- Признайся, малыш Мо.

— Балда, ты собрался лечь на незаправленную постель? — спрашивает недовольно Мо, глядя на соседа. Тот в ответ застывает в нелепой позе, так и не успев рухнуть на кровать, и смотрит в ответ, глупо хлопая глазами. — Ты к самостоятельной жизни совсем не приспособлен?       Хэ Тянь молчит несколько секунд, будто всеръез задумывается над вопросом. — Возможно, — пожимает плечами, - Ты удивишься, но мне никогда не приходилось заниматься подобными вещами.       Гуаньшань закатывает глаза настолько сильно, что впору было бы увидеть собственные мозги.       - Конечно не приходилось. Его высочеству, небось, после каждого похода в туалет еще и задницу палируют языком. Забываю!       Тянь лишь усмехается на это, уже привыкнув к своему положению. Он у Мо Гуаньшаня в немилости, но это нисколько не расстраивает, ведь крепка уверенность в том, что капризы временны. Постояв так какое-то время, Тянь все таки берется за постельное белье. Несколько минут он честно пытается повторить за Мо, наблюдая за тем, как тот ловко справляется со своим комплектом. Однако одеяло в упор отказывается с ним сотрудничать: путается и взбивается в комки. После очередной попытки не увенчавшейся успехом, брюнет вздыхает и поворачивается к соседу: - Поможешь?       Гуань смотрит на него с таким омерзением, с каким прежде ни разу не смотрели на Хэ Тяня. - Какой же ты тупой! - начинает Мо с привычным вдохновением. - Если не можешь справиться даже с такими элементарными вещами - сиди дома, нефиг остальных напрягать, бестолочь.       Ругательства продолжают бесконечным потоком сыпаться на богача. Но несмотря на все недовольство, Гуаньшань вырывает из его рук одеяло и принимается исправлять катастрофу быстрыми и умелыми движениями. - Повезло, что хотя бы ты идеальный, - присвистывает Хэ Тянь глядя на свою безупречно заправленную кровать. - Настолько идеальный, что одеяло в пододеяльник заправляешь с первого раза.       Он хотел пошутить, но произнёс это настолько серьёзным тоном, что комплимент прозвучал почти искренне. Мо подозрительно сощурился.       Дверь в комнату распахивается неожиданно, громко ударившись о стену: — Рыжий, обед! Погнали!       Комнату отвоевать не удалось, но Цзиянь не отчаявается, ведь в планах еще много всего. Все свободное время он хочет провести со своим другом и постарается создать веселые совместные воспоминания о счастливой подростковой поре, какую Мо Гуаньшань редко успевает застать. — Иду. — А как же я? - лениво откликает Хэ Тянь, уже заранее готовый к грубому ответу. — Пожри говна, - кидает сухо в ответ, закрепляя сказанное средним пальцем и покидает комнату вместе с Цзиянем.       Хэ Тянь наблюдает за этим представлением почти с мазохистическим наслаждением. Провожает влюбленным взглядом и милой улыбкой. Но не говорит больше ничего, и остается в комнате, чтобы продолжить распаковку вещей.       Он понимает почему Гуаньшань ведет себя подобным образом и в полной мере осознает, что поступает несправедливо, отняв у его единственного друга заслуженное место в комнате. Но не собирается ничего менять, ведь для него как нельзя кстати, складывается отличная возможность сблизиться с обьектом своей жаркой симпатии. И он совсем не побрезгует побыть его грушей для битья.

