Анатомия мести

      «Я здесь лишний. Не надо было вообще сюда ехать. Я ведь себе так всё и представлял. Но Генри бы огорчился», — подумал Ричард, чувствуя себя одиноким и отчуждённым.       Генри и его давние друзья обсуждали своих знакомых и приятелей с колледжа, вспоминая курьёзные случаи из той поры, когда они все учились на одном курсе. МакВи пытался вникнуть в их разговор. Но уже скоро ему наскучило слушать разговор о людях, которых он не знал и никогда не видел, и эпизодах из чужой жизни. Ричард не учился вместе с Генри и его друзьями, чтобы поддерживать их беседу и предаваться ностальгии по былым временам.       Вместо этого он молча стоял рядом с ними с безучастным видом, ловя брезгливые взгляды друзей Генри. МакВи относился к ним как совершенно чужим ему людям. Точно так же он воспринимал и всех остальных гостей, пришедших сегодня к Генри на его день рождения. У них не было ничего общего с Ричардом. Они слишком сильно отличались друг от друга. Разные социальные классы, разный уровень образования, разные национальные и религиозные группы (ирландский католик и англосаксы-протестанты). Даже внешне МакВи со своим шрамом на щеке и далеко не аристократичной наружностью сильно выделялся на фоне лощёных и утончённых гостей Генри, напоминавших отпрысков знатных семей.       «Он ещё думает, что они со мной подружатся. Глупо. Сколько раз Генри собирал нас вместе, и ничего не выходило. Мне с ними нечего ловить. Когда это уже дойдёт до Генри?» — продолжил свою мысль Ричард, вытерев выступившие на лбу капельки пота платком.       Несмотря на то, Генри и Сандра раскрыли все окна в доме, там всё равно было душно. До начала июня оставалось два дня, а весь Франклингтон ещё позавчера накрыла летняя духота. Сегодня она усилилась перед дождём, что никак не начинался. С самого утра свинцово-серые тучи затянули померкшее небо над городом. Недавно они стали сгущаться и чернеть, из-за чего на улице потемнело.       Ричард выпил немного скотча из маленького бокала, что он держал в правой руке. Его нос уловил сладкий аромат вереска. МакВи хотел снять напряжение и немного расслабиться с помощью алкоголя. Результат вышел полностью противоположным. Ричард завёлся, и в его голову полезли гнетущие мысли: «Я тут попиваю скотч, а Сэм и Ронни гниют… лежат на кладбище. Несправедливо. Я будто глумлюсь над ними. Но меня позвал Генри. Я не мог ему отказать. И мне хотелось немного праздника. Зря я поехал. Я не подумал, как это будет выглядеть».       — Хей, Ричард, разве моя шутка несмешная? — поинтересовался у МакВи статный друг Генри с лицом дамского угодника. Его уши прятались под копнами прямых, как солома, светлых волос. — Скажи же, смешно.       — Ричард, я погляжу, прямо в восторге от твоей гениальной шутки, — острил второй друг Генри, приятный молодой мужчина в ярко-зелёной рубашке. Он был невысокого роста, зато его осанка казалась просто идеальной.       — Рич, ты в порядке? — спросил Генри, посмотрев на Ричарда.       — Я выйду на крыльцо, проветрюсь, — ответил МакВи.       Ричард миновал уставленный тарелками стол и всех остальных гостей, почувствовав запахи женских духов и жареного на барбекю мяса, и вышел в коридор.       — Я открою, — произнёс Генри, нагнав у входной двери МакВи. — Что с тобой, Рич?       — Мне надо на воздух, — солгал искавший уединения Ричард. — В гостиной слишком душно.       Ллойд открыл дверь. Ричард пулей вылетел на крыльцо.       — Я посижу пока здесь. Ты иди ко всем, — сказал он последовавшему за ним Генри, как рухнул на стул.       «Здесь должны быть не эти холеные шутники, а Сэм, Ронни и вся наша команда. Мы заслужили этого больше, чем они, — подумал МакВи, после того как Ллойд оставил его наедине с собой. — Без нас Генри прикончили бы сицилийские гниды. Всё несправедливо. Он никогда не узнает правду, чтоб её.       Сэм говорил, да, никакой славы, одни тайны до самой смерти. Но я тогда не знал, что мне придётся прочувствовать, и что он Ронни… погибнут.Сэм ведь предупреждал, что гниды могут убить кого-нибудь из наших, даже меня. Но я не терял раньше друзей и не представлял, каково это. Ну а даже если бы я знал всё наперёд, то что бы изменилось? У меня не было другого выбора. Сам бы я Генри не защитил. Сэма, Ронни убили бы. И я бы пережил тот же кошмар.       