of games and heartbreaks

      В первый раз, когда ты ее видишь, она забивает гол с дальнего конца поля, заставляя мяч взлететь в воздух, прямо мимо тебя, в левый угол сетки, как будто это абсолютный пустяк.       Неприятное чувство охватывает тебя, как только ты ловишь озадаченный взгляд на лице Джису, когда она задается вопросом, кому, черт возьми, только что удалось забить гол мимо нее. Ты следуешь за ее взглядом вдоль линии, и вот она – длинные темные волосы; худощавое спортивное тело; стоит рядом с вашим тренером по хоккею на траве Жюльеном Каном, небрежно опираясь на свою клюшку с хмурым выражением лица, как будто не она только что забила гол с самого дальнего расстояния. Ты видишь, как она что-то говорит Кану, делая жест рукой, чтобы указать, как двигался мяч. Он кивает в знак согласия, стараясь оставаться серьезным, пока она оценивает свой собственный выстрел, но явно едва в состоянии сдерживать свое счастье. — Кто это? — спросила Чеён, подбегая к тебе. — Так это она только что забила этот гол? — вмешалась Джису. — Это было чертовски невероятно!       Что-то сжимается у тебя в груди. Горячее, дрожащее чувство, кажется, давит на твою грудную клетку. Ты можешь почувствовать, как твои глаза сужаются, когда ты снова оглядываешь ее – ее светлую кожу, хорошо облегающий свитер и длинные ноги. Ты сильно прикусываешь губу, даже не осознавая этого.       Кан дует в свой свисток. — Дамы, идите сюда! Я должен сделать объявление.       Команда спешит вперед, собираясь вокруг него, желая увидеть, в чем дело, разглядывая новенькую с возбужденным интересом. Ты стараешься бежать медленно, прибывая последней, на самом деле не желая показывать, насколько ты впечатлена тем ударом, который она нанесла по воротам.       Тренер Кан сияет. — Дамы, — говорит он с ухмылкой, — я хотел бы представить вам нашего нового члена команды. Это Лалиса Манобан.       Девушка улыбается, когда Кан делает жест в твою сторону. — Лиса, это Дженни. Она капитан нашей команды.       Ты пробираешься вперед между девушками, пока не оказываешься прямо перед ней. Твой пристальный взгляд на секунду задерживается на ней, и ты с потрясением понимаешь, что у нее самые пронзительные карие глаза, которые ты когда-либо видела, прежде чем протянуть руку, пытаясь игнорировать странное напряжение в животе. По какой-то причине тебе на самом деле этого не хочется, но тренер явно хочет, чтобы ты приложила усилия, поэтому ты пытаешься улыбнуться ей. — Привет, я Дженни.       Она берет твою руку и держит ее на секунду дольше, чем необходимо. — Лиса.       Ее голос немного низкий и хрипловатый. От этого у тебя по спине пробегает странная дрожь. — Я много чего о тебе слышала. — Правда? — ты бросаешь вызов ее взгляду. — Я ничего о тебе не слышала.       Это немного подло – ты практически чувствуешь, как Чеён закатывает глаза у тебя за спиной, но ты уже сказала это и не можешь взять свои слова обратно. Ты ожидаешь, что она нервно засмеется или быстро отведет взгляд. Ты точно знаешь, какой эффект можешь оказать на девушек, если захочешь. Но Лиса не колеблется ни секунды, прежде чем возразить: — Пока нет. Пока ты обо мне не слышала.       Кто-то позади тебя, вероятно, Джису, слегка смеется. Гнев вспыхивает в твоей груди от того, как Лиса медленно приподнимает левую бровь, глядя на тебя, от легкости, с которой она, кажется, стоит на своем. Но прежде чем ты успеешь что-нибудь сказать, Кан прерывает тебя, кладя руку Лисе на плечо. — Лиса только что перевелась сюда из Национального университета Чеджу. Она одна из самых талантливых хоккеисток на траве в стране, так что нам всем очень повезло, что она у нас есть, — он оглянулся. — Я ожидаю, что вы, девочки, сделаете все возможное, чтобы она сразу почувствовала себя как дома. Покажите ей этот дух СНУ*, хорошо? Лиса, напомни мне, на какой позиции ты сейчас играешь? — Центральный нападающий, — говорит она, и это похоже на то, как если бы кто-то ударил тебя хоккейной клюшкой в живот. — Отлично! — восклицает Кан, снова указывая на тебя. — Дженни сейчас наш центральный нападающий!       Он улыбается тебе и шутливо говорит: — Я думаю, у тебя появились конкуренты, Дженни.       Ты не теряешь ни секунды, глядя прямо в карие глаза Лисы Манобан, — Я думаю, это мы еще посмотрим.       Очевидно, такое подшучивание дается ей легко, потому что она одаривает тебя адской улыбкой и говорит без тени сомнения: — О да, мы обязательно посмотрим.       И вот так все и начинается.

