Юрфак - место амбициозных, но отбитых людей

Утром Квакити проснулся один. Он мог бы сказать, что с трудом продрал глаза, но это было бы нечестно по отношению к его здоровым шести часам сна. Бродя по жилищу Шлатта в его поисках, парень хихикнул, подумав о том, что нормальные люди даже под шофэ спали бы куда беспокойнее в доме этого "деспота". Его, кстати, нигде так и не оказалось, Кью нашел лишь Джамбо в одной из открытых комнат, который сразу же бросился к парню, потерся о его ноги и побежал к своей автоматической миске. На кухонном столе же лежал запасной ключ от дома и записка: "Мне нужно было срочно уехать. В твоем распоряжении весь холодильник, кроме пива". Алекс не сдержал удивленного хмыка: во-первых, такое доверие Шлатта к своей персоне очень льстило, а во-вторых, куда он мог так сорваться в свой выходной? - Хах, видимо у него всегда такой корявый почерк. – Улыбнулся парень, пока вертел записку в руках в поисках дополнительного текста на обратной стороне. Пока он жарил яичницу и думал, что же делать с ключом, ему в голову пришла мысль, что раз уж хозяин дома ушел, то в его отсутствие можно немного пошататься по комнатам. Да, слегка некрасиво, но любопытно же, чем помимо иностранных языков, пойла и работы увлекается Шлатт. Поэтому Алекс прямо с тарелкой и вилкой в руках пошел к мужчине в спальню, попутно поедая свой завтрак. Комната была обставлена довольно скромно; еще бы понять минимализм ли это, или просто лень. Тут было все, что нужно и ничего лишнего: кровать, тумбочка, шкаф и пара полок. Поставив тарелку на тумбу, Алекс открыл шкаф и сразу увидел худи, в которых мужчина почти не появлялся в универе, но вот дома Кью только в них Шлатта и видел. Подобной оверсайз одежды было много, но среди них парень разглядел еще и ту самую с принтом обезьяны. «Вау, а у нее, оказывается, реально большие яйца» - хохотнул Алекс. В дальнем углу шкафа на вешалке аккуратно висел брючный костюм, уже фактически подаренный Квакити. В тумбочке же оказался стандартный набор: крем для рук, наушники, сигареты и презервативы размера XL, что, по какой-то причине, Алекса порадовало. А вот в комнате напротив обстановка была совершенно другой: куча разных вещей, распиханная по углам, заваленный хламом стол и много коробок. Это была своего рода кладовая, но незапланированная, так как в ней было окно, а, соответственно, когда-то это была обыкновенная комната, в которую просто свалили все ненужное старье. А старье это оказалось весьма интересным. За горой из коробок Алекс нашел синтезатор без пары клавиш, несколько разбитых клавиатур, тоже без кнопок, на столе стоял косой квадратный монитор, статуэтка обезьяны с позолоченными шарами, лежали карточки с русскими словами и даже пара дешевых разноцветных париков. Разглядывая все это, парень задавался вопросом «как же жизнь могла потрепать Шлатта, что тот задвинул все, что его когда-то веселило, в долгий ящик и перешел на запои в одиночестве да задрачиванию выматывающей работы?». Когда Кью вдоволь набродился по дому, он уже собрался ехать домой. В благодарность за гостеприимство – и, частично, в извинение за тайное нарушение личных границ – парень добросовестно вымыл тарелку и стоящий рядом с раковиной стакан и вышел на улицу. Только вот закрывая за собой дверь, он вспомнил, что так и не придумал, куда же девать ключ. Он хотел уже писать Шлатту, что положит его под коврик на крыльце, но его осенило, что еще один повод пересечься с ним в вузе – это как раз отдать ключ. Такое сообщение Квак и отправил: "Спасибо за то, что позволили остаться на ночь! Ключ передам вам на парах" *** Из публичного дома Джей вывалился только после полудня, он, вероятно, еще никогда не спускал столько бабла за одни сутки на проституток. Всю дорогу до дома мужчина находился в полуовощном состоянии, то ли от недосыпа, то