улице, в переулке я увидела, как невинную девушку пытаются изнасиловать. Пелена на глазах, жуткая ярость и смех, радость за шанс кого-то уничтожить. Такие эмоции бурлили, от чего я напрочь потеряла рассудок и очнулась перед сидящем в своём кабинете братом с разбитыми костяшками и руками по локоть в крови. Я забила одного из парней голыми руками, буквально до смерти. Другие двое сбежали, как только увидев, что я сделала с их другом. И может быть другой нормальный брат, сказал бы мне, что я совершила плохой поступок за которой я должна ответить перед законом, но…. Сейчас мы говорим о моём брате. Он-улыбнулся, в его глазах была гордость и невообразимый азарт. На мой счёт, он уже всё решил. Так я встала на дорогу, по которой со временем стало слишком сложно идти, ибо она вела в болото. Отдавшись полностью тьме, я выполняла самые разные поручения и какие именно, лучше не упоминать. Сначала, я зачищала места убийств, после я стала одним из мучителей, а через некоторое время применила свой навык стрельбы, убивая тех, кто мешал или был заказан брату за круглую сумму. Вскоре брат открыл свой бизнес в Сеуле, где как он говорил: «Многие нуждаются в моей помощи.» Так и появился Отель «Красный Бархат», а через несколько месяцев клуб “N”. Я осталась во Владивостоке, постепенно устраняя его врагов, а когда мой долг был отдан за спасение моей задницы от тюрьмы, я осталась без дела с кучей денег. Однако на фоне всего, моя психика сломалась. Все картины ужасов, которые я совершала виделись мне во снах. Но сильнейший удар по мне, был нанесен не поступками, которые преследовали меня, а ей. Девушка, которую я спасла, стала моей первой половинкой и я верила, что она примет меня любой. Какое-то время так и было. Мы встречались долгие годы и ей нравилась моя жестокость, но после того как она сама чуть не подвергалась опасности из-за моей работы, она собрала вещи и ушла, громко хлопнув дверью. Я не надеялась обрести того, кто сможет смириться с моими демонами. И в момент моего отчаяния, я взяла лезвие, проведя им по запястьям. Валя спасла меня. Мой порыв закончить всё пробудил брата. Вместо слов поддержки, он сообщил, что ждёт меня в Сеуле. Так я оказалась в совершенно другой стране, где я встретила её, ту кто подарил мне, хоть и кратковременное, но счастье. *** В тот же момент, “N”, кабинет Калинина. За столом сидел мужчина, с безразличным лицом, а рядом с ним его любимый сидящий на столешнице. Молодой парень, с пухлыми губами, излучая сексуальность, игриво поглядывал на гостя, который прибыл к Ивану. На вид мальчику было не больше 17 лет, а его выразительная внешность, Мину сильно кого-то напоминала, только понять «кого?» тот никак не мог. - Я не могу столько ждать. - Господин Калинин, на данный момент я не могу покинуть страну.—объяснял Юнги. - Значит ищи другого, кто поможет тебе сбежать, как трусливой шавке. - Я лишь прошу, подождать. Мои дела ещё не завершены и я надеюсь, вы сделайте всё для того, чтобы я оставался целым и невредимым. - Дела?—переспросил мужчина.—Мы с тобой о чём договаривались? - Мне также не нравится, как всё растянулось. - У тебя уже проблемы с полицией, но они не убивают тех кого поймали за хвост.—подметил Иван.—Сейчас ты мне говоришь о «целостности» своей тушки. Из этого я могу предположить, что ты боишься не тюрьмы, а чего похуже. - Вы такой проницательный.~—игриво согласился Мин, от чего на лице молодого мальчика проступила мимолетная ярость.—Как я вам и обещал, все видеозаписи и всё, благодаря чему вы сможете держать «нужных» Вам людей в своих руках, будет вашим.—улыбаясь парировал Мин.—Мне лишь нужна ваша защита, до момента нашей с вами договорённости. - Записями, ты лишь выбил свой билет из страны, смену имени и неплохую жизнь.