***

      Столовая чуть меньше той, что в школе. Каждый стол предназначен на четыре персоны, стоят в несколько рядов. Еда уже разлита по тарелкам, приборы находятся в специальных стаканах, напитки рядом.       Стол, за которым сидят два друга, привычно обходят стороной. Несколько приятелей Цзияня всё же зовут его к себе, на что очевидно получают вежливый отказ.       Овощной суп выглядит аппетитно, разыгрывая рецепторы манящим запахом. Но вот вкус, к сожалению, не оправдывает ожидании. — В нашей столовой вкуснее, — выпячивает нижнюю губу Цзиянь после пробы. — Да уж, — соглашается Гуаньшань. - Но знаешь, ничего не сравнится с твоим хавчиком!       Приготовленную другом еду, Цзияню не довелось пробовать часто, лишь в те редкие разы, когда он был у него в гостях. Однако незабываемый вкус сочных блюд, оставили после себя дикое желание облизать тарелки. — …Гм, спасибо, - смущается рыжий, пряча глаза.       Хэ Тянь, сидевший за соседним столом в компании незнакомых ему ребят, всецело занят подслушиванием чужого разговора. Ему очень хотелось присоедениться к этим двоим. Но после прошлого раза, когда его оставили за столом одного, он больше не станет рисковать. Поэтому приходится сидеть на месте и изредка улыбаться сидящим рядом девушкам. — Кстати, Хэ Тянь, а как ты… — начала задавать очередной вопрос незнакомка. — Хватит разговоров за столом. Давайте поедим молча, - прерывает ее Тянь и улыбается гаденькой лицемерной улыбкой.       Девушка, услышав эти слова, удивленно хлопает глазами, переглядывается с подругами и очень быстро кладет в рот еду, чтобы скрыть смятение.       Его просьбу слышат и за соседними столами, поэтому поблизости становится заметно тише. Цзиянь, отвлекшись на секунду, тоже начинает говорить чуть ли не шепотом. — В чем дело? — хмурится Мо, поднимая голову. — Я, кажется, мешаю остальным, - неловко смеется Цзиянь. — С чего бы? - откладывает ложку в сторону. Скрещивает руки на груди и пилит взглядом. - Продолжай, я тебя слушаю.       Цзиянь от этого жеста расплывается в широкой улыбке. Мо Гуаньшань часто недовольно мычит на его болтовню, но он всегда внимательно слушает, о чем бы блондин ему не говорил. Хоть и делает вид, что это не так. Это акт своебразного проявления любви и внимания на языке Мо, в чем он никогда не признается. Убедившись в том, что его не игнорируют, тот продолжает прежним тоном: - Так вот, когда ты снова приготовишь мне что-нибудь? Ты же знаешь, я совсем не привередливый.       «Так он еще и готовить умеет...» промелькнуло в голове Хэ Тяня, который из-за образовавшейся тишины, наконец-то может отчетливо их слышать.       Он переводит взгляд на поднос перед собой и понимает, что вместо этой беды, с радостью бы поел стряпни Мо Гуаньшаня. Аппетит резко пропадает.       Из столовой Хэ Тянь уходит первым.

***

      Гуаньшань возвращается в комнату чуть позже: минут через пятнадцать. За это время Тянь успевает бегло осмотреть территорию и даже прогуляться по соседнему крылу отеля. — Слышь, через пять минут надо топать в холл. Там общее собрание, — оповещает Мо, гладя сытый живот. Ведь Хэ Тянь покинувший столовую раньше остальных, не услышал объявление куратора. — Хорошо, — отвечает брюнет, продолжая залипать в телефон.       Здесь, в горах, сеть плохо ловит. Приходится изворачиваться под непонятным углом и вытягивать телефон в сторону окна, что со стороны выглядит крайне нелепо. Гуаньшань застывает, наблюдая за безрезультатными попытками соседа. Тянь, почувствов на себе чужой пристальный взгляд, наконец-то смотрит в ответ. Видимо, Мо и сам не заметил, как засмотрелся, поэтому не в силах выдержать зрительного контакта, растерянно отворачивается. — Уже время? — спрашивает Хэ Тянь, лукаво улыбаясь. — Чё? - не может сразу сообразить, - А, да. Погнали.       