***
— Вот они, — произнёс Малфой, когда дорожка, змейкой вившаяся по саду поместья, в очередной раз свернула налево. Они остановились перед невзрачной грядкой, на которой торчало несколько кустиков, похожих на морковь. Гермиона молчала, испытывая дискомфорт из-за того, что сад, который она успела немного рассмотреть по пути, ей понравился. Драко задрал голову и посмотрел на небо, где виднелась чуть прикрытая тучами яркая луна. — Одного корня будет достаточно. Но надо дотронуться до него одновременно. Готова? — спросил он, приседая на корточки. Гермиона кивнула, опускаясь следом. На счёт три они углубили пальцы в рыхлую землю и вытащили наружу светло-коричневый отросток. Малфой тут же заботливо завернул его в припасённую тряпочку и спрятал в сумку. Гермиона недоверчиво на него посмотрела. — И всё? — Ты ожидала, что разверзнутся небеса, и на нас прольётся дождь из лунных капель? — с иронией спросил Драко. — Нет. Конечно, нет, — смутившись, быстро ответила девушка. — Просто столько условий… Я ожидала, что произойдёт хоть что-то. — Иногда ты меня удивляешь, — весело усмехнулся Малфой. — Поверь, Грейнджер, всё, что нужно, уже произошло. Корень почувствовал нашу энергию, этого достаточно. Пойдём внутрь, мне нужно найти предмет, который будет порталом. — Не бойся, — добавил он, заметив, что Гермиона напряглась. — Это не займёт много времени. В доме нет никого, кроме домовых эльфов. Гермиона вспомнила, что вся красота вокруг была результатом эксплуатации волшебных существ и, испытав облегчение, неприязненно посмотрела на идеально выметенную дорожку.***
Холл особняка освещал только лунный свет, проникавший в окна. — Лантана! — позвал Малфой. Рядом с ними с громким хлопком появился домашний эльф. — Хозяин Драко! — радостно воскликнула эльфийка. — Как мы рады! Прикажете накрыть на стол? И приготовить спальню для вашей гостьи? — добавила она, с любопытством глядя на Гермиону. — Нет, не нужно. Мы ненадолго. Пожалуйста, затопи камин в библиотеке и в моей комнате. — Сию минуту, хозяин. — Подожди меня здесь, Грейнджер, — сказал парень, когда они зашли в библиотеку. — Я скоро вернусь. Книжные полки в твоём распоряжении. Гермиона оглядела просторное помещение. Массивный камин с лепниной, похожий на римское надгробие, доходил почти до потолка. По обе стороны от него тянулись полки с книгами. Девушка с любопытством рассматривала корешки. Она вытащила один из томов и присела на обитый светло-зелёным бархатом стул, стараясь не думать о том, в чьей библиотеке она находилась. — Драко привёл домой невесту? — раздался вдруг скрипучий голос. Гермиона вздрогнула и осмотрелась, пытаясь найти говорящего. — Симпатичная, но, кажется, не отличается особым умом, — сварливо произнёс кто-то другой. — Ах, перестаньте ворчать, — вступил в разговор властный женский голос, и Гермиона наконец заметила портрет, с которого на неё смотрели три пары глаз кого-то из усопших родственников Малфоя. — Я не невеста Драко, — сказала Гермиона, на всякий случай вставая. — Мы просто… — Их нравы сведут меня в могилу! — перебил её скрипучий супруг дамы в пышном платье. — Нынешняя молодёжь делает, что хочет, не дожидаясь свадьбы! — Ты слишком старомоден, Октавиус, — холодно произнесла дама. — Так вы та самая мисс Грейнджер? — Да, миссис…. — Августина Блэк, — грациозно наклонив голову, ответила женщина. — Мы рады, что наш род идёт в ногу со временем. Поздравляем вас. — Такая прогрессивность сведёт этот род в могилу! — проворчал полноватый господин. — Прошу прощения, миссис Блэк. Но я не… мы с Драко не встречаемся. Мы просто учимся на одном курсе. — Я же вам говорил, что у него кишка тонка, — хохотнул Октавиус. — Простите, я не… Их разговор прервал вошедший Драко. — Я вижу, ты уже познакомилась кое с кем из моей семьи, — спокойно проговорил он, однако в его голосе Гермионе почудилась угроза. — Пратётя Августина, прадядя Октавиус, прадядя Ауриус, — холодно поприветствовал Малфой изображения. Гермиона сжимала в руках книгу, не зная, как реагировать на комментарии портретов. — Что бы они тебе ни сказали, не обращай внимания, — словно прочитав её мысли, сказал Драко. — Пятьсот лет в раме на стене заставляет их от скуки выдумывать всякую ерунду. Ауриус громко хмыкнул и перешёл в соседнюю раму. Августина расправила платье и, поманив мужа пальцем, удалилась вглубь картины. — Нам пора, — сухо добавил Драко, подходя к столу и кладя что-то в сумку. — Тебе надо трансгрессировать домой, чтобы взять свой портал? — спросил он, когда они вышли за ворота поместья. — Что, прости? — Гермиона решила, что ослышалась. — Ты держишь предметы, которые напоминают тебе о твоих страхах, возле своей кровати в Хогвартсе? — приподнял брови Малфой. — Что? Нет. Я не… Я не думала об этом! — злясь на себя, выпалила она наконец. — Я слишком… — Волновалась, как бы из портретов в моей библиотеке на тебя не выпрыгнули пожиратели? — с сарказмом спросил слизеринец — Между прочим, твои портреты… — Я сказал тебе их не слушать, — перебил её Драко, опуская голову и проверяя что-то в своей сумке. — Так нам надо трансгрессировать в Лондон? Ты же живёшь в Лондоне? — Да, Малфой, я живу в Лондоне, — раздражённо подтвердила Гермиона, пытаясь вспомнить, может ли что-нибудь из вещей, которые были у неё с собой в Хогвартсе, иметь достаточную силу, чтобы открыть портал. — Мне не обязательно подниматься в твою комнату, — пожал плечами Драко. — Я вполне могу попить чаю внизу с твоими родителями. — Ты не будешь пить чай с моими родителями! — воскликнула Гермиона. — Я шучу, Грейнджер, успокойся, — хмыкнул Драко, искоса бросая на неё взгляд. — Ты не можешь появиться в магловском Лондоне в таком виде, — торжествующе сказала Гермиона через пару секунд, кивком указывая на мантию Драко. — Я это предусмотрел, — снова усмехнулся тот, снимая мантию и демонстрируя обескураженной Гермионе футболку, заправленную в самые обыкновенные синие джинсы. — Давай, Грейнджер, до отбоя осталось не так уж много времени. Нас хватятся. К тому же, не буду скрывать, мне жутко любопытно посмотреть, как живут маглы. Гермиона не нашлась, что ответить, и только покачала головой, будто не веря в то, что сейчас произойдёт. Она подошла ближе к Драко и взяла его за руку. — Боже, что я делаю, — услышал Малфой прежде, чем в груди возникло привычное ощущение сдавливания.