Юрфак - место амбициозных, но отбитых людей

Этот день явно был проклят, лично для Джея. Ну заебался он вырубаться на каждом шагу под аккопонимент похабных звуков, которые, в теории, мог бы издавать его студент. Причем ладно бы, если присутствовали какие-либо триггеры извне, но нет – вот возьмет Шлатт и прикорнет за столом минут на пять и за это время успеет целый порнофильм посмотреть, со всеми прилагающимися звуками. Плюс единственными актерами в нем будут сам Джей и, конечно, парнишка по прозвищу Квакити. Мужчина готов поклясться, если бы его сны о студенте действительно получили бы экранизацию, то Алекс получил бы бесчисленное количество наград за лучший отыгрыш, самые пошлые стоны, самые эротичные движения, самый вызывающий вид... Боже, да ну нет, если испорченный мозг Шлатта рисует ему в голове такой развратный образ Алекса, это не значит, что парень будет таким же и в ж— За окном бухающая музыка стала только громче, как бы Шлатт не старался ее игнорировать. Сорвав с себя наушники, которые не спасали от уличного шума, и, грохнув о стол стакан с виски, Джей поднялся с дивана и подошел к окну в гостиной. Какого черта эти неучи решили устроить пати со светомузыкой в разгар рабочей недели?! Максимально сдерживая ярость, чтобы не оторвать шторы к хуям, Шлатт раздвигает их и видит то, что окончательно добьет его, изнасилует его, обычно, железную выдержку и убьет остатки совести. Прямо через дорогу, за бессмысленно хорошо обозримом забором, на стенд с шестом поднимается тот, кто сделал Джея таким озабоченным. Алекс, Квакити, Биг Кью, парнишка со странными прозвищами и обворожительным звонким хохотом, будучи одетым в короткий топ и облегающие черные велосипедки, уверенно вставал в позу около шеста. Видимо по его указке, музыка сменилась, но Шлатт даже не мог вспомнить название песни – мозг был выключен, сознание послано, глаза наблюдали за изящными и эротичными движениями, а рука была запущена в домашние штаны, потому что вселенная пиздецки не любит Шлатта и она решила его добить реальным Квакити с реальным стриптизом. На громком начале припева Кью взмывает в воздух, делая сложный кульбит, и оказывается висящим вверх ногами на шесте, оголяя манящий своей изящностью торс. Движения руки ускоряются, а Джей жадно пожирает взглядом чужой изгиб талии, еле выступающие из-за поднятых рук ребра, вздымающуюся грудь, с еле различимыми с расстояния бусинками сосков. В одно мгновение обладатель этого божественного тела снова оказывается на земле и почти тут же падает на колени, изгибаясь в пояснице и раздвигая ноги, и мужчине приходится сжать головку члена, чтобы ярче представить, как эти бедра в черных велосипедках ударились не о деревянную поверхность, а о его торс. Да, так профессор Шлатт и стоял у окна в собственном доме, царапая одной рукой подоконник, а другой наяривая на своего студента, танцующего стриптиз. И мужчина может поклясться, что в какой-то момент поймал его взгляд, в котором даже на большом расстоянии можно было различить желание и наслаждение. «Он знает, что я смотрю...» - проносится в голове Шлатта гулким осознанием и от него, почему-то становится только приятнее. Эрекция усиливается, оргазм приближается, Джей продолжает прокручивать эту мысль в голове, пытаясь снова установить с Квакити зрительный контакт. В тот момент, когда тот снова падает на пол стенда, но уже вставая на корточки, разведя колени в стороны и, благодаря облегающим велосипедкам, демонстрируя очертания своей промежности, Шлатт кончает себе в ладонь, с громким рычащим стоном. Он уверен, если бы Кью сейчас был с ним, то тоже излился бы ему на живот, вскрикивая, тяжело дыша и запрокидывая голову назад, прямо как сейчас на стенде с пилоном. Тот ахуй, в котором находился Джей после произошедшего, не описать словами. Он еле нашел в себе силы сходить за бумажными полотенцами и протереть ладонь, а потом просто устало