—подняв палец вверх.—И тех денег, которые ты заплатил мне не достаточно, чтобы мои люди заботились о твоём раздолбанном очке. - Я заплачу сколько потребуется, мне нужно лишь стать невидимкой для всех и насколько я осведомлён, вы в силах это сделать. Внезапно телефон Калинина лежащий перед ним на столе издал жужжание, оборвав деловой разговор. Калинин взглядом прочёл пришедшее ему смс на русском языке, смысл которого был с одной стороны прост, а с другой не понятен: Неизвестный номер: «Убита. Менты тут.» Мужчина раздраженно цокнул языком, а после встал завершив, своим уходом из кабинета деловую встречу. *** В то же самое время. Владивосток. - Она была такой милой,—тепло делилась Наташа.—и застенчивой. - Так получается, она села в твоё такси? - Да, смешно даже,—усмехнулась девушка.—мы одновременно сели в одно и тоже такси. И… Если моё знакомство с Алей, было сценой из боевика, то с ней я очутилась в романтичном фильме, где самый слащавый сюжет. - Какой она была? - Совершенно другой.—закусив губу, она на краткий миг стихла, а после сделала глоток рома.—Неуклюжей, но умной.—Наташа запнулась, вспоминая её алые уста, закусив свои губы, она прокручивала в голове их первый поцелуй, а после продолжила.—Из её кармана выпали ключи, я хотела ей их вернуть. Я могла сделать это сразу, но намерена не стала. Мне хотелось увидеть её ещё раз. Конечно тогда я не знала, что она ещё школьница, хотя она и была одета в форму, мне почему-то это в голову не пришло, я была зачарована её красотой. - Получается, ты довезла её до дома? - Она ехала к брату. Конечно я её подвезла и денег не взяла. Я ссылалась, мол на улице поздно и будет лучше, если я её подброшу. - Смелая девочка. - Я же женщина, хоть и иностранка. - И то верно. - На следующий день, я отдала ей ключи и она была удивлена, как мне удалось её найти.—усмехнулась Наташа.—На брелке было её имя, поэтому уже через час я знала о ней всё. Кто она, где её родители и почему она живет с братом. - Говоря о ней, ты улыбаешься. Тогда почему, ты грустишь? - Я у неё первая, в буквальном смысле и когда пришел момент сказать: «Я люблю тебя», она меня остановила. - Почему? - Её можно понять. Я лесбиянка и пришла к этому спустя время, после проб и ошибок. - Ты об этом не говорила. - Валя, для того чтобы точно понять саму себя, надо попробовать сделать то, к чему у тебя потенциально идёт отрицание. Слов или мыслей, мол «я люблю женщин» мало. Плюс… Ты мне как Мама, поэтому вопросы «интимной жизни» я старалась с тобой не обсуждать.—посмотрев на Валю, Наташа добавила.—Я бы и сейчас предпочла не рассказывать того, что говорю сейчас. - Думаешь, Она побоялась? - Думаю да, ведь в 16 лет, ты только начинаешь познавать себя. В конечном итоге, она попросила дать ей время. - Ната, уже прошло больше двух лет. Ты всё ещё ждёшь? - Для меня она единственный лучик света, который был у меня помимо тебя.—сжимая бокал в руке, Наташа продолжала говорить.—Последний раз когда мы говорили по телефону, она рассказывала о том как её брат впервые отпустил её с друзьями на ночевку, она постоянно о нем говорила. Я боюсь, что он ей запретил встречаться со мной. - Почему же тогда, ты не пойдёшь к ней и не спросишь? - Наверное боюсь услышать, что она нашла кого-то и я ей уже не нужна. - А так, ты только мучаешь себя. - Может быть.—откинув голову к потолку, Наташа прошептала.—Она единственная, кто меня понимала и никогда не считала меня «чудовищем». - Я так понимаю, Леша, про которого ты мне рассказывала, был девушкой. - Да, Лешу звали Алей и перед тем как расстаться со мной, она сказала… - …Что ты «чудовище».—закончила за Наташей Валя. - Верно, только она, любила меня и такой. С горой трупов за плечами, с руками по локти в крови.—тяжело выдохнув.