ли от того, что натрахался вдоволь. Напряжение, которое он почувствовал в коридоре этой ночью, пусть и удалось скинуть, но мысли об озорном парне в шапке – нет. Пока Шлатт ебал очередную шлюху, он ебал еще и осознание того, что его студент не выходил из его головы даже в эти моменты. Этот гиперактивный пацан с наисочнейшми ягодицами плотно так засел в мыслях мужчины и не собирался вылезать. Это напрягало, ведь такого дикого желания Джей не ощущал со времен пубертата и старшей школы, когда друзья шутили про его гейские наклонности, а он, пытаясь убедить себя в их отсутствии, наяривал на женские тела в эротических журналах. Сейчас же Шлатту было полностью насрать на идентификацию своей ориентации, он даже бисексуалом себя не называл, скорее сексоголиком. От предрассудков и загонов Джей освободился уже будучи в институте, поэтому жалел о том, что не поехал этой ночью в клуб, где услуги оказывали бы еще и парни. Мужчина уверен, он смог бы найти мальчишку с фигурой как у его студента... Жесть, моральный компас Шлатта-преподавателя в ахуе трещал и раскалывался. Телефон в кармане пиджака пиликнул и заставил Шлатта вернуться в реальность и не пропустить свою автобусную остановку. Это было сообщение от Алекса: "Спасибо за то, что позволили остаться на ночь! Ключ передам вам на парах" Как там говорится, «Вспомнишь солнце – вот и лучик»? Поговорка, кстати, подходила Алексу – парень действительно был какой-то солнечный. Загорелый, вечно веселый, улыбчивый такой, разве что россыпи веснушек на лице не было, чтобы полностью подходить под образ. Ну и хорошо, в принципе, Шлатт не любил, когда лицо все усеяно этими пятнышками, сам свои подумывал свести в старшей школе, но они как-то сами собой потускнели. Джей уже даже перестал себя одергивать, когда думал о парне – бесполезно. Проще сейчас расслабить мозги и поразмышлять о чужой заднице, чтобы, наконец, успокоиться. Оставив сообщение прочитанным, он зашел домой и сразу же рухнул на диван без сил. Сейчас спать, а потом уже думать о коте, работе и о том, кто вчера здесь лежал. Только вот Шлатт снова забыл поставить будильник. Сейчас он снова бежал до остановки, забыв про завтрак и бритву с расческой. Снова вынужден был вваливаться в аудиторию, полную нелюбимых студентов. Достало. С утра он словил эффект пересыпа и чувствовал себя даже хуже, чем если бы поспал два часа, а не больше двенадцати - режим тоже отправился в пешее эротическое. Разбудил Джея, кстати, влажный сон, Да-да, он, взрослый мужчина, проснулся от мокрых фантазий о своем студенте, прекрасно. Шлатт все же предполагал, что это вожделение пройдет после посещения клуба, но хрен там плавал – мысли о парнишке все же мелькали с утра, отчего ну очень хотелось прильнуть к бутылке виски. - Придурок... Да ты шутишь! – до ушей Шлатта донесся звонкий хохот. В аудиторию быстрым шагом зашли Уилбур и Алекс, оба хохотали из-за какой-то истории первого. Профессор одарил их недовольным взглядом, отчего парни утихли. Уил резко нахмурился и ответил Джею мрачным взглядом исподлобья. А Квакити же посмотрел как-то... снисходительно и спокойно? «Блять...» - его мимика чуть не заставила мужчину сматериться вслух. Видимо влечение просто так не пройдет. И что Джей в нем нашел...? Такая зацикленность на студенте напрягала и бесила, но он попытался максимально абстрагироваться от любых мыслей, не затрагивающих учебный процесс. Уже пора было начинать лекцию, поэтому мужчина с усталым выдохом встал из-за стола, постучав ручкой по нему, и, зашел, так сказать, с козырей. Он сказал студентам, что сейчас снова объяснит предыдущий материал, чтобы до всех в этом зале дошло, но затягивать с этим не собирается. Те, в свою же очередь, снова начали удивленно переглядываться – в последнее время мужчина кажется слишком благородным и понимающим, что сложно