***

      Поначалу это почти как игра.       Если Лиса уже подтягивается, когда ты приходишь на тренировку, ты обязательно приходишь на полчаса раньше на следующий день, наслаждаясь тем фактом, что ей приходится наблюдать, как ты целишься в ворота, пока она еще разогревается. Если ты сделаешь десять дополнительных кругов на стадионе, она обязательно отметит время для своих упражнений на ловкость лучше, чем ты. Если она забьет восемь из десяти бросков, ты забьешь девять. Если тебе удастся забить четыре гола с дальней дистанции мимо Джису, Лиса забьет все пять из них.       Это почти как игра, только на самом деле это не так.       Что-то в ней так сильно тебя раздражает, что у тебя кружится голова, и ты даже не знаешь, что именно. Ты не можешь не следить за каждым ее движением, анализируя каждую вещь, которую она делает. Иногда у тебя перехватывает дыхание, потому что она так хороша. Она может бежать быстрее, чем любая другая девушка, она забивает почти каждый свой гол, и, самое главное, она прилагает усилия.       Она надрывается во время тренировки до такой степени, что ее темно-карие глаза стекленеют, капли пота падают на темные ресницы, и она выглядит так, как будто болит каждая мышца в ее теле, и ты не единственная, кто это замечает. На самом деле она не пытается очаровать других девушек, но, похоже, они довольно быстро попадают под ее чары.       В какой-то момент во время тренировки ты видишь, как Венди громко смеется над чем-то, что говорит Лиса, и что-то болезненно сжимается в центре твоей груди. Венди сгибается пополам от смеха, а затем повторяет шутку Джису, которая тоже смеется, а Лиса просто стоит там, улыбаясь своей идеальной улыбкой, опираясь на свою хоккейную клюшку, как будто она пробыла здесь несколько месяцев, а не две недели.       Ты не знаешь, что на тебя нашло, но прежде чем ты осознаешь, ты целишься и бьешь клюшкой по одному из мячей прямо в их направлении. Джису и Венди видят это, и поэтому, им удается увернуться, но мяч сильно ударяет Лису в ее голень. — О боже, мне так жаль! — кричишь ты, стараясь, чтобы это звучало как можно убедительнее. Ты быстро идешь туда, пока тренер Кан не окликнул тебя. Лиса стискивает зубы, но явно не желает показывать тебе, что ей вообще-то больно. Ты избегаешь ее взгляда, когда бежишь мимо нее к своему мячу. Когда ты оборачиваешься, она прямо перед тобой, и тебе требуется секунда, чтобы привыкнуть к ее непосредственной близости. — Итак, я предполагаю, что это и есть ваш дух СНУ. — Прости, — говоришь ты, — я немного не туда прицелилась. — В чем, черт возьми, твоя проблема? — она огрызается, и тебе неприятно признавать, что резкость ее тона поражает тебя немного сильнее, чем ты ожидала. — О чем ты говоришь?       Она почти смеется – резкий и насмешливый звук. — Ты действительно не можешь с этим справиться, не так ли? Дженни Ким, лучшая хоккеистка СНУ на траве. Не может справиться даже с небольшой конкуренцией. Боже, твои родители, должно быть, так гордятся тобой. — Ты не понимаешь, о чем, блять, говоришь! — бросаешь ты ей в ответ. — Ты ничего обо мне не знаешь. — Серьезно?       Она делает шаг ближе, и ты с трудом сглатываешь, потому что кажется, что тепло, исходящее прямо от ее тела, проникает в твое. Вот как напряжен воздух. — Во-первых, — говорит она, — я знаю, что ты никогда не промахиваешься. Ты забиваешь каждый хоккейный мяч именно туда, куда ты хочешь.       Ее слова немного пугают тебя. Ты бы никогда в жизни не сделала ей такого откровенного комплимента. Тем не менее, ты не собираешься показывать ей, что она вообще на тебя влияет. — Ты права, — быстро парируешь ты, прищурив глаза, — на самом деле я всегда идеально целюсь.       Последовавшая за этим тишина напряженная и тяжелая. Ты пытаешься не думать о том, как близко вы стоите друг к другу, но, хоть тебе и неприятно это признавать, ее глаза действительно невероятные. Тебе трудно сосредоточиться на чем-то другом. — Просто чтобы ты знала, — говорит она, и снова от ее голоса у тебя мурашки бегут по спине, — я знаю, ты отчаянно нуждаешься в моем внимании, но есть и другие способы его получить.       Ее слова обжигают твою грудь. Кем она себя возомнила? — Я... это не...       Она задерживает твой взгляд еще на мгновение, пока ты изо всех сил стараешься не опускать глаза к ее губам. Затем она поворачивается и бежит обратно в направлении других девочек. Джису поднимает на тебя брови, как бы спрашивая «Ты в порядке?» и ты быстро киваешь, пытаясь стряхнуть это с себя. Во время остальной части тренировки ты стараешься держаться как можно дальше от Лисы Манобан. Ты говоришь себе, что это потому, что она высокомерная, самовлюбленная стерва, но жжение в твоей груди уходит не так легко, как тебе бы хотелось.