—Я до сих пор, чувствую её духи рядом… Хочу к ней, но боюсь… Телефон Наташи ожил, как гром среди ясного неба. Каждый раз, когда её молчаливый телефон с корейским номером, который знали лишь трое, просыпался, она ждала смс от неё. Наташа подскочила как ошпаренная. Схватила телефон и не поверила, что увидели её глаза. Нянька Янг: «Твоя девушка умерла, мне жаль.» *** Наше время. Сеул. Квартира Чимина. - Что ты мне предлагаешь, я уже говорил с ним.—объяснял Пак, закрыв глаза от усталости, которая за последнии недели стала его привычным состоянием. - Чимин, ты должен поговорить с братом.—просила мать тревожным голосом.—Он не посещал школу уже несколько дне. На наши звонки он не отвечает, я беспокоюсь за него. - Мам, может уже пора перестать его вытаскивать из дерьма?-слетело с губ Чимина.—Как только он ввяжется в неприятность, тут же объявиться. В жизни Пака также разгорелась семейная драма, как и у Чонгука с Тэхеном. Работа пожирающая всё свободное время Чимина, была своего рода спасением от внутренних проблем в семье, от которых он с удовольствием бы отказался. Младший брат Секретаря отличался от Пака многим. Кан Пак был тем подростком, о которых говорят: «В семье не без урода», его вечные хулиганства, пакости, протесты подросткового возраста пагубно сказывались на нём. Когда-то успешный и перспективный ученик старшей школы, подававший огромные надежды опустился на дно. Мать и Отчим, гордились им, но в один прекрасный момент, Кан связался не с той компанией и после начались проблемы. Родители делали всё, что могли. Разговоры, наказания, но все воспитательные действия во благо сына, лишь ухудшали ситуацию отдаляя их чадо от них. Последним, с кем разговаривал Кан, был Чимин, к которому он время от времени приходил переночевать на ночь другую. Ещё две недели назад, младший брат вернулся домой, после недельной тусовки. Родители выдохнули, как и Чимин у которого было слишком мало времени, даже на себя. Спустя добрый час, Секретарь наконец закончил разговор с матерью и смог упасть на диван, ощутив на краткое мгновение спокойствие. Он хотел отпустить мысли от того, что творится вокруг. *** Особняк Чона. Чонгук буравил взглядом Тэхена стоящего перед ним. Одной рукой он упёрся в дверь, другой провел по волнистым волосам Кима, сгрёб их в охапку и запрокинул ему голову, чтобы видеть его лицо и мило порозовевшие щёчки своего любимого. В этот самый момент, джип Микки уже подъезжал к особняку Директора. Всю неделю, он пытался найти Юнги или хотя бы одну ниточку ведущую к человеку с которым разговаривал Мин, но результатов не было. Однако, Микки уже знал, как ему поступить. А пазл встал на свои места. Чимина он не отвлекал, так как тот временно заменял Чона, встав на должность временно исполняющего обязанности Директора. Ворота открылись и уже через секунду джип остановился возле главных дверей. - Вам следовало предупредить о своём визите.—держа над головой зонтик, сухо произнес Хуань вместо приветвствия. Втянувший шею Микки, обернулся к телохранителю Чона, сморщив лоб так, будто бы тот ляпнул какую-то глупость. - Обязательно учту в следующий раз,—шмыгнув носом из-за самой мерзкой погоды в сочетание с дождём, держа руки в карманах съязвил фотограф.—мне в письменной форме стоит просить об аудиенции с Королем? - Микки,—более дружелюбно произнес мужчина.—он занят. - Трахает своего милашку? Хуань промолчал, а его налившийся краской смущения щёчки, улыбнули Фотографа. - Пусть вытаскивает свой хуй из дырочки,—усмехнувшись посоветовал Микки.—побазарить надо. *** Чонгук жадно скользил глазами по алым губам робеющего перед ним сабмиссива. Ким был готов встать перед ним на колени, что чувствовал Директ и чего так отчаянно желал. Все его мысли о сладком насилие над любимым, нарушили посторонние голоса: - Дирек… - Заткнитесь, пожалуйста.!