сказать по его хмурому лицу, но легко сравнить методы преподавания две недели назад и сейчас. Шлатт уже начал привыкать к тому, что на него смотрят не с ненавистью, а с благодарностью, поэтому не стал задерживать взгляд на учениках. Только один человек выделялся в их рядах – Квакити, который смотрел аки довольный кот, который важно садится перед хозяином, ожидая заслуженной похвалы. Мел заскрипел по доске чуть громче... Спустя стандартные, но такие длинные два часа лекция наконец была закончена. - На этом все, всем спасибо за внимание и валите уже отсюда. – Устало приземлился на кресло Джей, махнув рукой в сторону выхода, приглашая студентов оставить его наконец одного. По непонятной причине он уже был страшно вымотан, хотя это была только первая пара. Оперевшись локтями о стол мужчина спрятал свое лицо в ладонях, тихо выдохнув с усталым рыком. Он слышал, как последний студент спускается по ступенькам с последних рядов и профессор уже просто молился, чтобы он топал побыстрее и дал мужчине возможность вскипятить воду в чайнике, сделать себе кофе и посидеть в тишине эти двадцать минут перерыва. Шаги звучали невообразимо медленно, будто человек специально шагал в слоумо. Джей сжал ладони в кулаки, заодно потирая глаза, и уже хотел было рявкнуть на этого сукиного сына, как вдруг его руки мягко раздвигают в стороны и он видит перед собой спокойное лицо Алекса с мягкой улыбкой и прикрытыми веками. Лицо Джея выражает конкретный такой вопрос, но он не успевает даже подумать хоть какую-то мысль, потому что Квакити припадает к его приоткрытым в недоумении губам своими, а сам стремительно, но по кошачьи плавно приземляется на его бедра, расставляя свои колени по бокам кресла. Парень его целует и.. о господи, КАК целует...! Не теряя ни секунды чужой растерянности, Алекс проникает языком в чужой рот, занимая почти все пространство его полости, затем он игриво медленно проводит по уздечке и, наконец, начинает неспешно, чувственно сминать Шлаттовы губы своими, ухватывая ими язык. Во время этого томного поцелуя мужчина чувствовал, как напрягаются мышцы парня: как он сводил дрожащие колени вместе, тем самым сжимая бедра Шлатта до одури приятным капканом; как парень припадал своим торсом к чужому, желая быть еще и еще ближе; как его руки сминали рубашку, притягивая за грудки нисколько не властно, а умоляюще дать больше... Шлатт уже полностью готов сомкнуть свои напряженные руки на чужой талии и кинуть на стол этого своевольного мальчишку, дабы там же моментально и оттрахать, как вдруг его кто-то трогает за плечо. - ...эр? Сэр? Я принес вам ключ, который вы мне оставили... Джей очухивается и резко вскидывает голову со своих ладоней, которые создавали очень приятную темноту для сна. - Блядский... Квакити... – медленно рычит мужчина таким тоном, будто он сейчас завоет от обиды, безысходности и злости одновременно. – Просто оставь ебучий ключ на столе и вали... Шлатт одной рукой сжимает ручку кресла, а другой – переносицу, заодно с силой потирая глаза. Мысли о том, что он за долю секунды заснул после окончания лекции и прямо в универе увидел влажный сон с участием Квакити, который сейчас учтиво протягивал ему металлический предмет, уже не вызывали сиреной совесть, которая начинала медленно поедать похотливый мозг мужчины. Нет, сейчас его как будто злило то, что его прервали. - Хорошо-хорошо, только не рычите вы так! – Неловко засмеялся парень. – Может, вы сегодня не выспались и поэтому... - Алекс. – Перебил его мужчина, грозно, давая понять, что разговор на этом будет окончен. Сейчас он не в состоянии держать себя в руках. Парень быстро изменился в лице и помрачнел от такой смены тона, но Шлатт этого не увидел – все еще закрывал глаза ладонью. Он лишь услышал размеренные шаги, слишком громкие для спокойного шага, и звук захлопнутой двери.