Гуань так и не посмотрел на Хэ Тяня, давая ответ из-за спины. А после утвердительного ответа быстро вышел из комнаты. Хэ Тянь последовал за ним. Он ходил за его спиной. Из-за неосторожного шага, можно было наступить на ногу Мо, он старался смотреть под ноги.       Это был не близкое расстояние, но отсюда можно уловить едва ощутимый запах. Запах свежести и цитруса. Скорее всего, такую отдушку имеет гель которым моется Гуань. К своему удивлению Хэ Тяню захотелось в полной мере прочувствовать этот запах, чтобы можно было втянуть его в себя в полной мере, чтобы нос и грудь полностью заполнились этим запахом. Ему никогда не нравился запах апельсинов. Не нравился.       Когда большой холл наполовину заполнился учениками, куратор прервал гомон толпы. — Минутку внимания! Я всё понимаю, вы все устали после поездки рано утром, так что ни у кого нет желания тут засиживаться, поэтому давайте мы по быстрее закончим, чтобы вы могли пойти в свои комнаты и отдохнуть. И так, все прибывшие здесь присутствуют? — спросил куратор, который занял высокий стул в середине зала. Все в комнате весело ответили хором, что отсутствующих нет. — А, учитель! Мой сосед, парень из четвертой комнаты не смог прийти. Он не очень хорошо себя чувствует после дороги. Видимо, укачало, — сказал какой-то парень в круглых очках. — Хм, лошара, — хмыкнул Мо не громко. — Цыц, — зашипел Циянь, — Нельзя так! Человек заболел, — Мо закатил глаза. — Что же, пусть сходит к медсестре и выпьет что-нибудь. Так, давайте я вас ознакомлю с тем, чем вы будете заниматься во время этого трехдневного прибытия в лагерь. На сегодня вы свободны. Можете осмотреться и отдохнуть, потому что с завтрашнего дня у вас такой возможности не будет, — шутит куратор. Ну, наверное, шутит, — Первый день предназначен для активного вида спорта и подготовки.       Куратор указывает длинной пластмассовой палочкой на деревянную доску к которой прикреплены бумажки с картинками и надписями. Что-то вроде интерактивной доски, на которой показывают презентации. В такой глуши, конечно же, ни о какой технологии и речи быть не может. Если посмотреть на всё с другой стороны, есть в этом своя изюминка.       Иллюстрации были яркими и забавными, так что рассматривать их оказалось довольно интересно. Простые надписи в качестве заметок не носят в себе никакой смысловой нагрузки. Они там находятся, скорее, чтобы на доске не было пустых мест.       Эти три дня и две ночи должны были пройти интересно, как им обещает куратор и учителя. Но так ли это будет для и Мо Гуань Шаня никто не обещает. — Итак, на этом всё. У кого есть вопросы?       Циянь кружит головой в разные стороны, чтобы рассмотреть желающих задать интересующий их вопрос. Гуань старается лишних движений не делать. Не хочется привлекать ничьё внимание, да и просто, лучше уж сидеть тихо.       Куратор ответил на несколько вопросов, которые задали ученики и распустил всех по комнатам. Судя по тому множеству радости, что он наобещал, должно быть и в правду нужно набраться сил на предстоящие три дня за одну ночь.       Все ребята начали расходиться по комнатам.       Само здание состояло из двух этажей. Первый этаж полностью занимали мальчики, второй — девочки. Конечно, в дневное время можно было гулять по этажам и ходить в гости к друг-другу, но после ужина это запрещалось. Сами знаете по какой причине. не хотелось бы, чтобы к концу отпуска количество детей прибавилось.       