опустился на диван, прикрывая рот ладонью и уставившись в одну точку – думая. Откуда у бухающих студентов во дворе взялся пилон? Неужели Квакити действительно такой развратный? Где он, черт возьми, научился так двигаться?! Все эти мысли разрывали уже и так нетрезвую голову и, возможно, если бы не один инцидент, произошедший не так давно, то Шлатту было бы сейчас намного легче воспринимать ситуацию. Только вот последствия того случая все же возымели свой эффект и мужчина утопал в непонятках: все эти случаи – это самые странные в его жизни совпадения или Квакити реально его провоцирует? Продолжить его рефлексию не дал внезапный звонок в дверь. Вот тут Джей охренел – кто мог прийти к его дому в двенадцать часов гребаной ночи, так еще и без зазрений совести трезвонить в звонок несколько раз? В голове возник конкретный образ.. но Шлатт быстро он него отмахнулся, ведь не мог же Квакити действительно танцевать стриптиз для него, а потом еще и прийти за рецензией? Не мог же, верно...? Оказалось, что еще как мог. На пороге дома профессора Шлатта стоял Алекс собственной персоной, в носках без обуви и со стрипами в руке. Еще и нескольких минут не прошло после его танца, поэтому его тело, несмотря на ночную прохладу, было красным, а он сам глубоко дышал носом, пытаясь восстановить дыхание. Парень так и смотрел на резко распахнувшего дверь Джея, прямо таки сверля того требовательным взглядом. У Шлатта тоже было сложное лицо: во-первых, он не знал, чего Алекс хочет, а во-вторых, он прекрасно осознавал, чего хочет сам прямо сейчас. Бегло пробежавшись по разгоряченному телу глазами и, уже собираясь спросить, что парень тут делает, мужчина только и успевает, что забавно схватить ртом воздух, потому что замечает, что его тоже смерили любопытным и менее беглым взглядом и прошли мимо него внутрь дома. Квакити бесцеремонно и вальяжно прошел на кухню, бросив свои каблуки куда-то в угол и чуть не попав в кошачью миску. Подойдя к обеденному столу, он развернул стул в сторону коридора и уселся на него, скрестив руки и ноги. Шлатт, переборов желание попялиться на его ляжки, выругался про себя: «Блять...». - Алекс, что ты хочешь? – зеркаля чужой жест руками и чуть ли не шипя сквозь зубы, спросил Джей. - Просто чего я хочу? Был бы не против промочить горло, если честно. – Наигранно наивно ответил парень, пожимая плечами. Ярость в крови мужчины закипала все сильнее. Он с рыком выдохнул, сведя густые брови к переносице и сощурив глаза и, теряя остатки терпения и самоконтроля, приблизился к Алексу почти вплотную. Он наклонился так, чтобы их с парнишкой глаза были примерно на одном уровне, но чтобы все еще нависать над ним, и уперся руками о спинку стула по бокам от плеч Квакити, с силой сжимая древесину. - Хорошо, чего ты хочешь от меня? Подняв голову и заглянув профессору прямо в глаза, Кью расплылся в довольной хитрой улыбке и расслабил свою напряженную позу: раздвинул ноги, как бы нечаянно задевая ими колени Джея, и поставил одну руку на сиденье, медленно проводя другой по груди мужчины. - Даже не знаю... Может-- Договорить ему не дали: рывком впились в губы, одним движением языка выбивая из его легких весь воздух. Шлатт плохо отдавал себе отчет в собственных действиях в тот миг, когда нагло засосал Квакити. Казалось бы, ему не дали четкого согласия на эти действия, но ему было откровенно поебать, хотя он и ожидал некого сопротивления, толчка там, например. Но каким же приятным было его удивление, когда его не только не оттолкнули, но еще и обхватили за шею двумя руками и простонали в рот. В этот момент он полностью потерял тормоза: схватил Алекса за его оголенную талию и рывком уложил на стол. Тот снова отрывисто простонал, то ли от удара о жесткую поверхность, то ли от прикосновения к чувствительным ребрам. Оказалось второе, потому что, когда большие пальцы Шлатта с нажимом описали на них полукруг, а затем две