(Не)обычный выходной

Белый снег кружил за окном, поблескивая на утреннем солнце. Ветер безуспешно пытался пробиться через стекло и наполнить собой комнату. Столбик термометра на обратной стороне окна показывал -10. Все указывало на то, что зима в этом году наступила самая настоящая, как из тех самых рождественских фильмов. Сложно было не поддаться желанию и не посвятить себя отдыху среди всей этой белой и пушистой красоты. На кровати мирно посапывал Мегуми, положив руку на телефон. Ему явно было наплевать на пейзаж за окном. Хотелось только лежать вот так в тепле и уюте до скончания веков. Однако у этого дня на парня были другие планы. Буквально через минуту уютную тишину комнаты разрезал звон будильника. Брови свелись к переносице, длинные темные ресницы затрепыхали, словно лепестки на ветру. Тонкие губы скривились, выражая высшую степень недовольства. Мегуми издал тихий спросонья хриплый стон и вырубил седьмой будильник. Кажется. Он уже сбился со счета. Многострадальчески прикрыл глаза рукой и уже собирался вновь провалиться в сон на следующие 10 минут, как за стеной раздался громкий стук. За ним еще один. И тут Мегуми вспомнил причину по которой поставил эти чертовы будильники на 8 утра в выходной день. Что в его жизни было чрезвычайной редкостью, ведь нормальные выходные с их родом деятельности выпадали крайне редко. Дверь с грохотом распахнулась, Мегуми никогда не закрывал комнату на ключ на случай непредвиденных обстоятельств, да и смысла в этом особо не видел. На пороге нарисовался радостный Итадори. От того исходили волны энергии, заряжая воздух вокруг. В два больших шага он преодолел расстояние до кровати и бесцеремонно запрыгнул на нее, располагая свою голову на груди Мегуми. – Тц, – недовольно цыкнул Мегуми, приподнимая голову и недовольно щурясь на Итадори,– ты что гончая, чтобы так себя вести?! Так и раздавить можно. Ну точно как собака. Но все же потрепал того по голове, взъерошивая короткие волоски тем самым портя укладку. Итадори похоже было плевать, и он довольно зажмурился, подставил голову под ласкающую руку. И тихо, но настойчиво произнёс. –Похоже ты уже забыл, что обещал мне сегодня прогулку на лыжах,– Мегуми уловил в голосе слабо различимые нотки обиды,– Я слышал через стенку все твои 8 будильников. –Их все-таки было восемь,– пронеслось в голове у темноволосого. – А ты все никак не вставал. Уже передумал? Грустный взгляд розововолосого встретился со взглядом синих глаз напротив. Мегуми только устало прикрыл их и вздохнул, понимая, что меньше всего сейчас хочет видеть его разочарованое лицо. Итадори продолжал выжидающе смотреть, грозясь проделать дыру в его лице. Он действительно обещал ему зимнюю поездку на лыжах по лесу. Естественно после долгих уговоров. Он вообще не был фанатом зимних видов развлечения. Активных развлечений в целом. Но настойчивость его парня не ведала границ. Особенно, когда он загорался какой-то идеей, или когда это касалось самого Мегуми. А тут два в одном. В общем, права отказать у него не было. Тот уже успел полностью зарыться пальцами в розовые волосы и мягко массировал макушку, а вторую руку положил на лопатки, проникнув под теплую толстовку, медленно очерчивал изгибы любимого тела. – Может в следующий раз сходим. Здесь так хорошо, зачем выбираться куда-то в этот мороз.– попытаться переубедить хотя бы стоило. На данный момент у Мегуми для счастья было все. Он мог вечность вот так валяться, ощущая тепло на своей груди. Однако этот Юджи явно остался неудовлетворен таким ответом: он заелозил и приподнялся на локтях, ныряя ладонями под затылок синеволосого. Не грубо, но достаточно ощутимо дернул за короткие волоски и начал вести кончиком указательного пальца по затылку, спускаясь ниже. Ответная реакция не заставила себя ждать: Мегуми судорожно сглотнул вязкую слюну и запрокинул голову немного назад, подставляясь под легкую дразнящую ласку розововолосого. – Ну, Мегуми, пожалуйста. – Палец невесомо поднялся к затылку и повторил движение, вызывая тихий вздох. – Он моей смерти хочет?