Поэтому, пока светло мальчики воспользовавшись шансом пробрались в комнату девочек, чтобы поиграть в игры и поболтать. — Ну, что, все в сборе? — Тут похоже нет ребят из 23 комнаты? — О, Хэ Тяня нет. Кто-нибудь идите, позовите его, — сказала девочка с русыми волосами. Услышав её остальные начали мило хихикать в предвкушении веселья в компании с красивым мальчиком. — Эй, девчонки, вы что так засмущались все? Не один Хэ Тянь тут красавец! — начали возмущаться парни, чувствуя конкуренцию. — Да! И вправду! — подключились остальные, поднимая шум. — Не говорите ерунды, вы ему и в подметки не годитесь. — Эй!       Ребята шутили и веселились, такая дружная атмосфера вокруг стояла, вы бы видели.       Тем временем парень, которого отправили за Хэ Тянем прибыл в их комнату и три раза постучавшись о пластиковую дешевую дверь, открыл его: — Хэ Тянь? О, здорово, ты тут. Мы там собираемся на втором этаже. Го с нами играть в игры? Будет клёво, — он опёрся о дверной косяк и улыбался, ожидая ответа Хэ Тяня. — Хм… — Хэ Тянь повернул голову в сторону того парня, чтобы посмотреть кто пришел, а затем обратился к Гуаню — звучит интересно. Пойдем, Рыжик? — Этого никто не звал, — перебивает его тот бессмертный парень.       Пиздец. В смысле «этого»? Этого — это какого? У него есть имя, блять. Мо! Гуань! Шань! Может пришло время научится его произносить? Да и Гуань не навязывался, можно было и по другому сказать. Ну ахуеть. — Какого хера? Я и сам не собирался ёрничать с вами, идите на хуй! — Гуань зло посмотрел сначала на того парня, который всё еще стоял на проёме двери, а потом на Хэ Тяня, который в это время смотрел на парня, который стоял на проеме двери. Искра, буря, пиздец. Беги, коли жизнь дорога! — Ха-ха, почему ты… — хотел было продолжить тот, но увидев Хэ Тяня ему пришлось резко замолчать.       У Хэ Тяня потемнели глаза. И до этого темные глаза стали глубокими, словно смерти очи, они обрели острые концы. Не объяснить по другому то, что об этот взгляд можно было порезаться. Крепко сжатая челюсть ясно дала понять, что он сдерживается, чтобы не впиться зубами в глотку источника негативных эмоций. Заметив это, Гуань немного напрягся. Он всё время смотрел то на Хэ Тяня, то на испуганно съежившегося паренька. — Слышь, мажор, — обратился он к Хэ Тяню не выдержав такую долгую паузу и ужасающую атмосферу вокруг своего соседа, — Ты чо зубоскалишь?       Хэ Тянь на него обращать внимания не стал. Он не спеша встал со своего места и пошел в сторону двери. Гуань хотел думать, что он уходит вместе с тем парнем тусить на второй этаж. Но, черт возьми, почему это выглядит так, будто Хэ Тянь идет бить морду незваному гостю?       Никто никого бить, естественно, не собирался. Как только Хэ Тянь сделал несколько шагов к тому парню, тот интуитивно отдалился на столько же шагов назад, будто почувствовав опасность. Как только он вышел из комнаты, Хэ Тянь придерживая ручку двери негромко сказал: — Зовите меня вместе с «этим». Чтобы я такого больше не слышал, — Его гневный голос ревел, подобно обрушившемуся с небес удару грома. Словно мороз, настолько холодный, что онемела кожа на голове. Настолько пугающим его еще не видели. Это не то, что хотелось бы видеть, на самом деле.       Хэ Тянь закрыл дверь тем самым выпроводив паренька из комнаты, ясно давая ответ, что «нет, не пойду к вам, мрази».       