Может, рассказать Генри потом о нашей команде? Он же не такой дурак, чтобы заложить нас копам. Неужели закон для него важнее, чем своя жизнь и я? Генри точно будет меня осуждать. Ему не понять.       Эх… не того я хотел. Всё не так», — размышлял Ричард, печально опустив взгляд в пол.       Из гостиной слышался гул голосов гостей Генри. На дороге проехала машина, и через несколько секунд во дворе соседнего дома загавкала собака. Даже когда автомобиль был уже далеко, она продолжала лаять. «Да заткнись ты!» — рявкнул кто-то раздражённо. Его крик донёсся то ли с улицы, то ли со двора другого соседнего дома. Ричард толком не разобрал. Его, в отличие от незнакомого ему мужчины, не раздражал собачий лай. Он словно звучал фоном где-то далеко и не мешал МакВи. Гораздо больше ему досаждала духота. Ричард чувствовал, как его тело становилось всё более липким от пота.       В скором времени собака замолчала. Спустя пару минут МакВи услышал новый звук — похожий на журчанье ручья шум дождя. «Наконец-то», — подумал Ричард. Он поднял взгляд. Газон и живые изгороди во дворе дома Ллойдов намокли и потемнели. Посвежевший воздух неторопливо наполнил приятный землистый запах петрикора. Изнуряющая духота отступила. Совсем скоро Ричард ощутил живительную прохладу, что овеяла его со всех сторон.       МакВи просидел почти полчаса, наслаждаясь дождём. И хотя ему немного полегчало, чувство вины не оставляло его в покое. «Я не должен быть здесь с ними», — посчитал Ричард. Он решил уехать к себе в Эджоутер, как закончится дождь. МакВи вернулся в дом и сказал об этом Генри. Тот принялся уговаривать его остаться. Ричард остался непреклонен.       МакВи добрался до дома минут за двадцать, может, двадцать пять. Автобус, на котором он ехал, проскочил в Эджоутер без пробок — город сегодня не был загружен машинами как в будние дни. Зайдя домой, Ричард позвонил Джонни и позвал его посидеть в баре «Янки Дудл». Капитан согласился. Он жил теперь в нескольких кварталах от «Янки Дудла», так что мог легко прийти туда пешком.       Недавно Джонни вернулся из Заира. Капитан пролежал несколько месяцев в тамошнем госпитале. Его подстрелили в Анголе. Тамошние правительственные войска и кубинцы разгромили мятежников ФНЛА вместе с приехавшими сражаться бок о бок с ними наёмниками. Джонни сказочно повезло не попасть в плен. Небольшая группка знакомых ему «солдат удачи» не бросила капитана и дотянула его огромную тушу до Заира, чей лидер, щеголявший перед камерами в забавной шапочке из леопардовой шкуры, покровительствовал ФНЛА.       Ричард пришёл в бар первым. Ожидая Джонни, он перекинулся парой фраз с барменом и посмотрел новостной сюжет о исчезновении Джеймса Ханны. Он возглавлял уже третий десяток лет профсоюз мусорщиков Франклингтона. В один апрельский день Ханна, по словам его жены, уехал на деловую встречу с некими важными людьми. Больше его никто не видел. Полиция безуспешно искала Ханну по всему городу уже полтора месяца. К приходу Джонни начался другой сюжет. Ведущий рассказывал о Сиднее Барнсе, частном детективе, который устроил вчера пьяный дебош со стрельбой в Даунтауне.       — Так ты почему уехал от Генри? Заскучал в высшем обществе? — поинтересовался Питерсон. Они с МакВи устроились за столиком, за коим раньше часто собиралась их четвёрка — Сэм, Джонни, Боб и Ричард. Именно над ним владелец бара повесил картину, что изображала, как молодой Сэмюэл и его бойцы продирались сквозь джунгли. Джонни и Ричард сидели к ней правым боком.       — Лучше бы заскучал, — сказал МакВи.       К столику подошла официантка. Ричард сделал заказ и подождал, пока она уйдёт. Затем тихо ответил на вопрос Джонни, поделившись с ним своими переживаниями.       На улице снова пошёл дождь. Его шум звучал очень громко и по звуку напоминал уже не журчанье ручья, как полтора с лишним часа назад, а на грохот бушующих и бьющихся о берег морских волн.       — Рэнди, сделай ящик погромче. Я ни черта его не слышу, — сказал мужчина лет пятидесяти. Он сидел за барной стойкой.       — Я тоже! — крикнул другой посетитель, занимавший столик, что стоял напротив барной стойки.       Официантка принесла заказ Джонни и Ричарду.       — Одно разочарование, — с грустью изрёк МакВи, когда ушла официантка. — Я знал, что как раньше уже не будет. Но мне всё равно больно. Генри… он стал для каким-то чужаком.       