—прошипел Хуань на кого-то, понизив голос. Оба стоящих возле двери, мысленно прокляли того, кто посмел нарушить их планы. - Директор. - Да!—раздраженно рыкнул Чон. - К вам прибыл Фотограф Микки.—после недолгой паузы, Хуань добавил.—Он уверяет, что это срочно. - Черт…—прошептал Чонгук опустив голову, уткнувшись лицом в плечо Кима, который чмокнув того волосы, пригладил спину. - Иди, мы продолжим позже, я пока приму ванную. *** Спустя 20 минут. Переодевшись, Чонгук вышел в гостиную к ожидающему с ним встречи Микки. Тот сидел нога на ногу откинувшись на спинку дивана, вспоминая поцелую с Паком, который если бы не прервал Чонгук мог закончиться чем-то более интересным. - Ты хотел меня видеть? - Один один.—повернув голову к прибывшему в бесформенном свитере и брюках Директору, сообщил Микки, злясь на когда-то сделанный Чоном звонок, оторвавший его от нежных губ Секретаря Пака. - Что?—сев в кресло рядом, в туже позу с прямой осанкой будто бы Король, Чонгук мгновенно сменил лицо недоумения на безразличие.—И? К чему такая срочность? - Вопрос: как ты предпочитаешь расквитаться с Мин Юнги? - Есть предложения? - Есть, но сначала хотелось быть услышать твои мысли. - Посадить его. - А если я скажу, что он недосягаем, что тогда?—вознесся бровь вверх, интригующим тоном уточнил Микки. - Я не собираюсь марать руки в крови.—леденящим тоном, мгновенно ответил Директор. - Хах!—рассмеялся Микки.—Ты за кого меня принимаешь? - За «Троянского коня», вот кого ты мне напоминаешь. - Я по твоему «губительный подарок»? - Если я на кого-то не могу навести точных справок, считаю - опасными. Микки подавил свой смешок, что показалось Чону надменным. - Директ Чон, я на твоей стороне,—он выдохнул, а после добавил.—точней сказать на стороне твоего секретаря.—сев более удобно, Микки повернулся к Чонгуку расставив ноги на ширине плеч, локтями он облокотился на колени, немного склонившись, он будто бы был готов рассказать Чону какую-то тайну.—Давай открыто, ок? Ты имеешь возможности и ты можешь прямо сейчас его отыскать, но не делаешь этого, почему? - Я жду следующего шага. - Ждёшь когда ты станешь мишенью? - Вроде того. - Это не твой отец, ты же и так это знаешь? - И.—с улыбкой согласился Чонгук, приятно удивившись сообразительности фотографа. - Ты хочешь посадить отца с помощью Юнги. Я правильно тебя понял?—увидев уверенный взгляд в глазах Директора, фотограф признал.—Не плохо. - Плохо, то что ты мне сказал недавно. - Так,—замешкался Микки, вспоминая то, что говорил.—ты о чём? - Почему Юнги недосягаем? - Так всё таки, ты не знаешь как его «нагнуть»? - Если всё так как я думаю, то он выходит чистым.—его глаза засверкали искрами ярости.—А мне нужен совершенно другой результат. - Вот и я об этом думаю, поэтому есть одна мысль. Микки запнулся, вновь откинувшись на диване, засунув руки в карманы куртки. - Я так понимаю, есть цена за твои сведения. - Не просто сведения, а за ценную работу проделанную не твоими руками.—качая головой объяснял фотограф.—Ты же у нас «общественная личина». Страховка не повредит. - И всё же ты толкаешь меня на ту дорогу, которой придерживается мой отец.—усмехнулся Чонгук.—И при этом, твой брат работает в органах.—поджав губы, удивляясь своему собеседнику, Директор спросил.—Он в курсе о твоей кровожадности? - В ответ на твой вопрос, я процитирую строки из одного хорошего фильма: Любовь бьет прямо в сердце, стоит тебе раскрыться. Она не похожа на Тайсона, а совсем даже наоборот. Но бьет намного сильнее. И вот, лежа на полу, первый раз в жизни ты больше не хочешь драться.—он произнес эти слова с улыбкой и теплотой.