Его ангелы

Все выходные друзья провели вместе, гуляя по городу или скрываясь в общажной комнате. Девятого числа Илье и Антону пришлось наблюдать трогательную и немного грустную картину прощания двух сестёр. Единственное, что поменялось в жизни Антона, — Арсений подписался на него в Инстаграме, и теперь парень выкладывал истории с бо́льшим энтузиазмом. Ещё он впервые соскучился по работе. Конечно, он наслаждался компанией друзей, но и очаровательной малышки, мельтешащей туда-сюда без остановки, ему тоже дико не хватало. Ну и конечно, чего уж греха таить, он скучал по Арсению. По его серьёзной, но доброй улыбке, искренней благодарности за, казалось бы, обыденные поступки и конечно по его заботе и нескончаемому юмору. Сейчас Антон ехал в поезде из Воронежа и, глядя в окно, думал об Арсении и Кьяре. Он так и не разобрался в своих чувствах и решил не принимать никаких решений. Кажется, Арсений ему нравится, но, возможно, это из-за того, что Антон просто давно не был ни с кем в отношениях. Ему точно нужно развеяться, погулять, подцепить в клубе какого-нибудь парня и продолжить ходить на работу со спокойной душой. Сегодня последний его выходной; он только что отдал довольную поездкой девочку прямо в руки родителей и теперь ехал домой, планируя отсыпаться весь оставшийся день. Конечно, после столь длительного акта самокопания сниться ему будет Арсений, но спать тем не менее нужно. Антон погружается в дрёму уже сейчас, в поезде, и просыпается лишь тогда, когда его будит проводница. — Молодой человек, просыпайтесь, приехали! — А, ах, да, спасибо. Он почти без вещей: только вода и пара документов в полупустом рюкзаке. Вылетев из вагона, он на бегу заказывает такси, ждать которое — следующий круг ада. Наконец дождавшись и сев в белую машинку, по пути он стоит в пробке ещё порядка часа. Тоже так себе развлечение. А потом, наконец доехав до общежития, заваливается в комнату, раздевшись, сразу падая на кровать. Друзья понимали, что друг сильно вымотался, и не стали донимать его разговорами. Антон уснул, погружаясь во вполне предсказуемый сон. Там он наконец-то встретился с Арсением, а тот был рад встрече не меньше самого Антона. Они бросились друг другу в объятия, а затем отправились к Кьяре, планируя провести уютный семейный вечер. Пока девочка заворожённо смотрела в экран, Арсений поглаживал колено Антона, плавно двигаясь в сторону бедра. Эту идиллию прервал резкий звук. То ли стук, то ли удар. Антон открыл глаза и сразу столкнулся с виноватым взглядом Иры, которая, видимо, уронила какую коробку, случайно разбудив Антона. Парень сел на кровати и почувствовал, что что-то не так, и, когда понял, что именно, скомкал одеяло у себя на ногах, тщательно скрывая стояк от любопытных взглядов друзей. Ну, приехали. А теперь вопрос на миллион: как бедный Антон теперь будет смотреть Арсению в его прекрасные глаза? А как ему бежать до общей ванной, не опозорившись? Накинув на плечи одеяло, он зевнул, и, сделав абсолютно безучастное лицо, как ни в чём не бывало вышел из комнаты. Друзья, решившие прибрать комнату, проводили его удивлёнными взглядами, но продолжили своё дело, думая, что друг просто забылся. Выйдя из комнаты, Антон наконец смог снять маску безразличия, быстро направляясь в сторону душевых. Загоняться и искать какой-либо выход он будет потом, после того, как устранит свою «проблему». Вернувшись в комнату, он почти не разговаривает с друзьями и сразу утыкается в телефон. Да, он хочет найти решение своей проблемы, избавится от этой привязанности и, может, даже обратиться к психологу, но в очередной раз откладывает телефон и идёт помогать друзьям, пуская всё на самотёк. Уже завтра он увидит Арсения и разберётся на месте. Ему эти мозговые штурмы сейчас не нужны. Весь вечер он с друзьями прибирается в квартире под музыку и полностью расслабляется, на время забывая обо всех своих недугах. Ира выглядит заметно грустнее, хотя виду и не подаёт. Теперь она будет скучать по сестре и с замиранием сердца ждать их следующей встречи. Антон