Сердцем к сердцу, жопой к жопе

      Мои крики слышал, наверное, весь офис. Флешка с очень важными документами куда-то запропастилась, и теперь ее не найти. Нагнувшись достаточно пошло, я изо всех сил старался залезть рукой в маленькую щель под своим столом.       — Твою мать, вот дотянусь до тебя и выебу в задницу.       Сзади кто-то цыкнул, видимо, все-таки мой мат был услышан. Это меня никак не радует, но иногда иначе просто не получается, проходящему мимо сотруднику придется с этим смириться.       — Как не красиво вот так выражаться, — бархатный голос заставил меня замереть. — Вот, Чонин, вы вроде бы приличный с виду человек, а выражаетесь так, что у меня уши вянут.       Бан Чан какой-то там стоял и с удовольствием наблюдал за моими стараниями. Хотя на самом деле мало его волновали мои попытки достать чертову пластмаску. Во время всех ухищрений моя задница весьма аппетитно виляла из стороны в сторону, вот и привлекла столько внимания. Учитывая, что мы с ним творили в туалете клуба, ничего удивительного, что господин Бан не смог пройти мимо.       — Простите, — пробормотал я раздраженно, вылезая из-под стола с заветной вещицей. — Этого больше не повторится.       — Я знаю, Чонин, — он снова назвал меня по имени, вызывая во мне раздражение. Зачем вот так откровенно называть своего сотрудника по имени? Ему удовольствие это доставляет?       — Господин Бан, — рядом с нами появилась красивая девушка из отдела печати. — Вас просят подписать какие-то бумаги.       — Сейчас, Сара. Я приду через три минуты, только закончу с этим молодым человеком.       В этот момент во мне все сильнее росло желание огреть этого высокомерного засранца с прекрасными раскосыми глазами чем-то очень тяжелым, а еще лучше засунуть флешку в его…       — Чонин, я делаю вам первое и последнее предупреждение. Чтобы ни единого нецензурного выражения на работе. Вам понятно?       Я посмотрел на него с минуту в надежде, что он поймет, как глупо это выглядит.       — Да не вопрос, хули…       Я люблю материться, мне нравится, как эти грязные словечки вырываются у меня изо рта и пачкают собой реальность. Это похоже на отношение общества к гомосексуализму. Никому не нравится, потому что геи собой пачкают идеальную реальность этого общества, но о них пишут, ими иногда восхищаются, когда парни не скрывают своих отношений, не боятся их.       — Прекратите… — лицо Бан Чана скривилось. Видел бы он себя. Прекрасный принц воротит нос от обычного работяги. Какая прекрасная банальная сказка. Мне даже немного жаль его, тоже мне…       — Простите,. — я повторяюсь. — Постараюсь, исправить ситуацию и больше не использовать таких выражений.       Мне стало смешно. Я давно не пользуюсь официальной лексикой. С прежним начальником мы часто проводили время вместе, особенно отчетную неделю. Учитывая, что я был правой рукой и прекрасным заместителем, наши труды занимали всего часа два, а потом я наслаждался запахом секса в его кабинете. О, да. Хорошие были времена. Жаль, что этот мужчина не вызывает во мне таких желаний сейчас своими нравоучениями или что он там мне сейчас делает?       Бан Чан посмотрел на меня пристальнее.       — Ваше лицо, оно мне кажется знакомым.       Внутри все передернулось. Все насмешки внутри моментально пропадают, лишь липкий неприятный страх. Мне кажется, что господин Бан не будет держать у себя в компании дешевую шлюху из клуба.       — Вам кажется, — я отвечаю очень сдержанно, немного раздраженно. Не стоит ему знать, кого он вчера понизил в должности. Весьма опрометчиво понизил, надо сказать.       Да-да, австралиец не успел прийти, как все начальники отделов сменились. Основные руководящие посты в фирме теперь занимали его друзья и соратники. Вот же дрянь, но что делать.       — Чонин, останьтесь сегодня после работы. Нам стоит переговорить с вами лично.       Вот так новость. Что за фигня? Зачем со мной говорить лично? Мне достаточно и публично. Можете даже унизить. Можете уволить, вот только эти тихие разговоры в кабинете начальства обычно ничем хорошим не заканчиваются.       — Хорошо, — но перечить новому начальнику я все-таки не решаюсь, пусть будет лично.       В итоге весь день я ходил в глубоких раздумьях. Меня терзала мысль о том, что Крис, то есть Бан Чан, мог вспомнить мою рожу, и теперь мне грозит увольнение.       Звонок Алану тоже ничего не дал.       — Чонин, я давно тебе говорил — завязывай. Этот случайный секс в туалете ни к чему хорошему не приведет.       Я лишь вздохнул.       — Это мое хобби. Нельзя осуждать человека за его увлечения!       Мой довод у Алана вызвал сначала истеричный смех, а потом недовольство.       — Тогда какого черта ты мне жалуешься? Ведь виноват только ты?       — Я? Почему я? Он тоже со мной переспал! Не только я грешил.       — С таким хобби тебя скоро из города выгонят.       Алан еще долго критиковал мой образ жизни. Ему легко говорить, он-то нашел любимую девушку и рад. А что мне делать? Все эти разовые перепихи следствие моей пустой квартиры. Я прихожу домой, а меня даже кот не встречает. Конечно, завести кошака не так сложно, но ведь со временем и его будет мало?       Черт… Разговор с другом только еще сильнее разочаровал. Что теперь делать? Я ведь хорошо шел по карьерной лестнице, и вот все рушится из-за хорошего секса с не тем человеком. ЧЕРТ! Как же быть? Может, изобразить, что я его не помню?       В общем, пока мой мозг придумывал мне отговорку, незаметно приблизился конец рабочего дня. Бан Чан лично дошел до моего стола и позвал:       — Чонин, пора поговорить.       Устрашающее начало…