Дорогой Айк!..

— Ричард, не будь идиотом, если ты сейчас не вложишься в этот проект, потом будешь жалеть. — Заткнись, Зак. — Я серьезно. Игры для телефонов — это перспективный рынок, поддержишь ребят сейчас и через пару лет деньги будут с неба сыпаться. — Заткнись, Зак, — повторил Рик и прервал звонок. Он стоял, как идиот, под дождем, у витрины какого-то крошечного заведения, которого точно не было здесь пару месяцев назад. Какая-то очередная кофейня или кондитерская, здесь они менялись так быстро, что запомнить их не вышло бы при всем желании. Разглядеть вывеску издалека Рик не успел, а сейчас ему определенно не хотелось задирать голову, чтобы ее увидеть. Тяжелые, холодные капли затекали за ворот пальто, но, вместо того, чтобы поймать такси, Рик стоял и смотрел сквозь стекло витрины. За столиком сидел Айк и как всегда задумчиво покусывал дужку очков. Он неплохо выглядел — немного сбросил вес, наконец-то начал одеваться соответственно возрасту, и новая стрижка ему тоже идет. А еще у него по-прежнему хорошая осанка, несмотря на бесконечную работу за компьютером — даже сейчас перед ним стоял открытый ноутбук. Возможно, тот же, который он купил, когда они еще были вместе. Не гоняться за бывшими, особенно за теми, которые сами тебя послали — первое правило любого кто в своем уме, и уж точно — первое правило любого уважающего себя альфы, но черт возьми, у Рика ни с кем не было так, как с Айком. Ни до, ни после. Он даже не смог бы объяснить, в чем именно было дело. Все ощущалось иначе, по крайней мере, до того, как покатилось под уклон. Бабочки в животе и другая романтическая чушь, в которую Рик раньше не верил, даже не представлял, что так бывает. И вот теперь он стоит здесь. Под дождем. А Айк отвечает на письмо какого-нибудь очередного недоумка. Это не может быть случайностью. Может, кто-то там наверху ему улыбается, а, может решил посмеяться, но, так или иначе, упускать свой шанс Рик не собирался. Он убрал телефон в карман и решительно вошел в кофейню. *** «Дорогой Айк! Я — омега, мне уже тридцать, и я еще ни разу не состоял в отношениях. Все, что у меня было — разовый секс со всякими придурками. Я не знаю, как завести отношения с альфой, как привлечь кого-то, настроенного серьезно, и, боюсь, мне слишком поздно учиться. Но остаться один я боюсь еще больше. Ты можешь мне что-нибудь подсказать? Коротышка из Портленда». В почти законченной выборке уже был ответ на вопрос девочки-подростка, беты, влюбленной в одноклассника омегу, и довольно пространные рассуждения о том, стоит ли рассказывать партнеру, что был зачат в результате изнасилования — Айк бы с радостью избегал таких тем, но ему не хотелось бы, чтобы колонка выглядела однобоко. Теперь оставалось добавить что-то, что можно привязать к личному опыту: читатели любили время от времени узнавать о нем больше. «Дорогой Коротышка из Портленда! Что за дерьмо у тебя с самооценкой, что ты так подписываешься?» Айк стер эту фразу. «Дорогой Коротышка из Портленда! Тебе явно не хватает уверенности в себе, а это оттолкнет любого нормального альфу. Неудивительно, что тебе кажется, будто вокруг одни придурки, которые хотят тебя оттрахать и сбежать». Все еще грубо. Лучше убрать последнюю часть. «Тебе нужно поработать над собой, чтобы достичь успеха. Мне, к примеру, уже сорок, но я по-прежнему могу заинтересовать любого альфу». Айк оторвал взгляд от экрана. Альф в пекарне было двое и что-то подсказывало Айку, что ни одного из них он не заинтересует, и даже не потому, что они слишком заняты, переругиваясь друг с другом на своем родном языке. Насколько он понимал, это и были хозяева заведения, так что говорили они, видимо, на сербском. «...