Снаружи блеснула молния, после чего ударили, словно кувалда по наковальне, раскаты грома.       — Иногда мне просто невыносимо находиться рядом с ним, — продолжил Ричард под гул телевизора, шипение покрышек проезжавших мимо бара машин по мокрому асфальту. — Я хочу вернуть прежнего Генри и рассказать ему про Сэма с Ронни.       Ричард с содроганием взглянул на ту часть картины, где был изображён Сэмюэл. Он смотрел вдаль с сосредоточенным видом, выискивая врага. Однако МакВи казалось, что Сэм словно глядел на него с осуждением.       — А я не могу, чтоб меня, — произнёс Ричард, словно оправдываясь перед Сэмюэлом.       МакВи повернулся к Джонни.       — Чёрт, я даже думал как-то заглянуть к вам в редакцию да рвануть в чёртову Африку, Никарагуа. Хоть куда угодно, лишь бы подальше от Генри.       — Серьёзно? — с удивлением спросил Джонни.       — Да. Но потом я выпустил пар и подумал: куда, чёрт возьми, собрался? Мне же уже хватило, я сыт по горлом цыплячьим дерьмом. Я помню, в позапрошлом, кажется, году ты спросил меня, хочу ли я назад в строй, снова заняться делом.       — Смутно припоминаю.       — Я тогда ответил, что мне надо подумать. Зато сейчас я точно скажу: нет, ну его в задницу.       На улице так сильно громыхнуло, что МакВи показалось, будто там взорвалась целая авиабомба. Он встрепенулся. Джонни тоже. Он словно приготовился встретить врага. Выглядел капитан зловеще.       — Дерьмо цыплячье, — сказал Ричард.       — Твою мать! Грёбаный гром! Я из-за него всё пиво пролил! Проклятье! — ругался посетитель, который сидел за столиком напротив барной стойки.       — Такой грохот… там, наверное, шаровая молния шарахнула, — произнёс бармен.       — Чёрт его знает. Дерьмо!              — Дерьмовая погодка. То парилка, то буря, — пробурчал посетитель, попросивший недавно бармена добавить громкости телевизору.       — Ненавижу лето во Франклингтоне. Из-за проклятого озера тут всегда влажно, как в проклятых джунглях, — ворчал худосочный завсегдатай бара в мятом старомодном костюме. Ричард часто видел его в «Янки Дудл», но не помнил, как звали этого худосочного любителя поворчать. Внешне он походил на неряшливого служащего из госорганизации и одновременно на спившегося частного детектива из старых фильмов. — Хоть под землю провались.       МакВи сделал пару глотков скотча.       — Вот уж точно, — согласился он с худосочным ворчуном. — Я чувствовал себя так рядом с Генри. Раньше. Сейчас мне чуть легче. Я подумываю уехать в Кливленд. Я найду там что-нибудь. В крайнем случае я устроюсь к папе в мастерскую. И начну жизнь заново, будто ничего вообще не было.       — Бегство не выход, Рич, — ответил Джонни. — Твоя проблема застигнет тебя везде. Ты будешь точно так же терзаться в Кливленде. Мне думается, ты сам это понимаешь. Иначе бы ты уехал, раз тебе было так тяжело.       — Железная логика, — с иронией отметил Ричард.       — Хочешь сказать, что я не прав, Рич?       — Я не знаю, Джонни. Честно.       — Коли ты не знаешь и колеблешься, то подумай о том, что в Кливленде тебя поймёт только один человек — твой отец. Но он не знал лично Сэма и Ронни. А мы во Франклингтоне, я, Бобби, Джек, знали их и понимаем тебя лучше, чем твой отец при всём моём к нему уважении. Мы всегда готовы тебе помочь. Хорошо, я не всегда. Сандра тоже может тебе помочь. Очевидно, что тебе будет проще побороть свою душевную боль, когда тебя поддержат сразу три-четыре человека.       — Логично, — согласился с капитаном МакВи.       Задумавшись над словами Джонни, Ричард сильно расчувствовался. На его глазах выступили слёзы.       — Ох, хвала Господу, что у меня есть вы! Правда! За эти полтора года вы вчетвером стали мне ближе Генри. Я столько носился с ним раньше! Ставил его выше вас!       — Не горячись, Рич. Лучше подумай, стоит ли тебе бросать нас? Моё мнение — не стоит. Тебе нужно привыкнуть к тому, что твоя жизнь и ваши отношения с Генри изменились. Однако это не конец света. Жизнь продолжается. Ты отдалился от Генри, зато сблизился со мной, Бобом, Джеком, Сандрой. — Рассуждая вслух, Джонни загибал пальцы. — И с отцом, вероятно, тоже. У тебя теперь больше по-настоящему близких друзей. Не всё так плохо, как тебе видится.       Ричард призадумался. Спустя полминуты он радостно воскликнул с надрывом в голосе:       — Господи, как же ты прав, Джонни!