***

Квакити снова был зол. Последние две недели он находился в прекрасном расположении духа из-за компании Шлатта, а сейчас этот же человек повернул такое замечательное состояние вспять. А какого, спрашивается, хрена? Алекс чертовски хорошо определял причину паршивого настроения его преподавателя и умел его успокаивать, ведь когда Шлатт стал более открытым перед Кью в проявлении своих эмоций он запросто мог встретить его недовольным взглядом, а потом постепенно расслабиться, когда тот протягивал ему кофе, не забыв приправить его шуткой «тук-тук, кто там». Но сейчас-то что пошло не так? Обычная лекция, обычный Квакити, не обычный и чересчур резкий с ним Шлатт. - Эй, ты чего, только вышел оттуда? – Снова как из-под земли появился Уилбур, как-то слишком озабочено переводя взгляд с друга на дверь кабинета и обратно. - Ага, только вышел. В меня ничем не кидались, если ты об этом. – Сейчас Кью даже кислую мину не пришлось строить, чтобы скрывать свое воодушевление при упоминании Джея: она уже была на нем. Он почесал висок и двинулся по коридору, ловко лавируя между людьми. - Да он в последнее время какой-то странный. Я бы поверил, что подобрел, если бы не знал его. – Удрученно выдохнул Уил, следуя за Алексом. «Ты-то его знаешь, да?» - про себя усмехнулся тот. В груди разлилось приятное чувство гордости от осознания того, что Квакити, пожалуй, самый близкий к Шлатту человек. Он, как минимум, смог бы перечислить более интересные его черты, не ограничиваясь страстью к алкоголю и вспыльчивостью. Например, Джей мог пить напиток любого градуса и любой температуры не обжигаясь, просто обожал своего кота, отменно шутил, был чертовым полиглотом, в конце концов! - Ладно, я тебя по другому поводу ждал. Скеппи сегодня созывает почти всех наших сокурсников к себе домой, ты пойдешь? – В подтверждение своих слов Уил показал их чат. - Так сегодня же понедельник, какие, к черту, вечеринки? - Боже, да расслабься, завтра пары все равно начнутся с десяти, да и ты не думаешь, что тебе пора развеяться? Все эти две недели ты исчезал по вечерам, не выбирался со мной в центр, потому что работал. Может настало время отвлечься от всего этого, хоть на вечер? Уил, как всегда, звучал очень убедительно, превосходный оратор, черт его дери. Единственный момент, когда парень потерял уверенный вид в переговорах и сорвался, был тогда, когда он громко, прямо на весь двор универа, предложил «зеленому парню» пососать метафоричный хуй. Но сейчас его речь была более чем вкрадчивой и убедительной. Может Кью реально не помешает остудить мозги после этой Шлаттовой выходки? Да... Да! Верно, с чего это Алекс должен будет сегодня приходить к его недовольному профессору и снова поднимать ему настроение, когда сам может знатно развлечься? - Знаешь что, ты прав. А я в деле, куда сегодня ехать? Уилбур довольно улыбнулся. - Тебе нужно только зайти ко мне и ближе к вечеру нас заберут на машине. Удобно, а? - Еще как, только я хочу переодеться. – Снова тот озорной взгляд, который предвещает что-то плохое. – Подождешь ведь? Утвердительный кивок был ответом. После всех пар, а точнее слиняв с последней, Квакити понесся к себе, чтобы выбрать одежду на вечеринку. Когда он подходил к шкафу в наушниках, играла «Are you ready» от Mäneskin, а в голове все еще сидело недовольство неблагодарностью Шлатта, что значительно влияло на выбор. Отшвыривая в стороны свое оверсайз толстовки и спортивки он, наконец, докопался до нужной части гардероба. Длинные пальцы перебирали разные рубашки и водолазки с необычными вырезами, шорты в комплекте с чулками, юбки и прочие вульгарные штуки. Выбор все же пал на темный укороченный в талии свитшот, оголявший его бока и уходящий вырезом к диафрагме, и на черные велосипедки. Не хотелось, чтобы Алекса выгнали с вечеринки, посчитав за заплутавшую проститутку, поэтому свое желание надеть костюм суккуба пришлось перебарывать. Когда он уже собирался катить к другу, его взгляд зацепился за одинокую обувную коробку в углу, о которой парень долгое время и не вспоминал, но сейчас понял, что нашел золото. Уилбур, конечно же, задал вопрос о том, что находится в пакете, в который Алекс черную коробку и положил, на что тот загадочно ответил «Здесь мой ящик Пандоры... Хочу оторваться по полной, так сказать». Пока они ехали на машине с другими пассажирами, уже горланившими разные песни, Кью ловил себя на мысли, что эти районы ему знакомы, но от мыслей о знакомой дорожной плитки его отвлекла толпа подвыпивших студентов, которая вывалилась со двора встречать новоприбывших. Через решетчатый забор было прекрасно видно, что вечеринка сейчас в самом разгаре, но