угнетён своим организмом, никак не ожидая от него такой подставы, а Илья всеми силами старается их развеселить. Впрочем, ближе к позднему вечеру ему это удаётся, и они весь вечер играют в «UNO», потягивая вино из потёртых керамических кружек. Слегка подвыпивший Антон ложится спать с мыслью, что завтра он вскочит ни свет ни заря и станет собираться на любимую работу. Так, собственно, и происходит. За окном ещё темно, Ира, кажется, смотрит ютуб, а Илья вообще только заснул. — Ир, ты спала хоть? — Голова Антона появляется из-за бортика кровати, и девушка вздрагивает, чуть ли не взвизгнув, и вытаскивает из одного уха наушник. — Конечно, я вот минут двадцать назад встала, тебе салатик порубила из фруктиков. Хотела сначала его в холодильнике оставить, но мне кажется, это небезопасно. — Спасибо, Ир. А ты чего лежишь? — А что? — Тебе на работу не надо разве? — Блять, Антон, что бы я без тебя делала? — Вылетела бы с испытательного срока. — Почему выходные так быстро кончились? Я хочу ещё отдыхать! — Ну, устройся тоже няней. Не работа — мечта! Будешь как я — бегать туда вприпрыжку. — Если пообещаешь, что моей клиенткой будет актриса-красавица и любящая мама, то я согласна! А вообще, это же ответственность! А у меня руки сам знаешь откуда. — Прекрасные у тебя руки! — Антон уже вовсю уминал фруктовый салат с чуть потемневшим яблоком. — А об актрисе сейчас к чему было? — К тому, что я бы не стояла истуканом, как ты, а сразу бы разработала план по совращению! — А это ты сейчас к чему? — Ой, вот, когда не надо, ты всё без слов понимаешь, а как надо, так ты сразу: «А как?», «А что?», «А к чему?» Валить и трахать надо твоего Арсения! Валить и трахать! А не как ты: сидеть да улыбаться ему, в самом деле. — Дура ты, не буду я никого валить! И уж тем более трахать. Да и вообще, не нравится он мне. — Нашёл кому пиздеть. Арсению своему сказки рассказывай, я тебя не первый день знаю. — Отстань. — Ладно, тебе хорошего дня, а я сейчас зубы почищу — и сразу на работу, не буду уже сюда возвращаться. — Быстрая ты, ладно, до вечера. Ира схватила свою сумку и выбежала из комнаты, направляясь прямо по коридору, а Антон доел салат и кинул в рюкзак чистую футболку и шорты, после чего вышел из комнаты. Солнце светило по-зимнему неярко, а в небе проплывали снежные облака. Чуть поморщившись от холода, парень вышел из дверей общежития, направляясь к остановке. Сегодня было слишком холодно для пеших прогулок. Ощущения нового года у Антона не было. Люди остались теми же, и дороги — тоже. Те же дома, машины, куртки, шапки, события, эмоции, да даже погода была такой же! Парень внезапно понял, что очень скучает по былому времени. Он достаёт наушники и включает свой старый плейлист. Первая конечно — песня, под которую он плакал по ночам ещё дома, в Воронеже, подогревая свою боль, словно ковыряя только зажившую царапинку. Веселиться тогда совсем не хотелось, не спасала даже вечно норовящая чем-либо обрадовать Ира. Одна песня в плейлисте, наушники в уши и закрытая дверь. Так для Антона прошёл почти весь две тысячи восемнадцатый год, весьма неудачно пришедшийся на экзамены. Сейчас, включая эту песню, он чувствует тёплую грусть, вспоминая о тех временах и конечно о девочке с каре. «А у меня во дворе, ходит девочка с каре Она любит мефедрон, она любит мефедрон А у меня во дворе, ходит девочка с каре И я так в неё влюблён, и я так в неё влюблён» Эта песня стала популярной буквально через неделю после смерти Полины и звучала из каждого утюга, несомненно, убивая Антона. Теперь он стал старше, старые раны зажили. Он спокойно дослушал эту песню и, найдя место в маршрутке, написал Ире о том, что они совсем забыли сходить на горку на этих выходных. Ну, ничего, ещё успеют. Когда автобус, скрипя и пошатываясь, наконец подъехал к нужной Антону остановке, тот, пробираясь к выходу через толпу, чуть не выронил наушник, благо реакция у него что надо. Морозный воздух опять пощипывал щёки, и Антон снова поморщился от перепада температуры. От остановки до дома Арсения идти минут пять.