—У тебя так же, я вижу в тебе желание поскорей закончить с этим дерьмом и окунуться с головой в то, что дарит тебе Ким Тэхен. Я же, боюсь за Чимина и не хочу, чтобы эта война между тобой, твоим отцом и бывшим затянулась затронув его, ибо он тоже твоя жизнь и он тоже дорог тебе, а это значит только одно: он в опасности, от чего я хочу его уберечь, как и ты Тэхена. Директор Чон, ты должен меня понимать. С кровожадными ублюдками, нужно поступать в соответствии с их действиям. - Хорошо. Для начала, я хочу понять о чём ты говоришь, а там посмотрим.—махнув рукой, Чонгук будто бы велел ему говорить. - Нуууу…—протянул Микки.—Начнём с того, что вероятней всего ты мало знаешь о своём бывшем партнере. - Это вряд-ли.—тут же возразил Директор. - Правда? Ты так в этом уверен?—вопросы фотографа, вызывали сомнения.—Владеющий информацией, владеет миром. В этом направление,…—Троянский конь, чуть понизил голос.—..я один из лучших в поиске информации.—закусив губу, Микки о чем-то задумался на некоторое время, а после продолжил.—Мин Юнги не из последней семьи в Кореи и за время своей праздной жизни в Сеуле, пока ты не о чём не подозревая учился и верил своему ебарю, он успешно потряхивал нужных ему людей.—на лбу Директора выступили хмурые морщины, свидетельствующие о удивление и удивительной осведомленности Микки. Информация о личной жизни Чонгука была покрыта завесой тайны, но сейчас, человек, которого он видел в третий раз в своей жизни сообщает ему детали его прошлого. Удивление было необъятным, но тот в туже секунду скрыл своё изумление.—Юнги приберёг компрометирующее фото и видеозаписи на всех, с кем когда-либо вступал в половую связь. Те кто его трахал и кого он поебывал время от времени, сидят на очень высоких постах.—парируя словами, Микки все ждал вопроса от Чонгука, но тот внимательно слушал фотографа не показывая ни единой эмоции на своём лице.—Поэтому он так просто улетел из страны и каждый год спокойно встречался с тобой. - Что…?—Директор наконец опешил. - Думаешь это первый раз когда на тебя искали компромат? Ох…! Нет, конечно!—отмахнувшись с долей шуткой признался Микки. - Ты…—прищурившись, Чон прошипел вопрос, который фотограф ждал ещё раньше.—Откуда ты всё это знаешь? - Я был тем фотографом, кто собирал всё для «копилки Мина». - Ты же не знал его. - И это правда. Оплата проходила с разных счетов, по которым нельзя было отследить откуда настоящий источник. Заказы были с одноразового номера и каждый раз голос был изменён. Плюс сам Юнги всегда был в маске, кроме тех моментов когда встречался с тобой в ресторане каждый год, но я не придавал этому значения. Хотя, когда я увидел запись найденную у моего редактора, мне показалось странным. Думаю, для записи ваших утех он нанимал кого-то другого. На видео, на лице Юнги была маска, одна из тех, какую часто надевал Мин, но я тогда не придал этому особенного значения. На счёт заказов, я думал: разные люди, ибо в моей практике не редкость получать бабло с неизвестных счетов, как и принимать заказы от анонимов. Но знаешь, тут меня насторожил «Красный бархат», ведь именно там и проходили его встречи. - Ублюдок..—с улыбкой усмехнулся Чон опустив глаза. - Этот ублюдок просчитал всё. Он знал, что когда-то придёт пиздец и его накроют. - Так, погоди.—остановил Чонгук Микки.—А каким образом ты его решил найти? - Парень Калинина, владельца «Красного Бархата» мой младший. - Брат? - Не мой, но надеюсь, что скоро будет моим братом. - Так…—окончательно запутавшись.—Объясни. - Сложно, правда?—выдохнув, Микки ответил.—Иногда я прошу помощи в поисках у не совсем хороших людей и так уж случилось, что после твоего провала передо мной, я встретил Чимина. На тот момент я уже был знаком с его братом Каном, ты же его знаешь?—Чонгук свёл брови, а после легонько кивнул головой.