– Фушигуро пытался снова вернуть невозмутимое выражение лица. К слову получилось ужасно. –Ты же знаешь, что свободных выходных очень мало, а зима скоро закончится. Кто знает, может такой удачной погоды для лыж больше не будет. И тебе неплохо было бы развеяться. А то сидишь в общежитии, глядишь, скоро плесенью покроешься. Пальцы Итадори уже переместились на ключицы, монотонно поглаживая, слегка задирая край домашней футболки. Мегуми зажмурил глаза и сделал глубокий вдох, пытаясь собрать разбредающиеся мысли в нечто связное, и безысходно произнес на выдохе. – Хорошо. Голос хриплый от незамысловатых ласк и недавнего подъёма приятно ласкал слух, вызывая мелкую дрожь. Итадори в ответ мягко улыбнулся. Синеволосый подумал, почему такую улыбку еще не запретили на законодательном уровне. Ради этой теплоты, плещущейся в глазах янтарного цвета, он готов поехать на злосчастных лыжах хоть до самого полюса. – Только при одном условии. Раз уж прогулка по морозу неизбежна, то хотелось бы получить кое-что в утешение. Или кое-кого. Резко прижал к себе, удивленного его неожиданным оживлением, парня. Мегуми перекатился на бок, уже в следующую секунду прижимая того к кровати. Навалившись всем телом, тем самым закрывая путь к бегству, он медленно приблизил свое лицо к уху розововолосого, щеки которого приобрели такой же оттенок, обдавая его теплым дыханием. – Сегодня вечером ты весь мой. Все еще хриплый шепот вызвал волну мурашек, заставляя тепло медленно опускаться вниз живота. А фантазия уже рисовала соблазнительные картины, вызывая мелкое покалывание кончиков пальцев. – Х-Хорошо,– Итадори немного сбивчиво выдохнул. Его не так-то легко было вывести с душевного равновесия, но на Мегуми это правило не распространялось, о чем тот знал и иногда бессовестно пользовался,– я понял. Тогда давай сейчас собираться...завтрак уже... Договорить ему не дали, мягко накрывая губы в легком, почти невесомом поцелуе. Отстранившись, Юджи попал в плен глаз напротив: расширенные зрачки, закрывающие обрамляющую их синеву, глаза немного сужены, передавая всю любовь через теплый взгляд. И он тонул в нем, совершенно забывшись обо всем остальном. Он уже сам, забвенно прикрыв глаза, потянулся за еще одним поцелуем, но вместо мягких губ наткнулся на ладонь. Мегуми издал тихий смешок. – Кто-то сам спешил. Вытягивал меня с постели,– по голосу можно было понять, что его губы растянулись в легкой ухмылке. – Нууу еще за пару минут земля с орбит не сойдет. Юджи перевернул подставленную ладонь и поцеловал ее тыльную сторону, легонько втягивая губами бледную кожу, при этом неотрывно вглядывался в синие омуты, в которых чертей водилось побольше, чем проклятий в Токио. Это Итадори знал по собственному опыту. Изящные пальцы подцепили подбородок, притягивая ближе. Поцелуй вышел более настойчивым. Отстранившись, Мегуми провел языком по нижней губе, вызывая ответный соблазнительный вздох. Перешёл выше, прикусывая обветренную губу. В следующую секунду его действия перехватили в требовательном поцелуе, приоткрывая рот, чтобы углубить его. Синеволосый не заставил ждать: юрко проникнул языком и изучающе прошелся по ряду зубов. Юджи приглушенно застонал, положил руку на затылок, стараясь притянуть парня как можно ближе, получить как можно больше ласк. Чувствуя нехватку воздуха, Мегуми отстранился первый, нависая над тяжело дышащим Итадори. Его влажные губы поблескивали на утреннем свете, а глаза слегка помутнели. Фушигуро понял, что если они продолжат, то он уже не сможет остановиться. Он ужасно изголодался по времени, проводимому с парнем наедине. И чаша терпения потихоньку начала переполняться. Напоследок чмокнул Юджи в губы. С титаническим трудом оторвался от них и поднялся, вытягивая его с кровати. На что тот издал звук возмущения, но все же позволил поднять себя. – Боюсь, если мы продолжим, ты сегодня останешься без прогулки на лыжах. –Ладно, – недовольно сказал парень, растягивая гласные,– тяжело уже до вечера дотерпеть. – Просто ты слишком красивый и соблазнителный.