ладони скользнули вверх – под свитшот – Квакити с силой сжал волнистые жесткие волосы на чужом затылке и даже разорвал поцелуй, откидывая голову назад и шумно выдыхая. Туман от алкогольного опьянения будто вновь вернулся к Шлатту в голову. Он как одержимый водил по телу Кью руками, оглаживая каждый изгиб, и целовал настолько жадно, что сам стал задыхаться. Рефлекторно толкнувшись бедрами о таз парня, он издал рваный рычащий стон, а его уши ублажил такой же короткий, но более высокий и чистый вздох Алекса. Тот обвил поясницу Джея ногами и выгнулся так, чтобы между их телами не осталось и сантиметра расстояния, как бы поторапливая. Но полностью до мужчины дошло то, что хотел Алекс, лишь тогда, когда тот жарко шепнул ему на ухо «Быстрее...». Подцепив парня за бедра, Шлатт рывком поднял его со стола, благо, Квакити уже держался за его шею руками. Но сил удерживать этого ерзающего паренька на руках хватило лишь до коридора; дальше он шел сам, порой врезаясь в предметы, зато оказывался зажатым Джеем, который продолжал толкать его по направлению к его спальне. Наконец, оказавшись там, двое упали на кровать. Шлатт буквально вжал Квакити в матрас, отчего тот снова похабно выдохнул. - Сэр, трахните меня... Пожалуйста...! – певуче прошептал он, как только мужчина отстранился. Улучив момент, парень убрал руки с чужих широких плеч и торопливо снял с себя свитшот, нечаянно скинув и шапку, обнажая смоляно-черную макушку. Ну как Шлатт мог тут тянуть? Возбужденно дыша, он развернулся к прикроватной тумбочке и достал оттуда смазку и пачку презервативов, а когда он повернулся обратно к Кью, то застал его за тем, как он так же проворно скидывал с себя и велосипедки, оставаясь в одних трусах. Видя это, Джей не смог устоять перед соблазном снова его поцеловать, поэтому, кинув принадлежности из тумбы на кровать, он снова припал к Кью губами, руками же хватаясь за его восхитительные ляжки и притягивая его ближе к своей промежности. Шустрые ручки Квакити проникли под домашнюю серую толстовку и, царапнув всей пятерней по позвоночнику мужчины, прошлись дальше, до лопаток: «Нечестно, что я один показываю вам свое тело, сэр...». Последнее слово Алекс особенно горячо шепнул в чужое ухо, отчего Шлатт шумно выдохнул и отстранился лишь на мгновение, чтобы скинуть с себя предмет одежды. Так же без внимания не оставалась промежность Кью, поэтому вслед за футболкой полетели и черные боксеры. Обстановка накалялась. Как только Шлатт выдавил на пальцы смазку, Квакити под ним заерзал и раздвинул ноги, уже почти умоляя что-то сделать с его дырочкой. Член парня качнулся, когда чужой палец коснулся колечка мышц, а сам обладатель этого пальца без лишних церемоний проникнул внутрь. Довольный высокий стон послышался, когда Джей добавил второй, а спустя некоторое количество времени и несколько хлюпающих звуков в Кью, который уже сжимал одеяло под собой, проник и третий палец. Раздвигая все три пальца и сгибая фаланги, мужчина выбивал из Квакити звонкие стоны, а когда он задел особое место внутри, парень и вовсе вскрикнул и выгнулся в пояснице еще сильнее. Больше Шлатт не мог терпеть – это стало последней каплей. Вынув пальцы из Алекса, Джей спустил свои домашние штаны вместе с боксерами, обнажая уже колом стоящий член, и ловко открыл ультратонкий презерватив зубами. Пока он его надевал, не мог не заметить, с каким обожанием и вожделением его студент смотрел на его достоинство. - Войдите в меня... Скорее! – Умолял Кью, раздвигая свои объемные ягодицы пальцами. Приставив головку к дрожащему колечку мышц, Шлатт ухватился за чужие бедра и резко вогнал весь свой член внутрь Квакити. Собственный низкий стон он не услышал из-за крика Алекса, который перерос в жадный глоток воздуха и похабный выдох со всхлипом. Внутренности Кью лишь на пару секунд сжали Джея, но потом медленно расслабились, что просто не могло не вызвать восторг. Такую готовность