MysticFalls

      Белые стены, белая одежда, белый стол. Обстановка этого места так и веет сумасшествием. Хотя чему тут удивляться: мы приехали в психушку. Местные врачи говорят, что тут сидят люди, у которых нет дома, где они чувствуют себя в безопасности. Коротко — невротики. Почему только шеф решил, что нужно брать у одного из них интервью? Разве такие данные могут быть достоверными и истинными?       — Аман, ты опять чем-то недоволен? Давай быстрее закончим эту странную работу и пойдем в нормальное место… — скептически и раздраженно заметила моя напарница Амадей. Эта девушка вечно предъявляет мне что-то, айш, бесит.       — Прошу вас не бросать таких слов, наша больница вполне нормальна. Если продолжите так же нарушать рамки этики, мне придется указать вам на дверь, — а это врач сделал замечание Амадей, так ей и надо.       На этой неделе наша редакция решила запустить сюжет про каннибализм. Ужасная тема, не думаю, что её еще кто-то практикует, кроме маньяков, конечно. А иначе, как спокойно жить, зная, что можешь стать обедом для своего соседа? Интервью согласилась дать давняя пациентка этой клиники. Её зовут Фури Фатал, говорят, она стала жертвой людоедства. Но она жива - руки и ноги целы… Может, просто с ума сошла и бредит?       — Добрый день, Фури! К тебе пришли журналисты, чтобы взять интервью по твоей истории… Надеюсь, у вас все получится, — врач поклонился и вышел.       — Здравствуйте, госпожа Фатал! Мы — съемочная группа редакции «MysticFalls»! Я Аман Рит, а это — Амадей Томпсон. Приятно познакомиться…       — Почему вы решили взять у меня интервью? — девушка сухо спросила, устало говоря каждое слово.       — Мы делаем сюжет о каннибализме в современном мире…       — Можете не продолжать… Раз вам интересна моя история, то я расскажу её. Именно из-за неё я оказалась тут, где меня никогда не достанут и я смогу жить спокойно, — Фури нервно огляделась и слегка поежилась, заломив руки.       — Только не нервничайте… - стараясь успокоить, решил сказать я.       — Побереги свои дешёвые советы для кого-нибудь другого, — съязвила собеседница, осадив меня фразой. — Все началось с нашего отпуска вместе с сестрой и братом…       Мы тогда взбалмошные были и вечно искали на свою пятую точку самые разные приключения. Вместе с юношеским авантюризмом в нас была тяга к приключениям. Побывав во многих странах Европы, нам уже не хватало острых ощущений. Почти каждое лето мы соревновались в оригинальности идей для поездок. Роза, так звали мою сестру, вечно искала что-то интересное на Востоке, ей нравилась вся это мешанина с азиатами и их острой кухней. Как вспомню… В одно время я переела кимчхи, потом неделю ничего нормально есть не могла. А братец далеко от сестры не ушел, вечно таскал нас по каким-то сомнительным островам. Я жутко боюсь воды, а на островах она повсюду. Сколько раз просила их не играть на моих страхах, но… мы сами попали в ловушку своих приключений.       В то лето сестра звала нас в Индию, а брат манил на Фиджи. На полуострове Индостане мы бывали много раз и удивить нас новой идеей не получилось. Поехали на Фиджи… Поначалу все было уютно: миленький мотель, атмосферный бар на берегу океана, даже пару красивых парней было. Все начиналось так хорошо, вы даже подумаете, что я приукрашиваю, да? Это и правда был райский остров в начале… На том пляжу я встретила проводника, который предложил нам опасное приключение вглубь необитаемого соседнего острова. Мы, как дураки, согласились. Помню, мне этот Иблис, так его звали, ещё глазки строил… Козёл…       Покутив немного ночью и проснувшись днем с жутким похмельем, мы решили, что предложение местного было сном, ну или пьяным угаром. Что? Нет, он предложил весь это поход только мне, но он наверняка знал, что приехала я не одна.       Роза захотела сделать красивые фотографии на память и попросила меня ей помочь в этом. Думаю, не стоит и говорить, что после веселой ночи мои руки тряслись хлеще, чем листья на ветру. Кое-как с собой совладав, я что-то наснимала сестре. Позже к нам присоединился брат и к нам в головы пришла странная идея — пострелять кокосы. Чем? Камнями. Зачем? Спросите это у троих ребят, у которых в голове кроме головной боли ничего и не было. Будто я знаю, зачем мы эти кокосы били. В итоге мы поняли всю тщетность действий и просто легли на песок, ощущая прелесть жизни. Резкие скачки в настроении — наш конек, общая наследственная черта.       Интересно про людоедов? Вам не хватает деликатности, мистер Рит! Ладно, как хотите. Вы заставляете меня сразу переходить к событиям, которые всю мою жизнь испортили, вы слишком жестоки...       — Хотите, сделаем перерыв? — я решил пойти на компромисс, чтобы Фури случайно не отказала под конец.       — Мне легче все вам выложить сразу, чем переваривать самой перед продолжением разговора…       Вечером вновь пришел Иблис, он был недоволен, что-то бурчал на своем языке, но в конце концов вновь предложил свою поездку. Надоеда, блин…       — Завтра у местных будет праздник у реки, — начал этот дьявол во плоти. — Думаю, вам понравится.       