***

      Все становится хуже и хуже.       Очевидно, что она потрясающая – забила больше голов, чем кто-либо другой, кроме тебя, обеспечив команде первое место в национальном турнире за считанные недели, но она пиздец как бесит. — Она пиздец как бесит, — говоришь ты Чеён примерно через месяц после того, как Лиса присоединилась к вам, когда направляешься в раздевалку после особенно тяжелой тренировки. — Она думает, что все поле принадлежит ей. Как кто-то еще может тренироваться, если она продолжает отнимать у всех шансы? Да и вообще, кем она себя возомнила? С ее глупыми карими глазами и идеальной кожей! И очевидно, что Кан кайфует от нее. Его новая суперзвезда. Лиса Манобан, леди и джентльмены… — Джен... — ...я не понимаю, как вы все можете так сильно любить ее. Она такая самодовольная, с ее улыбкой и дерзким поведением, как будто все хотят поцеловать землю, по которой она ходит... — Джен... — ...и она даже не такой уж хороший игрок! Она безрассудна и вообще не осматривает поле в поисках возможностей! Это просто совершенно нелепо... — Джен, пожалуйста, заткнись на секунду! — Чеён огрызается. Ты резко замолкаешь. — Боже! — в отчаянии восклицает твоя лучшая подруга. — Просто дай себе отдохнуть, хорошо? Мы понимаем. Она тебе не нравится. Я тебя не виню. Если бы кто-то занял мое место, я бы тоже разозлилась. Но ты должна отпустить это! Она не так уж плоха! Она на самом деле очень мила, как только ты ее узнаешь, и она забивает, по крайней мере, половину всех голов… — Она не... — ты перебиваешь, но Чеён не дает тебе закончить предложение. — Я даже не хочу это слышать. Джен, тебе нужно остановиться, хорошо? Ты делаешь только хуже. Ты нужна нам в команде. Вы обе. Послушай, в субботу у Йери день рождения, может быть, если вы двое хоть раз поговорите... — Забудь об этом, — огрызаешься ты, поворачиваешься и снова выходишь из раздевалки, — приятно знать, на чьей ты стороне. — Я не имела в виду...       Ты захлопываешь дверь и снова выходишь на холодный вечерний воздух. Уже поздно. Тебе, вероятно, следует просто принять душ, как и остальной команде, но ты чувствуешь дрожь в ногах, как будто тебе нужно двигаться. Все это сдерживаемое разочарование в твоей груди сводит тебя с ума. Ты быстро сканируешь хоккейное поле, убеждаясь, что находишься в одиночестве.       Затем ты начинаешь бежать.       Ты начинаешь легко, усталость от тяжелой тренировки все еще сдерживает тебя. Но ты всегда была хороша в беге, в отключении своего разума от любых отвлекающих мыслей и просто в беге, пока снова не успокоишься, поэтому, прежде чем ты осознаешь это, ты впадаешь в быстрый темп, огибая так много кругов по полю, что в какой-то момент перестаешь считать. Твоя грудь горит, во рту пересыхает, и каждая мышца в твоем теле болит, но ты жива. Ты чувствуешь себя быстрой и сильной, и никто не может сделать это так, как ты, никто не может достать тебя… — Ты готовишься к Олимпийским играм или что-то в этом роде?       