мужчина воспринял как приглашение, поэтому произвел еще один толчок, намного более резкий, а потом еще один и еще. Под ним Алекс приходил в полнейший беспорядок, издавая настолько похабные звуки, что узел внизу живота Шлатта начал тянуть еще сильнее, а сам мужчина выругался сквозь стон. Руками притянув Кью еще ближе, профессор опустился к шее Кью и смачно укусил его ключицу, за что был награжден еще одним пошлым всхлипом. Руки же, которые до этого сжимали и мяли простыни, переместились на широкую спину Шлатта, оставляя там красные полосы ногтей, после еще одного укуса. - АХ, БЫСТРЕЕ, ПАПОЧКА! – Вскрикнул Алекс, одной рукой оставляя алые отметины на правой лопатке, а другой – зарываясь в волосы Джея на затылке. А вот эта выходка чуть не заставила Шлатта кончить – он с рычащим стоном вбился внутрь Кью и, задержавшись там на секунду, отстранился от его шеи и резким движением закинул ноги парня себе на плечи, приподнимаясь на коленях сам, чтобы не покидать горячую дырочку. Затем мужчина переплел их с Кью пальцы рук, которые до этого бесцельно лежали по бокам от его головы, и снова начал вдалбливаться в парня с новой силой. - ШЛАТТ, ААХ, СЭР...! ЕЩЕ! – Стонал Квакити, выгибая поясницу в экстазе. Возбуждение в комнате было практически осязаемым. Оба развратника были близки к оргазму. Оба выстанывали имена друг друга перед тем, как кончить.

***

На следующее утро Шлатт проснулся без головной боли, но с легкой мигренью. Причем, что забавно, поднимаясь с подушки и еще не продрав глаза, он уже хотел чертыхаться на очередной влажный сон, но потом заметил возле себя мирно посапывающего виновника торжества, и все равно выругался. Вылезая из постели настолько тихо, насколько он мог, Джей подобрал свои штаны, сброшенные вчера на пол после хрен знает какого захода, и вынул из прикроватной тумбочки пачку сигарет и зажигалку. Боже блядский, как Шлатт мог настолько тупо поступить?! Заходя в гостиную, мужчина закуривает, еще даже не открыв окна. Когда светлый дым лоскутами шелка выплывает из приоткрытых губ, Джей нервно заводит растрепанные волосы назад. Сейчас, когда он протрезвел и, блять, переспал со своим студентом, осознание последствий и начало накатывать. У него и так была до жути шаткая репутация абсолютно во всем вузе, так теперь на него появился еще один, самый жесткий компромат из всех, что когда-либо имелись. Да, Джей давно планирует свой уход с поста профессора, но не таким способом, ни в коем случае. У него есть грандиозные планы на свое будущее, а эта хрень может разрушить их все в один момент! Если произошедшее прошлой ночью всплывет, то и тот инцидент тоже... «Ох, блять» - выдыхает Шлатт, потирая переносицу, – «Джей, как ты мог поддаться обычному желанию потрахаться и повестись на провокации какого-то студента...?» Вдруг из его рук мягко вынимают сигарету чьи-то мягкие и смуглые руки. Алекс подносит ее ко рту и делает средней глубины затяжку. Он оказался одет в свои боксеры и домашнюю футболку Джея, которую тот снял самой первой, и конечно же в шапку, куда уж без нее. Встав рядом с мужчиной и облокотившись о подоконник локтями, Кью выдохнул белесый дым прямо в приоткрытое окно. - Хорошие сигареты. – Мягко улыбнулся он, чуть прикрытыми глазами разглядывая тлеющий табак. – Ой, простите, что выхватил ее, вот, возвращаю. С этими словами парень протянул Шлатту сигарету, смотря на него самым нежным взглядом, который тот когда-либо испытывал. Слегка оторопело смотря сначала на Алекса, а потом на протянутый ему предмет, мужчина, немного погодя, все же забирает его, случайно касаясь мизинцем пальцев Кью. Пусть сигарета и вернулась к владельцу, но закуривать сейчас почему-то не хотелось. Хотелось лишь смотреть на— - Хаха, смотрите, кто-то уснул прямо на земле после вчерашней попойки. «Повестись на провокации какого-то студента действительно опасно... Но разве Квакити «какой-то» студент...?».