я по-прежнему могу заинтересовать почти любого альфу». Айк снова посмотрел на спорящих хозяев. Скорее всего, будь у него на боках на двадцать фунтов жира меньше, а сам он — на десять лет моложе, блондин бы его заметил. Рыжий — вряд ли. Слишком увлечен спором. Да и вообще, как Айк успел заметить, рыжий не особенно обращал внимание на приходивших сюда омег. Может, уже в отношениях, может — просто никого не ищет. «...я по-прежнему могу заинтересовать альфу, который ищет серьезных отношений. Даже несмотря на то, что пару лет назад у меня был серьезный гормональный сбой, из-за которого я сильно набрал вес, мне удалось привести себя в форму...» — допечатывая эту фразу Айк особенно явно почувствовал, как давят на живот пояс джинсов. Пару месяцев назад они сидели лучше. Он опять себя запустил. Если не урежет углеводы — скоро расплывется хуже, чем было. «Не ленись, если надо над чем-то поработать, чтобы стать красивее, и не бойся быть смелым, если это понадобится. Результат того стоит, поверь». Айк снял очки и, откинувшись на спинку кресла, прикусил дужку, представляя себе ответ на письмо Коротышки из Портленда завершающим журнальную полосу. Не хотелось бы, чтобы ответ выглядел куцо рядом с предыдущим. «Приятно знать, что меня читают даже в Портленде» в самом начале. Теперь — еще пара десятков слов в конце и можно переходить к завершению. Ему нравилось работать в «Урме»: тихо — особенно ближе к вечеру, когда дети уже не заходят, — уютно, приличный кофе. И великолепные сладкие булочки, которые ему определенно стоит перестать заказывать. «Кстати, если ты действительно небольшого роста, то тебе имеет смысл начать с того, чтобы сгладить это. Не стесняйся носить обувь с более выраженным каблуком, или на толстой подошве» — не слишком ли много модных советов? Не важно, можно оставить пометку, чтобы эта часть первой пошла под нож, если возникнет необходимость. «Если ты действительно хочешь быть желанным, найди в себе силы стать привлекательным. Не жди Прекрасного Принца. Стань принцем сам. Удачи тебе. Айк». Он нажал на «сохранить». Через полчаса все перечитает и отправит. Можно было бы дать вылежаться еще немного, но от этого лучше не станет. Айк закрыл ноутбук — и вздрогнул, увидев перед собой Рика, промокшего до нитки и бледного, точно призрак утопленника из какого-то дешевого фильма ужасов. Он незаметно вошел в «Урму», видимо, пока Айк допечатывал концовку ответа, и подсел к нему за столик. Два года назад он понятия не имел, что такое чувство такта и, похоже, с тех пор ничему не научился. — Привет, Айк, — Рик улыбнулся, показывая полный рот вызывающе идеальных зубов. — Классно выглядишь. — Как и ты, но я бы предпочел тебя больше не видеть. — Разве не удивительно, что мы встретились? Такая приятная неожиданность не может быть случайной. — Или ты просто помнишь, где я живу, — Айк снял очки и на секунду закрыл лицо руками. Славно было бы, чтобы Рик исчез так же мгновенно, как появился, — но он был не из тех, кто так просто исчезает. Это Айк, к сожалению, хорошо знал. — Нет, я... Слушай, мы плохо расстались. Мне жаль, — Рик положил руку на стол, явно надеясь при случае ухватить Айка за запястье. Ему всегда нравилось держаться за руки. Точнее, держать Айка. — Я не хочу с тобой общаться, — спокойно и медленно произнес он. — Я же сказал: мне жаль. Перестань, Айк. Мы... — Прощай, Рик, — Айк поднялся из-за столика, быстрым одним движением засунул ноутбук в сумку и быстрым шагом направился к выходу, даже не слушая, что там Рик