Ты приходишь в себя и резко останавливаешься. Она прислонилась к забору у боковой линии, скрестив руки на груди, спортивная сумка перекинута через плечо. Ее длинные темные волосы мокрые и спутанные после душа. Кроме нее, похоже, вся команда уже уехала. — Честно говоря, Ким, — говорит она, — если ты продолжишь двигаться с такой скоростью, ты серьезно навредишь себе. — Чего ты хочешь? — ты срываешься, твой голос резок.       Она пожимает плечами. — Мне нужно убить немного времени. Мой брат только что написал мне, что заедет за мной поздно... Так что, очевидным выбором развлечения было наблюдать, как ты пытаешься сломать себе лодыжки.       Ты закатываешь глаза и отходишь от нее, готовая снова уйти, но потом она говорит: — Кстати, спасибо за те добрые слова в раздевалке. Ты действительно самая милая девушка в команде, не так ли?       Ты чувствуешь, как румянец стыда заливает твои щеки: ты не знала, что она тебя услышала. Но укоризненное выражение ее лица проникает тебе под кожу, и ты ничего не можешь с собой поделать. Ты идешь, пока не оказываешься прямо перед ней. — Послушай, — говоришь ты, — я не знаю, в какую игру ты играешь с другими девушками, но на меня это не действует. Я знаю, что ты пытаешься занять мое место, но мы оба знаем, кто лучший игрок.       Ты ожидаешь, что она огрызнется на тебя в ответ, разозлится на то, как ты говоришь с ней свысока. Но вместо этого она роняет свою сумку на землю и выпрямляется, ее лицо всего в нескольких дюймах от твоего. Она бесстыдно скользит по тебе взглядом, прежде чем поднести палец к твоей щеке и заправить выбившуюся прядь волос тебе за ухо. — Зависит от того, в какую игру мы играем, правда?       От ее слов по твоему телу разливается жар. Ты с трудом сглатываешь, не в силах стряхнуть дрожь, которая пробегает у тебя по спине при взгляде в ее глаза. Она выдерживает твой взгляд и улыбается.       Ты открываешь рот, пытаясь придумать умный ответ. — Что-то не так? — спрашивает Лиса. — Пошла ты, — удается выдавить тебе, — просто... пошла в пизду.       Она прикусывает губу, медленно улыбаясь. Ты можешь видеть каждую каплю воды из душа, которая все еще прилипает к ее ресницам. — Ну, если это то, чего ты хочешь...       Ты отшвыриваешь ее руку от своего лица и быстро делаешь пару шагов назад, пытаясь взять себя в руки. С тобой этого не случится. Это ты так разговариваешь с девушками, а не наоборот. Она не... ты не... Боже, ты не какая-то маленькая, нежная девочка, с которой она может играть. — Просто чтобы ты знала, — говоришь ты, — я бы никогда не захотела тебя трахнуть.       А потом ты снова бросаешься в бег, ни разу не оглянувшись на нее. Ты бежишь, бежишь и бежишь, даже спустя долгое время после того, как брат Лисы забирает ее. Ты бежишь до тех пор пока твои ноги уже не могут двигаться, пока ты не чувствуешь ничего, кроме боли в мышцах, а еще твой желудок чувствует себя напряженным и пальцы дрожат и ты не можешь перестать думать о том, какие у нее были губы, когда она стояла перед тобой.