Он обернулся обратно На Мо Шаня, который тоже немного-много прихуел с такого Хэ Тяня. На лице его чётко отражалось «Чо за нахуй?» — Чо за нахуй? — сказал он также вслух. — Я просто не в настроение с ними сидеть. У нас еще будет время. — В смысле? У кого? — У нас, — Хэ Тянь опять присел на свою кровать. Взгляд его снова прояснился и смотрел на Гуаня он совсем не так, как на того бедолагу. Внушающий страх и трепет глаза кровожадного властелина в миг сменилась на теплый и милый. Такой взгляд внушал не страх, а… доверие? Пха, да не, бред какой-то. — Меня с вами не будет. — Почему? — Опять ты за своё, — закатил глаза Гуань, припоминая тот случай, когда Хэ Тянь пытался уговорить его на эту поездку. Ему не очень нравится это внимание к себе, — Мне просто не нравится толпа и лишнее внимание, — ответ честный. — Я… на самом деле, я знаю какие слухи ходят про тебя.       Если уж ты хотел выбрать тему для продолжения разговора, то сглупил конкретно выбрав такую напряженную тему.       Но Хэ Тянь тоже решил кое-что припомнить, в этом случае вопрос, который задал сам Гуань, когда пытался уговорить Хэ Тяня освободить комнату. Они оба те еще упёртые бараны.       Гуань не ожидал так резко услышать что-то такое, поэтому впал в ступор на какое-то время. Он сидел у себя на кровати и глупо пялился на Хэ Тяня с непонимающим взглядом, а потом резко нахмурился и повернулся всем корпусом к своему соседу. Напряжение сразу же наполнило воздух комнаты, оно было настолько ощутимым, что можно было бы просто протянуть руку перед собой и ухватиться за него. — Что ты хочешь этим сказать? — Гуань старался не срываться на крик. — Мне… — он на секунду замолчал, в попытках собраться с мыслями.       Что, блять? Что тебе? — Если ты изначально знал про слухи, почему остался в комнате? Надо было тебе уступить Цияню! Если ты остался специально, чтобы бесить меня своим долбоебским отношением, то ты точно пожалеешь об этом! Потому что я не стану — — Ты чего? Я не собирался тебя бесить. Точнее, я буду стараться этого не делать. Мне абсолютно плевать на эти слухи, — перебил злую тираду Хэ Тянь, потому что сейчас он должен вычеркнуть из головы своего возлюбленного тот факт, что Хэ Тянь хочет как-то ему навредить. Ведь на самом деле всё было в точности наоборот. — Это не слухи, — сделал небольшую паузу Гуань, — Всё это чистейшая правда. Всё, что люди говорят, — Гуань не опускал голову, а наоборот прямо глядел в глаза собеседника, показывая свое отношение ко всему. Он должен был сейчас начертить черту. — Это я тоже знаю. — Ты что…?!       Гуань может и был глупым, когда дело касалось учёбы и явно не блистал знаниями, но он уж точно не был тупым. До не сразу дошло, что означают слова Хэ Тяня. — Ты смотрел… Ну и что ты хочешь этим сказать? — Мне… понравилось.? — былой холод голоса растаял и утонул где-то в пучине стыда. Смутился не только он, как бы Гуань не хотел сохранить лицо, уши пылающие красным выдали его с головой. — Как мне, блять, на это реагировать? — начал злится он. Совсем скоро плотина точно прорвется и он заорёт на весь отель. Гуань просто пытался скрыть стыд за гневом. — Никак. Это ни на что не влияет. Не мне же решать чем ты будешь заниматься. — Я и сам не хотел этим заниматься.       Ну, вот. Секундная слабость, которую Гуань себе позволил вытянули из него такие слабые слова. Теперь он точно не сможет выкрутиться. — А почему ты тогда —       Блять, как и предсказывали. Распишитесь и забирайте свою коробку любопытства. — Хочу спать. Выключи свет.       