Да, он знал чем нас нужно цеплять, прочитал по моим пьяным глазам в первую ночь, наверно. Жадные до приключений придурки… Да и Иблис был хорош, чертов красавец, как змей-искуситель, заманивал нас на тот остров, ну и заманил в итоге, что уж говорить.       Поначалу нас встретили радушно, там была какая-то древняя деревенька, жили в ней лишь женщины, это нас немного смутило. Брат не удивился, он был фанатик всех этих традиций и историй, ярый экскурсовод. Помню, Роза сказала мне, что ей неуютно.       — Фури, здесь что-то не так… Мне не нравится, и Иблиса нигде не видно!       Помню, посмеялась над ее трусостью, она лишь обиженно шмыгнула носом и ушла куда-то от нас… Идиотка, разве она не знает, что нельзя разделяться?!       Женщины деревни нас угостили едой… Как думаешь, из чего она была? Ха, нет, это не относится к нашей теме. Я не притронулась к еде, думая о местонахождении Розы. Она так и не появилась тогда. Иблис вернулся, когда брат уплетал вторую тарелку непонятного супа, и сказал, что местные готовы к празднику.       Не думайте, что я безответственная, я спросила про сестру, сказала, что она ушла и что без нее я никуда не пойду. Проводник сказал, что видел ее в шатре у реки и повел нас к месту ритуала, о котором мы даже не подозревали.       Сказали переодеться в какие-то местные лохмотья…       — Это поможет вам погрузиться в атмосферу вечера, — на ломаном английском и со странной улыбкой убеждал нас Иблис.       Надев сарафан из соломы, я оглядела брата. Он был в какой-то юбке. Мне тогда было так смешно, но сейчас я понимаю, что это было что-то нервное. Мы вышли на побережье и тут я увидела то, что мне никогда не забыть… Это преследует меня в моих снах, а шрамы от ожогов свидетельствуют наяву… В честь праздника они сжигали «чучело», казалось бы, невинная традиция, но на костре была не кукла, а человек! Моя сестра! Я тогда была в полнейшем шоке, не могла даже двинуться, я думала это… это игра воображения, что чучело так похоже на человека, что это какие-то травы в этой местной деревне одурманили мой разум, но это… это была Роза! Роза, моя сестра! Они жарили ее на костре и весело кричали рядом! Немного придя в себя, я побежала к ней, пыталась помочь с веревками, держащими столб, на котором была привязана Роза… Веревки были слишком крепкие, а огонь уже достиг неба… Отчаявшись, я почувствовала руки на своей талии. Это был Иблис, он меня куда-то волок. Я не помню, куда именно, тогда мне было не до этого, мой взгляд был прикован к Розе, к людям, которые терзали ее сгоревшее тело, разбирали на куски, будто трофеи… Потом лишь тьма.       Проснувшись, я оказалась в каком-то пустом деревянном доме, окна которого были жутко грязными, отчего солнечный свет принимал невозможные цвета.       — Какими были цвета? — поинтересовалась Амадей, чтобы придать рассказу еще больше красок.       — Красные…       Кто знал, что я нахожусь в доме своего мучителя? Судьба мне дала шанс, я сбежала и сейчас рассказываю вам это все. В то утром рядом со мной был брат, из-за скудного света я не могла его хорошенько рассмотреть, но слышала, как он стонал. Хотела коснуться его плеча, а ощутила лишь мокрое место, которое пахло металлом. Поднеся свою ладонь к свету из окна, я поняла, что это кровь. Мне и не нужно было подтверждение, я уже все тогда поняла. И пятна на окнах тоже были от крови… Брата уже было не спасти, а я потеряла всю тягу к жизни. До сих пор не верю, что выжила. Хонки мне тогда еле-еле сказал перед смертью…       — В этот раз мы слишком увлеклись, сестренки...— у него еще хватало сил на легкий смех. — Роза? Фури? Вы здесь? Я...я...люблю…       В следующий миг он перестал дышать, дверь из соседней комнаты открылась и я увидела лицо брата… У Хонки не было глаз… Он не видел меня в последний момент!       Девушка резко вздохнула и начала трястись, шепча чье-то имя. Я хотел ее успокоить, прикоснулся к плечам, но она взглянула на меня глазами полными страха и отрицательно закачала головой. Амадей выключила камеру и подошла ко мне.       — Пошли, нам тут больше делать нечего, — зашипела она мне на ухо.       Я же не мог оторвать взгляда от Фури, которая билась в конвульсиях, мотала головой и жалобно стонала. Меня будто к полу пригвоздило, тело не хотело никуда уходить. Разум до конца не верил этой девушке, но душа…       — Мы все сделали, пошли! - Амадей резко потянула меня к двери и вывела в коридор. — Хватит! Ты что, веришь ей?       — А ты? — задыхаясь от ужаса, спросил я и схватился за воротник, чтобы ослабить его.       — Ни капельки, решила просто славу снискать, вот и нарассказывала. А ты, я смотрю, испугался… Чего делаешь в нашей редакции с такой психикой? А?       — Не твоей дело, Амадейдей, — нарочно исказил ее имя, чтобы немного побесить ее.       Напарница лишь снисходительно вздохнула, и мы ушли из больницы. Даже выйдя на улицу, я до сих пор слышал стоны Фури и видел ее взгляд, когда закрывал глаза Это просто был какой-то маньяк, ничего более. Этой мыслью я себя успокоил, но Амадей поспешила меня «обнадежить»:       — Это только начало, Аман, — девушка повернула ключ зажигания и мы наконец-то уехали оттуда подальше от Фури Фатал, ее истории и островов Фиджи.