***

      Это вечеринка по случаю двадцать первого дня рождения Йери, и все, что ты хочешь сделать – это найти девушку, с которой ты можешь переспать, чтобы вернуть уверенность в себе. К сожалению, здесь слишком много хоккеистов. Йери пригласила всю команду, а также команду мальчиков, а это значит, что ты почти всех здесь знаешь. И как бы тебе не нравились другие девушки, ты бы не хотела встречаться ни с кем из своих товарищей по команде. Ты знаешь, каково это, в некоторых случаях ты уже делала это, и это всегда слишком драматично. Хотя это отстой, что Йери на самом деле не общается с людьми, не относящимися к хоккею. Единственные другие девушки здесь – ее соседки по комнате и некоторые из ее друзей по английской литературе. — Ты выглядишь слишком напряженной, — говорит Венди, подходя к тебе со стаканом в руке, — вот, я принесла тебе выпить.       Ты улыбаешься. — Хорошая попытка, Венди. Ты же знаешь, что я не пью.       Она закатывает глаза. — Брось, у нас даже нет игры на этой неделе. Ты можешь позволить себе выпить хотя бы раз. — Нет, правда. Но спасибо. — Как хочешь, — говорит она, прежде чем потянуть тебя за руку, — хотя бы потанцуй с нами.       На этот раз ты позволила себя увести. Джису и Чеён уже раскачиваются в такт ритму в центре комнаты, и они громко приветствуют тебя, когда ты приближаешься к ним. — Вы только посмотрите на это! — кричит Джису, когда ты небрежно начинаешь двигать бедрами в такт. — Ледяная королева тает!       Ты не можешь удержаться от громкого смеха, и она кружит тебя по кругу. Они правы. Хорошо отпустить все и немного повеселиться спустя некоторое время. Ты чувствовала себя слишком напряженной в последние недели. Ты легко двигаешься под музыку, позволяя своим друзьям немного расслабить тебя. Джису кружит тебя снова и снова, пока комната тоже не начинает кружиться, и ты поднимаешь руку, слегка отступая в сторону, пытаясь обрести самообладание.       Вот тогда ты и видишь ее.       Она прислонилась к бару, одетая в короткое черное платье, от которого у тебя пересыхает в горле, ее волосы спутались в ленивые локоны, красная помада привлекает твое внимание прямо к ее губам. Она улыбается, разговаривая с одной из соседок Йери по комнате, которую ты не знаешь – с симпатичной рыжеволосой, которая явно очень польщена всем этим вниманием. Ты наблюдаешь, как Лиса Манобан наклоняется и шепчет что-то на ухо девушке, что-то достаточно смешное, чтобы заставить ее громко рассмеяться.       Ты сжимаешь руки вместе. Боже. Почему она всегда портит тебе веселье?       Лиса говорит что-то еще, делая шаг вперед на своих высоких черных каблуках, пока она почти не оказывается прижатой к девушке. Ты почти слышишь намек, даже если не можешь разобрать ни единого слова. Девушка густо краснеет. Лиса улыбается, а затем наклоняется вперед, целуя ее без малейшего стыда за публичное проявление любви.       У тебя сжимается горло.       Ты разворачиваешься и направляешься к Венди. Она все еще держит оба стакана в руке. Ты не медлишь ни секунды. — Я тут подумала, — говоришь ты, — я бы действительно не отказалась выпить.       От быстрого приема алкоголя у тебя кружится голова. Когда ты оглядываешься, Лиса все еще прижимает соседку Йери к стойке бара, поэтому ты быстро забираешь стакан Джису и выпиваешь все содержимое. Твоя подруга, которая сейчас разговаривает с одним из парней из мужской команды, кажется, почти не замечает этого. Ты пробираешься в другой конец комнаты, ловя взгляд блондинки, которая только что приехала и сейчас вручает Йери подарок на день рождения. Ты на секунду задерживаешь на ней взгляд, прежде чем смело улыбнуться ей. Она слегка краснеет и быстро отводит взгляд. Все в порядке. Это не должно быть слишком сложно.       Ты ждешь, когда она закончит со всеми здороваться и немного беспомощно оглядывается по сторонам, не зная, с кем поговорить. Ты даешь ей попотеть полминуты, а потом идешь. — Привет, — говоришь ты, — мы случайно не знакомы?       Девушка прикусывает губу и краснеет. — Я... Я так не думаю. — Да, ты, наверное, права, — отвечаешь ты, — если бы мы встречались раньше, я бы тебя точно запомнила.       Это работает сразу же. Тебе едва требуется двадцать минут вялого флирта, как она наклоняется к тебе и говорит хриплым голосом: — Не хочешь уйти отсюда?       Алкоголь все еще кружит тебе голову, и где-то в глубине твоего сознания ты не можешь избавиться от образа кроваво-красных губ Лалисы Манобан и ее длинных голых ног, но вот, перед тобой простая девушка, которая обеспечивает идеальный способ отвлечься, по крайней мере, на вечер.       Твои друзья правы. Ты была напряжена несколько недель. — Пойдем, — говоришь ты девушке, и того, как она краснеет под твоим пристальным взглядом, достаточно, чтобы ты снова сосредоточилась. Ты Дженни Ким, и это то, что у тебя хорошо получается.       В конце концов, ты лучший игрок.