—Как оказалось, совпадение в фамилиях не оказалось случайностью и мой источник, который давненько встречается с Калинином является родным братом Чимина. Ну и чтобы у тебя картинка сошлась воедино, то объясню.—хлопнув в Ладоши, Микки подошел к финалу.—Этот русский мужик, любит Кана, которому в тоже время и доверяет. Более того, насколько я знаю Калинин с радостью продаёт мне информацию, через Кана. - Он знает, что ты у него покупаешь информацию? - Я не буду вдаваться в подробности, но да. - Чимин об этом ничего не знаете, я так понимаю. - Даже если узнает, не поверит.—совершено спокойно утвердил фотограф.—Ибо не увидев своими глазами, будет сложно поверить в байку про «молодого 17-ого подростка влюбившившегося по уши в мужика 32 лет», который на минуточку весь заколот куполами. - Чем? - Послушай песенки Михаила Круга.—понимая по лицу Чонгука, что тот мало понимает о чём он ему говорит, он постарался немного объяснить, руками указывая на грудь и плечи.—В России бьют подобные тату сидевшие. Теперь понимаешь, что мы говорим об «авторитете»? - Тут-то он что забыл? - Любовь? - Кан?—брови Чонгука подскочили вверх. - Там слишком запутанная история, в которую лучше даже не лезть.—на краткий миг, на лице Микки блеснула, на взгляд Чонгука яростная улыбка.—Итак, Директор Чон, что же выберите вы? - Знаешь кого ты мне напомнил сейчас Троянский конь? - Сущее зло? - Дьявола протягивающего мне яблоко в саду эдема. - Я буду идти по головам, если это потребуется и если моё чутьё не подводит меня…—Фотограф поднялся со своего места, убрав руку за спину.—…я пойду и на крайние меры. Наклонив шею, Микки хрустнул её показав перед Директором пистолет. Перезарядив его, он аккуратно положил оружие на стол: - Если ты до сих пор сомневаешься во мне, то…—кивнув подбородком на пистолет лежащий столешнице стола перед Чоном.—…выстрели прямо сейчас и желательно в голову. С моей стороны я сделал всё, чтобы отвести от тебя подозрения. Тебя не будут искать. Микки был серьёзен в каждом произнесенном им слове. Ощущалось мужество, храбрость и стремление защитить то, что ему дорого. Чонгук на мимолётное мгновение увидел в нём себя. Смеряя Микки взглядом, Директор будто бы увидел своё отражение. - Убери, я тебе верю. - Я оставлю его тебе.—достав пачку сигарет из своего кармана заявил фотограф.—На случай, если хоть на секунду усомнишься во мне. - Это клятва? - Уговор. - Ты его так сильно любишь? Замерев на секунду, Микки поднял глаза на Директора, оторвав свой безумный взгляд от пачки, которую достал из кармана кожаной куртки. - Если потребуется или если он прикроет тебя от пули, я встану перед ней, но не дам ему быть жертвой. - Я не… - ТЫ НЕ СТАНЕШЬ ПРОСИТЬ! ОН СДЕЛАЕТ ЭТО САМ…—крикнул Микки, которому всегда присуще лишь спокойствие.—…без твоих унылых просьб.—переведя дух, Фотограф продолжил.—Я не собираюсь его терять из-за ваших разборок, которые ему должны быть безразличны. Но вы, сука, все под прицелом и какого-то хрена не вдупляйте этого. - Зря ты так думаешь. - Ну раз зря, так дай мне зеленый свет. - Я хочу дождаться главного. - А если ты ошибаешься и следующий не ты? - Я никогда не ошибаюсь. - Ну хорошо,—как психически больной пациент улыбаясь одновременно покачивая головой, Микки стрельнул взглядом на Директора.—Если он пострадает или умрет, запомни, я убью твою любовь. Зуб за зуб. Уничтожу: я сделаю это прямо на твоих глазах и заставлю тебя смотреть. - Ты пытаешься мне угрожать? - Я предупреждаю и этим напоминаю, о том, насколько я серьёзен в своих словах.—улыбнувшись краем губ.—Я не просто так получил прозвище «призрак», учти и вспомни, что кроме как моего имени, ты обо мне ничего не знаешь и никогда не узнаешь. - Хорошо, я понял тебя. - Это зеленый свет? - Без меня ни одного шагу. - Эй не!