***

После молчаливого перекура последовал такой же тихий завтрак. Шлатт сварганил бутерброды на скорую руку, потому что в его холодильнике было мало чего съестного и разнообразного. Он чувствовал, что нужно поговорить с Кью о вчерашнем, поэтому старательно прочищал горло чаем. - Слушай, я надеюсь, ты понимаешь, что наш... Эм, вчерашняя ночь остается в секрете, ровно так же, как и наше общение до этого? – Наконец нарушил молчание Джей. - Правда? А я уже написал об этом в твиттере... - ТЫ ЧТО?! – Взревел Шлатт, чуть ли не вскакивая с места. - Я шучу, шучу, боже сэр. – Нервно рассмеялся Квакити. – Конечно я понимаю, какие последствия ждут нас обоих, если все это раскроется. Безусловно, события предыдущих и последующих встреч будут оставаться строго между нами. Парень подуспокоил Шлатта этими сознательными речами: как хорошо, что у Алекса все же есть мозги. Но вдруг одна деталь его ответа дошла до мужчины в полной мере: - Подожди-ка, ты сказал «последующих встреч»? Это каких же? - Ох, а как же наше сотрудничество, вы не забыли? – Искренне удивился парень. Такой ответ вызвал смешанные эмоции: с одной стороны, Алекс, видимо, действительно дорожит теми вечерами, проведенными весело и с пользой, по-домашнему так. Но с другой стороны... И это все? Точнее, парень реально думает, что после секса они смогут вернуться к обычным дружески-близким отношениям? Шлатт точно не сможет, не с Квакити. – А еще, вы не против стать секс-партнерами? Мужчина поперхнулся горячим напитком. Во так просто, просто взял и предложил?! И главное что предложил! Эта ситуация оказалась настолько комичной, когда Джей прокрутил ее у себя в голове: в одну прекрасную ночь заваливается в дом к пьяному профессору пьяный студент и эти двое, до этого выстраивавшие достаточно приятельские отношения, трахаются часа три точно. Шлатт не выдерживает и прыскает. Алекс тоже издает смешок, понимая, что вопрос действительно прозвучал резковато. - Хах, Квакити, предложение, конечно, заманчивое и все такое, но я пожалуй от— - Сэр, я знаю, о чем вы думаете: «Блять, этот ублюдок точно присоединился к остальным студентам, пытающимся добыть компромат, и решил посадить меня за домогательство и изнасилование», так? – Внезапно перебил мужчину Кью. – Так вот, абсолютно все, что я делаю, происходит исключительно по моей воле и без какого-либо злого умысла. От кофе, до стриптиза – все это я делал для того, чтобы сблизиться с вами. Я готов на библии поклясться, что ни о каком компромате и речи не идет, вы... Вы мне просто нравитесь, как человек, в первую очередь, да и секс с вами был крышесносным! Джей не сразу заметил, что сидел с открытым ртом. Это было.. Сильно. И Квакити хотелось верить, ведь он сейчас сидел напротив мужчины, прикрывая половину лица ладонью, зато другую половину было прекрасно видно: и без того милые щечки налились смущенным румянцем, а губы растянулись в стеснительной, но очаровательной улыбке. И, ему что, только что признались в симпатии? Боже блядский, это становится опасно... - Я, ох, я подумаю, Квакити... – Побежденно ответил Шлатт. – Давай поговорим в аудитории после лекций? Занятия начинаются через три часа, кстати. Парень засиял. Подскочив со стула, он направился к спальне, в которой должны были лежать его вещи. Джей уже было спокойно выдохнул и прикрыл глаза рукой, облокотившись ей о поверхность стола, как вдруг Кью снова показывается на кухне и просит его одолжить одну из футболок, потому что идти в университет в укороченном свитшоте, как минимум, холодно. Щеки Шлатта слегка трогает смущенный румянец и тот отмахивается мол «да, да, конечно, все равно ведь сделаешь так, как захочется». После звука закрытия двери мужчина спрятал свое лицо уже в двух ладонях – это действительно становится опасно.