Его ангелы

Антон забежал на кухню к взрослым, сияя чуть натянутой улыбкой. — Тёть Саш, смотрите, что я нашёл! Наська, говорит, так хочет туда! Жалко, конечно, что нужно мимо Москвы ехать, она хотела и туда попасть тоже, столицу посмотреть, но, к сожалению, этот лагерь за городом. Я вместе с ней съездить могу! Пустите её в этот лагерь, пожалуйста! — Он чуть ли не в лицо сунул Александре телефон, выпаливая всё, что приходило в голову. Женщина с интересом разглядывала какой-то сайт с фотографиями небольших домиков и счастливыми лицами детей, побывавших там. — А ты там был? Вдруг это маньяки какие-нибудь? — Конечно был! Там так хорошо! — говорил Антон, глядя на картинку с сайта, который видел в первый раз. Разумеется, впервые он узнал об этом лагере две минуты назад, когда нажал на первую попавшуюся ссылку по запросу «Лучшие детские московские лагери на зимние каникулы». Теперь же он сидел и подробно рассказывал придуманную историю о том, как же прекрасно в этом чудо-месте. Уговаривать родителей долго не пришлось. Было видно, что они и сами не прочь ненадолго отдохнуть от ребёнка, впрочем, в этом нет ничего необычного. Антон заверил Александру, что она будет получать фотоотчёты каждый день и, разумеется, разговаривать с любимой дочерью по телефону. Антон подробно рассказал Александре о том, что нужно взять с собой, и она перевела ему круглую сумму на еду, поезд, оплату самого лагеря и за то, что везде будет сопровождать Настю. Они договорились встретиться завтра утром на вокзале, и в прекрасном настроении Антон забежал в комнату, где девочка отложила телефон и подняла на него заинтересованный взгляд. Антон думал, что уговорить её родителей будет сложнее, но, видимо, они доверяли Антону, зная его с самого рождения. — Где ты был? Ты аж светишься весь! — Мы с тобой завтра утром едем в загородный лагерь! — Чего? А надолго? И что за лагерь? — По Насте было видно, что она не была в восторге от неведения. Уже завтра она уезжает в другую часть страны с малознакомым парнем, которого последний раз видела около пяти лет назад, и она даже не знает никаких деталей поездки. Антон прикинул в голове, до какого числа у него выходные и когда он сможет вернуть девочку в Воронеж, не подставляя Арсения. — Ненадолго: числа до пятого примерно. — Окей, а что за лагерь? Скинь ссылку хоть, я уж сама почитаю… — Ссылку не дам, завтра в поезде сам тебе всё расскажу, но номерами нам обменяться надо. А ты пока, пожалуйста, делай вид, что очень рада. Антон и сам не очень понимал, что творит. Он уже завтра утром планировал увезти чужого ребёнка из родного города и лгать её родителям на протяжении недели, тайком привезя её в Москву. Гости быстро ушли. Настя прекрасно справлялась со своей актёрской задачей, и родители были рады за дочь. Антон быстро закинул в себя салат и, проводив гостей, убежал в комнату, скидывая в рюкзак свои вещи и блокнотик «Когда я стану взрослым» со стола. — Тош, ну что ты опять придумал? Родителям же лучше знать, общаться им или нет. — Мам, я знаю, что ты, как всегда, понимаешь мой ход мыслей, но на этот раз ты меня не поймёшь. Ты не просыпаешься пару раз в неделю от тихих всхлипов со второго этажа кровати, не ложишься рядом и не забираешь телефон, на котором дрожащие пальцы только что листали весёлые старые семейные фото, мам. Это ты у меня такая хорошая, приняла и то, что я отчислился, и то, что я, как ты говоришь, «парнями маюсь». Если бы ты тогда в меня не поверила, перестала бы общаться и так далее, то я бы не нашёл работу мечты и, как Ира, толкался с утра до ночи среди недовольных клиентов за копейки без выходных. Мне с тобой повезло, и теперь я ни в чём себе не отказываю и обеспечиваю дорогих мне людей. Я люблю её, мам, и если у меня есть возможность, то я хочу сделать её хоть чуточку счастливее. — Ох, Антон, ты всегда был очень добрым мальчиком, но это правда за гранью. Тратить деньги, дарить подарки, помогать и поддерживать — да. Но ты буквально крадёшь ребёнка! Если Саша узнает, я не смогу переубедить её, она может и заявление на тебя написать. Тебе это надо? — Я уговорю Настю не болтать глупостей, а по-другому она никак не узнает. — Ох, Тоша, мне кажется, это огромная глупость, но решать тебе. — Мам, мне уже ехать завтра. Можно я с тобой посплю? — Да, котик, конечно. Ты иди ложись, а я посуду помою и к тебе приду. — Да я помогу, пошли. — Ну ещё бы я тебя не поддержала. Такое чудо себе вырастила. У меня бы в жизни рука не поднялась тебя из дома выгнать. — Ой, ну, ма-а-ам… Ты меня смущаешь… — Да ну тебя! И маме и Антону было неспокойно на душе до конца дня. Идти против воли чужих родителей не хотелось, но женщина не могла перечить сыну, а Антон в свою очередь не мог перечить своей безграничной любви. Они уснули в обнимку на маминой кровати, предвкушая насыщенный день.