—тут же запротестовал Микки, вскинув руки.—Тебе… Чонгук поднялся с кресла, не отводя взгляда от фотографа, взял пистолет со столешницей, а после перезарядил сняв с предохранителя. - Либо так, либо прямо сейчас я выполню твою просьбу и прострелю тебе башку.—леденящим голосом настоял Директор. - Как прикажете.—процедил Микки.—Я свяжусь с ними и назначу встречу. - Ох, как всё официально. *** В то же самое время. Отель «Красный Бархат». - Прости меня Нат. Девушка стояла спиной к гостю, выдыхая дым, её глаза неотрывно наблюдали за ночным Сеулом. Её руки тряслись, а слёзы, которые стремились вырваться из неё, накапливались в ней. Чаша ярости, злобы, гнева, постепенно заполнялась «местью». Она обернулась к парню, пронзительно посмотрев в его глаза. 2,5 года назад, Наташа попросила его следить за Янг. Конечно она полагала, что брат запретил ему докладывать о ней. Однако, она злилась ещё больше, зная, что могла быть с ней рядом и сейчас ей остаётся лишь увидеть её лицо, в фоторамке с траурной лентой. Теперь она не сможет прикоснуться к ней, поцеловать. Она не сумела защитить свою любимую, имея для этого возможность и ресурсы. - Твои извинения бессмысленны. - Нат,—мужчина славянской внешности, слишком крепкий на вид стоял перед ней как провинившийся щенок.—чем я могу помочь? - Помочь? - Если тебе нужна помощь, будь уверена, я всегда рядом. Она вновь отвернулась от мужчины, задумчиво сказав: - Ты готов предать моего брата из-за чувства вины? - Ната… - Вот видишь, а я готова. - К черту!—воскликнул парень.—Я с тобой. Она слегка повернула голову, улыбнувшись краем губ: - И почему бы мне не сомневаться в тебе? Раз ты так легко отказался от Калинина? - Ната, ты знаешь причины. Наташа улыбнулась ещё шире, обернувшись к парню: - Ну раз так, Илюша… Мне нужно досье на брата Янг. Хочу знать больше, чем знала о нём. - Что ты задумала? - Всему своё время.—она сделала глубокую затяжку,—Мы начнём с предложения, а там посмотрим. С нами он или нет. *** Спустя 3 дня. На выходе с кладбища. Спустя некоторое время после похорон. - ВЫ ЧЕМ СМОТРЕЛИ БЛЯТЬ!—кричал Директор на Хуаня, который растерянными глазами пытался понять куда пропал Ким. - Он зашёл в туалет и будто провалился сквозь землю. Бегущий Хва на бегу кричал переполошенным: - Там есть другой выход!—указывая на невысокое здание общественного туалета, кричал охранник. Чимин и Чон переглянулись, в то время как пришедшие подруги и знакомые Янг Ким стояли неподалёку. Трое девушек стоявшие чуть вдалеке от Микки Чимина и Чона с охраной, наблюдали как Чонгук вместе с охранниками бегут к месту где исчез Ким. - Это точно она!—шепотом воскликнула одна из девушек, споря с двумя подругами. - Быть того не может, Янг же говорила, что она с ней рассталась.—отвечала другая. Услышав шёпот за спиной фотограф прислушался к беседе девушек. - У этой бабы была машина с «Хелоу-Китти», Янг рассказывала о ней, как она её катала на ней. Фотограф наклонил голову, слегка прищурившись вспоминая необычную машину на парковке. «На похоронах девственно была…», вспомнил фотограф. - Девчонки!—резко обернулся Микки, одарив девушек обаятельной улыбкой, от которой юные красавицы растаяли.—А о ком… *** В то же самое время. В 30 минутах езды от кладбища, придорожный мотель. - Кто вы?—наконец спросил Тэхен, наблюдая за девушкой в облегающем черном костюме. - Будешь что-нибудь?—осматривая мини-бар, спросила девушка. - Ответьте на вопрос. - Я…—протянула она, найдя маленькую бутылочку водки «Столичной».—…Плохой человек. - Меня уже ищут и если вы, что-то сделайте у вас… - Будут проблемы? Да? Это ты хотел сказать?—открыв бутылочку, она сделала глоток.—Не беспокойся, я не собираюсь тебя убивать. Вместо этого я хочу, кое-что тебе предложить.