еще пытается сказать. Даже спорящие хозяева замолчали на несколько секунд и Айк почувствовал на себе их озадаченные взгляды. Пусть смотрят. Плевать. На улице по-прежнему лило как из ведра, и после тепла «Урмы» уличный ветер казался пронизывающим до костей, джемпер промок мгновенно, но, видит бог, последнее, чего Айк сейчас хотел — это разговаривать с Риком. Не сбавляя шага он отправится в сторону дома, надеясь, что Рик за ним не последует. *** — Ты совсем тупой? Почему ты мне не сказал? Обычно Марко не повышал голос, когда в зале кто-то был, но сейчас он разозлился всерьез и Стефан понимал, почему. — Ты охуел? Зачем ты взял их деньги? — А что я должен был, в банк пойти? Там бы нас завернули, не будь идиотом. — Одного идиота в нашей семье достаточно. Ты хоть понимаешь, в каком говне мы окажемся, если не вернем все вовремя? — Мы вернем. — Охуеть. — Все мы вернем, успокойся уже. Надо же было устроить этот срач именно сейчас. Единственным посетителем, как и частенько по вечерам, был высокий темноволосый мужчина. Зрелый, крепкий, точно сошедший с кадров какого-то фильма пятидесятых годов. Стефан краем глаза взглянул на него, сосредоточенно набирающего текст на клавиатуре своего компьютера, даже, похоже, не замечая их с Марко. Он пару раз в неделю сидел тут по несколько часов, работал, пил черный кофе, к которому заказывал пару урмашиц. Это был омега — свой синий браслет он носил открыто, — и, похоже, одинокий. По крайней мере, кольца на руке не было, сидел он всегда один, и Стефан все время думал с ним заговорить, но никак не мог собраться. А сегодня почти решился, — но тут Марко поймал его за плечо, и спросил, почему какой-то ирландец сегодня днем спросил у него, помнят ли они, что старик Келли ждет свои деньги. — А если нет, то ты почку продашь? Колокольчик над дверью звякнул, но Стефан даже не посмотрел, кто именно вошел. Если у этого гостя есть хоть капля мозгов, он уйдет, едва услышав их свару. Даже если ни слова не поймет. — Продам. — Нахер иди. Зачем ты это сделал? Зачем полез в бутылку? Довольно уж уже намучался. Печь запищала, и, не сводя взгляда со Стефана, Марко сгреб рукой прихватку, открыл дверцу и развернул противень. Все оборудование было дерьмовым и без денег старика Келли они бы не справились. Марко не мог этого не понимать, но из чистого упрямства признавать отказывался. — Иногда я думаю: да какого хера вообще мы здесь? — Да успокойся... Заметив краем глаза, что омега с ноутбуком резко вскочил с места и спешно отправился к выходу, несмотря на ливший снаружи дождь, Стефан осекся. Все слова, которые он хотел сказать, так и застряли у него в глотке. — Какого хера я вообще тебя впутал? Время от времени оба они задавались этим вопросом. Приехать в Америку и открыть пекарню — это была мечта Марко, Стефан просто последовал за ним, потому что боялся спиться в одиночестве. И вот он здесь. И не то, чтобы он чувствовал себя менее одиноким. Марко старался быть заботливым, образцовым старшим братом из детских поучительных книжек, но у него никогда ни черта не получалось. Жизнь на книжки не похожа, даже здесь. Особенно здесь, потому что если ты сраный мигрант, то хоть сверху донизу облепи себя зелеными картами, ты никому не нужен. — Потому что братья друг друга не бросают. — Братья друг от друга тайком хуйню всякую не воротят. Не поспоришь. — Эй. Они даже не заметили, как новый посетитель приблизился к стойке. — Добрый вечер, ребята, — сказал незнакомец с приветливой улыбкой. Раньше Стефан его тут определенно не видел. — Скажите-ка, этот мужчина, который только что ушел, часто у вас бывает?