– на это Юджи лишь смущенно улыбнулся и получил поцелуй в висок,– Пошли уже. На общей кухне было прохладнее, чем в комнатах, которые из-за своих размеров быстро нагревались. Темноволосый немного поежился и поспешил взять любезно поданную кружку горячего чая. Напиток подарил ощущение тепла, немного обжигая горло. На столе уже стояло две тарелки с яичницей, рисом и бутербродами. – Я успел их приготовить пока ты спал. Надеюсь еще не остыло. Обычно готовкой на всех троих, а иногда и на четверых, если сэнсей нагло заваливался поболтать со своими учениками, занимается именно Юджи, иногда с подключившейся Нобарой, но та сегодня ночью осталась у Маки и сказала к утру ее не ждать. Так что поднявшись пораньше розововолосый на скорую руку приготовил незамысловатый завтрак. Пригубив его, парни быстро помыли посуду. Ну как помыли. Фушигуро все время ворчал, что может справиться сам, не ребенок в конце концов. А Итадори безуспешно пытался отвоевать часть посуды. В итоге сдавшись, он обвил руками крепкое тело и уложил подбородок на плечо, вдыхая запах ягод. Похоже он перед сном мыл волосы, вот они так и пахнут, да еще и торчат пуще обычного. Последняя чистая тарелка была поставлена сушиться, и они разошлись по комнатам собираться. Спустя 15 минут они вышли из общежития, плотно закутанные в шарфы, теплые куртки с шапками на головах. Как Мегуми смог спрятать свои непослушные волосы в нее оставалось загадкой, которую, подумал Итадори, он непременно разгадает, но позже. Через некоторое время они добрались до района Канагава, а оттуда до национального парка, где в зимний период организовывали лыжную трассу. Погода была идеальной, снег сыпал мелкими хлопьями, а ветер решил смиловаться над жителями Токио и дать им насладиться выходными. – Итадори, только не едь слишком быстро: я давно не стоял на лыжах и вряд ли буду ползти быстрее улитки. – Честно говоря,– парень немного замялся,– я никогда не катался на лыжах. Дедушка часто обещал, но все как то не получалось, а потом ему стало хуже и он слег в больницу - стало вообще не до этого. – Ты должно быть шутишь,– Мегуми издал нервный смешок,– я надеялся, ты будешь мне помощником. Но тот лишь отрицательно покачал головой, но быстро приободрился, ускоряя шаг и утягивая парня за собой. – Все будет хорошо, уверен, в этом ничего сложного нет. Я быстро приноровлюсь. Мегуми только тяжело вздохнул и прикрыл глаза, тут же врезаясь в крепкую спину Итадори. Столкновение получилось неожиданным, и темноволосый уже захотел возмутиться, потирая ушибленный нос. – Стой! Когда ты успел научиться кататься? Лыжи и ты кажутся странным сочетанием,– По неизвестным никому причинам этот факт сильно его удивил. Он развернулся, явно ожидая разъяснений ну или хотя бы небольшой истории из прошлого. Юджи все еще слишком мало знал о своем парне из-за чрезмерной скрытности, заложенной в его характере. Поэтому цеплялся за каждую возможность, даже самую маленькую, а там уже он его разговорит, такое не раз было. Мегуми замялся, отворачивая голову в бок, всем видом показывая свое нежелание что-либо объяснять. Тогда Юджи повиснул на нем, щенячьими глазами и просьбами отчаянно пытаясь сломать барьеры, возведенные Мегуми. – Да не поднимай ты такой шум, дурак! – Раздраженно выкрикнул он,– Слушай, Годжо устроил как-то выходные на горнолыжном курорте. Сестра была в восторге от идеи, а этот сумасшедший все равно бы нас туда затащил, даже если бы я отказался. Это были точно не самые лучшие выходные в моей жизни: он не упускал ни одного момента, чтобы поиздеваться надо мной. Итадори проникся искренним сочувствием к своему парню, но забавные картины, мелькнувшие в голове, вызывали неконтролируемый приступ смеха, за что тот тут же получил по макушке. – Клятвенно обещаю, что в этот раз тебе точно понравится!