***

Утро началось крайне весело. Антон включил на колонках американскую попсу и убежал в ванную, оставляя маму просыпаться под Эда Ширана. — Май бэд хабитс лид ту ю у-у-у! — Антон почти кричал строки шумящей отовсюду песни, вприпрыжку выбегая из ванной и сталкиваясь с мамой за поворотом. Была то защитная реакция, или Антон действительно так рад новому дню, он пел и танцевал всё утро, пока они собирались на вокзал. В такси Антон крепко сжимал в руках доверху набитый едой, одеждой и новогодними подарочками рюкзак, только сейчас начиная волноваться. Настя притащила на вокзал свою подругу, и они долго болтали и обнимались, явно не желая отпускать друг друга. Антон умилённо наблюдал за этой картиной, вспоминая себя и Иру в их возрасте. К платформе подъезжает поезд, который будет стоять здесь ещё около получаса, и Настя не спеша прощается с подругой и родителями, прыгая в поезд за Антоном. Они идут мимо небольших купе, где тут и там толкаются люди, и Антон приоткрывает дверку в конце коридора, пуская девочку в ВИП-вагон. — Оху… Вау… — Девочка огляделась, широко распахнув зелёные глаза. Антон громко рассмеялся, падая на одно из удобных кресел, расположенных лицом друг к другу, и кивнул Насте на кресло напротив. Девочка села на указанное место и прилипла к чистейшему стеклу. — Я буду тем самым невъебенно богатым дядей, которого ты видела раз в жизни на своём дне рождения и который вручил тебе дорогущий подарок. — Ха-ха, да! — Девочка явно оценила шутку. — Стоп, а можно было материться? — Ты съебалась от родителей! Пой, девочка! — Настя ничего не ответила, но в её глазах читалась благодарность и восхищение. — А куда мы едем, ты не расскажешь? — У нас есть шесть часов, я всё успею, не торопись ты так. Мы ещё не поехали, а тебе уже не терпится! — Ну, знаешь ли, ты везёшь меня за город в неизвестном мне направлении и отказываешься говорить, куда мы едем. Ну и к кому теперь претензии? — Ой, перестань, тебе понравится. — Антон, а откуда у тебя столько денег? Я впервые езжу в таком купе! — Девочка бросила короткий взгляд на немаленький телевизор и снова вернулась к Антону. — О, на самом деле, мне, можно сказать, повезло. Я попал к богатому человеку на любимую работу. Предугадывая твой вопрос, говорю — я работаю няней. — Вау! Блин, это же так круто! Всегда думала, что работа няней не высокооплачиваема! — Ой, Насть, по сравнению с Воронежем, в Москве любая работа высокооплачиваема! — Ну, это да… Они болтали обо всём на свете и даже не заметили, как тронулся поезд, унося увлечённых разговором знакомых вдаль от родного города. Шторки в купе были прикрыты, и солнце не слепило глаза. Параллельно разговору Настя заплетала две косички на своих прямых волосах, что делало её на вид ещё более маленькой. — Эй! Мы же едем уже давно! — опомнилась девочка. — А ты мне так и не рассказал, куда мы едем! — Я же тебе говорил, что в лагерь! — Да ну тебя! Думаешь, я совсем глупая? Это маму с папой ты надурить можешь, но я-то вижу, когда люди лгут! — Ну и что, ты не догадалась, куда я тебя везу? — А это так очевидно? — Ну, мы едем к твоей сестре… — Настя на секунду задумалась, складывая в голове миллионы фактов, а в следующую секунду бросилась на шею к Антону, повизгивая от счастья. Парень звонко засмеялся, отмечая, что Настя и Ира очень похожи. — Антон! Спасибо! И Антон, и Настя дружно наплевали на личные границы, крепко обнимаясь в купе. Антон сам по себе был тактильным, а девочка, зная его с самого своего рождения, доверяла ему на все сто. Когда они вдоволь навизжались и нарадовались, Антон задремал, во сне сползая на колени к Насте. Девочка почти не дышала, подложив ему под голову подушку, заботливо принесённую проводницей. Настя перевела взгляд с сопящего у неё на коленках Антона на окно, где мелькали присыпанные серебристым снегом ёлки. Несмотря на то, что утро было не такое уж и раннее, солнце ещё не встало и не разбудило множество отсыпающихся трудяг, у которых только начались долгожданные каникулы. Девочка аккуратно достала телефон из кармана и написала подруге обо всём, что произошло. Отложив телефон, Настя наконец осознала произошедшее. Поняла, что парень, пускающий слюнки на твёрдую подушку поверх её ног, в корне изменил жизнь двух людей. Поняла, что благодаря ему она увидит человека, который когда-то был ей дорог, и наконец разберётся в своих чувствах. Поняла, что через пару часов увидит родную сестру спустя несколько лет. Перед глазами так некстати появлялись до смеха смешные заголовки с шоу Малахова о воссоединении сестёр, но девочке было не до смеха. Эмоции переполняли хрупкую девочку со слишком тонкой душевной организацией и совсем ещё детской психикой. Антон спокойно спал на коленях у Насти, пока на его щёку случайно не капнула горячая слеза, спешно стёртая с его лица нежной ручкой. За время работы с детьми он привык чутко спать, поэтому буквально сразу открыл глаза, приподнимаясь. — Нет-нет, спи, всё хорошо, у меня такое бывает, — затараторила девочка, чуть надавливая на грудь Антона, укладывая его обратно. — Да я понимаю. Всё хорошо. Я догадываюсь, что ты волнуешься и сама не разобралась в своих чувствах, но поверь, Ира тоже ничего не понимает. Вы во всём разберётесь, когда мы приедем, у вас будет целая неделя. — Спасибо, Антон. — Он улыбнулся и лёг на спину, глядя в подёрнутые пеленой слёз глаза девочки, которая улыбнулась в ответ, а на щёку Антона снова упал солёный кристаллик слезы. Он взял её за руку в поддерживающем жесте, снова погружаясь в сон.