любой слышащий человек понял бы это еще в машине. Гостей повели в дом, потому что там как раз игра «кто кого перепьет». И Кью соврет, если скажет, что ему не кайфово от всей этой атмосферы: шатающихся повсюду пьяных парней и девушек, громкой музыкой со световым сопровождением, насыщенного алкоголем и паром кальяна воздуха... Он и сам не заметил, как стал накатывать шот за шотом, постепенно приближаясь к позиции победителя в игре, но спустя двадцать рюмок водки он закашлялся и откинулся на спинку дивана. Обойти его смог только Уилбур и другой незнакомый парень, да и то, всего лишь на пару рюмок. После того, как горло перестало дико саднить, Алекс, хохоча, вышел из-за стола под громкие аплодисменты их тройке и направился к стойке с чем-то менее крепким и, навернув еще пару стаканов сидра, вывалился на улицу. Здесь и без того громкую музыку было катастрофически хорошо слышно, поэтому Кью присоединился к первой же танцующей толпе. Его движения хоть и были слегка заторможенными, но никак не походили на обычные пьяные конвульсии людей вокруг. Он двигался плавно, эротично, ловя на себе каждый взгляд и отвечая либо подмигиванием, либо томным прикрытием век. Он пару раз столкнулся с некоторыми людьми, среди которых был парень с факультета менеджмента, который пришел сюда в длинном платье до щиколоток и черных сапогах до колен. Квакити попытался заглянуть этой фешн-катастрофе в глаза, но их скрывали солнцезащитные очки, которые были жизненно необходимы ночью, конечно. На заинтересованный взгляд Алекса парень ответил хитрой улыбкой, поэтому тот сделал пометочку у себя в голове и пошел дальше цеплять потенциальных партнеров на эту ночь. Много кто смотрел на него, когда тот проплывал мимо толп людей, кидая на парней заинтересованные взгляды и, поддаваясь ритму музыки, как бы невзначай оголял и без того мало прикрытые ребра, а так же выгибал поясницу и вилял задницей. Парень знал себе цену, умел привлекать к себе внимание и искренне его любил, вот только таким доступным он лишь казался: он никогда не спал на таких вписках с первыми встречными. Вопреки своему образу он выбирал партнеров сам, лишь делал вид, что готов переспать с любым, но на деле, чтобы провести ночь с Алексом, людям приходилось чуть менее чем полностью совпадать с его вкусами. Исключения составляли единицы мужчин, которые сами к нему подходили в барах и клубах, но по счастливой случайности были для Кью идеалами «папочек». В голове снова всплыл образ Шлатта. Причем не какой-нибудь, а именно похабный профессор Джей Шлатт, в рубашке с закатанными рукавами и приспущенным галстуком. Парень не сразу заметил, что завис, воображая сильные волосатые руки на своей талии, а очухавшись, тяжело выдохнул. Даже во время тусовки Квак не может расслабиться и возвращается к мыслям о Джее, печально... А еще это раздражает. Чем конкретно этот мужчина его так привлек? Внешностью? Да нет, парень встречал людей и пообворожительнее. Мудаковатостью? Тоже мимо. Может потому что это просто Джей? Алекс подошел к столу, на котором еще оставались стаканчики с импровизированными коктейлями, и отпил из одного, устраивая себе передышку. Ну, если так подумать, характер у мужчины действительно интересный и неоднозначный: то он грубый и придирчивый на лекциях, то ласковый и нежный дома, со своим котом, конечно. То он орет на кого-то за опоздание, то он спешно входит в гостиную с пачкой чипсов на двоих и чашкой свежесваренного кофе, говоря, что «взял эти доритос специально для Алекса и его проекта». То он не терпит шептунов на его лекциях, то сам выбалтывает Кью позорные истории других преподов и рассказывает про своих ненавистных учителей из молодости. Парень немного покраснел. Видимо ему действительно не хватало каких-то дружеских отношений с предыдущими партнерами, и Джей на их фоне выделялся таким живым и настоящим, пусть и со всеми своими недостатками... Но тут, прокручивая в голове ту милую сцену поимки помытого кота, Кью вдруг осенило, где он видел эту гребаную тротуарную плитку! Выронив красный стаканчик из рук Алекс понесся прямо в гущу толпы, пытаясь хотя бы разглядеть улицу через забор, но людские тела не дали увидеть даже этого. Бросив попытки прорваться сквозь эту неприступную «стену», парень завертел головой, в поисках лазеек и альтернатив и одну такую все же углядел: знакомая русая макушка заметно возвышалась над остальной толпой. Квакити тут же понесся к ней, благо она была поодаль от танцующих. - Бэд! А ну-ка подсади меня! – С этими словами Алекс прыгнул на спину парню в черной кофте с красными полосами на швах и карманах. Рядом с ним стоял парень пониже, в