С добрым утром!

      Утро рождественского сочельника. Дом Темплтонов был погружен в тишину и полумрак. Кэрол, стараясь никого не разбудить, собиралась на работу — скоро рождество, одно из самых прибыльных периодов в ее деле. Многие хотят прикупить вкусных подарков на праздник, так что девушку ждет большой поток клиентов. Не желая терять времени, она собирается за считаные минуты и последним делом остается разбудить мужа. Он хотел приготовить праздничный завтрак в честь начала школьных каникул у Табиты, а на него требуется немного больше времени, чем на обычный.              — Дорогой, просыпайся, я ухожу, — Кэрол легонько потрясла супруга за плечо, что помогло его разбудить. Он медленно принял положение сидя и на ощупь нашел очки, лежавшие на прикроватной тумбочке.       — Который час? — Тимоти надел очки, наконец, разглядев силуэт своей жены у гардероба. Она взяла оттуда зимнюю шапку и повернулась лицом к Тиму.       — Семь утра. Так, новую смесь для Тины я оставила в верхнем шкафчике, продукты, которые ты попросил купить, лежат в холодильнике, и не забудь, что завтрак нужно приготовить и на Теда.       Послав мужу воздушный поцелуй, Кэрол прикрыла дверь спальни и поспешила к выходу из дома. В гараже на этот раз была не только семейная машина, но и дорогущий внедорожник Теодора Цветика Темплтона, который взял отпуск и остался погостить у брата. Тим, признаться, спросонья не сразу о нем вспомнил. Но, семья — есть семья, да и он был рад провести побольше времени с Тедом. Как бы они ни припирались, гены пальцем не сотрешь, да и столько лет совместной жизни в родительском доме тоже. И с этими мыслями Тимоти отправился на водные процедуры, ставшие уже рутиной: душ, чистка зубов, бритье. Зато отлично помогает взбодриться и настроиться на новый день.       Кухня встречает его зимней прохладой и отсутствием солнечного света. Холод не страшен, когда у тебя на ногах шерстяные носки и тапочки, а вот с поздними рассветами он так и не свыкся. Освещают кухонное пространство лишь огоньки гирлянд, которые закреплены снаружи дома, и отражаются на окнах. Тимоти улыбается этим огонькам: в детстве он сам мечтал о таком и теперь может украшать гирляндами свой дом хоть каждый год. «Все же во взрослой жизни есть свои преимущества», — подумалось мужчине и, пргебывая в хорошем настроении, он решил-таки заняться готовкой.       Все шло потрясающе, в прочем, как и всегда. На кухне негромко играла музыка, слышался стук ножа о доску, случайный звон посуды. Тим напевал слова песни себе под нос, пока нарезал фрукты, пока на его бедро вдруг не легла чья-то тяжёлая рука. От неожиданности тот дрогнул и интуитивно повернул голову, чтобы увидеть того, кто к нему подкрался.       — Как приятно по утрам видеть знакомые лица, — Тед улыбнулся, произнеся эту фразу, а Тим облегченно выдохнул. Он продолжил нарезать яблоки, но уже более напряженно.       — Не могу сказать того же, ты бы хоть как-то предупредил, что проснулся, — Теодор насмешливо хмыкнул на это возмущение и оставил его без ответа.       — Что готовишь? — наконец, заинтересовавшись столом, вдруг произносит блондин. Его рука все еще лежит на бедре брата, не давая тому отойти.       — Мое фирменное блюдо. Фруктовые такос с шоколадными тортильями, — Тимоти ответил гораздо охотнее, ведь речь зашла о его кулинарных навыках.       — Звучит аппетитно, прямо как какое-то гурманское блюдо.       — О, не льсти мне, братец, готов поспорить, что ты высокую кухню и на завтрак ешь, — Тим прищуривается, ухмыляется и утвердительно качает головой, посмеиваясь.       — Да тут и спорить нечего, так и есть, — Теодор отвечает с наигранной гордостью, словно желая как можно яснее обозначить свой высокий статус. — Но это не мешает мне хотеть попробовать чего-то домашнего. Тем более авторского.       — Наверное, мне нужно поблагодарить вас за проявленный интерес, Мистер-я-во-всем-эксперт? — тот вновь поворачивается лицом к брату, смотря ему в глаза и ожидая ответа.       — Конечно, и благодарности на словах мне будет мало.       — Ого, вот как?       — Разумеется, Тим. Ну, что обо мне подумают люди, узнав, что я отведал блюдо в твоем знаменитом заведении и даже не оценил комплимент от повара?       — И каким же должен быть комплимент?       — Я тебе продемонстрирую, — Тед внезапно притягивает брата к себе, используя ту самую руку, которую положил ему на бедро. Тимоти не успевает даже осознать свое положение, как его тут же целуют, крепко прижимаясь губами. И это такой простой жест в исполнении его брата, словно он совсем не чувствует никаких противоречий внутри. Так все и ощущается, как будто бы, так и должно быть, потому что Тим осознает ситуацию лишь после того, как сам закрывает глаза и отвечает на поцелуй. Как его рука уже держится не за рукоять кухонного ножа, а за крепкое плечо своего младшего брата. Он в то же мгновение отстраняется.       — Что это такое ты сейчас вытворил?! — ошарашено спросил Тимоти, поправляя свои очки.       — Просто проявил свои чувства в самой простой форме, — ни секунды не мешкая ответил Тед, с недопониманием глядя на брата. — Мы так давно не проводили время вместе, я соскучился по тебе за все эти годы. Вот и решил, что тактильный контакт, это хороший способ восполнить нашу с тобой потребность друг в друге.       — Тактильный контакт — это объятия или прикосновения, но точно не поцелуи! — Тим по-прежнему пребывал в состоянии шока и не сводил глаз с младшего Темплтона. — Это так странно, столько лет даже твоего голоса не слышать, а потом сразу целоваться.       — Ну, то есть, тебе этот метод не понравился?       — Дело не в этом, Тед, ты не понима-       — Значит, понравилось?       — Так, еще раз объясню       — Тим.       — Понравилось! Но ты не можешь просто взять и поцеловать меня, не спросив, ясно?! — не выдержав протараторил Тимоти, активно жестикулируя и пытаясь скрыть подступающее смущение.       — Хочешь еще раз? — невозмутимость Теодора иногда не имела границ. Большой бизнес сделал его устойчивым буквально к любым потрясениям и претензиям. Нельзя сказать, что это не было частью его обворожительной харизмы.       — Да, — отвернувшись от наглеющего брата, ответил Тим, он и сам не понял, что сказал это вслух. Потому совершенно точно был уверен, что его лицо в мгновение стало краснеть от осознания этого факта. Шатен повернулся обратно, желая объясниться и извиниться за недоразумение, но, к счастью, ему не пришлось.       Теодор молча, но гораздо с меньшим напором вновь целует его. В этот раз, обхватывая поясницу уже двумя руками, и прижимая к столешнице. Тимоти закрывает глаза, предпочитая не думать сейчас ни о чем и позволить всему идти своим ходом. Он обвивает шею брата руками и внезапно чувствует, что его усадили на поверхность стола. Тиму кажется, что он опять вернулся в юность, когда мог экспериментировать и набираться опыта с разными партнерами, и эта мысль лишь усиливает желание продолжать все это безумие. Неосознанно он притягивает младшего ближе, чтобы до конца распробовать на вкус этот запретный плод. А Тед и не против, он сам нуждается в новых ощущениях, поэтому позволяет брату вытворять все, что тому только в голову взбредет. По этой же причине, кстати, он никак не отреагировал против того, чтобы Тимоти взъерошил его волосы. Да и сегодня они были не уложены, поэтому он мог позволить такую роскошь.        Приятно было такое спонтанное времяпрепровождение, которого у Теодора не было уже пару лет. Каждая встреча и каждый час распланированы, никто не нарушал устойчивый график, и он сам не позволял себе отдыха вне графика. Но обо всем этом сейчас совершенно думать не хочется, потому что Темплтон уверен: прямо сейчас он живет моментом и всеми клетками своего тела наслаждается «внештатной ситуацией». Он не ощущал времени сейчас, не понимал, в каком пространстве находится, просто позволил чувствам вскружить себе голову. Приятное и такое незнакомое раньше чувство.       И когда Тимоти отстраняется не остается пустоты или отчаянья. Нет. Идеальный баланс времени и эмоций. И Тед знает, что никто не может чувствовать его так же тонко, как брат. Трепетное чувство родства и близости накрывает с головой, и Теодор заключает старшего брата в объятия. Тим отвечает на них с не меньшей отдачей.       — Как же я мечтал снова по утрам видеть именно тебя, — шепчет Тимоти, полностью расслабляясь, обнимая младшего. Он действительно бесконечно счастлив хоть на короткий период вернуть то время, когда они завтракали вместе, когда гуляли и играли вдвоем, когда засыпали уверенные, что завтра снова встретятся.       — Знаешь, последнее время мне хотелось этого не меньше, — он усмехается, после чего открывает глаза и, улыбаясь, смотрит на человека, который подарил ему самые лучшие воспоминания. Теодор тянется к нему, чтобы поцеловать еще раз.       — С добрым утром, пап! — в дверном проеме неожиданно объявляется Табита, она одета в свою пижаму и, очевидно, как только проснулась, первым делом решила поприветствовать папу. — И вам доброе утро, Дядя Тед!       — Доброе, милая, — Тим рывком отталкивает массивное тело брата, чтобы не вызывать подозрений, и удобнее устраивается на столешнице, нервно раскачивая ногами.       — Что готовите? — она делает пару шагов, чтобы разглядеть завтрак на столе, но останавливается, чтобы папа рассказал все сам. Табита знает, как он любит объявлять свои блюда и, что это чуть ли не любимая его часть в приготовлении завтрака.       — Оу, сюрприз в процессе приготовления, — Тимоти подправляет очки и улыбается, поглядывая на брата, словно умоляя, чтобы тот выиграл немного времени.       — Да, ему понадобилась моя помощь, так что это займет еще пару минут. Ты успеешь умыться и переодеться, — на ходу выдумывая причины, Теодор умело делает вид, что говорит абсолютную правду и выглядит более чем убедительно.       — Ладно, тогда позовете меня, когда все будет готово. Думаю тебе, пап, не будет скучно с дядей Тедом, а я как раз закончу упаковывать подарок для Тины, — девочка кивнула мужчинам и очень скоро она уже поднималась по лестнице на второй этаж. Темплтоны переглянулись.       — Вот уж точно, с тобой не заскучаешь, — облегченно выдохнув, Тимоти улыбнулся, и все же слез со стола, чтобы продолжить готовку. — Обычно больше, чем слов поддержки ты себе не позволял.       — Ну, должны же быть во взрослой жизни преимущества, — Теодор подмигнул брату и искренне ему улыбнулся. За этот жест его играючи толкнули в бок, после чего заставили вымыть руки и помочь с готовкой.       Никому не известно, что будет после, когда отпуск Теодора подойдет к концу. Тим не может быть уверен, что все это останется, что они не потеряют связь и не отдаляться вновь. А если ты не можешь узнать, что будет завтра, остается лишь одно — наслаждаться каждым мгновением сегодняшнего дня. Тимоти так и поступит. И он знает, что это будет правильно.