Свадьба

Кавардак в этом доме творится с утра: Сегодня невестой должна стать Зулия. Эта свадьба для всех, как счастливый билет, Ведь дочке родной почти сорок лет. Традиции предков семья бережёт — С поклоном к прадеду невеста идёт, Заходит наряжена в белое в дом И видит, что прадед сидит за столом. Подходит тихонько, челом низко бьёт, Смиренно садится, за руку берёт. В гримасе испуга искажается рот: Ведь прадед не дышит — к Богу в гости идёт. Вскочив, завопила в слезах Зулия: «О, как же несчастна, бедная я! Ждала этот день я с семнадцати лет, А прадед подсунул «подарок» в ответ». На крик прибежали и мать, и отец. С таким вот раскладом вмиг свадьбе конец. В истерике бьётся, вопит Зулия. Внезапно к мамаше приходит мысля. «Давай перестань уже, дочка, рыдать. Поверь, свадьбу можем и не отменять. Пусть гости приходят, пусть льётся вино, А с дедом побудет племянник Вано. Их вместе посадим по центру стола. Пусть видят, что дедушку любит семья. Весь вечер тихонечко так посидит…» «А вдруг упадёт?!» — вновь невеста вопит. «Мы к стулу привяжем за плечи его И бурку наденем поверху всего, Папаху натянем ему на глаза, Никто не заметит, что деду кабзда». Съезжаются гости, заходят в шатёр, Там песни и пляски, поёт местный хор. Отец жениха вдруг с бокалом встаёт, К детям подходит — тост громко орёт: «О дети мои, теперь вы семья. Душа несказанно ликует моя». Скупую слезу вытирает в манжет. «Живите, как дедушка Гиви: сто лет!» Овации в зале, ликует народ, Меж тем за столами беседа идёт: «Пусть дедушка Гиви довольно седой, Но выглядит лучше, чем прошлой весной». Часов где-то восемь уж свадьба идёт, У трупа всё шире открывается рот, Тревожатся гости, начался гул. Вано успокоил всех: «Прадед уснул». Гуляли, смеялись все до утра, Устали немного, уж спать всем пора. Идёт по домам развесёлый народ, А дед за столом дальше службу несёт. Уже третий день молодая семья Живёт в доме отчем, не имея жилья. Хранить хлам на улице — это позор! Решили собрать возведённый шатёр. Племянник Вано как раз в гости зашёл, Родителей в сторону тихо отвёл. «Прадедушка Гиви сидит там давно. Может, уже похороним его?»