красно-голубом топе и с ярким блестящем макияжем в тех же тонах. По всей видимости, у них был серьезный разговор, который парень в шапке бесцеремонно прервал. Плевать. Точно плевать! С высоты, которую ему предоставил Бэд, Квакити четко увидел дом Джея Шлатта! Джея, мать вашу, Шлатта! Прямо напротив! Уже не пьяный, а прямо таки бухой парень стал громко хохотать и воодушевленно выкрикивать маты, за что получил возглас возмущения от его «стремянки». Проворно спрыгивая с него Кью неожиданно хватает Бэда за грудки и грязно целует. Да, бухой Алекс засосал парня Скеппи прямо у того на глазах. Звучит как то, что он будет рассказывать внукам. Наконец разорвав благодарственный поцелуй, он стремительно удаляется, бросив на прощание комичное в данной ситуации «Спасибо, совет вам да любовь!». Если бы не музыка и расстояние, то он бы услышал это: - И что. Это. Было?... - С-скеппи, я могу объяснить! Хотя стой, не могу, но.. Но я правда не знаю с чего Квакити— - Я могу лучше. - Ч-что...? - Я сказал, иди сюда, идиот... Я выбью эту утку у тебя из головы. ... Чудом оказавшись на полпути к выходу, Кью задумался, а что же он сделает, когда заявится к Джею. Скажет «Здрасте, у нас тут пьянка напротив вашего дома, можно вам отсосать?»? Вот об этом он не подумал, а увидеться с профессором сейчас хотелось до безумия – все-таки бухой Квак мог называться королем раскрепощенности и импульсивности. И вдруг, его взгляд зацепился за нескольких людей, которые катили нечто довольно большое с заднего двора. Это... О боги, это шест для стриптиза... В глазах парня загорелся настоящий пожар из охреневания, веселья и воодушевления, потому что в его нетрезвую голову пришла гениальная в своей отбитости идея. Он понесся в дом к своему заветному «ящику Пандоры». *** - Ребят, ребят! Смотрите чтоооо мы притащили...! – прокричал на всю толпу один из парней. - Нихуя себе! Крутанешь на нем, ик, разок? – подхватил другой, который был поближе. - Нее, я бы лучше на кого-нибудь другого посмотрел. – Заржал первый, опираясь на стенд одной рукой, в другой держа бутылку пива. - На меня, например? Ловким и изящным движением на стенд с шестом залез парень в шапке, коротком свитшоте, черных велосипедках и такого же цвета двадцатисантиметровых стрипах. Толпа его сразу узнала: Квакити был довольно популярным студентом юрфака, да и за его пределами успел прославиться, поэтому сейчас некоторые люди выкрикивали его имя. - Ди-джей, врубай Dinero! – Дал указания Кью и уверенно встал в позу. Ooh, I don’t know, I don’t know No soy traficante Pero escucho corridos que juega tomando Tecate - Парень делает несколько плавных шагов на своих высоченных стрипах вокруг шеста. Рукой же он проводит по нему, ощупывая и прикидывая, с какой силой стоит за него держаться Ya si quieres dinero, lo siento, no tengo - На этих словах гордость всего юрфака заводит правую ногу назад, ухватываясь левой рукой внизу шеста, а правой – сверху и... She take my dinero, take my dinero She take my dinero, uh, take my dinero She playin' hella hard, playin' for pesos She playin' hella hard, playin' for pesos - ... делает невероятный и изящный кульбит, цепляясь прямыми ногами на шест и прокручиваясь вокруг его оси, медленно вытягивая над головой и руки. Такие движения заставляют его свитшот поддаться силе гравитации и оголить все туловище импровизированного стриптизера. Огромное количество взоров было устремлено прямо на Квакити, что не могло его не возбуждать, но он хотел ощутить на себе голодный взгляд конкретных янтарных глаз. Для того, чтобы лучше видеть, он снова ухватился руками за пилон и разжал ноги, вытворяя еще один сложный, но изящный и результативный трюк. Приземлившись на ноги Квакити посмотрел в сторону того самого дома и, заметив в окне неосвещенной гостиной темный силуэт, тут же упал на колени, разведя ноги в стороны, ставя меж ними руку и откидываясь всем телом назад, поддерживая равновесие другой рукой. «Он смотрит!» - Радостно и возбужденно кричал внутренний голос. А если на него смотрят, то это значит, что можно продолжать дразнить и подогревать... Стараясь больше не смотреть в сторону улицы, Алекс докручивает несколько трюков до конца песни: снова переворачивается вниз головой и разводит ноги в шпагате, снова сводит их, жестикулируя руками, и, конечно, садится на корточки, раздвинув колени и заводя руки за голову – его любимая поза. Завершает стриптиз шоу он снова падая на колени и похабно раздвигая их, откидывая назад горячую и взмокшую голову. Толпа ликует. Квакити снимает стрипы и стремительно теряется в толпе, впоследствии перелезая через забор и направляясь к дому Шлатта...