Гуань ушел от этого разговора, воспользовавшись единственным шагом — отступление. — Но, сейчас всего 7 часов вечера, — смотрит в телефон Хэ Тянь, чтобы проверить время. — Так, я уже сплю, не донимай меня этим говном!       Хэ Тяню оставалось послушно выключить свет.       В комнате стало значительно темно, но свет из окна не позволял накрыть тьмой маленькую комнатушку. Закатное солнце как можно дольше бился лучами в окно. — Ты спишь?       Отчего-то голос Хэ Тяня стал тяжелым. Своим вопросом он просто вдолбил Гуаня в кровать, а потом прошелся по всему телу табуном мурашек. Просто охуенно! — Спишь, значит.       Блять, да хватит разговаривать.       Гуань свернулся в комочек и накрыл тонкое одеяло на голову, чтобы изолироваться от общества Хэ Тяня. Жаль только, звук просачивался сквозь тонкую ткань и заглушить его было нельзя. А так хотелось. — Рыжик, знаешь… — Нет, не знаю. Хватит разговоров! — Так ты не спишь? — Хэ Тянь перевалился на бок, положив руку под голову, используя его, как подушку. Теперь он смотрел на Мо. Смотрел очень пристально, чтоб ему глаза выклевали! — Из-за твоего бубнежа никак не получается. Завали ебало. — Тут очень неудобная кровать, — чувак, ты вообще не по теме. Гуань закатил глаза. — Ха, ну, конечно. Дома спишь на матрасе набитый перьями страуса, небось? А что поделать? Раз приперся в такую глушь, то будь добр, потерпи и заткнись уже. — Тебе-то всё равно. Не понимаешь меня, твоя кровать выглядит удобной. — Реально, блять. — Можно к тебе? — Нет. — Ну, пожалуйста. — Пш нх.       Едва ли это можно было назвать нормальным разговором, скорее просто словесная перепалка, где один посылает куда подальше, а второй пытается расположить к себе. Но, это был первый раз, когда они поговорили, а не ссорились, как прежде. Манера общения Гуаня тут не считается. Поэтому, от осознания только что произошедшего на душе было тепло, а на лице широкая улыбка, что скрыть никак не удавалось. Хэ Тянь так и лежал, по тупому улыбаясь.       Уснуть, к слову, тоже не удавалось. У Мо и до этого режим сна был перехуярен, так что уснуть в 7 часов вечера для него непосильная задача. Да, голова трещала, к тому же новая обстановка, но сон никак не шел. Хэ Тянь вообще страдал. Он пытался словить сеть, но глушь на то и глушь.       Стук в дверь.       Опять кто-то пришел.       Очень настойчивый стук в дверь. — Открой уже эту блядскую дверь, блять! — командует Мо.       Послушный мальчик Хэ Тянь тут же выполняет приказ. Надо же, вы только поглядите на это. — Рыжик!       Небеса, спасибо вам за это чудо! — Пришел? —  привстал на кровати Мо, упираясь локтями о жесткий матрас. — Не хочешь к нам присоединиться? Там весело… Вы что, уже легли спать? — от удивления поднял брови Циянь. — Как видишь, — лег обратно на постель Хэ Тянь отвечая вместо рыжего. Потому что, да. Уже легли и пытаемся заснуть. — Не, меня ваши игрульки мало интересны, — отказывается Гуань. Ну, вот. За ним тоже пришли. — Ну, пожалуйста, Мо Гуань Шань! — О, вот не надо так делать. — Как делать? — Заставлять, — хмурится Мо. — Не пойдешь? — Циянь сделал очень грустное лицо, как у котёнка. Перед таким не устоять. Рыжий у нас не из стали сделан, не смог удержаться. — …Пойду.       Блять, нашли слабое место. Пиздец, как жить после такого?       Гуань встал с кровати и начал менять одежду прячась за дверцей шкафа, который стоял в углу комнаты. Большая часть полок шкафа была заполнена одеждой Хэ Тяня. Из всей этой на «отвали» собраны кучу, Гуань выбрал себе футболку и переоделся.       