– Розововолосый даже поднял руку, словно давал клятву. Мегуми только скептически выгнул бровь и пошел по направлению к пункту проката. Еще полчаса возни и они полностью готовые стояли на лыжах, пытаясь сдвинуться с места. Как и ожидалось, Юджи быстро приноровился к новому для него виду спорта и уже во всю гонял по трассе, поднимая комья снега в стороны. Мегуми ехал следом, мысленно молясь всем богам в надежде не свалиться, попутно ломая злосчастные палки и кости. Ну и пожалуй немного завидуя Итадори и его физическим способностям. Тот понял принцип езды елочкой, продолжая набирать скорость и иногда смачно хлопаясь в снег, на что Мегуми вздыхал, напоминая Юджи об элементарной осторожности, о которой тот от нахлынувших ощущений, кажется, напрочь забыл. Вдоволь налетавшись, он поумерил свой пыл и сдал назад, подстраиваясь под темп Фушигуро. Тот в свою очередь пытался набрать скорость, иногда проскальзывая и размахивая палками во все стороны, пока не сдался, начиная реже толкаться палками. Так они и ехали придерживаясь друг друга, иногда путаясь в палках. Итадори периодически приходилось ловить за капюшон Мегуми, что иногда слишком сильно заваливался на бок. После выезда из леса по правую сторону открылся живописный вид с горой. Они застыли, рассматривая представшую перед ними картину. Этот парк и летом поражал своей многогранностью, но зимой это выглядело совершенно иначе. Определённо не хуже, более гармонично и спокойно. Не зря парк так популярен вне зависимости от сезона. Правда все чаще взгляд Мегуми останавливался на его парне. Его светящийся на солнце профиль и трепетно хлопающие в восторге ресницы с парочкой медленно тающих снежинок, губы, растянувшиеся в широкой улыбке, для него были важнее тысячи гор, да вообще всего в этом мире. Юджи повернул голову, почувствовав на себе внимательный взгляд синих глаз, и у него перехватило дыхание: в них плескалась неприкрытая нежность. Ему казалось, что кроме дедушки так на него за всю жизнь больше никто не смотрел. Только сейчас до него дошло полное осознание того, что он натворил: тот самый вечно угрюмый Мегуми, всегда спокойный и скупый на эмоции, а уж тем более на проявление внимания, тем более любви. Как так вышло, что именно Итадори стал ключом, что открыл его другую сторону. Ту, о которой, возможно, он и сам не догадывался. И вся эта нежность синих глаз сейчас была только для него. Эти мысли беспощадно выбивали воздух из легких . Но Мегуми походу решил добить его сегодня окончательно: медленно провел холодной ладонью по горячей, несмотря на мороз, щеке, предварительно сняв перчатку. По затылку и спине пробежалась стая мурашек. Нежно огладил скулу, убирая покоящиеся на раскрасневшейся коже снежинки, провел по ямочке вниз и поправил сбившийся шарф, все это время не отрывая взгляда от пьянящих глаз, что уже стали родными. Итадори подумал, что никогда не сможет отпустить его, да и не хочет. Но больше всего он боялся оставить парня в одиночестве, когда его казнь приведут в исполнение. От одной этой мысли кровь застывала в жилах, и наверняка не у него одного, но пока он усердно старался об этом не думать, наслаждаясь тем, что имеет сейчас. Поддавшись нахлынувшим эмоциям, Юджи тоже снял перчатку и обхватил холодную ладонь Мегуми своей, хоть немного согревая, сплел пальцы в замок. Тот завороженно уставился на него как на восьмое чудо света. Все таки он еще не до конца привык открыто выражать чувства, но Итадори об этом прекрасно знал, давая постепенно привыкать к новым ощущениям. Он медленно притянул замок из сплетенных пальцев к губам и стал поочередно целовать каждый палец все еще не отрывающего широко распахнутых глаз Мегуми. - Люблю тебя, - откровенные слова разлетелись по лесу, заползая в каждую щель, эхом откликаясь в сердце. - И я тебя люблю,– тихий шёпот следом. Уголки глаз Юджи поднялись придавая его лицу невероятно мягкое выражение. Без разницы насколько ужасное будущее приготовленно для них, они смогут все преодолеть и не потерять друг друга. Мегуми аккуратно обхватил его лицо двумя ладонями, расцепляя замок, и оставил поцелуй на лбу между бровями. Так просто, но красноречивее любого страстного поцелуя и искусанных губ. - Спасибо, что привел меня сюда.