Наблюдая за тем, как Циянь смог очень легко переубедить Мо, Хэ Тянь был в шоке. Почему попытки Хэ Тяня провалились не один, а аж два раза, а Циянь может сделать это с первого раза? К тому же, ему для этого нужно всего лишь посмотреть на Рыжика. Что в Цияне есть такого, чего нет в Хэ Тяне? Да он в сто раз красивее этого белобрысого!       Подобные вопросы начали один за другим метаться в его голове. Не выдержав Хэ Тянь спросил. — Почему Цияню так легко удается тебя убедить? — Потому что.       Ну, конечно. Ты рассчитывал на другой ответ, Хэ Тянь? Ебать ты смешной. — Постойте, я тоже с вами.       Гуань уже переоделся, Хэ Тянь менять одежду не стал. Он просто встал и пошел вместе с ними. — У тебя же не было настроения. — У тебя настроения нет постоянно, а у меня сейчас хорошее настроение. — Ой, да пошел ты.       Коридор ведущий к лестнице был длинным. Циянь шел вместе с Гуанем и что-то ему рассказывал. Рыжий изредка кивал головой. Хэ Тянь шел сзади. Но, в один момент он решил, что его не устраивает такое расположение. Поэтому втиснулся между теми двумя. Спасибо, что хоть не с разбега. — Чувак, в чем дело? — спросил Циянь, который отшатнулся в сторону. — Ну и какого хуя ты делаешь? — Осторожно!       Они уже как раз подошли к лестнице. Отшатнувшиеся внезапным порывом Хэ Тяня, Мо не углядел за ступенькой и потерял равновесие. Благо, Хэ Тянь успел придержать его и он не ударился.       Хэ Тянь придерживал Мо за талию одной рукой, другой ухватившись за затылок, чтобы в случае чего Гуань не ударился о ступеньки. Не ударился. Придерживать дальше уже не было смысла. Но, он не отпускал.       Конечно, он и до этого видел какой Гуань был худой. На видео всегда отчетливо видно рёбра, когда он выгибается. Но прочувствовав это рукой лично, Хэ Тянь понял, какой на самом деле Гуань легкий. Ему еле как удалось удержаться, чтобы не прижать Мо к себе. Наверное, он это и сделал бы, если не Циянь… — Ты уже можешь отпустить его.       Гуань встал на ноги ровно и они пошли дальше. хэ Тянь опять отстал от них и потерял место рядом с Гуанем. — Ты чо там стоишь? Мы ждать не будем, — предупреждает Мо. — А, щас.       Пиздец. На секунду подержал Гуаня в руках, а он уже плывет.       Сердце билось так сильно и в груди стало больно, будто оно уже начало биться о рёбра. Это же надо так чудить от одной лишь близости!       Хэ Тянь, конечно, раньше испытывал симпатию к другим людям, но так его мутит впервые. Пиздец, ща сердце выблевает своё.       Как только они вошли в комнату, где сидела добрая половина прибывших на гору, толпа затихла.       Увидев Хэ Тяня многие, зачастую девушки, начали мило хихикать и перешептываться. Но как только в поле зрения появилась оранжевая макушка, все перестали разговаривать. Никто не осмеливался в присутствии Хэ Тяня вести себя, как скот. Но истинные намерения никому скрыть не удалось. Осуждающий взгляд толпы казалось, так и сыпал гневными эпитетами. — Вы не рады меня видеть? — решил вставить слово Хэ Тянь, обращая внимание всех к себе. — Нет, конечно рады, только вот… — не успел закончить первый парень, как его ткнули локтем. Это был тот, кого Хэ Тянь выгнал за неосторожное слово. Он глазами приказал заткнуться.       Никому не хотелось рушить веселую обстановку, поэтому оставшийся вечер они должны были провести вместе с гомиком. Ничего не поделать.       Гуань чувствовал на себе презрительные взгляды, было неприятно, но и он также ничего не мог поделать. Ссориться с кем либо желания нет. К тому же он пришел с Циянем, можно было и посидеть чуток.       Боже, когда эти мучения подойдут к концу, заебался!